– Ты так и будешь доисторическим дворянином притворяться? – спросила недовольная Елизавета у своего спутника, когда за ними закрылись двери Института Времени, отрезав их от плотной толпы посетителей.

– Я всё жду, когда Вернер появится, – шепнул ей на ухо Бальтазар. – Может, он уже за нами следит.

Они спустились по лестнице к тротуару, по которому носилась стайка местных диковинных птиц. Яркие и цветастые, как попугаи, с их выпуклыми лбами, но с голубиными клювиками, похожие то ли на сов, то ли на карликовых пингвинов. Они вразнобой махали прохожим крылышками, привлекая их внимание, и мелодичными, совершенно детскими, писклявыми голосами клянчили еду.

Бальтазар вытаращился на чудо-птиц попрошаек, громко охнул и указал на них пальцем. Затем, вдруг заметив в небе огромный увеселительный дирижабль с подвешенной под брюхом люлькой, набитой зеваками, перевёл указательный палец на них. Ему махали руками, а он истово крестился и показывал кулак. Наверху гоготали, а он кричал им на родном испанском, чтобы спускались с неба.

Елизавета, слегка утомлённая этими дурачествами, тихо вздохнула. Взяв его под руку, она повернула к близлежащему парку, прогуляться и поглазеть на тот самый Разрушитель миров. По словам Бальтазара, памятник находился недалеко, в получасе ходьбы.

– С такими, как у нас, телами можно остаться на Земле, – направила она разговор в более приятное русло. – Заряжать их раз в неделю, я разобралась с инструкцией: ничего сложного. Правда, чем самим питаться? У меня холодильник какими-то «концентратами» забит, и твой, наверное, тоже. Жуть, как люди это едят?! И неудобно в этих встроенных каморках, но если нам их состыковать, можно и там вместе время коротать…

– Через неделю аренда андроидов станет заоблачной. На вторую – астрономической и так далее, и очень быстро, пока не исчерпаются все известные и неизвестные нам цифры.

Елизавета хмыкнула.

– Доходчиво! Но день-то у нас есть? – проворковала она. – Фу, этот герцог, – поморщилась она, глянув на его лицо. – Сбылась мечта дурёхи.

Бальтазар успел ей многое поведать о том, что прочёл в том исследовательском отчёте. Особенно её поразил один факт, который она припомнила и теперь смогла вменяемо, без всякой инфернальной жути, объяснить. Многими ночами Фернандо через тайные слуховые ходы, вёдшие в её подвальный застенок, нашёптывал ей от имени Сатаны всякую дрянь замогильным голосом, пока она, опоенная отравленным зельем, корчилась в психотических кошмарах; катаясь по грязной соломенной подстилке, отвечала ему звериным завыванием. Озолотил стражу на этом развлечении. Чудной индивид.

– Это же по работе, – пробормотал Бальтазар. – Так надо.

– Ну, тогда не возражаю… – с натужной непринуждённостью ответила Елизавета. – Пока до дела не дошло… Ты понял, о чём я… Куплю тебе маску или сама нарисую, причём какую хочу. А в помощь позову твоего дружка Михеля, мне он не откажет…

– Тс! – шикнул Бальтазар. – Не оглядывайся, он здесь.

– Елизавета, постойте! – окликнули её сзади.

Это был Вернер. Елизавета с застывшим от неожиданности лицом, как была, разобиженная, с надутыми губами, обернулась.

– На пару слов! Вас и вашего приятеля, – помахал тот ей, быстро к ним приближаясь.

Бальтазар тоже развернулся, но вальяжно и ткнул свою спутницу локтем в бок, кивнув на гусеничную тележку с пилотной банкой, катившую рядом с Вернером.

– Это мой сотрудник, Бенито, – показал тот на недовольное лицо в банке. – Как и мы, лунянин. Это я вам про него рассказывал… Мой подопечный. Бенито, не хмурься! Всё уже позади… – улыбнулся ему Вернер. – И вы, Елизавета, тоже не хмурьтесь! Воскресили своих. Будем радоваться!

– Фернандо! Муж мой, – пискнула Елизавета, представив им Бальтазара.

С пренебрежением глянув на него – стройного, красивого, в роскошном летнем костюмчике по местной моде, – Бенито слащаво улыбнулся ей в ответ, помахав механической рукой.

Бальтазар старательно таращился на него с оторопелым, преглупым видом, и Бенито, криво ухмыльнувшись, подмигнул ему.

– Но сам я за ними, своими подопечными, никогда не спускаюсь, – сказал Вернер. – Боюсь. Ах, какие там дикие, ужасные сцены творятся. Бенито, как тебя в последний раз мучили, казнили?.. Страшно ведь, да? Больно?

Бенито, нахмурясь, отвернулся.

– М-да… И кто знал, что оно так обернётся. Да, Бенито? А в земной жизни король был… Выше короля! Ну, не переживай, теперь уже всё… – Вернер нагнулся к нему и погладил банку ладонью. – Преступления и наказания… Кто ж знал, что такое возможно: чтоб любая жизнь человеческая как на ладони, – добавил он, внимательно посмотрев на «Фернандо».

Тот с напыщенным видом выдержал состязание взглядов.

Елизавета удивлённо захлопала ресницами.

– К чему это вы? Это очень важный господин! – шепнула она Бальтазару на ухо, но так, чтобы все услышали.

– А-а, философическое умствование, забудьте… Увлёкся, – отмахнулся Вернер. – А вы сами спускались?

Елизавета замешкалась.

– Нет, я мёртвых боюсь! – нашлась она.

Вернер сдержанно рассмеялся.

– Мы тут все слегка мёртвые, – буркнул Бенито, поворотясь обратно к компании и принявшись бесстыдно рассматривать Елизавету снизу.

Та придержала ладонью чересчур вольно трепыхавшееся на ветру укороченное до колен платье.

– Что-то мы слишком часто случайно пересекаемся, – недовольно заметила она Вернеру.

Тот улыбнулся.

– Не буду врать, эта вторая наша встреча совсем не случайна. Я же оплатил прокат этих чудесных механизмов: тел, что вы носите. И вот мы снова встретились…

– Так что вам угодно? – выступил вперёд Бальтазар, загородив собой Елизавету от рыскающих глаз Бенито.

– А вы, Фернандо, наверное, и не предполагали, что именно она о вас позаботится? – подмигнул ему Вернер. – Забавно, да?

Перепуганно поглядев на него, Бальтазар вернул себе неприступный вид.

– Что вам угодно?! – холодно переспросил он Вернера. – Будете досаждать, я вас уничтожу…

Елизавета сжала ему руку.

– О-о! Натуральный граф! – выдвинулся вперёд Бенито, оттесняя того от босса. – Слышь, граф, ты здесь никто. Разломать и выбросить. Тут с графьями не считаются. Полюбезнее…

– Он герцог! – поправил его Вернер.

– И этих как мух давят… – злорадно ухмыльнулся Бенито и попытался проехаться гусеницей по ботинку Бальтазара.

Тот отскочил с растерянным видом. Бенито подмигнул ему, а Вернер, довольный собой, кивнул. Бальтазар опустил взгляд.

Воспользовавшись моментом, Бенито через проломанную в обороне брешь тотчас же подкатил к Елизавете.

– Уверен, в нашей реальности вы ещё красивее. А этот пусть и прекрасный, но всё же несовершенный андроид не в силах отразить всю вашу красоту, – галантно произнёс он. Схватив её руку, он прижал её к своей банке и чмокнул через стекло.

Елизавета с отвращением, будто он и вправду поцеловал ей руку, дёрнулась. Бенито ухмыльнулся.

– У него лапы, как у паука, – оправдываясь, пожаловалась Елизавета.

– Не хулигань, – погрозил тому Вернер.

Он повернулся к Бальтазару.

– Вы, уважаемый герцог Фернандо, спросили, что мне от вас надо? Лишь одно: ваше доброе расположение! Я знал погибшего бывшего э-э… знакомого вашей милой спутницы, небезразличного и мне человека… И, так сказать, проявляя сочувствие и участие к ним обоим, я хочу оказать вам посильное содействие. Вы мне сразу понравились. Безмерно! Я предлагаю вам работу! Приглашаю вас на очень выгодную позицию. Не морщите нос, вы пока не понимаете, что это и почему так важно. Завтра же жду вас у себя. Крайний срок: послезавтра. Держите, – протянул Вернер сомневающемуся Бальтазару визитку. – Великий шанс даю. Не упустите!

Тот взял, покрутил в руках пластиковую карточку и глянул на Елизавету.

– Что значит «работать»? – буркнул он. – Будто чей-то крепостной крестьянин или ремесленник?

Елизавета взяла у него из рук визитку, глянула и, увидев сумму обещанного оклада, ахнула, почти не притворяясь. Она подняла изумлённые глаза на Вернера. А тот светился самодовольством.

– Это без квартальных и годовых премиальных, – заметил он. – Завидный жених, согласитесь?!

– Я ещё подумаю… – задрал Бальтазар подбородок.

– Обещаю, он обязательно приедет, – подыграла ему Елизавета. – Милый, это очень хорошее предложение.

Он с надменным видом покосился на неё.

– Фернандо, милый, здесь всё по-другому, – стала оправдываться та. – Денежки нам очень понадобятся! – Она незаметно подмигнула Вернеру.

– Вы знатного рода? – с вызовом посмотрел на того Бальтазар.

Елизавета дёрнула его за рукав.

– Женщина, мужчины заняты беседой, – сухо бросил он ей, высвободив руку.

– Фернандо, я знатен, вернее, знаменит. У нас это одно и то же. А ещё я чертовски богат, – весело ответил тому Вернер. – На меня работают самые отборнейшие… люди своих эпох, – прибавил он со значением.

Бенито метнул на босса насупленный взгляд и поиграл желваками.

– Герцог, тебе у нас понравится, – процедил он Бальтазару. – Кормёжка дармовая. Всё как ты любишь. Ждём тебя не дождёмся. – Сказав это, он снова принялся пялиться на Елизавету, которая старательно его не замечала.

Бальтазар с отвращением посмотрел на него.

– Фернандо, Бенито, вы поладите, – улыбнулся им Вернер, – уверен. Вы во многом схожи. Узнаете друг друга лучше, подружитесь, поделитесь секретиками и поймёте, чем именно… – с таинственным видом добавил он, опять заглянув в глаза Бальтазару.

Тот насторожился, а Бенито помрачнел ещё сильнее.

Елизавета, делая вид, что ничего не понимает, поддержала своего вдруг скисшего мужчину и, замиряясь с ним, приобняла его и поглаживала по плечу.

– Приглашаю вас к себе на корабль, – обратился к ним Вернер. – У меня роскошные апартаменты. Фернандо, герцог, вы оцените! К тому же никакой полётной гибернации, обещаю. С непривычки это сущий кошмар! Да и без привычки… Вот приснится вам всякое, поймёте, – лукаво подмигнул он Бальтазару. – Мы сейчас в космопорт, может, вместе?

Бальтазар хмуро поглядел на Елизавету, ожидая разъяснений.

– А мы хотели погулять! – немедленно откликнулась та. – Насладиться Землёй и вашим подарком. – Елизавета одёрнула платье, раздражённо зыркнув на ухмыляющегося Бенито с его прилипчивым взглядом снизу из банки. – Может, и на завтра останемся, пока аренда не кончится. У нас же медовый месяц. Так, дорогой?

Тот промолчал с угрюмым видом.

Вернер с восторгом воскликнул, что более не отнимет у счастливой супружеской четы ни секунды их драгоценного времени.

– Фернандо, когда женщина вас отпустит, жду у себя. Так и быть, послезавтра! Слышите, Елизавета? Не позже! Я деловой человек. Время – деньги. Всего хорошего! – распрощался он с ними.

Бенито послал Елизавете воздушный поцелуй и, лихо развернувшись на своих гусеницах, последовал за боссом.

– Спасибо! – шепнул ей Бальтазар на ухо. – Ты просто чудо.

Она погладила его по волосам.

– Бедненький, ведёшь себя со мной гадко. «Так надо». «По работе». Это же очень важно, да?

Бальтазар кивнул.

– Что? – спросила она, что-то рассмотрев в его тоскливом взгляде. – Говори, не тяни!

Тот потряс головой.

– Ничего! Нечего сказать. Тебе показалось…