Талвин

– Не мельтеши, – сказал Азраил.

Сидя за столом в покоях Талвин в Белых Залах, он не поднял глаз от отчетов и писем, которые просматривал. Вся эта корреспонденция поступила за то время, пока он находился в землях смертных.

Принц Земли проспал больше суток, а едва проснувшись, попросил Талвин рассказать, что случилось с Эштин и Стелланом.

Ничего другого она не ожидала. Его внимание всегда было сосредоточено на главном: он старался сделать все возможное для их Двора, для ее трона. Невзирая на его просьбу, она продолжала вышагивать у окна.

– Я беспокоюсь из-за предстоящей встречи, – призналась она.

– Вижу, – буркнул он. Талвин с трудом сдержала резкое ответное замечание, а он добавил: – Куда больше тебя должны беспокоить отношения с принцессой Эштин и оборотнями.

Она послала в его сторону порыв ветра, сдувший со стола бумаги.

– Достойный королевы поступок, Талвин, – заметил он, медленно переводя на нее взгляд.

– Отвали, Азраил.

Не ответив, он отложил одно письмо в сторону и начал читать следующее.

Пока принц Земли спал, Талвин пыталась чем-то себя занять. Она посетила Стеллана, чтобы сообщить ему о возвращении Арианны, и телепортировала его в Черные Залы, однако не стала задерживаться, чтобы узнать, как прошло воссоединение. Талвин никогда не призналась бы в том, что не хочет видеть Скарлетт, пока рядом с ней нет Азраила. Если Тарек и правда жив…

Поэтому вместо того чтобы рисковать столкнуться со Скарлетт и Сорином, когда Стеллан нашел Арианну, Талвин вернулась к себе в Белые Залы. Она отправила сообщение Эштин, спрашивая, свободна ли та. В ответном послании принцесса Ветра интересовалась, срочное ли дело, и, когда Талвин ответила отрицательно, сообщила, что в данный момент занята.

Да уж, просто замечательно.

Талвин изучила отчеты, прочитала переписку, которую сейчас просматривал Азраил, но не сумела отвлечься настолько, чтобы не думать о Тареке. Она старалась подготовиться к любому возможному исходу. Пыталась предугадать собственную реакцию на каждый из вариантов развития событий. Ей требовалось убедиться, что ее эмоции останутся сдержанными, черты лица – нейтральными, а магия – под контролем.

– Клянусь Сайласом, Талвин, ты в ковре колею протопчешь, – проворчал принц Земли, отложив наконец письма и отчеты и поднявшись на ноги.

– Ну? – потребовала она, жестом указывая на стопку бумаг и не переставая вышагивать.

– Прежде чем двигаться дальше, нужно послушать, что скажут Западные Дворы, – изрек Азраил, скрестив руки на груди.

Он рассказал своей королеве то немногое, что узнал во время миссии с Сорином и его Двором, однако откуда взялись мараанские лорды и что им нужно от Скарлетт по-прежнему оставалось загадкой. Едва ли дело только в ее могуществе.

– Ты готова?

Остановившись, Талвин оглянулась через плечо на Азраила.

– Разумеется, да, – рявкнула она.

Он уставился на нее своими карими глазами, и она выдержала его взгляд, подстрекая к дальнейшим действиям. Наконец Азраил сказал со вздохом: «Пойдем» и, взяв за руку, позволил ей перенести их в Черные Залы.

Их встретили Брайар и Эштин, при виде которой Талвин прикусила язык, и проводили в зал совета на главном этаже. Это была одна из самых больших комнат для совещаний, гораздо более официальная, чем можно было ожидать от Скарлетт.

Когда Талвин со своим Вторым вошли вслед за Брайаром и Эштин, ее взгляд остановился на кузине, стоявшей в дальнем конце комнаты с Сорином и Сайрусом. Они негромко переговаривались, но, заслышав шаги, замолчали и дружно повернулись. Скарлетт немедленно поспешила к ним, не сводя глаз с Азраила, который настороженно наблюдал за ней.

– Талвин, – радушно произнесла она, быстро взглянув на нее, прежде чем сосредоточить внимание на ее спутнике. – Принц Азраил, примите мою благодарность. Я ваша должница, – церемонно добавила она, склонив голову набок. – Спасибо за то, что вывезли детей. Мне говорили, что из-за этого вы почти исчерпали свою силу. Удалось ли вам восстановиться?

– Да, – медленно протянул Азраил, не менее Талвин опасаясь официального тона и обращения Скарлетт.

– Приятно слышать. Нам нужно многое обсудить, – продолжила та, жестом указывая в сторону стола, за которым расположились представители Дворов Огня и Воды.

Скарлетт подошла к Сорину, и вдвоем они направились к столу. Скарлетт заняла место во главе, Сорин – справа от нее, Брайар – слева.

Талвин двинулась к другому концу длинного, отполированного до блеска стола. Когда она села, в комнате воцарилась напряженная тишина. Наконец, кузина заговорила в своей нетрадиционной манере, к которой Талвин начала привыкать.

– Итак, что бы вы хотели узнать в первую очередь? – спросила она, откинувшись на спинку кресла.

– А что бы ты хотела рассказать в первую очередь? – парировала Талвин.

– У меня заготовлен целый список, – ответила Скарлетт, подперев голову рукой. – Но прежде чем перейдем к моей повестке, давайте я отвечу на ваши вопросы.

– Хорошо, – жестко подхватила Талвин. – Почему бы тебе не начать с рассказа о том, какого черта ты делала на границе Двора Земли?

– Помогала тебе, конечно же. Туда нагрянул целый клан детей ночи, – нараспев произнесла Скарлетт и, прежде чем Талвин успела что-то сказать, подмигнула и добавила с язвительной ухмылкой: – Всегда пожалуйста.

По комнате пронесся порыв ветра. Талвин с трудом сдержала свою магию, в то время как Скарлетт налила стакан воды и сделала глоток. После чего снова встретилась взглядом с кузиной.

– Как уже было сказано вашему супругу, мы не просили о помощи, – возразил сидящий справа от Талвин принц Земли.

– И когда вы планировали прибыть, чтобы остановить наступление на территорию детей ночи? – спросила Скарлетт, отставляя стакан.

– Зачем кому-то туда идти? – спросила Талвин.

При упоминании о смертных и необузданных вампирах, пытающихся проникнуть на их земли, она моментально позабыла о Тареке. Не шелохнувшись, она внимала Скарлетт, которая рассказывала о своих теориях, а также о том, что подслушала на границе. До того как она в одиночку уничтожила почти всех противников своей силой.

– Они ждали меня? – удивилась Талвин, когда Скарлетт замолчала.

– Да, – подтвердила она, быстро взглянув на Сорина. – Но прежде чем говорить об этом, мне нужно узнать, есть ли у тебя новости от Графини. Дала ли она ответ по поводу участия во встрече лидеров территорий?

– По очевидным причинам эту встречу отложили, – парировала Талвин.

– Это ясно, – подхватила Скарлетт, закатив глаза. – Но ответила ли она? Кто-нибудь что-нибудь о ней слышал?

– Графиня ведет уединенный образ жизни, – подала голос Эштин.

– Да-да, это мне известно, но неужели больше никто не обеспокоен тем, что мы не получили от нее вестей? – стояла на своем Скарлетт, взглянув на собственные Дворы. – Судя по тому, что я слышала, цель наших врагов – добраться до нее. Думаю, нужно послать кого-то на разведку. – Ее серебряные глаза устремились на Всадника Пепла. – Рейнер?

– С тех пор как ты вчера подняла этот вопрос, мои шпионы пытаются разобраться, но пока ничего не нашли, – ответил он. По его тону было видно, как он этим недоволен.

– Что нужно сделать, чтобы попасть к детям ночи? Каким… протоколам нужно следовать? – спросила Скарлетт, поворачиваясь к мужу и невинно хлопая ресницами.

Очевидно, что они уже обсуждали этот вопрос, и, судя по тому, как сейчас смотрели друг на друга, Талвин предположила, что они общаются посредством связи близнецового пламени.

Ей опять вспомнился Тарек.

– Хорошо, отправим небольшую делегацию к детям ночи, чтобы поговорить с Графиней, – нетерпеливо сказала Талвин. – А теперь объясни, зачем я им понадобилась.

Скарлетт напряглась, сжав руками подлокотники кресла. Неужели она… нервничает? Талвин никогда не видела кузину такой неуверенной.

– Они ждали твоего прибытия, прежде чем попытаться проникнуть на территорию, – с глубоким вздохом объявила Скарлетт. – Очевидно, Двор Земли сочли более безопасным путем, чем Королевство ведьм.

Сидящий рядом с Талвин Азраил фыркнул, позабавленный подобным предположением, и Талвин была вынуждена с ним согласиться. Ведьмы жестоки и безжалостны, но Двор Азраила… гораздо хуже, особенно если речь шла о схватке.

– Они сказали, что готовы справиться с тобой и твоей магией, – немного помявшись, добавила Скарлетт.

Талвин не ответила. Просто смотрела на кузину, ожидая продолжения.

– Им помогают не только дети ночи, – вновь заговорила та. – На их стороне по крайней мере один фейри. Он-то меня и задержал, когда моя сила истощилась настолько, что я лишилась возможности сражаться. Он… утверждает, что знает тебя.

Талвин не шелохнулась. Не позволяя панике и ужасу, которые сейчас ощущала, отразиться на лице, она просто смотрела и выжидала.

– Речь о Тареке Ордосе, не так ли? – мрачно уточнил Азраил, избавив Талвин от необходимости ждать, пока кузина соизволит перейти к сути.

Скарлетт уставилась на принца Земли широко раскрытыми глазами.

– Откуда вам это известно?

– Ниоткуда, – ответил Азраил. – Но, как я уже говорил Талвин сразу по возвращении, у меня возникли подозрения. Да и услышанный в Черном синдикате голос показался очень знакомым.

Сорин покачал головой.

– Он почти все время молчал в твоем присутствии. Я пытался втолковать Скарлетт, что вероятность того, что это Ордос, практически равна нулю.

– Он более века был моим Третьим, Адитья. Задолго до того, как его сочли близнецовым пламенем королевы, – рявкнул Азраил.

Талвин напряглась сильнее. Удивительно, как у нее до сих пор не переломился позвоночник.

– Ты правда полагаешь, что это может быть один и тот же фейри? – спросил Сорин. Талвин уловила в его тоне сомнение. – Я был там в тот день, когда они погибли. Своими глазами видел, как их… – Оборвав себя на полуслове, он взглянул на Сайруса, потом на Талвин. – Никто бы не выжил.

– А как я говорила Сорину, – вклинилась Скарлетт, – он знает такие вещи, что остается поверить: это не кто иной, как Тарек Ордос.

– Чем же он сумел тебя в этом убедить? – спросила Талвин, найдя в себе силы сказать хоть что-то. Ее голос был ровным. Контролируемым. Холодным.

– Когда я была еще слаба после боя на границе, он объявил, что ждал тебя, – начала Скарлетт, переводя на кузину исполненный мягкости и жалости взгляд. – Уверял, что знает, как с тобой справиться.

– Это ничего не значит, – возразила Талвин. – И ничего не доказывает.

– Потом он сказал, что мы почти родственники. Что он… – Прежде чем продолжить, Скарлетт сделала паузу и взглянула на Азраила. – Он заявил, что он законный наследник Двора Земли и близнецовое пламя королевы Талвин.

– Опять же, это ничего не подтверждает, – фыркнула Талвин. – Тот факт, что он считает, будто должен править Двором Земли, вызывает у меня еще больше сомнений. Тарек ни разу не намекал на подобное.

Скарлетт раздраженно вздохнула.

– Как еще мне вас убедить? Может, вернуться в Бейлорин, разыскать его и притащить сюда, чтобы вы подтвердили его личность?

Огонь в очагах в обоих концах комнаты взвился вверх, а Сорин повернул голову к жене.

– И думать о подобном забудь. По крайне мере, сейчас, – прорычал он.

Скарлетт закатила глаза, а в следующее мгновение мило улыбнулась, явно передавая ему что-то по связи близнецового пламени.

– В этом я вынуждена согласиться с Сорином, – подала голос Талвин. – Мне с трудом верится, что Тарек на целое десятилетие застрял в смертных землях и за это время не нашел способа уведомить меня, что жив.

– Едва ли его положение уместно описывать словом «застрял», – слегка поморщившись, осторожно заметила Скарлетт.

– Потрудись объяснить, – потребовала Талвин.

– У него есть кровная метка – знак верности Аларику. Он связал себя с ним, – сказала Скарлетт.

– Если это и правда каким-то чудесным образом Тарек Ордос, то его принудили к этому, – огрызнулась Талвин.

– Кровные метки нельзя навязать, – мягко возразила Скарлетт. – Не эту, во всяком случае. Ее принимают по доброй воле, в противном случае Аларик давно поработил бы меня.

– Немногие могут творить столь сильную магию крови, – заметил Азраил.

– Авонлейцам и мараанам это по силам, – подсказала Скарлетт.

– И Чародейке, – добавила Эштин.

– Кому-кому? – удивилась Скарлетт, склонив голову к плечу и переключая внимание на принцессу Ветра.

– Чародейке, заточенной в Подводной тюрьме под этими Залами, – промолвила Эштин. – Брайар может тебя туда провести, – добавила она, жестом указывая на сидящего за столом принца Воды.

– Сорин? – позвала Скарлетт, повернувшись к мужу.

– Позже, Скарлетт, – натянуто ответил тот. – Позже я все тебе о ней расскажу.

– Чего хотят от вас эти мараанские лорды? – спросил Азраил.

– Они хотят, чтобы я нашла ключи и отомкнула ими доступ в Авонлею, дабы Аларик мог отомстить, а потом, надо полагать, править здесь и там, – ответила Скарлетт, отпивая воды из стакана.

– По-вашему, они достаточно сильны, чтобы справиться с авонлейцами? – спросил Азраил.

Скарлетт пожала плечами.

– Неважно, считаю ли я их достаточно сильными. Сами они придерживаются такого мнения. Они пытались раньше, не так ли?

– И почти преуспели, пока авонлейцы не сбежали обратно на свой континент, бросив на произвол судьбы тех, кого привлекли на помощь, – горько усмехнулась Талвин.

Скарлетт призадумалась над ее замечанием, постукивая ногтями по столешнице.

– Полагаю, это один из возможных вариантов.

– А какой другой? – сквозь зубы процедила Талвин.

– Они вернулись, чтобы охранять то, что марааны хотят заполучить на их континенте, – пояснила Скарлетт.

– И что же это?

Скарлетт пожала плечами.

– Я несколько месяцев пытаюсь это выяснить.

– По-вашему, они ждали Талвин, чтобы захватить ее с той же целью? – уточнил Азраил.

– Возможно. Полагаю, с ее помощью будет проще вернуть ключам их первоначальную форму, – протянула Скарлетт, глядя в окно справа и о чем-то размышляя.

– Возможно? – спросила Талвин. – Разве не для этого ты им понадобилась?

– Отчасти, – ответила она.

– Отчасти, – проворчала Талвин. – Будь добра, посвяти нас в ситуацию целиком.

– Им требуется моя родословная, – объявила Скарлетт, возвращая внимание сидящим за столом фейри.

– Кровь Элинé? Зачем?

Скарлетт покачала головой.

– Не Элинé. Я авонлейка.

Азраил повернул голову к Скарлетт.

– В ваших жилах течет кровь авонлейцев?

– Да.

– Сколько? – с нажимом спросил он.

– По всей видимости, вся, – небрежно ответила она, подперев голову рукой.

– Вы полнокровная авонлейка? – уточнил Азраил.

– Да, – подтвердила она. – Хотя мое наследие менее чем за год менялось дважды, так что трудно сказать наверняка. – С задумчивым видом Скарлетт откинулась на спинку кресла. – Может, к этому времени в следующем году меня причислят к богиням.

– Богиня, которую всего несколько часов назад знатно потрепали на тренировке? – хмыкнул Сайрус, изогнув бровь. – Ну, это вряд ли.

Скарлетт показала ему язык и тут же нахмурилась.

– Ты чистокровная авонлейка? – повторила Талвин, чувствуя, как кровь стынет у нее в жилах.

– Да, – подтвердила Скарлетт.

Талвин посмотрела на Эштин.

– Как давно тебе это известно?

Эштин выдержала ее взгляд.

– Я узнала о ее наследии в тот же момент, что и ты, – ответила она.

– Чушь собачья, – прошипела Талвин. – В последние недели ты только у них и сидишь. Не говоря о твоих ветрах…

– Как я неоднократно докладывала, ваше величество, – перебила Эштин, чей обычно напевный голос сделался холодным и смертоносным, – ветры больше не говорят со мной. Они перестали нашептывать об Авонлее несколько недель назад.

– Насколько важна моя родословная? – нараспев произнесла Скарлетт.

– Очень важна, – процедила Талвин, переводя взгляд на кузину. Нет, подождите-ка! Эта особа никакая ей не кузина. – Если ты не фейри и не наследница Элинé, то не имеешь права претендовать на трон Западных Дворов.

Все дружно замерли. Брайар и Сорин посмотрели друг на друга. Представители их дворов тоже обменялись взглядами. Талвин удивилась. Неужели никто из этих идиотов не подумал о подобном?

В упор глядя на Талвин серебристыми глазами, Скарлетт сказала с подчеркнутым спокойствием:

– Повтори-ка?

– И повторю,– подхватила Талвин, произнося слова с сардоническим оттенком.– Если в твоих жилах не течет кровь Элинé, значит, ты не являешься ее наследницей и не имеешь права на трон фейри.

– Может, в моих жилах и нет ее крови, – ответила Скарлетт убийственным тоном, – но ко мне перешли ее дары. – В подтверждение своих слов она подняла руку, и на кончиках пальцев вспыхнули оранжевые языки пламени, а вокруг них закружились осколки льда. – Для этого была использована магия крови.

– Это не дает тебе права на ее трон, – прошипела Талвин.

Селеста помоги, если она позволит авонлейке править Западными Дворами. Это неслыханно. Авонлейка точно не станет помогать ей в вендетте против собственного народа. И все же ее экс-кузина единственная, кто способен найти чертовы ключи.

Не переставая перекатывать по руке пламя и лед, Скарлетт приторно улыбнулась.

– Поправь меня, если я ошибаюсь, потому что я пока не вполне хорошо разбираюсь в обычаях и политике фейри, но, насколько мне известно, трон достается самому могущественному носителю стихии. Именно поэтому сидящий справа от тебя мужчина носит титул принца Земли, а находящийся в землях смертных фейри весьма этим недоволен. – Талвин скривила губы, а Скарлетт продолжила. Ее лицо стало жестоким, тон – злобным. – Дары Элинé делают меня самым могущественным существом, владеющим магией огня и воды. Если кто-то захочет получить мой трон, ему придется сразиться за него со мной. – Среди ледяных осколков замелькали тени, пламя приобрело ослепительно-белый оттенок. – Но я не проиграю, – добавила она со злобной ухмылкой.

– Похоже, нам нужно взять небольшой перерыв, – предложил Сорин, пытаясь снять напряжение. Наверное, решил, что его жена вот-вот потеряет контроль над собой. И Талвин тоже.

– Мудрая мысль, – подхватил Азраил, вставая из-за стола. – Эштин. Талвин. В Белые Залы?

Слева от них появился земляной портал. Талвин поднялась на ноги, но не успела сделать и шага, как Скарлетт заговорила вновь. Она наблюдала за вращением земляного портала и даже не удосужилась взглянуть на Талвин, хотя обращалась к ней.

– Скажи-ка мне, ваше величество, какая из поднятых на сегодняшнем собрании тем волнует тебя больше всего? Моя недавно обнаруженная родословная, твое возможно и поныне здравствующее близнецовое пламя или потенциально пропавшая Графиня?

– Меня волнует все вышеперечисленное, наряду с пропавшими ключами и мараанскими лордами, – ответила Талвин, упираясь руками в стол.

Наклонившись к королеве, Скарлетт наконец подняла голову, чтобы встретиться с ней взглядом.

– С чем бы ты предпочла разобраться в первую очередь?

– Я бы предпочла, чтобы напротив меня за этим столом сидела полнокровная королева фейри, с которой можно было бы обсудить вопросы, поскольку они напрямую касаются тех, кого так подвели авонлейцы, – прошипела Талвин.

Скарлетт склонила голову набок.

– Давай-ка проясним ситуацию. Твоя главная проблема не в том, что я не фейри, а в том, что во мне течет авонлейская кровь, да?

– Да, – прорычала Талвин.

Скарлетт небрежно поднялась, вытянула руки над головой и широко зевнула, как будто и не было никакой жаркой дискуссии и Талвин не выглядела так, будто вот-вот взорвет деревянную столешницу под своими руками.

– Возможно, в таком случае тебе стоит обсудить родословную своего Второго и то, откуда у него взялись способности к телепортации… И почему сейчас он использует земляной портал.

Талвин резко повернула голову к Азраилу.

– О чем, черт возьми, она толкует?

Азраил метал в Скарлетт острые, как кинжалы, взгляды.

– Потому-то Тарек и считает, что Двор Земли ему что-то должен, не так ли? – спросила Скарлетт, не сводя пристального взора с Азраила. – По той же причине, по какой королева Талвин считает, что мне негоже занимать свой трон.

– Мы нисколько не похожи, – возразил он исполненным жестокости тоном, так что представители Дворов Воды и Огня дружно повскакивали на ноги, а Сорин заслонил жену собой.

– По-видимому, – объявила Скарлетт, ухмыляясь одними губами, – «небольшого перерыва» в этой ситуации будет недостаточно. Предлагаю собраться вновь через несколько дней.

Азраил шагнул было к ней, но замер, когда перед ним возникли две теневые пантеры с пылающими белым пламенем глазами. Скарлетт вышла из-за спины Сорина и сама подошла к принцу Земли. Ее теневые пантеры расхаживали перед ним взад-вперед.

– Ты ведь знаешь, что я права, принц Луан, – по-свойски сказала она. – И что помогающий Аларику фейри – тот самый Тарек Ордос, который был твоим Третьим. Он не погиб в засаде десять лет назад.

Азраил ничего не ответил, лишь сжал зубы, отчего мускулы на его челюсти напряглись.

– Ты должен убедить ее, что я не враг, – добавила Скарлетт.

– Она уже считает тебя таковой, – парировал Азраил. – А теперь, благодаря тебе, будет думать то же самое обо мне, несмотря на мою преданность ей с тех пор, как она заняла трон.

– Ты же понимаешь, что я – лучший шанс победить их и не дать завладеть Восточными Дворами, – возразила Скарлетт.

– Если бы ты держала свой проклятый рот на замке, я бы сам ее в этом убедил, – прорычал Азраил. – Кто знает, вдруг ты опять нас всех обведешь вокруг пальца?

Талвин не представляла, что и думать. Однако в глубине души чувствовала, что сказанное Скарлетт – правда. Тарек жив и все это время находился в королевствах смертных. За целое гребаное десятилетие он ни разу не удосужился с ней связаться. Даже не пытался! Позволил ей верить в то, что мертв, и скорбеть по нему. Ощущать себя отвергнутой и одинокой. В который уже раз.

А теперь выясняется, что и Азраил ей лгал. Годами. Никогда ни словом не обмолвился, что в нем течет авонлейская кровь. Не говорил, что его семья отняла трон у семьи Тарека. Ее держали в неведении.

Она выпустила молнии из рук и ног, которые отскочили от каменного пола. Азраил повернулся к ней лицом.

– Талвин, держи себя в руках, – велел он и, подскочив к ней, схватил ее за плечи.

В зале поднялся шквалистый ветер. Краем глаза Талвин видела Эштин, которая пыталась усмирить порывы. К ней поспешил принц Брайар.

– Талвин! – рявкнул Азраил.

– Уведи ее отсюда, Луан, – приказал Сорин.

Азраил грубо толкнул свою королеву в земляной портал, и она оказалась в Ксилонском лесу.

– Талвин, – вздохнул Азраил, проводя рукой по лицу.

– Скажи мне, – прошипела она, сжимая и разжимая кулаки.

Она чувствовала, как в костяшках пальцев потрескивает энергия, а под ногами дрожит земля.

– Мы поговорим, когда ты успокоишься, – возразил Азраил, опуская руку и занимая боевую стойку.

– Скажи мне! – Талвин почти кричала. Ее дыхание участилось, грудь вздымалась и опускалась. Она дрожала всем телом, позвоночник болел от повышенной нагрузки. – Ты такой же, как она?

– Нет, – ответил он. – Я не полнокровный авонлеец, Талвин. Мой дед по отцовской линии был авонлейцем всего на четверть. Так что я больше фейри.

– И тебе не пришло в голову рассказать мне об этом? – вспылила она.

– Это долгая и сложная история, Талвин…

– Ты вообще собирался помочь мне попасть в Авонлею? – задала она следующий вопрос, прервав его, прежде чем он придумает жалкое оправдание тому, что скрывал от нее столь важные сведения.

– Да, – сдавленно процедил он.

Талвин невесело рассмеялась.

– Позволь перефразировать: ты собирался помочь мне отомстить Авонлее?

Азраил промолчал, на долю секунды отведя взгляд. Иного подтверждения ей не требовалось. Талвин на шаг отступила от него. Ветви деревьев склонялись под порывами созданного ею ветра. Когда Азраил снова на нее посмотрел, его глаза округлились от ужаса.

– Вот черт, – воскликнул он.

Вдалеке послышался вой. Навострив уши, Талвин взглянула на своего Второго.

Подождите-ка. Как ей удалось навостить уши?

Опустив голову, она обнаружила на земле черные когтистые лапы.

– Сохраняй спокойствие, Талвин, – прошелестели в вихре песка и листьев слова Азраила, однако успокаивать ее у него получалось так же плохо, как у волка – утихомирить оленя. Справа от Азраила возник земляной портал. – Давай сюда. Нам срочно нужно к Стеллану.

Она открыла рот, чтобы сказать, что никуда с ним не пойдет, но сумела лишь зарычать. Причем не как фейри, а как злобный дикий зверь. Треск сучьев заставил ее повернуть голову, и она увидела выходящего из-за деревьев Малика, с которым оказалась почти одного роста.

– Талвин, – процедил Азраил, – я не знаю, как тебе помочь в этой ситуации. Мне неведомо, что нужно сделать, чтобы вернуть привычный облик. Поэтому необходимо отправиться к Стеллану. Я уже послал ему сообщение и предупредил, что мы скоро будем.

Малик прижался к ее боку, и Талвин на шаг отступила от Азраила.

– Не делай этого, Талвин, – сказал Азраил. В его глазах мелькнула паника. – Ты должна научиться самоконтролю, особенно с учетом того, с чем мы сейчас столкнулись.

Если бы могла, она рассмеялась бы ему в лицо. Вместо этого Талвин хмыкнула. Никуда она с ним не пойдет. Последние несколько недель были сущим адом. Она поссорилась с Эштин и лишилась ее дружбы. Отношения с оборотнями и так были напряженными, а Азраилу вздумалось отвести ее к ним попросить о помощи? Вряд ли из этой затеи что-то получится.

Стоило провести несколько последних недель в одиночестве, без Азраила, только для того, чтобы узнать, что Тарек, скорее всего, жив и сам предпочел ее бросить, а Второй, которому она доверяла как самой себе, обманул ее. Талвин не могла решить, чье предательство хуже: Тарека или Азраила.

И то и другое рвало ее на части.

И от того, и от другого в груди разверзалась пропасть, а то немногое, что еще оставалось от ее сердца после потери родителей, Элинé и Сорина, рассыпалось пылью и развеялось ее собственными ветрами.

Вой повторился, и Малик шагнул назад, к деревьям, ожидая, как она поступит дальше. Талвин перевела взгляд с волка на Азраила.

– Талвин. – Она никогда не видела принца Земли таким мрачным. – Прошу тебя, пройди через портал.

Посмотрев на него еще мгновение, она повернулась к Малику, потерлась о его бок и затянула их обоих в прореху в ткани мироздания, каким-то образом зная, как даже в зверином обличье получить доступ к этой способности. Она перенесла их в северную часть Ксилонского леса, и через несколько минут из-за деревьев поприветствовать ее вышли волки.

Ее волки.

Ее стая.

Единственные существа, которые никогда не оставляли ее одну.