– Сэр Уиллем… Дрейк.

Слуга, объявивший о его прибытии, запнулся на имени. Все гости во внутреннем дворе повернулись, когда по толпе пронесся шепот.

Уиллем ничем не выказал свою озабоченность, шагая вперед и увлекая за собой свою миниатюрную гостью. Мое сердце заколотилось. И от надежды, и от страха. Уиллем не потрудился надеть маску или плащ. Видимо, он не собирался прятаться. Это было его второй ошибкой.

Первой было появление здесь – по приглашению или нет.

– Эта женщина – твоя пара? – повторила Мариана.

Я посмотрел на нее.

– Она? – спросил я Мариану, глядя на спутницу Дрейка.

– Нет. – Она шагнула ко мне и прошептала: – Женщина из моего видения. Того, что я тебе только что показала.

Я не мог оторвать глаз от Дрейка и его спутницы, но мне удалось кивнуть.

– Когда найдешь ее, то должен немедленно привести ее ко мне, Джулиано.

– Почему…

Но Мариана уже ушла. Это избавило меня от необходимости говорить ей, что я ни к кому не поведу Тею. Не поведу, пока не обследую каждый ее кусочек на предмет повреждений, а затем поцелую этот каждый кусочек на случай, если что-то упустил. У меня пересохло во рту, когда во мне расцвела опасная надежда.

Но сейчас не время для оптимизма. Оптимизм был уделом святош и глупцов.

Я огляделся в поисках членов своей семьи и сразу же заметил Себастьяна, затем Торена и моего отца. Повернувшись, я обнаружил, что вся семья в сборе. Каждый из них, похоже, занял позицию во дворе, чтобы помешать Уиллему сбежать. Сабина могла приказать нам не нападать, но мы не должны были позволить ему уйти.

Меня не волновал Уиллем. Вместо этого я продирался сквозь толпу, пытаясь разглядеть сопровождавшую его женщину. Тяжелый капюшон плаща скрывал ее лицо, но она была невысокого роста и хорошо одета.

– Этот ублюдок правда привел ее? – пробормотал Лисандр, присоединяясь ко мне.

Это было именно то, о чем я думал. Не может быть. Уиллем не был настолько глуп. Мое сердцебиение участилось, и я пытался вспомнить, как дышать.

И тут я почувствовал ее.

Вернее, я почувствовал нашу связь. Она, как тяжелая цепь, упала мне на шею. Узы между нами ослабли за прошедшее время, но связь все равно существовала. Свет и тьма соединились вместе – сложное сочетание ее и меня. Я был рабом этой любви, но не выбрал бы другого хозяина.

– Она здесь, – прорычал я. Схватив брата за предплечье и потянул его за собой.

Лисандр сунул руку за лацкан смокинга и достал небольшой нож с изогнутым лезвием.

– Похоже, мы отказываемся от плана.

– План – дерьмо.

Я повторил слова нашей сестры. Спутница Дрейка повернулась как раз в тот момент, когда нам преградил путь крепкий мужчина с глазами-бусинками. Я выругался себе под нос и сменил направление, однако натолкнулся на громко сплетничавшую и совершенно не обращающую на меня внимания группу итальянских вампиров, а он подошел ко мне со зловещей ухмылкой.

– Буше, – холодно поприветствовал я его, глядя мимо.

– Как странно, что мы не встречались после Парижа, но я слышал, что ты был занят другими делами. – Он кивком поздоровался с нами и проследил за моим взглядом. – Еще один вампир восстал из мертвых. Сначала твоя прекрасная близняшка, а теперь ее муж. Люди называют это чудом.

– Скорее предзнаменованием, – мрачно ответил Лисандр.

Буше поднял свои густые черные брови:

– Учитывая, что они связаны с вашей семьей, я ожидал, что вы будете вполне счастливы.

– Счастье не черта семьи Руссо. – Я смотрел, как гости окружили Дрейка, полностью закрыв их обоих. Я бросил взгляд на Лисандра. – Если вы меня извините…

– Желаешь поприветствовать своего шурина? – догадался Буше. В его словах сквозила злая нотка.

Я сделал паузу и секунду изучал его, прежде чем кивнуть.

– Да, если ты нас извинишь.

Я уже сделал шаг в сторону, когда Буше сказал:

– А ты, должно быть, жаждешь вернуться к своей паре.

Мое терпение лопнуло, как сухая ветка, и я резко развернулся и схватил его. Подняв его в воздух за лацканы, я прорычал:

– Что ты знаешь о Тее?

Буше смотрел на мои руки скорее с интересом, чем со страхом.

– Ничего такого, чего бы не знали другие. – Он прочистил горло, и я отпустил его. – Нельзя наводить справки по всей Венеции и не вызвать сплетен. Ты знаешь, как это здесь работает. Змеиные пасти повсюду.

Конечно же, люди судачили. Бокке ди серпенти, вероятно, переполнили жалобы. Так вот почему Мариана потребовала встречи с моей парой? Неужели до их убитого горем двора дошли слухи, что я взял дело в свои руки?

– Не верь всему, что слышишь, – предупредил я его.

– Тогда я не должен верить словам, что твоя пара – сирена? – Его темные глаза сверкнули едва сдерживаемой жаждой. – Как покровитель музыки, я испытываю отчаянное желание поговорить с ней. Если бы я знал об этом в Париже…

Ползли слухи. С таким же успехом я мог бы написать о нас книгу. На губах Буше снова заиграла ухмылка, и я понял, что он меня подначивает. На протяжении веков у нас были непростые отношения, основанные на взаимном интересе к искусству. Не раз я считал его другом, но всегда знал, что нужно присматривать за ним. Я никогда не доверял ему. И теперь уже никогда не смогу.

Я наклонился ближе, понизив голос, чтобы никто нас не услышал:

– Если ты хоть раз взглянешь на нее без моего разрешения, я зашью тебе уши и сделаю так, что ты никогда в жизни не услышишь ни одной гребаной ноты.

– Теперь понятно, что ты связан. Только связанный вампир может угрожать подобным насилием старому другу, – сказал он отрывисто.

– Сколько связанных вампиров ты знаешь? – спросил Лисандр с тихим смешком.

– У меня нет на это времени, – пробормотал я, снова глядя на Дрейка.

Тот исчез.

Толпа рассеялась, а вместе с ней исчезли и Уиллем со своей спутницей.

– Черт, – сказал Лисандр, прочитав мои мысли.

Я ткнул пальцем в грудь Буше:

– Если я узнаю, что ты имеешь к этому дело – к чему угодно, – моя первая угроза покажется тебе благословением.

Ухмылка Буше превратилась в оскал.

– Я не верен Дрейку. – Он склонил голову, сверкнув глазами. – А теперь и тебе. Желаю удачи, Джулиан.

Он повернулся и направился сквозь толпу, остановившись, чтобы завязать разговор с группой японских вампиров.

– Почему мне кажется, что он пожелал тебе удачи неискренне? – спросил Лисандр со вздохом. – Разумно ли было делать его врагом?

– Буше чокнутый. Он никогда не был одним из нас и никогда не станет, – сказал я брату, пока мы пробирались через празднество в поисках Дрейка. – Вопрос не в том, должен ли я относиться к нему как к врагу. Вопрос в том, кому он на самом деле служит.

– Я всегда считал, что он одиночка.

– Я тоже.

И это было ошибкой. В прошлом Буше убил актеров не одной театральной постановки, принуждал владельцев театров и делал многое другое. Но за его вспышками ярости скрывалась правда. Я думал, что любовь к музыке довела его до безумия, но он всегда находил защитника – вампира, готового заступиться за него и вытащить из беды. Это означало, что он был в долгу у других вампиров – многих других вампиров.

– Мы можем кого-нибудь к нему приставить?

– Учитывая, что матушка занята речью для коронации, не уверен, что она захочет разделять охрану, – сказал Лисандр мрачно. Он смотрел через двор, и я, проследив за его взглядом, обнаружил, что моя мать разговаривает с Зеной.

– А я-то думал, что она отвергнет предложение Ле Реджине.

– Я тоже. Интересно, что изменилось?

«Магия», – подумал я. Она делала это для того, чтобы магия не умерла, и мы вместе с ней. Это была единственная причина, по которой моя мать отказалась от современного образа жизни ради трона, – даже если ей придется посещать Венецию лишь раз в год, чтобы появляться при дворе. Несмотря на провозглашенное ею безразличие к своим будущим сестрам-королевам, она ухватилась за эту возможность обеими руками. Возможно, она просто хотела быть королевой.

Но с Сабиной Руссо никогда не было все так просто.

– Если она не захочет дать это задание охранникам, нам придется сделать все самим, – решил я.

Лисандр кивнул:

– Я поговорю с Тореном.

Наш несгибаемый брат был очевидным выбором. Несмотря на свои огромные размеры, он хорошо скрывался от посторонних глаз. Если кто-то из нас и мог незаметно следить за Буше, то это Торен.

– Передай ему, чтобы был осторожен. – Я не знал, кто в данный момент распоряжается деньгами Буше, но чутье подсказывало мне, что если он что-то замышляет, то действует не один.

– Обязательно, – пообещал Лисандр. Он протянул мне нож, который достал ранее. – Не зря ли я отдаю тебе его?

В памяти промелькнуло самодовольное лицо Уиллема, и я покачал головой:

– Оставь себе.

Против Уиллема мне не нужно оружие. Я покончу с ним голыми руками и выжму из его крови всю магию до капли. Меньшее меня не устроит.

Мой брат ничего не сказал, но мы обменялись понимающими взглядами. Не имело значения, что приказала наша мать. Сегодня Уиллем Дрейк не уйдет из этого двора.

– Я найду Торена. – Лисандр оставил меня, чтобы поговорить с нашим братом.

По мере того как я осматривал большой каменный двор, мое разочарование росло. Дрейка нигде не было видно. Неужели он ушел? Я закрыл глаза и сосредоточился на связи, которая соединяла меня с Теей. Она была на месте, такая же тяжелая и надежная, как и в момент, когда она опустилась на место после долгого отсутствия. Я отдался своей магии, позволив тьме клубиться внутри. Тьма почувствовала магию нашей связи и ухватилась за нее, голодная и готовая поглощать все вокруг. Я всегда считал свою магию проклятием, всегда боролся с ней, но сейчас, когда она ухватилась за мою связь с Теей и потянула, я был ей благодарен. Открыв глаза, я последовал за невидимой цепью, зная, куда она меня приведет.

Я был так близко. Мы были так близки друг к другу.

Я почувствовал запах жженого сахара и засахаренных фиалок. Аромат, который привлек меня к ней в ночь нашего знакомства, вел меня домой.