До Игр-1992 Барселона четырежды подавала заявку в Олимпийский комитет, желая стать принимающей стороной главного спортивного события в мире. В состязаниях на проведение Игр в 1924,1936 и 1972 годах Барселона проиграла. Из конкурса на Олимпийские игры-1940 каталонская столица выбыла сама: в Испании началась Гражданская война.

Самая интересная из этих четырех историй неслучившегося – это, безусловно, борьба за Олимпийские игры-1936. В финальном туре голосования, весной 1931 года, Барселона уступила Берлину. Это было за два года до того, как в Германии к власти пришли нацисты. Сами игры проходили уже при Адольфе Гитлере, и фюрер принимал достаточно активное участие в определении политики мероприятия. Так, он увидел в проведении Олимпийских игр – первых в истории, которые транслировались по телевидению – возможность распространить свои идеи расовой чистоты и антисемитизма. Газета Volkischer Beobachter[97], официальной орган правящей на тот момент в Германии нацистской партии НСДАП[98], опубликовала текст, призывающий не допускать евреев и темнокожих до соревнований в Берлине. Антисемитизм и шовинистическая риторика гитлеровской Германии возмутили многие страны, и мир заговорил о бойкоте «нацистским играм», как окрестили Олимпиаду-1936 многие журналисты. Международный Олимпийский комитет на закрытых встречах обсуждал возможность переноса Олимпиады из нацистского Берлина.

Тем не менее в 1935 году Олимпийский комитет США официально принял приглашение в Берлин, и МОК вынужден был смириться. Примеру комитета последовали большинство крупных государств[99]. Бойкотировать игры выбрало крошечное количество стран, и среди них Советский Союз и Испания.

Решение СССР о бойкоте удивило мало кого: на тот момент идеологический противник и Германии, и США и все еще флагман социалистических идей, Советский Союз не мог не пойти на принцип. Решение Испании, тем не менее, было намного более запутанным и интересным: страна находилась в разгаре жестокого политического кризиса, вскоре разломавшего ее надвое.

В 1931 году в Испании была объявлена республика[100]. Король Альфонсо XIII бежал из страны. По мнению каталонцев, именно эти события не дали Барселоне получить Олимпиаду-1936: МОК счел политическую обстановку в Испании недостаточно стабильной (тем более ироничным в ретроспективе выглядит выбор для проведения игр Берлина). Республиканское правительство с отказом не смирилось и затаило обиду; вопрос о том, уместен ли бойкот «нацистских игр», перед испанцами даже не стоял – конечно, ехать на праздник к Адольфу Гитлеру было нельзя. Вместо этого Испанская республика объявила о проведении альтернативной, «Народной» Олимпиады в Барселоне – для всех тех, кто не желал принимать участие в играх под надзором фашистов. Официальные приглашения были направлены руководству десятков стран.

Новость о проведении альтернативной «Народной Олимпиады» в Барселоне с энтузиазмом восприняли многие атлеты, а также Советский Союз. Игры были назначены на июль, с 19 по 26, они должны были закончиться за шесть дней до начала официальной Олимпиады в Германии, чтобы страны-участницы могли приехать и туда, и в Барселону[101]. Партийное руководство СССР, впрочем, пообещало, что советские спортсмены и спортсменки приедут в Испанию, а Берлин проигнорируют вообще. К запланированному началу «Народной Олимпиады» в Барселону приехали больше 20 000 человек – спортсмены, туристы, журналисты и фоторепортеры[102]. Тем не менее протестным играм не суждено было состоятся.

17 июля 1936 года в испанском Марокко началось вооруженное восстание. Объединенные противники Республики на материке – монархисты, военные и сторонники правых партий – присоединились к бунту на следующий же день. В Барселоне 19 июля должна была состояться торжественная церемония открытия антифашистских «народных» игр, а вместо этого началась война. Сотни фоторепортеров, приехавшие в Каталонию снимать спортсменов, случайно перепрофилировались в военных корреспондентов. Именно из-за этого непредсказуемого, абсурдного и страшного стечения обстоятельств начало Гражданской войны в Барселоне оказалось отлично задокументировано: качественные снимки, сделанные спортивными фоторепортерами, запечатлели баррикады, лежащих на улицах мертвецов, протестующих рабочих и откровенно радостно взволнованных анархистов.

Многие находившиеся в Барселоне спортсмены и журналисты бежали. Тем не менее это был не единственный возможный выбор: некоторые из гостей оказались так потрясены, что незамедлительно записались в отряды гражданского ополчения – дать отпор фашизму. Среди таких внезапных союзников республиканцев оказалась, например, швейцарская анархистка и пловчиха Клара Тальман.

Клара родилась в 1908 году в швейцарском Базеле, одной из десяти детей в семье рабочих. Возможно, интересоваться политикой и быть готовой отстаивать свои идеи она научилась у отца, интернационалиста и социалиста. В коммунистическую партию Клара вступила уже в десять лет, вдохновленная победой Октябрьской революции в России. Она была очарована Советским Союзом до конца 1920-х годов, когда сталинская реальная политика все очевиднее начала расходиться с социалистическими идеалами равенства и справедливости. Клару исключили из швейцарской коммунистической партии, и она присоединилась к оппозиционному левому движению, поддержав идеи троцкизма. В Барселону Клара Тальман ехала в качестве представительницы Плавательного клуба рабочих Швейцарии. Размеры и мощь анархистского движения Каталонии настолько впечатлили ее, что по итогам неслучившейся «Народной Олимпиады» она вступила в ряды Колонны Дуррути (Columna Durruti)[103] – самого известного отряда народного ополчения на стороне Республики, символа гражданского сопротивления фашизму и Франсиско Франко. В ходе войны Клара Тальман сражалась на баррикадах, познакомилась с Джорджем Оруэллом, пыталась покинуть территорию Испании на корабле, была поймана и брошена в тюрьму. В итоге ей удалось освободиться, и Клара переехала в Париж, но революционной борьбы не оставила, содействуя в годы Второй мировой французскому Сопротивлению. Клара давала укрытие евреям и беглым «несогласным» из Германии; за годы войны фашистская разведка так и не рассекретила ее с супругом. Умерла Клара Тальма в Ницце в 1987 году от рака легких. До этого она написала подробные мемуары о своей насыщенной событиями жизни – «Революция за свободу»[104].

Но в Барселоне в 1936-м, на прерванной войной альтернативной Олимпиаде, Клара Тальман была одной из многих. Не менее двух сотен иностранцев вместо участия в спортивных соревнованиях встали в ряды ополченцев. Так у республиканцев появились первые интернациональные бригады – вооруженные отряды из добровольцев со всего мира; «Народная Олимпиада» стала народной борьбой.

Олимпиаде-1992 по уровню драматичности было конечно же очень далеко до событий 1936-го года.

Тем не менее эта предыстория объясняет, почему для многих барселонцев проведение в их городе Олимпийских игр могло иметь особую значимость: Барселона заслужила свои игры, в этот раз настоящие.