Я не послушалась.

Конечно, я не послушалась. Сидеть и ждать, пока мою судьбу решают мечи в темноте, было не в моем характере. Если сегодня мой дом падет, я хочу видеть, как это случится.

Я взяла кинжал, надела темный плащ и вышла в коридор.

Дом был погружен во мрак, но вспышки молний озаряли коридоры мертвенно-бледным светом. Я шла на звук.

Звуки были ужасными. Это не был звон благородного поединка. Это были звуки бойни. Влажные шлепки, сдавленные крики, грохот ломаемой мебели.

Я добралась до веранды, выходящей во внутренний двор.

Здесь, под проливным дождем, разворачивался ад.

Фонари были разбиты, но молнии вспыхивали каждые несколько секунд, выхватывая из темноты отдельные кадры, словно страшные картины безумного художника.

Их было много, больше дюжины. Люди в черном, вооруженные до зубов, наемники высшего класса, они окружили одинокую фигуру в центре двора.

Соль Уджин танцевал.

Иначе это назвать было нельзя. Это был танец смерти.

Он двигался с нечеловеческой скоростью. Дождь не мешал ему, а наоборот — помогал. Вода делала камни скользкими, но Уджин скользил по ним, как призрак.

Один из наемников бросился на него с копьем. Уджин не стал парировать, он нырнул под острие, сокращая дистанцию, и полоснул мечом снизу вверх.

Удар был такой силы, что наемника практически разрубило надвое, кровь фонтаном брызнула в дождь, смешиваясь с водой.

Второй напал сзади. Уджин, даже не оборачиваясь, ударил локтем назад, ломая нападавшему нос, а затем, развернувшись на пятке, снес ему голову.

Голова отлетела в кусты гортензии.

Я зажала рот рукой, чтобы не закричать. Это было истребление. Уджин не защищался, он нападал, был бурей.

— Окружайте его! Используйте магию, живо! — заорал кто-то из наемников, видимо, командир.

Трое убийц отступили назад и начали складывать печати руками, в воздухе засвистели огненные шары, шипящие под дождем.

Магия, Уджин не мог использовать магию, его каналы еще не восстановились.

— Нет! — вырвалось у меня.

Огненный шар ударил прямо в грудь Уджину.

Взрыв отбросил его назад. Мужчина пролетел несколько метров и врезался в каменный фонарь, разбив его в крошку.

— Кончай с ним! — крикнул командир.

Пятеро мечников бросились к лежащему телу, чтобы добить.

Мое сердце остановилось.

Но прежде чем их мечи коснулись его, Уджин встал.

Мужчина поднялся рывком, его одежда на груди дымилась. Кожа была обожжена, красная и вздувшаяся, но он, словно, не чувствовал боли.

Уджин запрокинул голову и… засмеялся.

Этот смех прорезал шум дождя. Низкий, вибрирующий, нечеловеческий хохот.

— Горячо, — прорычал он. — Хорошо.

Вокруг него начал сгущаться воздух. Тени под его ногами ожили, они стали гуще, чернее ночи. Они поползли по его ногам вверх, обвивая тело, как живые змеи.

Тьма, истинная тьма Генерала-Демона.

Она пробуждалась, даже со сломанными каналами, его ярость была ключом, отпирающим бездну.

— Что это за тварь?! — в ужасе крикнул маг.

Уджин исчез, он просто растворился в воздухе.

В следующую секунду он возник за спиной мага, из тени.

— Я — твой кошмар, — прошептал он.

Взмах меча.

Руки мага, сложенные в печати, упали на землю, отрубленные по локоть. Маг закричал, глядя на свои руки, из которых хлестала кровь.

Остальные наемники дрогнули. Страх, животный ужас перед хищником, которого нельзя убить.

— Бегите, — ласково сказал Уджин, стряхивая кровь с клинка. — Бегите, кролики. Охота началась.

Но они не могли бежать, ворота были закрыты.

Дальше началась резня.

Я не могла отвести взгляд, хотя меня тошнило. Я видела, как он играет с ними. Уджин мог убить их быстро, но он растягивал процесс, упиваясь их страхом. Он ломал им ноги, чтобы они ползли, позволял им думать, что они могут спастись, а потом настигал их у стены.

Дождь смывал кровь, но её было так много, что лужи во дворе стали багровыми.

Наконец, остался только командир.

Он стоял у стены, дрожа от страха и держал перед собой меч трясущимися руками.

Уджин шел к нему медленно, его шаги были тяжелыми. Вода стекала по его лицу, по обнаженному торсу, смешиваясь с грязью и чужой кровью. Его длинные волосы прилипли к спине.

— Кто тебя послал? — спросил Уджин.

— Пошел ты… демон! — выплюнул командир и бросился в отчаянную атаку.

Уджин даже не поднял меч, он поймал лезвие врага голой ладонью.

Сталь врезалась в его плоть, но Уджин не разжал пальцев. Кровь потекла по его руке, но он лишь улыбнулся шире.

— Слабо, — сказал он.

Мужчина сжал лезвие так сильно, что дешевая сталь наемника хрустнула и сломалась.

Затем Уджин схватил командира за горло и поднял его над землей, так же, как тогда Чхве Минсу.

Только на этот раз меня не было рядом, чтобы остановить его.

Или была?

— Уджин! — я крикнула с веранды.

Он замер и повернул голову ко мне. Его лицо было залито кровью — чужой и своей, глаза горели красным огнем во тьме.

— Хозяйка? — он выглядел удивленным. — Почему вы здесь? Здесь грязно.

— Не убивай его! — крикнула я, сбегая по ступеням прямо в кровавую жижу двора. Дождь тут же промочил меня до нитки. — Нам нужно допросить его! Мы должны узнать, кто заказчик!

Уджин посмотрел на командира, который хрипел в его руке, синея.

— Он знает? — спросил Уджин с детской наивностью.

— Да! Не ломай ему шею!

Уджин на мгновение задумался, в его затуманенном яростью мозгу боролись два желания: убить врага и выполнить приказ.

Приказ победил.

— Хорошо, — он с размаху ударил командира головой о каменную стену.

Наемник обмяк, Уджин бросил его в грязь.

Тишина, только шум дождя.

Вся дюжина наемников была мертва, двор был усеян трупами. Части тел, внутренности, сломанное оружие. Запах был невыносимым — смесь содержимого кишечников, крови и озона.

Уджин стоял посреди этого кошмара, тяжело дыша. Пар валил от его разгоряченного тела, рана на его груди от огненного шара выглядела жутко, но уже не кровоточила — края затягивались прямо на глазах. Демоническая регенерация.

Мужчина медленно повернулся ко мне.

Он был страшен и прекрасен в своем ужасе. Воплощение войны.

Уджин сделал шаг ко мне. Я не отступила, хотя каждая клеточка моего тела вопила от ужаса. Я должна была показать, что контролирую зверя, даже когда он в таком состоянии.

Мужчина подошел вплотную и навис надо мной горой окровавленных мышц.

С его волос капала вода, смешанная с кровью, попадая мне на лицо.

Вдруг его ноги подогнулись, адреналин отхлынул.

Уджин рухнул на колени передо мной, теперь мы были одного роста.

Он поднял лицо, оно было перепачкано кровью, как у демона из преисподней, но улыбка… эта улыбка была чистой, открытой, почти невинной.

— Я убил их, — прошептал он, глядя мне в глаза с обожанием. — Всех до одного. Никто не прошел. Никто не тронул Хозяйку.

Он протянул руку, с которой капала кровь, но остановил её в сантиметре от моей щеки, боясь испачкать.

— Я был полезен? — спросил он тихо, с надеждой. — Я хороший меч?

Я смотрела на него. Вокруг валялись трупы людей, которых он растерзал голыми руками, а он ждал похвалы, как пес, принесший тапочки.

В этот момент я поняла самую страшную истину.

Я не изменила будущее. Я думала, что если воспитаю его в доброте, он не станет Генералом-Демоном, но я ошиблась. Он уже Демон. Его природа — убивать. Я лишь сменила цель его ярости. Раньше он убивал для себя, а теперь он убивает для меня. И от этого он становится еще опаснее. Потому что теперь у его жестокости есть оправдание — «любовь» и «верность».

Мне стало холодно. Не от дождя, а от ужаса перед тем, что я создала.

Но я не могла показать страх, не сейчас, когда он был уязвим и открыт.

Я протянула руку и коснулась его мокрой, горячей щеки, прямо по крови, размазала красные разводы по его скуле.

— Ты молодец, Уджин, — мой голос был твердым, несмотря на дрожь внутри. — Ты самый лучший меч.

Его глаза вспыхнули счастьем, он прижался щекой к моей ладони, закрыв глаза, не обращая внимания на дождь, на боль, на смерть вокруг.

— Погладьте меня, — попросил он шепотом.

И я погладила. Я запустила пальцы в его мокрые, кровавые волосы и начала гладить чудовище, которое только что устроило резню ради меня.

— Хороший мальчик, — шептала я в шум дождя. — Мой хороший монстр.

Гром ударил где-то совсем близко, осветив двор ослепительной вспышкой.

В этом свете мы, должно быть, выглядели как картина из ада: Дева в белом и Демон в крови, обнимающиеся среди трупов.

Я знала: после этой ночи пути назад нет, мы повязаны кровью. Теперь я не просто его Хозяйка. Я его соучастница.