– Тогда возьми, если сможешь меня поймать.

И с этими словами Тея унеслась в ночь, исчезнув, как озорная нимфа. Тьма поглотила меня. Тея хотела поиграть? Она узнает, насколько опасна подобная игра, и я с удовольствием преподам ей урок.

Сделав глубокий вдох, я закрыл глаза и позволил зверю внутри взять верх. А когда открыл, мир изменился. Он больше не был погружен в тени ночи. Мое сверхъестественное зрение раскрасило его в блестящие драгоценные тона. Изумрудные изгороди. Сапфировое небо. Цветы из граната и аметиста. Распускающиеся лепестки ночного левкоя издавали свой сладкий аромат, смешиваясь в вечернем воздухе с чувственными нотами жасмина.

Но запах Теи был сильнее. Я заметил движение – рубиновую ауру, проносящуюся сквозь лиственный лабиринт. Сладкая дыня, утыканная гвоздикой, поплыла ко мне по ветру, и мой контроль лопнул, как перетянутая цепь.

Я бросился в лабиринт, не в силах устоять. Да и не смог бы. Меня тянуло к Тее, как к точке опоры. Меня вел ее запах, такой густой, что он чувствовался на языке. Мои мысли обратились к другим ее вкусам – к сладости ее тела, насыщенности крови. Я нуждался в ней.

Сейчас.

Меньше чем через минуту я размытым движением завернул за угол и подхватил Тею на руки. Она взвизгнула и крепко обвила руками мою шею, а я, не замедляясь, рванул вперед.

И не остановился, чтобы насладиться победой и наградой, которую она мне обещала, пока не достиг центра лабиринта, где ждала мраморная беседка. Когда я наконец замер, Тея глядела на меня, затаив дыхание.

– Ты поймал меня, – пробормотала она, и ее голос утонул в шуме крови, хлынувшей по моим венам. – И что ты теперь будешь со мной делать?

В ответ я зарычал.

Тея задрожала, и я криво улыбнулся, обнажая клык, после чего понес Тею к беседке. По дороге я изучал каждую черточку ее лица. Тея была создана для меня. За свою жизнь я не сделал ничего, чтобы заслужить такое совершенство, как она, но тем не менее не собирался никому ее отдавать.

Мое возбуждение все нарастало, пока я размышлял о том, что хочу с ней сделать.

Тея провела пальцем по моей щеке:

– Как именно ты хочешь?

Я прищурился, но жажда крови не утихла. Мой контроль слишком ослаб. Его захватили плоть и жажда.

Я осторожно положил Тею на каменную скамью. Она раздвинула ноги, и глаза ее потемнели. Мой голод вибрировал внутри, пока я упивался ею, лежавшей передо мной. Ее овевал прохладный ночной воздух, а тело мерцало в лунном свете. Я поднял взгляд, достигнув ее рта, и задержался на нем. Тея пробежала языком по губам, и это движение стало центром моей вселенной. Затем она прихватила зубами нижнюю губу с бесхитростной чувственностью.

Одним быстрым движением я расстегнул ремень и брюки, а затем приспустил нижнее белье. Тея следила за мной, в ее глазах горел голод. Она поманила меня указательным пальцем, но я и так уже приближался к ней.

– Покажи, кому ты принадлежишь, – приказал я.

Тея опустилась коленями на мягкую траву и смотрела на меня с мольбой в глазах. Она потянулась рукой и обхватила мое достоинство, а затем наклонилась к нему. Я зашипел от удовольствия.

– Мне нравится видеть тебя на коленях передо мной, – пробормотал я, – но мне нужно овладеть тобой.

Ее глаза округлились, и она отстранилась с намеренной, дразнящей медлительностью. Однако ее рука не прекращала ласк.

Это было уже слишком.

Подняв Тею, я уложил ее на скамейку. Она нетерпеливо ерзала, пока я сбрасывал туфли и стягивал штаны. Сев на каменную скамью, я схватил Тею за бедра и подтянул так, чтобы она нависла надо мной, всего в паре миллиметров от моей возбужденной плоти.

– Черт, – простонал я, едва почувствовав ее.

Тея заскулила, ее глаза блестели в лунном свете, и она задвигала бедрами, пытаясь принять меня.

– Хочешь его?

Тея сумела лишь слегка кивнуть.

– Ты убежала от меня. Почему я должен дать тебе то, что ты хочешь?

Тея задумалась всего на минуту, а потом озорно улыбнулась. Может быть, она услышала ответ, который я хотел получить. А может, просто знала.

– Потому что он принадлежит мне, – сказала она нарочито медленно, прижимаясь ко мне.

– О? – Я слегка подался вперед.

– Мне, – повторила она. – Ты мой, Джулиан, и я хочу тебя.

Черт, это был правильный ответ. Я вошел в нее, отчего ее тело выгнулось, а с губ сорвался гортанный крик. Затем приподнял за бедра и начал плавно входить, а она встречала каждое движение, двигаясь в унисон со мной, пока мы оба стремились к кульминации.

Опустив голову, я поцеловал ее грудь, вызвав у Теи стон, после чего переместился к двум идеальным шрамам на ее бледной коже. Прижавшись к ним губами, я поднял голову и обнажил клыки, прежде чем погрузил их в шрамы, находящиеся так близко к сердцу.

Ее кровь была здесь самой сладкой, и я пил ее с жадностью. Тея обвила мою шею, чтобы не дать мне отстраниться, и хватала ртом воздух. Только когда она достигла кульминации, я отпустил ее грудь и тоже подошел к пику, все еще чувствуя ее кровь на своих губах.

Тея опустилась на скамейку, и я приподнял ее, обнимая.

– Это… – Она замолчала, ее глаза блестели.

– Я хочу заниматься этим с тобой вечно, – признался я хриплым шепотом.

– И ты можешь, – тихо ответила она.

Но в моей голове крутилась только одна мысль, пока я обнимал Тею. Я не хотел провести с ней всего лишь одну человеческую жизнь – я хотел, чтобы она осталась со мной навечно.

– Тея, – пробормотал я, убирая выбившуюся прядь с ее пылающей щеки. – Я хочу, чтобы так было всегда. Я хочу тебя навсегда.

Она наклонила голову, в ее глазах промелькнуло замешательство, а затем медленно появилось понимание. Я знал, чего хочу. Она обещала выйти за меня замуж, но я хотел большего. Я нуждался в большем.

– Позволь мне обратить тебя.