Мощеной набережной нет конца. Вечерами тысячи каирцев прогуливаются здесь, любуясь величавыми водами могучей реки.

Нил! Хозяин страны! Веками держал ты в страхе людей, ибо их благополучие, сама жизнь зависели от твоих капризов. Люди издавна жались к твоим берегам, ибо лишь там родит земля, куда проникают твои живительные соки. И ты всегда сознавал свою силу, показывал свой капризный нрав. Хотел — одаривал людей благами, хотел — разорял. Когда ты гневался — печаль ложилась на чело народа, люди затягивали потуже пояса.

Ты то слишком расточительно разольешь свои воды, разбушуешься и тогда рушишь плотины, уничтожаешь урожаи. А то, наоборот, скупишься, словно ведешь счет каждой капле— и тогда посевы выгорают. Напрасны в такую пору стенания и молитвы несчастных феллахов: ты жесток и неумолим. Но люди, веками почитавшие тебя как божество, даже не роптали, боясь разгневать своего кормильца.

Строится здание Асуанской ГЭС.

...Мы идем к берегу Нила вечерними каирскими улицами после пресс-конференции у президента республики Гамаль Абдель Насера, которую он устроил делегатам III Всемирной встречи журналистов. Мы идем от здания парламента не спеша, вдыхая прохладный воздух, любуясь вечерними огнями города. Не очень поздно, Каир еще бодрствует. К драматическому театру съезжаются зрители, идет какая-то древняя трагедия. А рядом — новый анонс-афиша, оповещающая о том, что скоро — премьера пьесы Чехова «Дядя Ваня».

Прямо на тротуарах сидят на корточках торговцы восточными сладостями и прохладительными напитками. Их лица освещаются светом керосиновых ламп, поставленных тут же, рядом. Горят неоном витрины магазинов. В небе мерцают яркие южные звезды; к ним тянутся минареты древних мечетей. Заполнены кафе. Их столики выставлены кое-где на улицу. Люди пьют сладкий чай, крепкий кофе, потягивают пиво или курят наргиле, о чем-то спорят, слушают радио. Вот доносятся звуки пения сладкогласой Умм Кальсум, поющей о любви и о Ниле, к которому лежит наш путь.

Чудесный вечер тих и таинствен. Внизу, под гранитным барьером, река плавно катит свои воды, отражающие россыпи городских огней — желтых, красных, белых. Они вспыхивают слепящими бликами за кормой парохода.

В такие минуты ничто не мешает думать. Мысли текут тоже плавно и свободно, как эта река. Вспоминаются слова президента Насера. Он говорил о том, что рад приветствовать в Каире журналистов пяти континентов, что их встреча способствует укреплению связей между народами. Говорил президент и о земле, о том, что ее еще очень мало в стране, — он имел в виду орошаемую землю, ту, что кормит человека. Такие площади составляют только 4 процента всей территории страны.

Проходили годы, население росло, а количество земли оставалось неизменным. Эти 4 процента сорок лет назад кормили 16 миллионов человек, а ныне должны дать пищу почти вдвое большему числу людей...

Один из тоннелей Асуанского гидроузла.

И люди решили осуществить свою мечту, вынашиваемую тысячелетиями, задумали укротить старого владыку — Нил.

Эта мечта представляется дерзновенной даже в наши дни. Выполнима ли она? В сердце знойной Нубийской пустыни нужно перегородить могучую реку гигантской плотиной — длиной в 5 километров и высотой в 110 метров, а для этого вынуть миллионы кубометров грунта, прорубить в гранитных скалах огромные тоннели, которые, по мнению иностранных специалистов, явятся «крепким орешком» — раскусить его будет нелегко. Не случайно много месяцев в Асуане жил представитель шведской фирмы. «А вдруг, — тешил он себя надеждой, — русские спасуют перед африканской твердыней... Тогда его фирма поживится».

Надежда половить рыбку в мутной воде не оправдалась, русские раскусили сей «крепкий орешек». Тоннели готовы к приему воды. Представитель шведской фирмы уложил чемоданы.

С чем можно сравнить такую стройку? Разумеется, только с пирамидами. Но даже величайшая из них — пирамида Хеопса — по объему работ в семнадцать раз уступает Садд аль-Аали. И построить плотину надо не за двадцать лет, а в значительно более короткий срок.

Одним египтянам не под силу была столь грандиозная задача. Американцы сказали: нет, не станем помогать.

Советские люди сказали: да!

Дела в Асуане идут успешно. Каждые сутки плотина вырастает на три метра в длину, приближаясь к левому берегу. День и ночь двадцатипятитонные минские самосвалы ссыпают в ложе реки тысячи кубометров гранитного камня. Ныне, как писала каирская газета «Аль-Ахбар», «Асуан стал местом настоящего паломничества. В некоторые дни его посещают до полутора тысяч гостей из разных стран. Можно без преувеличения сказать, что на Садд аль-Аали приезжает людей больше, чем в Мекку».

В середине мая 1964 года Нил будет перекрыт! Не случайно арабы говорят: «1964 год — год Асуана!»

Первая очередь Асуанской стройки вступает в действие.

Теперь американские деловые люди досадуют, что упустили такой бизнес. Причем их даже не столько беспокоит упущенная возможность заработать деньги, сколько потерянный в глазах африканских народов престиж. Они отлично понимают, что перекрытие Нила в точно намеченные сроки — это не только крупная техническая, но и политическая победа. Бывший вице-президент США Р. Никсон немало в свое время позлословил по поводу стройки на Ниле. Когда же он посетил ее, то вынужден был выступить с красноречивым признанием. «Теперь я убедился, — заявил Р. Никсон, — что строительство высотной Асуанской плотины после его завершения будет одним из чудес света. Это строительство действительно произвело на меня удивительное впечатление».

После пуска первой очереди Садд аль-Аали никто не станет сомневаться в том, что и вторая очередь будет введена строго по плану — в 1970 году.

Объединенная Арабская Республика станет получать более 10 миллиардов киловатт-часов электроэнергии в год. Это позволит пустить десятки новых фабрик и заводов. Будут орошены миллионы федданов[4] новых земель. Национальный доход республики увеличится вдвое.

Вековая мечта египетского народа сбывается.

Пройдут годы, но Асуанская плотина, как сказал Никита Сергеевич Хрущев, будет вечно возвышаться как символ прочной дружбы между народами наших стран, как величественный памятник их сотрудничества во имя великого дела мира.

...Со времен фараонов люди поклонялись тебе, Нил, старались умилостивить, задобрить: устраивали в твою честь празднества, приносили тебе в жертву самых красивых девушек. И по сей день, как и в древние времена, не угасло религиозное преклонение перед капризным «владыкой». Так же к дням половодья люди приурочивают свадьбы, совершают традиционные обряды, спускают на воду лодки, украшенные цветами и флагами. Только вместо девушки теперь бросают в реку нарядную куклу.

Катит свои воды Владыка и не чувствует, что кончается его власть над людьми, что скоро придется ему подчиниться их воле. А может быть, чувствует и даже радуется тому, что не бессмысленными жертвоприношениями и преклонением добиваются люди своего счастья, а трудом и силой разума. Да и почему бы ему не радоваться? Его воды оплодотворят отторгнутую у пустыни иссохшую землю, станут вращать турбины гигантской электростанции. И тогда к тем огням, что отражаются сейчас на его поверхности, присоединятся миллионы других — огней большого человеческого счастья, великой радости.

Катит свои воды Нил...

Прощай, могучая река! Мы были рады познакомиться с тобой, поговорить по душам. А теперь нам пора в путь. Нас ждут наши друзья.

Человек всегда будет благодарен тебе, могущественный бог далеких предков и надежный друг человека наших дней, который теперь с тобой на равных.

А традиции? Они, надо думать, сохранятся. По-прежнему в пору разлива берега твои будут оглашаться музыкой и песнями, по-прежнему тебе будут приносить в жертву красивую куклу.