Каждый год посмотреть на Саграду Фамилию приезжают более четырех миллионов туристов со всего мира, причем это только те, кто покупает билет и заходит внутрь[64]. Это – самый посещаемый монумент во всей Испании. Каждый из миллионов посетителей платит как минимум 15 евро за вход. Таким образом, даже по самым скромным подсчетам, Саграда Фамилия получает 60€ миллионов в год, и это без учета более дорогих билетов и продаж сувенирного магазина. Налогами эти деньги не облагаются – Саграда Фамилия считается благотворительным религиозным фондом и по этой причине освобождена от уплаты НДС.

Куда идут эти деньги? Туг, пожалуй, стоит напомнить о том, что Святое Семейство – это искупительная церковь, то есть место религиозного поклонения, создающееся исключительно на частные пожертвования. По замыслу Гауди и Бокабельи, Саграда Фамилия – это прямое создание верующих, без посредников в виде государства, мэрии, налоговой, прокуратуры и судебной системы. Так вот, по документам Саграда Фамилия и по сей день остается церковью, строящейся исключительно на частные пожертвования. Но если во времена Гауди этот концепт означал постоянные проблемы с финансированием и периодическую заморозку работ, то комитет, который руководит возведением храма сегодня, нашел выход из положения: все деньги, уплаченные туристами за билеты, считаются частными пожертвованиями (и поэтому в том числе не подлежат налогообложению). Это позволяет управляющему комитету Саграды Фамилии прикидывать примерные бюджеты на следующий год и планировать темпы строительства соответственно. Ну а для туристов это означает бонус – согласно концепции искупительной церкви, внесение пожертвования отпускает грехи дарителя. Так что за 15–20€ за вход вы не только смотрите уникальное архитектурное сооружение, но и избавляетесь от накопленных к этому моменту грехов. Профит!

Тем не менее в этом уравнении есть один участник, сложившейся системой категорически недовольный. И этот участник, удивительным образом, городские власти. Казалось бы, чем может быть недовольна мэрия, имея в собственном распоряжении самый популярный памятник во всей Испании? Тем не менее причин для негодования у властей Барселоны предостаточно. Во-первых, как я уже не раз подчеркивала, Саграда Фамилия – это частный проект, созданный частными людьми по собственной инициативе и за свои деньги. Он остается приватным и по сей день, что на практике означает полное исключение мэрии из любых решений, касающихся финансов, планов развития, темпов строительства и выбора архитекторов. Да-да, мэрия Барселоны не имеет совершенно никакой власти над самым известным зданием города. Она не имеет доступа к ее бюджетам, не получает налогов ни с чего, кроме сувенирной лавки, и даже повлиять на выбор скульпторов и архитекторов не имеет права.

Более того, больше ста лет у Саграды Фамилии не было даже лицензии на строительство! Вся эта невообразимая махина, с ее миллионами туристов, десятками миллионов евро, угрозами террористических атак, руферами из Казани и прочей неостановимой активностью, строилась вне каких-либо регламентов и без официального надзора властей. Частный самострой, который в 2010 году освятил лично папа Римский[65] и куда на важнейшие для Испании мессы[66] неоднократно прилетали испанские монархи.

Об отсутствии у храма лицензии на строительство город узнал весьма внезапно, в октябре 2016 года. В последний раз этим документом озаботились в 1882 году; ответственным человеком выступил конечно же не кто иной, как сам Антони Гауди. Тогда церковь находилась вообще не в Барселоне, а в городе Сан Марти де Провенсальс, архитектор подал заявку лично и в 1885 году получил ее на свое имя.

Двенадцать лет спустя город официально присоединили к Барселоне, и получением новой, столичной лицензии на строительство уже никто не озаботился.

Для Саграда Фамилии отсутствие лицензии не повлекло никаких неудобств: стройка идет, короли приезжают. Для Барселоны же это означало потерю определенного дохода от сверхприбыльной стройки, которая и так не платит почти никаких налогов. Дохода немаленького: в Барселоне строители должны платить городу 3,35 % от общей сметы здания. В случае Саграда Фамилии речь идет о примерно миллионе евро ежегодно. В 2016 году неприятная ситуация стала достоянием общественности, и мэрия пообещала договориться с комитетом. Соглашение было достигнуто осенью 2018 года – Саграда получила лицензию и обязалась выплатить городу 36 миллионов евро.

Итак, городские власти не имеют никакого контроля над творческими и стратегическими решениями, касающимися Саграда Фамилии, и почти не получают от монумента дохода, зато, когда начинаются серьезные проблемы, разбираться с ними приходится именно мэрии. Недовольные художники день и ночь бастуют перед фасадом Субиракса? Проблема мэрии. Туристы приезжают в таких количествах, что все традиционные каталонские бары в радиусе двухсот метров были вынуждены съехать, а на их месте появились мутные «рестораны» с заоблачными ценами и крайне низкого качества едой? Проблема мэрии. Местные жители в ярости и, не прекращая, строчат письма о том, как сильно упало качество жизни в районе, как сильно выросли цены на аренду, как громко по ночам орут пьяные гости города? Проблема мэрии. Наконец, террористы запланировали атаку на Лас Рамблас и главную христианскую эмблему города, Саграда Фамилию, – на чьи деньги будут усиливать охрану здания, перекрывать дороги и выставлять защитные тумбы с цветами? Правильно, городских и региональных властей.

Но есть одна очень большая проблема, по объему превосходящая все вышеописанное. Дело в том, что строительство главного фасада, фасада Глории («Славы небесной»), еще не находится даже в планах. Этот фасад смотрит в сторону моря и по задумке Гауди должен был быть абсолютно грандиозным: вход в Саграда Фамилию должен был лежать через роскошный, просторный парк, где посетители смогли бы насладиться творениями Бога и природы, а затем войти в прекрасное сооружение человеческого гения как продолжения Создателя. Гауди фантазировал об этом всем, когда церковь окружали безнадежный пустырь и козы. Затем были война, диктатура, переход к монархии, Олимпийские игры, массификация туризма и джентрификация – другими словами, все пустыри вокруг застроили. Сейчас напротив предполагаемого фасада Славы стоит почти впритык жилой дом, причем самого банального образца, массовая застройка времен Франко. Красный кирпич, зеленые жалюзи из ткани; меньше всего этот дом похож на парк. Тем не менее народ ждет все-таки парка, а решать эту проблему – опять понятно кому. Городской мэрии. Куда расселять людей, как сносить здания, стоит ли их сносить вообще? Эти и другие вопросы задают городским чиновникам постоянно, и они либо вяло отбрыкиваются, либо говорят туманными, витиеватыми фразами с общим посылом «поживем – увидим». И, зная всю подноготную отношений мэрии и Саграда Фамилии, несложно понять почему.

Тем не менее строительство продолжается. Руководит им специальный комитет частных лиц, уже неоднократно упомянутый выше, – Junta Constructor del Temple Expiatori de la Sagrada Familia (Комитет по строительству искупительной церкви Саграда Фамилия). Создан он был еще в 1895 году, и с тех пор его функции мало изменились, поменялись только бюджеты. Все члены комитета – верующие католики. Именно эта организация принимает все важные решения: продолжать ли строить храм вообще, кому доверить скульптуры нового фасада, кого выбрать новым главным архитектором. Согласно планам комитета закончить Саграда Фамилию должны в 2026 году, к столетию смерти Антони Гауди. Это сильно раньше, чем планировал сам архитектор, который не предвидел ни туристического бума, ни последующей невероятной славы своего монумента. В 2026 году, впрочем, будут лишь выситься все башни; какому архитектору – или, может быть, архитекторке – доверят создавать скульптурные группы фасада Славы, пока что неизвестно.