– Готовы ли корабли к немедленному отплытию, если в том возникнет необходимость? – спросила Скарлетт, не обращаясь ни к кому конкретно.
Она сидела на полу за низким столиком в одной из многочисленных гостиных Черных Залов. Ей надоело устраивать встречи в официальных комнатах для собраний с длинными столами и неудобными стульями. Сейчас она прислонилась спиной к ногам Сорина, который расположился на диване позади нее. Перед ней были разложены амулеты. Скарлетт изучала книгу по магии крови, которая, судя по всему, раньше принадлежала Чародейке.
– Да. И наши, и Брайара, – отозвался Сайрус из другого конца комнаты, где он играл с Кассиусом в бильярд. Следом раздалось цветистое ругательство. Подняв глаза, Скарлетт увидела, что Кассиус загнал в лузы два последних шара. – В Черном синдикате всех, что ли, в обязательном порядке учат играть в бильярд? – проворчал он, шлепая монету в ладонь Кассиуса.
– Просто ты очень плохо обучен этой игре, – сказала Скарлетт, возвращая внимание к амулетам. – Но наши кошельки это ценят.
Она не расслышала его невнятного ответа, но догадалась, что он сказал.
– Есть ли вести от Брайара касательно Двора Ветра? – задала она следующий вопрос, снова ни к кому не обращаясь.
– Он заходил сегодня утром, пока ты тренировалась, – ответила Элиза, которая, как обычно, сидела в кресле с книгой в руках. – Сказал, что Эштин перебрасывает силы в разные места. Готовится на случай необходимости.
– Хорошо.
Скарлетт чувствовала что-то в воздухе. Что-то грядет. В последние несколько дней сама земля затаила дыхание. Все ждали того, что приведет хаос в движение. Скарлетт пыталась подготовиться к любому повороту событий, не распыляя ресурсов. Она не знала, чью сторону примет Талвин, вестей от которой не было несколько дней, лишь Азраил сообщал скудные обрывки сведений, если их можно так назвать. От Эштин Брайар узнал, что Тарека доставили в Белые Залы, и все на этом. А это…
Это никому не сулило ничего хорошего. Скарлетт знала, как льстиво Тарек умеет говорить, оплетая паутиной красивых слов. Упрямством и неумением прощать Талвин не уступала ведьмам, но Скарлетт понятия не имела, к чему это приведет, когда в дело вступят эмоции.
Нури до сих пор пряталась вместе с Графиней. В ее сводках сообщалось о появлении на территории детей ночи вампиров-изгоев. Скарлетт целый день потратила, убеждая Хейзел в случае необходимости оказать помощь Розалин и ее землям. Верховная ведьма, что ожидаемо, в восторг от этой затеи не пришла, но в конце концов сдалась.
Что до оборотней, то Сорин и Скарлетт встретились с ними на следующий день после ее дня рождения. Брат и сестра вели себя… интересно. Скарлетт так и не поняла, прошла ли встреча хорошо или нет. Сорин настаивал, что да, что альфа и бета встанут на ее сторону, но она не была в этом уверена. Стеллан определенно до сих пор расстраивался из-за того, что Скарлетт долго тянула с официальным знакомством, что бы это ни означало. Арианна была приветлива, ее теплые оливковые глаза следили за каждым их движением, в то время как Джамал массировал ей шею и плечи. Будет ли достаточно одной беты? Нет, если в итоге между ней и братом возникнет спор о том, кого поддерживать.
С тяжелым вздохом Скарлетт бросила амулет Серафины на стол и, уперев затылок в колени Сорина, закрыла глаза. Она устала ждать и была более чем готова к тому, что назревало, будь то ловушка, грандиозное разоблачение Аларика или война…
Она понимала, что это звучит ужасно и что только ужасное создание может желать кровопролития, но давно смирилась с этим.
От размышлений ее отвлек Сорин, нежно поглаживающий пальцами ее обнаженное горло. Он смешал свое пламя с ее тенями, заставив ее сжать бедра.
– Готова ко сну, любимая? – прошептал он ей на ухо.
Подняв веки, Скарлетт увидела, что он склонился над ней. В его глазах отражалось жадное желание. Скарлетт схватила его за левую руку – ту самую, на которой находилась метка близнецового пламени. Она распространилась и теперь обвилась вокруг его безымянного пальца под обручальным кольцом. Очевидно, став ее Источником, Сорин выполнил свою часть жертвенного испытания. Оставалось дождаться, когда и Скарлетт сделает то же самое, чтобы их связь могла быть помазана.
Это было хорошо.
Но и оказывало на нее определенное давление.
Ответить она не успела.
– Скарлетт, что это такое? – раздался низкий голос Рейнера.
Скарлетт и Сорин переключили внимание на Всадника Пепла. Проследив за его взглядом, Скарлетт увидела тени, мерцающие в углу комнаты подобно туману.
– Черт, – пробормотала она, вскакивая на ноги. Повинуясь ее мысленному приказу, тени укрыли ее, словно вторая кожа, плотностью не уступающая броне. Скарлетт сунула амулеты в карман, не желая никому их доверить, вытянула из воздуха духовный меч и стала хватать любое другое оружие, до которого могла дотянуться, включая два кинжала, снятые с тела Сайруса. – Сорин! Оружие! Ты мне понадобишься, – скомандовала она. – Рейнер, и ты тоже. На случай, если потребуется послать весточку. Остальным сохранять готовность.
– Что происходит? – потребовал Сорин, поспешно пристегивая клинки, переданные ему Элизой. Его тело охватило пламя, а когда угасло, он оказался одетым в боевые кожаные доспехи.
Сборы заняли меньше двух минут. Скарлетт поспешила к теневому туману, Сорин с Рейнером – за ней.
– Я нужна Каллану, – только и ответила она, прежде чем шагнуть в мерцающую пелену.