До выхода на улицу Бальтазар дошёл сам. Вначале ему оставили одного охранника, а остальные куда-то срочно убежали. Тот довёл его до лестницы, затем принял вызов на свою ушную гарнитуру и, с каменным лицом слушая кого-то громогласного, показал Бальтазару рукой, что дальше тот сам. Ясно, не до него. Если и делать ноги, то сейчас, пока суета не улеглась. Он позвонил Дмитрию, узнал, где они, и отправился к памятнику Разрушителю.

– Слыхал новости? – спросил его Дмитрий. – С миром они прилетели… Чую, быть войне.

– Куда нам воевать… – хмыкнул Альберт. – Ты же сам всё видел. Колумб и индейцы… Будем надеяться, что они добрые, милые и сознательные, как обещает этот выскочка.

– Посол от имени Земли! Ай да Вернер! Утёр он вам всем нос. Кстати, мой друг! Так и быть, замолвлю за тебя словечко, – похлопал Дмитрий клешнёй по жестяному корпусу Альберта. – Полетишь к Андромеде. На сверхсветовой.

Тот сморщился, будто надкусил лимон.

Бальтазар наклонился к нему.

– Можно тебя на пару слов? Просьба личного свойства…

Особого желания Альберт не выразил и глянул на Дмитрия.

– Не ходи, – буркнул тот. – А пойдёшь, не ведись на провокации.

Бальтазар с несчастным видом вздохнул, и осерчавший Дмитрий отвернулся от них в своей банке. Альберт из своей сконфуженно кивнул.

– Что там у тебя стряслось? – с показной беспечностью подмигнул он Бальтазару, когда они уже порядком отошли.

– Вон на ту лавочку за тем деревом присядем. Подальше от нашего сердитого Димы.

Бальтазар уселся на лавку, укрытую с боков густой молодой листвой, а Альберт опустил рядом с ним свою клешню: занял место.

– Ну? – с показной ленцой переспросил он.

– Хочешь на землю обетованную?

Альберт уставился на него.

– Куда?!

– Мой отель так называется. У Серединного моря недалеко от экватора. На месяц! Прекрасное тело, – Бальтазар развёл руки, показывая себя, – один из лучших земных отелей, море, пляжи. Всё твоё! Только Елизавета – моя. Идёт?

– Нет! Я что, псих? Тебя же туда не зря спровадили. Ты что задумал?

Бальтазар оценивающе, будто в сомнении, смотрел на него.

– Я уверен, что смогу пробиться на телевидение… Отдам журналистам на руки сенсацию о наркобарыге Вернере. Мы с тобой почти схватили его за жабры, но эта скользкая тварь выкрутилась, избежав суда и позора. Нехорошо… Я дам тайное интервью и раздавлю его! «Неназванный источник сообщает…» Пришельцы его отстранят, обязательно. Тоже мне – посол от имени Земли! Не слишком ли громко для этого зазнавшегося засранца?

Альберт заулыбался.

– Ловко обрабатываешь! Вернер такой, Вернер сякой, бука-бяка, злой диббук.

– Ведь ты со мной согласен!

– Ничего у тебя не выйдет с этим скандальным интервью. И ты завтра-послезавтра или через неделю попросишь меня на выход из этого прекрасного тела, – он легонько стукнул Бальтазара по коленке, и нога того дёрнулась. – Даже ненужные рефлексы на месте!

Бальтазар растёр коленку.

– Очень чувствительное и отзывчивое тело. Слово даю – обратно не заберу. И у меня всё получится! Соглашайся! Настоящее море, сравнишь с нашими. Целый месяц на пляже! Это только говорят, что разницы никакой и что здесь даже хуже, но все-то знают, что от наших желающих отбоя нет. Попытка уменьшить спрос и сбить наплыв лунян. Баснословно дорогой отдых. Роскошь, доступная лишь богатеньким прохиндеям вроде Вернера, и то не каждый год и хорошо, если на неделю.

Альберт хмыкнул.

– Эка ты стараешься. И что, даже к своей Елизавете не приревнуешь? Отпуск у моря, скоротечный роман без обязательств и, надеюсь, последствий. Ты и на это согласен? – Альберт подмигнул.

Бальтазар угрюмо помолчал.

– Нет… Рассчитывал на верность друга. В Елизавете я не сомневаюсь, но не хочу, чтобы ты к ней подкатывал со своими штучками… Найдёшь себе там кого-нибудь. Горячую земляночку. Может, у вас выйдет что-нибудь посерьёзнее курортного романа. У тебя же ещё не было земной женщины? Знаю, ты не хвастлив по этой части, но таким брильянтом в коллекции почему бы и не похвалиться… Вдруг у них всё по-другому устроено?

– Всё то же самое, – буркнул Альберт. – А если раскроют?

– Не раскроют. Мы для них все на одно лицо. А капсулы останутся те же самые. Ничего они не заметят.

– Да ты псих! – схватился клешнями за свою банку Альберт. – Ты что, вздумал капсулы состыковать?

Бальтазар кивнул.

– Ничего страшного не случится… Не должно. Мы же знаем, что делаем.

– Говоришь, как Дима: «Авось пронесёт». Ну, положим, за минуту управимся. Разъёмы у них у всех одинаковые, утечки не будет. И если не передержать… то почему бы и нет… Кстати, насчёт Димы… Вдруг заложит? Что-то мы к тебе в последнее время с подозрением относимся…

– Обоих не сдаст, засовестится. Это же я тут псих, а не ты.

– После такого я уже в себе не уверен…

– Дима свой, не выдаст, потом пошипит и утихнет. – Бальтазар выглянул из-за дерева и увидел своего охранника, которому Дмитрий показывал в противоположную от них сторону. – Альберт, сейчас! Мой хвост уже здесь.

– Ох, и как бедному еврею удержаться от земли обетованной! Хорошо! – махнул клешнёй Альберт. – Море и пляжи и горячие земляночки…

«Сработал рекламный проспектик!» – выдохнул Бальтазар.

– Тебе будет больно, – предупредил Альберт, протягивая ему телефон.

Бальтазар сунул его в карман штанов и передал Альберту свой. Тот открыл у себя передний багажник и забросил телефон внутрь.

– Я к этому готов, – ответил Бальтазар. – Команды на стыковку и расстыковку андроиду дал. У нас двадцать секунд на переход.

Бальтазар открыл лючок сбоку на корпусе тележки Альберта и, просунув внутрь руку, нащупал его капсулу.

– Щекотно, – похихикал тот. – А, нет, показалось.

Он, в свою очередь, запустил клешню под расстёгнутую рубашку андроида Бальтазара. Холодные жёсткие пластиковые пальцы пробежались по его груди, словно пересчитывали рёбра. Что-то нащупав, они остановились.

– Ну, держись, – сказал Альберт. – Ты бы от тела отлип. Управляй им из обиталища, а то наживую открывать… В общем, когда будешь готов: на раз-два. Ты отсчитываешь.

– Раз-два! – выдохнул Бальтазар.

Ругнувшись, Альберт вдавил твёрдые пластиковые пальцы под крышку на грудине андроида и дёрнул. Бальтазар тихо взвыл, и Альберт замер, с испугом глядя на него.

– Давай же, не тяни, – прошипел тот. – Всё хорошо.

Альберт засунул клешню внутрь грудины и нащупал капсулу эссентариума с Бальтазаром внутри.

– Я готов.

– Доставай уже! – тихо рявкнул Бальтазар.

Повернув капсулу в гнезде держателя, Альберт дёрнул её и вытащил наружу. На секунду лицо андроида Бальтазара расслабилось, взгляд потускнел, а сам он опустил голову. Сразу ожив, андроид поднял на Альберта бездушные глаза механизма и выдернул его капсулу из туристической тележки. Банка на ней опустела.

После этого андроид соединил две капсулы и повернул их до щелчка. Стыковка состоялась.

Они встретились на бегу, торопясь из своего жилого отсека в соседний, открывшийся им после слияния эссентариума состыкованных капсул.

– Всё нормально? – Альберт хлопнул Бальтазара по плечу.

– Всё прекрасно! – похлопал тот его в ответ и пожал ему руку.

– Поаккуратней там с моим нутром! – обернувшись, крикнул Альберт.

Десять секунд до расстыковки. Бальтазар сел перед пультом управления и оглянулся на коридор между двумя обиталищами. Три, две… Коридор исчез, затянувшись сплошной стеной. Бальтазар с облегчением выдохнул. Включился обзорный экран, отображавший замершего на лавке андроида со вскрытым грудным ящиком и с металлическим цилиндром в руке. Надев перчатки манипуляторов и шлем дополненной реальности, Бальтазар нажал кнопку «Воплощение» и оказался снаружи. Он взял у андроида цилиндр и, вставив его в паз внутри грудины, повернул до щелчка. Получилось!

Андроид зашевелился. Бальтазар закрыл его грудную крышку и стал застёгивать на нём рубашку.

– Альберт, ты пока не воплощайся. Походи пока с моим лицом. Неудобно, конечно, словно куклу за верёвочки дёргаешь…

– Сам знаю, – отозвался тот слегка механическим голосом. – И пластик на груди пусть зарастёт. Небось зудит… Тебе-то больно было?

– Терпимо, – соврал Бальтазар.

– Ну и чего вы тут застряли? – раздался сзади сердитый голос Дмитрия. – Вас, Фернандо, все ищут. С ног сбились.

Альберт неуклюже вскочил с лавки, едва не упав. Бальтазар медленно развернулся корпусом на своих колёсах.

Дмитрий вылупился на него.

– Ах ты ж!

– Что такое? – насторожился тот самый охранник, что провожал Бальтазара.

– Мы опаздываем, а он будто забыл о времени! – нашёлся Дмитрий. – Вот я и говорю: ах ты ж забывчивая растеряха!

Бальтазар развёл руками-клешнями.

– Я снова решил склонить его на свою сторону, но Альберт очень умён, и у меня ничего не вышло, – тем же механическим голосом произнёс андроид. – Я тоже опаздываю в аэропорт на встречу со своей женой. Счастливо!

– Погодите, – остановил его охранник. – Вам же сказали не болтать лишнего! – Он посмотрел на Бальтазара в банке, затем снова на андроид. – И впрямь все луняне на одно лицо. Если бы не ваша борода, – повернулся охранник к Дмитрию, – не отличил бы одного от другого. – Он протянул Альберту тонкое полупрозрачное кольцо: – Наденьте это. Слежку за вашим андроидом мы отключили, чтобы не было утечки через компанию производителя. Гарантий никаких, хоть они и божатся… Взамен это: оно и прослушивает всё вокруг, и… просматривает, – подмигнул он Дмитрию. – Надевайте и можете быть свободны. Или же я буду ходить за вами повсюду. Нам обоим это не понравится.

Альберт схватил кольцо и неловкими движениями надел на запястье под пристальным присмотром охранника и пыхтевшего рядом Дмитрия.

Распрощавшись, Альберт замаршировал вниз по аллее на деревянных ногах и с прямой, как доска, спиной. Охранник проводил его тяжёлым недоверчивым взглядом, со смешком отсалютовал лунянам и ушёл.

Дмитрий с грозным видом подкатил к Бальтазару, банка к банке.

– Вы оба психи. Не знаю, что ты задумал, но я с тебя глаз не спущу. Поехали в космопорт. Летим домой. Ты езжай вперёд, а я следом, чтобы ты никуда не срулил.

Перечить ему Бальтазар не стал, пока всё шло по его плану.