Смерть не была мирной. Не то чтобы я заслуживал покой. В жизни я совершал ужасные поступки. Я заслуживал худшего, чем тот мир теней, в котором оказался сейчас. Вампиров никогда не волновали ни рай, ни ад, ни подземный мир. Мы жили тысячелетиями, но я всегда втайне думал, что там, в отличие от жизни, может быть спокойно. Это было до нее… до того, как у меня появилась причина жить. До того, как я понял, что потеряю, когда смерть заберет меня. А сейчас? Передо мной простиралась вечность – царство тьмы и теней, лишенное любого света, даже ее света.

С таким же успехом я мог оказаться в аду. Я бы предпочел физическую боль или пытки этому небытию, потому что отсутствие ее (отсутствие ее света, ее улыбки, ее существования) – это и был ад.

Я продолжал идти в тени, ища следы чего-либо или кого-либо, но ничего не находил.

А потом я услышал тихую мелодию в этом вакууме небытия и увидел, как вдалеке на мгновение мелькнула искорка света, а затем ее снова поглотили черные тучи.

Я открыл рот, чтобы позвать ее по имени, или попытался это сделать. Попытался посмотреть вниз. Попытался поднять руку. На самом деле меня здесь не было. По крайней мере, моего тела. Я стал чем-то другим. Воспоминанием. Но мне было все равно. Что-то похожее на надежду обвилось вокруг меня. Свет. Музыка.

Она была жива.

И ничто не имело значения, если я мог за это уцепиться. Я мог найти свой покой в этой бесконечности и, возможно, иногда видеть отблеск света или слышать ее музыку как напоминание: не все потеряно. Нет, если она жива.

Даже… даже если она забыла меня. Даже если та нить, что связывала нас, оборвалась.

И вот, став тьмой и тенью, я растворился в воспоминаниях о ней.