Скарлетт

Сорин наклонился и что-то прошептал Рейнеру, который мгновение спустя исчез среди пепла горящего трупа Веды. Ее кровь по-прежнему была размазана по лицу Скарлетт, в венах которой бурлила жажда убийства.

Что до этой расправы, то она стала одной из самых приятных в ее карьере. Подобного удовлетворения после смерти жертвы Скарлетт не испытывала со времен… лорда Уинстона, пожалуй? Или с той ночи, когда заставила ублюдка, сдававшего в аренду совсем молоденьких девушек, подавиться частями собственного тела?

Она предвкушала, что будет чувствовать, когда расправится с Микейлом.

Лордом Тинделлом.

Алариком.

Но сейчас перед ними стоял еще один мужчина, которого надлежало умертвить, а рядом с ним – огромный волк.

– Как невежливо с вашей стороны оставить нас без приглашения, – протянул Тарек. – Вы ранили мои нежные чувства.

– Позволь продемонстрировать, насколько глубоко я могу тебя ранить, – усмехнулась Скарлетт, шагая к нему, но Сорин удержал ее, схватив за локоть.

– Ну-ну, – прицокнул языком Тарек. – Мы оба знаем, что сейчас ты мало на что способна. Дары фейри в пределах поместья подавляются, а ты еще не успела в достаточной мере напитаться от своего Источника, чтобы восполнить ресурсы, затраченные на эту впечатляющую демонстрацию насилия.

– У меня по-прежнему имеется верный клинок, – усмехнулась Скарлетт, принимая протянутый Сорином духовный меч. А ему его передал Рейнер, повинуясь отданному шепотом приказу.

– Ах да. Это может стать проблемой, но…

– Черт! – пробормотал Слоан при виде появившихся из теней фигур.

Дети ночи.

Их тут дюжины!

«Напомни мне, зачем ты только что куда-то отправил Рейнера?» – спросила Скарлетт мужа по их связи.

«Он должен привести подкрепление».

«Кого?»

«Луана».

«Азраила?»

Скарлетт сочла, что это не лишено смысла, ведь принц Земли – единственный, кто наделен даром телепортации. Если, конечно, успел восстановить эту способность.

Заняв позицию спина к спине, Скарлетт и Сорин наблюдали за приближением детей ночи, скалящих клыки, тянущих руки к Таве и Каллану.

– Стоять, – небрежно обронил Тарек, и все вампиры замерли на месте.

– С каких это пор ты командуешь детьми ночи? – спросила Скарлетт.

– С тех самых, как Графиня присягнула на верность Лорду наемников, – ответил Тарек.

– Что? – ахнула Скарлетт, не в силах скрыть потрясение.

Что за странное заявление? Розалин по-прежнему с Нури, и враги никак не могли до нее добраться. Это абсолютно исключено.

– Идемте со мной, ваше величество. И свиту свою прихватите, – продолжал Тарек. – Кое-кто ждет не дождется новой встречи с вами.

– Никуда мы с тобой не пойдем, – возразил Сорин.

– Сдается мне, вам будет небезынтересно стать свидетелями того, как трон займет новый король, – возразил Тарек.

– О чем ты говоришь? – возмутился Каллан.

Он по-прежнему прижимал к себе Таву, а Дрейк, Финн и Слоан заключили их в кольцо.

– Да и вы, наследный принц, определенно захотите попрощаться.

Все молча направились в замок, не имея иного выбора, кроме как позволить разыграться этой пьесе. В противном случае Скарлетт пришлось бы стать свидетельницей того, как на ее глазах убивают смертных. Тарек заставил их с Сорином разъединиться, чтобы она перестала черпать у него силу. Теперь она шла рядом с Тареком, которого по-прежнему сопровождал волк, а Сорин – в середине, в компании десятка вампиров.

Скарлетт продолжала разговаривать с мужем по их связи близнецового пламени, и Тарек никак не мог этому воспрепятствовать. Они обсуждали возможные планы побега и способы борьбы, однако, находясь в окружении такого количества детей ночи, они не видели способа сделать это, не поставив под угрозу жизни Каллана, Тавы и прочих.

Сорин сообщил ей о другой небольшой проблемке. Увы, назвать ее «небольшой» было преуменьшением.

«Этот волк – Талвин», – сказал он Скарлетт, пока они молча шагали через Элитный район.

«Очевидно, это один из ее волков».

«Нет, милая. Эта волчица и есть Талвин. Она изменила форму».

«Разве ей это по силам?»

«Как видишь, теперь да. Ее глаза я узнал бы где угодно. Да и королева Хенна, ее мать, умела превращаться именно в волка».

Скарлетт не хотелось думать о том, что означает присутствие Талвин здесь, с Тареком, сопровождающим их в замок. Им это явно не сулило ничего хорошего, да и вообще балансировало на грани фантастики.

Тарек провел их в тронный зал. Скарлетт заставили подойти к возвышению для королевских особ, остальных оттеснили в сторону.

– Я думала, будет больше гостей, – проворчала Скарлетт, наигранно обводя пространство взглядом.

– Они не заставят себя ждать, – заверил Тарек, поглаживая шерсть Талвин. – А чтобы нас не прерывали по пустякам… – Он подошел к Сорину и протянул руку. – Я заберу у тебя кольцо.

Сорин неохотно стянул с пальца кольцо Семирии и вложил ему в ладонь. Тарек тут же надел его себе на палец. Почувствовав, как оживает его магия, он глубоко вздохнул.

– Ты не представляешь, как долго я ждал этого момента, – пробормотал Тарек.

– Рискну предположить, что около десяти лет, – возразил Сорин.

– О нет, принц Огня. Гораздо дольше, – ответил Тарек, повернулся к нему спиной и вернулся к помосту. Он сел на край и, устраиваясь поудобнее, вытянул перед собой ноги. Волчица Талвин опустилась рядом с ним. – Представление будет отличное, – пробормотал он. – Рад, что мне досталось место в первом ряду.

Раздались шаги, двойные двери тронного зала распахнулись, и вошел Микейл Лэйрвуд. Остановившись, он оглядел собравшихся.

– Вы должны были уехать вместе с моим отцом, – ахнула Тава. В ее голосе потрясение смешалось со страхом.

Микейл согласно кивнул.

– Все верно, – подтвердил он. – Но, по-видимому, ваши союзники забыли упомянуть, что некоторые марааны наделены даром телепортации и могут в мгновение ока перенестись из одной части континента в другую.

Взгляд Каллана метнулся к Скарлетт.

– Это правда? – требовательно спросил он.

– Я… Мне известно об этой способности Аларика. Про остальных не уверена, – призналась она. – Откуда мне было знать, что твои планы зависят от их отсутствия в столице? Я бы сказала тебе, Каллан. Я бы…

Он отвернулся от нее, сдвинувшись так, чтобы заслонить собой Таву.

– В общем, – продолжил Микейл, выступая вперед, – когда я узнал, что особые гости пересекли границы моих владений, мы вернулись домой.

Он остановился перед Скарлетт и, оглянувшись через плечо на Сорина, протянул руку к пряди ее волос. Напрягшись, Сорин положил ладонь на рукоятку висящего у него на поясе меча.

– Не делай этого, – произнес Тарек притворно скучающим голосом.

Появившиеся из ниоткуда древесные плети обвились вокруг запястий Сорина и завели их ему за спину. Взгляд Микейла вернулся к Скарлетт, на его губах заиграла жестокая ухмылка.

– Как же твое обещание, что в следующий раз, когда увидишь меня, то убьешь, моя кошечка?

Скарлетт наклонила голову набок, делая вид, что обдумывает вопрос.

– Разве я говорила о твоей смерти? Я имела в виду смерть твоей сестры. – Ее голос сделался ледяным.

Микейл застыл на месте.

– Ты лжешь.

– Вообще-то нет, – возразила она. – При этом присутствовал наследный принц. И Тарек. Они все видели, – добавила Скарлетт, жестом указывая в сторону Каллана.

Микейл взглянул на принца, и тот кивнул, не сдвинувшись с места, продолжая прикрывать собой Таву. Затем он посмотрел на Тарека, который пожал плечами. Резко повернувшись к Скарлетт, Микейл пронзил ее взглядом своих черных глаз.

– Ах ты маленькая сучка.

В насмешливом ужасе она прижала руку к сердцу.

– Милорд! Такие нецензурные выражения в присутствии леди.

– Когда он вернет тебя мне, ты пожалеешь о каждом слове, умница, – прорычал Микейл, замахиваясь, словно собираясь ее ударить.

Скарлетт улыбнулась, и рядом с ней возникла теневая пантера. Возможно, использовать сейчас эту магию было не самым разумным решением, но, черт возьми, нужно же ей что-то предпринять!

– А вот и она, – раздался голос лорда Тинделла, вошедшего в комнату в сопровождении фигуры в капюшоне, в которой Скарлетт сразу узнала Аларика. Лорд Тинделл хлопнул в ладоши. – Посмотрите на эту прекрасную тьму.

Итак, все мараанские лорды в сборе. Вслед за ними, связанные и с кляпами во рту, появились члены королевской семьи: король Теодор, королева Мередит и принцесса Ева. Каллан сделал было шаг, но резко остановился, разрываясь между необходимостью оберегать Таву и стремлением подойти к родителям и сестре.

Слоан и Финн, напротив, без колебаний выхватили мечи и бросились вперед. Тут Аларик поднял руку, и оба замерли. Буквально застыли как статуи, не в силах пошевелиться.

При виде подобного проявления силы Скарлетт втянула в себя тени. Сейчас не время и не место для того, чтобы что-то доказывать. Ей понадобится каждая капля силы, чтобы вытащить всех отсюда живыми.

В следующее мгновение Аларик сжал кулак, и Финн со Слоаном рухнули на землю, словно от удара по затылку. Более того, они не проявляли признаков жизни. Их грудные клетки не вздымались.

– Что ты сделал? – потребовала ответа Скарлетт, шагая было к ним. Ее голос превратился в резкий шепот.

– Не двигайся, Дева Смерти, – сказал Аларик, потянувшись вверх и откинув капюшон, явив присутствующим лицо.

– Ох, моя кошечка, – безжалостно промурлыкал Микейл. – Разве я не говорил, что тебе только предстоит испытать его силу?

– Что он сделал? – повторила Скарлетт, не сводя глаз с неподвижных стражников.

– Сжимал их сердца, пока те не разорвались, – наклонившись к ее уху, прошептал Микейл.

– Нет! – воскликнула Скарлетт, повернув голову к Каллану, который потрясенно смотрел на своих стражников и самых близких друзей, лежащих мертвыми на полу. – Каллан, мне так жаль. Каллан, я…

Микейл разразился мрачным смехом.

– Это то самое проклятие, о котором я говорил. Все потому, что они были знакомы с тобой. Сколькими еще ты пожертвуешь, отказываясь подчиниться?

– Не верь ничему из того, что он говорит, Скарлетт, – внезапно крикнул Сорин. – Слышишь меня? Ты ни для кого не являешься проклятием. Их смерть не твоя вина.

Увы, это была ее вина и ничья больше. Микейл прав. Все потому, что они знали ее и были втянуты во все это. Потому что…

– Довольно, – сказал Аларик, и его холодный расчетливый голос разнесся по тронному залу, несмотря на то, что он его не повышал. Аларик окинул взглядом Каллана и Таву, по лицу которой текли беззвучные слезы. Стискивая руку Каллана, она смотрела на тела Финна и Слоана на полу. – Где Веда?

Скарлетт захлестнула горячая жгучая ярость.

– Это которая с золотыми крыльями, верно?

Она с усмешкой посмотрела на своего бывшего хозяина.

– Да, – медленно моргая, подтвердил Аларик.

– Она мертва, – прошипела Скарлетт, переводя взгляд на Микейла. – Заставила гоняться за ней по всему небосводу, но я ее все равно настигла, отрезала ее крылья, расчленила и спалила дотла. Не ширастоун, конечно, но тоже действенный способ.

– Очень жаль, – проворчал лорд Тинделл. – Веда была одной из наших самых сильных соратниц. – Он посмотрел на Аларика. – Другую нам не пришлют. Больше нет.

– Жаль, – протянула Скарлетт.

– Да, – согласился лорд Тинделл. – Придется теперь посадить на трон другого. У нас не осталось выбора.

– Ваша собственная дочь претендует на престол через брак, – внезапно подал голос Дрейк. – Почему все так настаивали на том, чтобы его заняла Веда? Какое это имеет значение?

– Ты многого не понимаешь, Дрейк, – сказал лорд Тинделл. Скарлетт могла бы поклясться, что его тон чуть смягчился, но этого просто не могло быть. Они ему неродные дети. – Ты не должен быть во все это впутан.

– Веда в качестве королевы сделала бы переход более плавным, – изрек Аларик. – Как это было в других королевствах.

– В других… – Каллан замолчал, выходя из оцепенения. – Райдеон и Тореаль?

– Те переходы были тихими и происходили естественно. Так же, как случилось бы и здесь, если бы некоторые активы держали под контролем. – Аларик пронзил взглядом Микейла, чьи руки сжались в кулаки.

Скарлетт поморщилась в насмешливом сочувствии.

– Сколько раз я от тебя ускользала? Не хватит пальцев на обеих руках, чтобы сосчитать.

Микейл открыл было рот, чтобы ответить, но тут вновь заговорил Аларик:

– План по захвату трона Виндонеля разрабатывался десятилетиями, но иногда планы приходится менять.

Он встал за спиной Теодора. Всех членов королевской семьи принудили опуститься на колени, Мередит дрожала рядом с мужем. Принцесса Ева прижималась лицом к боку матери, содрогаясь всем своим маленьким тельцем. Скарлетт вспомнилась льнущая к Джульетте Тула.

Быстротой движений не уступая детям ночи, Аларик полоснул кинжалом по горлу короля. Королева Мередит закричала, но ее крик прервался, когда тот же клинок вонзился в ее шею.

– Нет! – завопил Каллан, вырываясь из рук Тавы и спеша к родителям. – Пощадите ее! Умоляю! Оставьте Еву в живых!

– Наследницу Солгардов нельзя оставлять в живых, – небрежно обронил Аларик, сжав в кулаке светло-каштановые волосы принцессы. Девочка сдавленно замычала, когда он рывком запрокинул ее голову.

– Пожалуйста! Нет! – завопил Каллан.

Он попытался добраться до сестры, но Микейл и лорд Тинделл удержали его на месте. Дрейк крепко прижимал к себе Таву. Связанный древесными плетьми Тарека, Сорин не мог пошевелиться.

– Стой! – вскричала Скарлетт, посылая свои тени вперед, – они создали щит вокруг Евы. – Аларик, остановись!

Его кинжал замер, будучи неспособным пробить выставленную ею защиту. Скарлетт застонала от прилагаемых усилий.

– Остановись! – задыхаясь, вымолвила она.

Пожав плечами, Аларик сунул оружие себе за пояс.

– Ты не сможешь вечно удерживать щит на месте, мой Призрак. Но если тебе так хочется истощить силы, продолжай в том же духе. В ослабленном состоянии ты гораздо послушнее.

Он направился к помосту, поднялся по ступеням и уселся на трон.

– Пока жив Каллан, – прорычала Скарлетт, – престол тебе не принадлежит.

– Пока, – согласился Аларик, подпирая голову кулаком. Похоже, он готовился к ожиданию.

– Ради чего все это? Чтобы ты стал королем?

По его губам медленно расползлась улыбка.

– Ты знаешь, что от тебя требуется за получение подобного рода информации, Скарлетт.

– Никогда, – усмехнулась она.

Аларик тяжело вздохнул.

– Ты принесла ключи?

– Я… Что? – спросила она, обескураженная внезапной сменой темы.

– Ключи. Полагаю, к настоящему времени ты успела найти их все. Поэтому я и позволил тебе сбежать несколько недель назад.

– Позволил… Ничего подобного ты не позволял.

– Я знал, что той ночью за тобой придут, – ответил Аларик, всматриваясь в нее своими черными глазами.

– Невозможно, – фыркнул Сорин.

Изогнув бровь, Лорд наемников перевел взгляд на принца Огня.

– Я знал, что ты явишься ей на выручку, поскольку ошибочно считаешь, что она принадлежит тебе.

– Так и есть, – прорычал Сорин, дергаясь в своих путах.

– Она никогда не была твоей, – резко возразил Аларик.

Скарлетт не могла не задаться вопросом, почему он не использует свою силу против кого-либо из них. Судя по тому, что он сделал с Финном и Слоаном, он способен с легкостью контролировать всех одним движением руки. Почему же он не поступил так с королем и королевой? Или с принцессой Евой?

– Как ты узнал? – спросила Скарлетт, натужно сглатывая и пытаясь скрыть дрожь в руках и ногах. Тарек прав. Она недостаточно напиталась от Сорина, чтобы тратить столько сил. У нее оставались огонь и вода, но их лучше приберечь. – Как ты узнал, что они придут той ночью?

– Мне сказала Графиня, – просто ответил Аларик.

– Графиня? – повторила Скарлетт. – Ей-то откуда знать?

– В то время она еще не носила этого титула,– протянул Аларик, откинувшись на спинку трона.– А получила она его после того, как ты самолично вручила бывшую Графиню ей в руки.

– Что?

– Представь наше удивление, когда несколько месяцев назад мы увидели тебя выходящей из Дрезденского леса. Мы планировали сами отправиться за ней, но ты обо всем догадалась, не так ли? – Аларик улыбнулся почти ласковой улыбкой. – Ты чертовски умна. Как я тебя и учил. Так что пришлось менять планы. По правде говоря, все сложилось наилучшим образом. Мы понятия не имели, где скрывается Розалин. Поэтому я позволил тебе сбежать и отправил с тобой одного из своих, зная, что ты не остановишься ни перед чем, пока не найдешь ее. Чтобы не позволить ей попасть мне в руки.

– Нет, – прошептала Скарлетт, у которой вдруг подкосились колени. Не из-за иссякающей силы, но из-за того, на что он намекал…

– Да, Скарлетт, – возразил Аларик, поднимаясь на ноги. Сойдя с помоста, он встал перед ней и коснулся ладонью щеки. – Ты нашла Графиню и отправила с той, кто теперь занимает ее место.

При этих словах он отстранился. Из тени вышла Нури. Ее капюшон был опущен, глаза мрачно смотрели на Скарлетт. Она медленно подняла руку без перчатки. В центре ее ладони имелась кровная метка, точно такая же, как у Тарека.

– О Нури, – прошептала Скарлетт.

Ее сердце разрывалось от муки и предательства при виде сестры, стоящей рядом со своим хозяином.

– Ты была… – Нури сглотнула, отводя взгляд. – Он обещал оставить детей в покое, если я соглашусь принять метку. Ты слишком долго отсутствовала. Слишком долго тянула. Я не…

Все это время она играла с ними! Взяла за обыкновение исчезать из Черных Залов на несколько часов, а то и дней. Сколько времени прошло с тех пор, как Скарлетт впервые увидела Нури после прибытия туда? Она всегда была в капюшоне и перчатках, но Скарлетт ничего не заподозрила, ведь ее сестра – дочь ночи и Тень Смерти. Ее нужно беречься от солнца. Она…

Она была идеальной кандидаткой, чтобы сделать то, что сделала.

То, что посчитала нужным сделать.

Для Нури дети всегда были на первом месте. Всегда. Неприкаянные уличные сироты, о которых некому позаботиться. Которых использовали, убивали и выбрасывали.

– Не смотри на нее с такой жалостью, – промурлыкал Аларик, начиная медленно обходить Скарлетт по кругу. – Она была воспитана для этой роли. Подготовлена. Так же, как и ты. Просто Нури приняла свою участь.

Скарлетт не могла отвести взгляд от сестры, которая больше не смотрела ей в глаза. Она убила Графиню, заняла ее место и теперь контролирует детей ночи. А Аларик контролирует ее. Жестокие, злобные, неуправляемые вампиры попали под влияние существа столь же непостоянного. Нури принуждали к этому с тех пор, как Аларик забрал ее с улицы. Она всегда знала, кем являлась.

«Дыши, милая,– прошелестело по связи близнецового пламени.– Не убирай щит. Защити сестру Каллана. Сейчас ты многое не можешь контролировать, но это тебе по силам».

«Мне трудно, Сорин. Недолго осталось…»

«Рейнер скоро будет здесь. Он приведет помощь. Держись, Скарлетт. Ты справишься. Дыши. Вдох и выдох».

Стиснув зубы, она усилила щит вокруг Евы. Лорд Тинделл и Микейл по-прежнему удерживали Каллана, а Тарек стал медленно подниматься на ноги. Прежде чем Скарлетт успела что-либо предпринять, Аларик схватил ее за руки и завел их ей за спину.

– Не сопротивляйся, мой Призрак, – тихо проговорил он ей на ухо, – или следующим я убью принца Каллана.

Она кивнула, и Тарек принялся ощупывать ее торс и бедра, пока не добрался до карманов брюк. Сунув руку внутрь, он вытащил амулеты.

– Здесь только шесть, – обратился он к Аларику.

Последовала вспышка света, и Талвин предстала перед ними в своем привычном обличье.

– Последний у меня, – объявила она монотонным холодным голосом, ни на кого не глядя.

– У тебя его нет, – поправила Скарлетт.

– Нет, есть, – настаивала Талвин.

– Был, – вяло ответила Скарлетт. – Амулет Селесты, верно? – Она кивнула на ожерелья, которые Тарек держал в руке.

Выступив вперед, Талвин стала перебирать их пальцами, пока не нашла свой.

– Но как? – ахнула она.

– В тот вечер, когда мы ночевали на северной вилле Графини – мы тогда пошли на кухню за едой, – Джульетта выудила его из твоей сумки и заменила подделкой. Поскольку ты связана с Маликом, я предположила, что амулет Селесты окажется у тебя, – пояснила Скарлетт. – Я догадалась, что ты знаешь о его местонахождении, после того как услышала о нем на нашей встрече. Сообразив, что я усердно их разыскиваю, ты решила держать свой при себе. – Она пожала плечами. – Я оказалась права.

Негромко хохотнув, стоящий за спиной Скарлетт Аларик отпустил ее руки.

– Наконец-то нашла достойное применение своей сообразительности. Держу пари, тебе известно и где находится последний ключ, не так ли?

– Катись к черту, – прошипела Скарлетт.

За что получила резкий удар кулаком в живот.

Сорин зарычал от ярости и задохнулся, когда древесные плети обвились вокруг его горла и сдавили.

Скарлетт метнула огненный шар в Тарека, и тот едва успел уклониться. Однако это дорого ей обошлось: отвлекшись, она опустила защиту вокруг принцессы Евы. Аларик тут же достал из-за пояса кинжал, и Скарлетт вздрогнула при виде клинка, который оказался черным, как сама ночь.

У него оружие из найтстоуна!

– Нет! – закричала она, пытаясь мобилизировать остатки своих теней, чтобы вновь воздвигнуть щит.

Тут воздух зашевелился. Раздался оглушительный взрыв, и от Скарлетт повалил черный дым. Нет, не от нее, а от ее Хранителя, который вдруг материализовался рядом с ней.

Он пришел не один.

С ним были Эштин, Брайар и Азраил.

Все королевские особы фейри собрались в одной комнате.

– Брайар! Девочка! – воскликнула Скарлетт.

Однако в землях смертных фейри лишены своих даров. Даже если бы это было не так, без кольца Семирии преодолеть магические заслоны невозможно. Только так, по мнению Скарлетт, Тареку и Талвин удавалось воспользоваться своей силой.

Все происходило слишком быстро. Настолько стремительно, что Скарлетт не успевала.

Аларик вновь устремился к Еве, а Кассиус, связью хранителя почувствовавший угрожающую своей подопечной опасность, обхватил Скарлетт за талию, когда ее колени подкосились от напряжения. Скарлетт начала черпать из него силу, привалившись к нему всем телом, и одновременно создала ледяной щит вокруг Евы.

Аларик сменил направление и устремился к Каллану. Когда он поднял руку, наследный принц вздрогнул, схватившись за грудь.

– Нет! – закричала Тава. – Нет! Каллан!

Дрейк крепко обнял сестру, удерживая на месте, но она брыкалась и билась в попытке добраться до Каллана.

Сила Кассиуса отбросила Тарека и Талвин прочь, что позволило Сорину выхватить меч и нож. Он пытался пробиться к Скарлетт, разрубая древесные плети, на месте которых то и дело появлялись новые. На кончиках пальцев Талвин заискрилась молния.

Азраил что-то кричал ей, пытаясь привлечь внимание в царящем вокруг хаосе. Брайар поднял сдвоенные мечи, а стоящая подле него Эштин – клинки, изогнутые в форме серпа. Микейл и лорд Тинделл подбирались к ним с оружием на изготовку.

В воздухе витала смерть. Скарлетт чувствовала ее незримое присутствие. Много раз отдавая ей дань своими жертвами, она отчетливо ощущала каждый ее приход.

Сегодня смерть знатно попирует.

«Сорин, я люблю тебя,– прошептала Скарлетт.– Разыщи меня в загробном мире. В пустотах между звездами».

«Нет!» – отчаянно вскричал он и еще яростнее заработал мечом.

На глазах Скарлетт выпущенный Талвин энергетический шар ударил его в грудь.

Он пошатнулся и упал на колени.

Встретился взглядом со Скарлетт.

Ее грудь взорвалась болью.

О боги. Аларик, должно быть, сжимает ее сердце, потому что ее захлестнула агония. Она не могла вздохнуть, но почему-то кричала. Ее легкие не расширялись, но губы продолжали оповещать об испытываемых ею страданиях.

Вдруг Скарлетт почувствовала давление у себя на талии и ребрах. Чьи-то руки крепко обхватили ее и, подняв на ноги, прижали к твердой груди, не давая подойти к мужу. Чей-то голос что-то говорил на ухо, но она не понимала ни слова. Потому что Сорин умирал. И сама она тоже. Угасала ее душа.

«Когда она умерла, у меня будто вырвали половину души». То были слова Сайруса, рассказывающего о смерти Тиа.

У Скарлетт сейчас не то что отрывали половину души, все ее существо рассыпалось в ничто.

«Любимая…– прошелестел по связи голос Сорина, задыхающийся и хриплый.– Я бы все равно предпочел остаться во тьме… Даже сейчас».

– Сорин!

Вопль Скарлетт пронесся по комнате, пронзительный и исполненный отчаяния. Из нее вырвался вихрь огня, льда и теней, закрутившийся вокруг нее и Кассиуса, и она полностью утратила над собой контроль.