Прыгая через две ступеньки, я взлетаю по лестнице на самую высокую башню в замке Периллос – выходящую окнами во внутренний двор башню Морганы. Легкие горят, я задыхаюсь. Звук шагов эхом отражается от изогнутых стен лестничного колодца.

Наконец я добираюсь до верха и выхожу под хлещущий по коже ледяной дождь. Над всем королевством гремят громовые раскаты, небо разрезают молнии.

Несколько фейри уже здесь: ошеломленно уставились куда-то с напряженными лицами. Я слежу за их взглядами, и мое сердце сжимается.

Два дракона, словно воскресшие древние боги, сражаются в клубящихся грозовых облаках, опаляя небо огненными залпами.

Талан летит верхом на Тараск. Она изрыгает алое пламя в сторону Оберона. Король восседает на свирепом золотистом драконе по кличке Веллар.

Я хватаюсь за каменный парапет, костлявые пальцы страха стискивают сердце. Знаю, Талан лучший всадник, но Тараск ранена и к тому же просто малютка по сравнению с громадиной Велларом.

Тараск взмывает, чтобы оказаться выше Веллара. Она самка и меньше его и поэтому проворнее. У нее должно запросто получиться. Но поврежденное крыло изгибается с каждым взмахом, и дракониха летит неуклюже, медленно.

Веллар быстро поднимается, сверкая золотом на сером фоне. Он легко обгоняет Тараск и пикирует на ее раненое крыло, промахиваясь всего лишь на ширину крылышка мотылька.

Я задыхаюсь, крики других фейри разносятся по ветру. Как близко… Слишком близко. Если крыло сломается, Талан упадет. И погибнет.

Ужас охватывает мысли, как лесной пожар. Я чувствую душевную боль: где-то глубоко во мне пробуждается Нимуэ. Ее сын пытается убить ее внука…

В грозовых тучах Талан не оставляет попыток преградить путь Веллару и никак не может выбрать подходящий угол для атаки с фланга. Даже издали видно, какой принц превосходный всадник. Он выполняет сложные ложные маневры, используя ветер и всегда наперед просчитывая каждое движение Тараск. Но всякий раз, пытаясь взять верх, он рискует.

Оберону нужна всего одна маленькая победа. А может, и она не потребуется…

Заметно, что Тараск устала. В отличие от Веллара, она не в лучшей форме. Даже если забыть про ее раны, она летала по всему королевству и через порталы почти без отдыха. Талану долго не продержаться. Поэтому он по-прежнему старается подняться выше Веллара, чтобы получить удобный угол для атаки. Теперь он повторяет попытку, маневрируя на ветру, набирая скорость, взмывая в тучи.

Тараск движется с такой захватывающей скоростью, что Талан просто чудом удерживается на ней. Надежда вспыхивает в груди, когда они взлетают еще выше.

Но Веллар поворачивает и выпускает прямо в Талана ужасающую стену огня. Я панически вскрикиваю, когда пламя окутывает Талана и Тараск.

Дракониха появляется с другой стороны огненного вала, ревя от ярости. Отблеск молнии отражается от доспехов Талана. Он по-прежнему на месте – верхом на Тараск.

– Он цел, – бормочу я, сердце бешено стучит в груди. – Он цел. Он цел.

Веллар опять поднимается все выше и выше. Тараск оказывается прямо перед ним, теряя преимущество позиции.

– Смотрите! – кричит кто-то, показывая на крепостные стены.

По полю на Корбинелль надвигается, словно приливная волна, толпа вооруженных до зубов повстанцев-фейри. Я не вижу, кто во главе, но наверняка Найвен.

Это часть плана Башни Авалона – посеять хаос и подорвать власть Оберона. Пока Найвен была в Броселианде, они с Мериадеком создавали сопротивление, вселяя уверенность в победе над королем. Теперь простолюдины Броселианда сплотились в разгневанное войско и готовятся штурмовать Периллос.

Найвен как-то рассказывала о Революции Выжженной Земли, произошедшей вскоре после Французской революции. В итоге она провалилась, потому что у Оберона были драконы.

Но толпа опасна. Французские революционеры не остановились, свергнув монархию. Они продолжали убивать, обезглавливая, пока гильотина не обернулась против них самих и не отрубила их собственные головы. Даже если Талан выживет в поединке с отцом, то станет первой жертвой этой голодной, разъяренной, антимонархически настроенной толпы. Они понятия не имеют, что прямо сейчас он пытается спасти их, и уверены: принц еще хуже своего отца.

Ветер и дождь завывают все яростнее, на горизонте сверкают молнии. Верхом на драконах, должно быть, почти ничего не видно. Мир вокруг переворачивается, дым и огонь смешиваются с враждебной погодой.

Мне почти хочется, чтобы Талан использовал разыгравшуюся бурю для спасения своей жизни. Чтобы улетел, собрался с силами, возможно, догнал отправленный на север драконий отряд. Но если он так поступит, Оберон испепелит идущих на Периллос подданных. Талан этого не допустит. Он не позволит отцу поджечь их как факелы. В моей голове шумит. Может, дело вовсе не в стремлении победить. Может, Талан просто пытается выиграть время для повстанцев, подольше отвлечь Оберона в небе, чтобы армия внизу смогла прорваться в замок…

Веллар становится все агрессивнее. Оберон обнаружил слабое место противника, понял, что тот измотан. Веллар с новой яростью бросается на Тараск, кусает ее, царапает когтями, извергает залпы огня. Я вцепляюсь в каменный парапет, пока два дракона у меня на глазах пытаются растерзать друг друга в клочья.

А потом Веллар исчезает. Вместе с Обероном.

Фейри на парапете потрясенно ахают. Тараск с Таланом делает круг в воздухе, но схватка окончена. Оберон сбежал?

Но, не успев разжать стиснутые пальцы, я вижу, куда исчез Оберон.

Удивительно, что проделывает мозг, сталкиваясь с ужасом. Весь шум – крики фейри, вой ветра, рев драконов – поглощает тишина. В мире остались только Талан и пикирующий сверху Оберон.

Король открыл портал и провел Веллара сквозь него, оказавшись прямо над Таланом. Он пикирует, скрытый тучами, дымом, проливным дождем, и Талан с Тараск не замечают, как Оберон приближается сзади и сверху. Издалека хорошо видно, что происходит, но Талан не знает: это конец.

В панике я нащупываю нашу связь и проникаю в его мысли с криком: У тебя за спиной!

Но в такой суматохе принц не слышит меня.

С помощью тройственной силы я укрепляю магическую связь, фокусируя ее в одной точке. Силы Морганы и Нимуэ переполняют меня, раскрывая способности телепата. Магия вырывается из тела в воздух – все выше и выше к Талану. Нити фиолетовой силы проникают в его разум.

Ния? Что…

Сзади и сверху! Я даю ему увидеть то, что видела сама, – настолько четко, насколько могу. И чувствую его внезапное осознание, укол тревоги. Талан понимает, что нужно отклониться в сторону, увернуться от атаки Веллара.

Но он этого не делает – просто продолжает лететь медленно и прямо.

Талан, ты должен…

Доверься мне, моя любимая жена. Он мысленно успокаивает меня – и разрывает связь.

Я задыхаюсь. Я пробыла в его мыслях всего секунду.

Веллар по-прежнему пикирует. Тараск летит не торопясь – легкая мишень.

В последний момент она разворачивается и взмывает вверх, как метательное копье.

Веллар опоздал. Он промахивается и продолжает пикировать, предоставив Талану то, к чему тот стремился с первой секунды боя: позицию сверху.

Тараск делает разворот и бросается на Веллара. Ее когти вонзаются ему в спину, нанося серьезные раны. Но, что гораздо важнее, она попадает и в Оберона, и король падает со спины Веллара.

Я смотрю, как крошечная фигурка кувыркается в воздухе, с нее слетает корона. Оберон падает на землю – и исчезает. Последний портал спас ему жизнь. Я слышу изнутри облегченный вздох Нимуэ.

Окровавленный Веллар, лишившись всадника, скрывается в тучах.

Тараск, подобно ворону, описывает над внутренним двором круги – один, другой, третий… А потом устремляется к замку Периллос.

Вокруг кричат – кто-то от восторга, кто-то от ужаса.

Наконец Талан приземляется во дворе недалеко от ивы.

Однако времени на передышку нет. Талан жив, но голодная толпа уже под стенами замка.

Внизу, во внутреннем дворе, солдаты фейри выстроились в шеренги: на них доспехи, мечи обнажены, магия пульсирует на кончиках пальцев. В отсутствие короля кто-то взял командование на себя. Возможно, маркиз.

Кровь стынет в жилах при мысли, что настоящая битва еще только предстоит.

Я мчусь вниз по лестнице башни навстречу Талану.

Пока я хлопаю дверями замка, принц уже направляется к маркизу де Босклеру. Отец Арвенны падает на колени, вопя от ужаса и хватаясь за голову. Талан завладел его разумом – и быстрым, как молния, движением сворачивает маркизу шею. Тело де Босклера обмякает.

Талан, тяжело дыша, поворачивается к солдатам. Его повелительный голос – громкий, чтобы все слышали, – разносится по двору:

– Ваш король бросил вас, потому что не способен противостоять мятежу, который сам и спровоцировал. Сегодня я поведу вас за собой, но вы не тронете ни одного фейри, если только не возникнет угроза для вашей жизни. Это мои подданные. Они голодают. И я не позволю им умереть.