Долго ехать и гадать, что к чему, не пришлось., потому что начал ругаться Костик.

— Да что с ней не так? — он возился за рулем, наклоняясь то в одну, то в другую сторону, старательно выслушивая что-то, недоступное прочим пассажирам «буханки».

— Наш корабль садится на мель? Или уже сел? — Аркадий пытался в этот момент разобраться в своих устройствах, чтобы наконец-то собрать тот детектор, который мог помочь им найти необходимые точки. Поэтому не нашел ничего лучше, чем дразнить разъяренного тигра, которым в этот момент и был Кащей.

— Сейчас в вашем корабле, юнга, появится огромная пробоина! — неожиданно высококультурно и по-морскому выдал Костик.

У остальных округлились глаза.

— Что происходит? — уточнила Кеша, которая наконец-то пришла в себя окончательно после прощания с Игорем. Точнее, после того, в какие именно тона оно окрасилось.

— Слышите? — задал очередной вопрос с неочевидным ответом Кащей.

— НЕТ! — дружно выдали все остальные.

— Дурная привычка, — проворчал он.

— Спрашивать такое — вот дурная привычка, — ответила ему Кеша.

— Да ну вас! — нервно отозвался Кащей и снова принялся, как хорек, заныривать то под одну панель, то под другую.

— У нас нет бюджета на новый транспорт, — добавил Ворон, возражая незаявленной просьбе. Костик в ответ только скривил лицо и продолжал крутить рулем, пытаясь не съехать с дороги, но одновременно пытаясь поймать шум.

— А это все из-за того, что ты задавал неправильные вопросы, — вдруг вставил Аркаша. — Помните ту историю, когда начали выяснять, кто же такой этот куратор? Чем все кончилось?

— Брось, — полушутя-полусерьезно ответила ему Кеша.

— Не брошу. Ценное, — Аркадий покрутил в руках аппарат с парой небольших встроенных, почти вплавленных кристаллов, и тот неожиданно загудел.

Разумеется, студент его сразу выронил, но гудение не прекратилось.

— Может, это то, что ты хотел услышать? — спросил Ворон.

— Вечно вы так! — возмущался Кащей. — К машине надо относиться бережно. И неважно, что у нее шаровые литые ШРУСы из легированной стали, а не какие-то подшипники, которые дохнут через каждые сто тыщ!

— А наша машина уже прошла сто тысяч? — уточнила Ольга, пока Кудесник пытался поднять свое устройство, которое, к тому же, уверенно било его током, не давая прикоснуться.

— Кеша, какие вопросы! Прошла и еще пройдет!

— Если ты найдешь источник шума? Кажется, ты пропустил поворот… — Ворон попытался заставить Костика отвлечься на дорогу, но безуспешно.

С видом опытного шофера тот одним глазом смотрел на приборную панель, будто она могла дать ему нужный ответ, другим глазом пытался удержать в поле зрения дорогу, а сам в оба уха слушал — в какой момент раздается тот самый противный скрип, который он мог слышать лишь доли секунды.

Другие, разумеется, ничего не слышали, потому как даже не понимали, чего им надо услышать. Костик десятки километров пытался поймать этот звук, пока, наконец, не остановившись на заправке, не сунулся под машину.

Вот тут его временное высококультурие как ветром сдуло. С каждым новым словом, что доносилось из-под днища УАЗика, у остальной команды уверено сворачивались уши в трубочку. Когда гневная тирада закончилась, красное лицо Кащея показалось им подозрительно спокойным.

— Все нормально, — он отряхнулся, вытер руки, посмотрел на тряпку, одежду и понял, что перепутал последовательность действий.

Вот теперь все остальные поняли, что ни разу все не нормально, однако вопросов Кащею задавать не стали. Он же, почистив и руки, и одежду, вошел в видавшее виды здание заправки, откуда вернулся через две минуты, сияющий, как масляный блин.

— Теперь точно все нормально. Сейчас, минут через двадцать до Киржача доедем, там все починят, — быстро выговорил он, после чего гордо осмотрел остальных с видом человека, решившего архисложную задачу.

— Так мы сломались? — уточнила Ольга

— Нет, но…

— Мне больше интересно, как мы оказались у Киржача, — перебил Аркаша.

— Ехали и доехали, представляешь? — ответил ему Костик, обиженный тем, что никто не боготворит его решимость и целеустремленность в делах компании.

— Просто Мещера и Киржач чуть дальше, чем просто «ехали и доехали». Мы вообще плюс-минус в сторону Рязани шли, а теперь — во Владимирской области на границе с Московской.

— Географ нашелся… — Кащей почесал в затылке. — Что, не там свернули, что ли?

— А, может, нам и вовсе не надо было ехать в Рязань? — пожала плечами Ольга и посмотрела на Ворона.

— Тут я распишусь в собственном бессилии, — он развел руками. — Не знаю. Но считаю, что машину надо починить. Починят в Киржаче — поехали туда. А еще варианты есть?

— Ну, до Владимира отсюда почти сто километров, а ехать с голым поворотным кулаком — так это его под…

— Мы поняли, спасибо, будем считать, что сломались, едем чиниться, — совсем по-женски остановила Кащея Ольга.

Тот захлопал глазами, потом поджал губы, обижаясь, что ему не дали расписать в красках, что случится, не надень он пыльник, но поспешил нырнуть в машину, пока корона на голове не раскачалась еще сильнее.

— Я надеюсь, что здесь не будет таких же проблем, как в Пень-Колодово, — Аркаша наконец-то утихомирил свое изобретение, которое с каждой новой попыткой усмирения все больше походило на электрошокер.

Кащей что-то неразборчиво пробубнил в ответ, но прочие уже поняли — есть проблема с машиной и пока ее не устранить, Костик в норму не вернется.

В Киржач они въехали с запада. Город встретил их широко раскинувшейся сетью железнодорожных путей, автовокзалом и промзоной. Где-то здесь, по словам работника заправки, работал Михалыч, который был в седьмом колене механик, да еще с золотыми руками, сердцем и чистой печенью — словом, нахваливали его круто.

У Михалыча оказался одноименный автосервис, расположенный в двух соседних гаражах в кооперативе на противоположном конце города от железнодорожной станции. Найти его было несложно — еще на въезде в кооператив стоял штендер с простой надписью. Птица выпустили заранее — пускай подышит свежим воздухом, разомнет крылья.

Добродушный седовласый механик встретил их довольно тепло, посмотрел на «буханку», порадовался клиентам на отечественной машине, посетовал на то, сколько сейчас электроники в китайцах и умудрился заболтать Костика так, что в гаражах команда засела на целый час. Казалось, что пока они болтают, можно было починить машину, а то и две, тем более что на подъемнике уже висела «девятка» без порогов, а под ней стояла «тойота».

Часом позже радостный Костик вернулся к своим:

— Слушайте, завтра все будет готово! Быстро же! Михалыч сказал, тут можно в гостинице остановиться, а завтра после обеда прийти к нему. Все будет.

— Опять гостиницы, — устало потянулась Кеша, вытянула руки вверх и выгнулась.

За всеми ее действиями следило три пары глаз, но, стоило ей вернуться в исходное положение, каждый сделал вид, что занят чем-то другим.

Забрав вещи и заперев машину, они ушли в гостиницу, осторожно посматривая на людей за стойкой — мало ли, кто тут еще кем окажется! — а потом, единогласно сойдясь во мнении, что вокруг вроде бы как безопасно, легли спать.

Хорошенько выспавшись и плотно позавтракав, они пешком добрались до автосервиса. Ворота были закрыты, но не заперты, тогда как автомобиля снаружи не оказалось вовсе.

— Надеюсь, еще работает, — пробормотал растерянный Костик и вошел внутрь, заслышав из-за ворот какой-то стук.

В спаренных гаражах он нашел не Михалыча, а какого паренька, которому на вид не было и восемнадцати. Он стоял около ящика с инструментами, довольно шумно перекладывая с места на место гаечные ключи.

— Здрасьте, — громко поприветствовала его Кеша.

Паренек вздрогнул, отчего ключи массово начали сыпаться на пол. Один, не самый большой, упал ему на ногу, и отскочил в сторону. Паренек заскакал в том же темпе, но комично поджав ногу к себе:

— Вы кто?

— Мы — вот за этим, — Кащей показал на «буханку».

— А… — паренек наклонился, выпрямив перед этим ушибленную ногу, и начал ее растирать. — Не готова еще.

— Да с ней ничего и не сделали! — уже громче заявил Костик, глянув на причину ремонта. — Что за дела?

— Отец придет, сделает, — бегающие глазки паренька не могли скрыть волнения несмотря на спокойный голос.

— И куда он ушел? — без нажима спросил Ворон.

— Ну… Вам же только пыльник поменять? Сегодня утром пришла запчасть, где-то здесь должна быть, а вот отец… — и замялся.

— Тебя звать как? — почти по-родственному обратился к нему Георгий.

— Максим.

— Ага. И что отец?

— Грибник он у меня, а не то, что вы подумали, — ответил паренек, густо покраснев. — Каждое лето ходит. Иногда даже перед работой. Встает рано, зато корзинами грибы приносит. Что нам — Москва рядом, выставляй, купят тем же днем.

— Значит, он придет?

— Конечно, придет. Только вот он… задерживается, — Максим явно нервничал.

— Ты чего-то недоговариваешь, — спокойно заявил Ворон.

— Я вам не вру, он правда за грибами ушел.

— Заблудился?

— Ну… Он никогда не терялся в лесах. Если только… — Максим оперся на верстак и с него опять посыпался инструмент. — Если только он не пошел в Шутов угол.

— Куда-куда?

— Так вы… — Максим бросил взгляд на номер автомобиля. — А, не местные. Ну, у нас тут много историй ходит про Шутов угол.

— Для начала, Михалыч мог туда и не пойти, — мрачно бросил Костик.

— Или вообще не пошел в лес, — добавил Аркадий, поправив очки.

— Нет-нет, он сегодня в четыре утра из дома вышел, — Максим немного занервничал. — Это кто угодно скажет. Вы же не думаете, что мой папа такой человек, что берется за работу, а потом сбегает?

От команды не укрылось резкое изменение с «отец» на «папа».

— Предположим, что мы вам верим, Максим, — начал издалека Ворон. — Поверьте, в нашей жизни куда больше странностей, чем люди, которые исчезают в лесах поутру, так и не взявшись за обещанное.

Пока он говорил, Костик на всякий случай проверил, заперт ли автомобиль. Замена детали не требовала доступа в салон, так что он без зазрения совести оставил ключи от «буханки» у себя.

Но все было в порядке, на оборудование и деньги никто не покушался, а это говорило о двух возможных вариантах развития событий. Первый вариант был простой и мирный: Михалыч действительно ушел по грибы и «подзадержался». Не пропал и не потерялся. Пока что время терпело.

Второй вариант был куда изощреннее и параноидальнее. Суть его сводилась к тому, что за оставшимися внутри машины вещами обязательно придет кто-то, когда их не будет. Почему этого не сделали ночью, и отчего криминальные элементы, которые встречаются команде на жизненном пути, становятся все тупее и тупее, Костик уже не думал. Но все же отбросил параноидальный вариант прочь. Людям надо верить.

Особенно эта вера усилилась, когда Максим начал дергано рыться в глубоких карманах, пытаясь вытащить телефон, долго откидывал крышку чехла, а потом, приняв вызов, дрогнувшим голосом заговорил:

— Да, мам? Нет, не пришел. Нет, у него сегодня работа. Клиенты стоят, ждут. Не появлялся? Телефон недоступен? Знаю, я набирал десять минут назад.

Ворон, который тоже ждал подвоха, отметил, что Максим до того телефона не касался. Да и эмоций у парня на лице было немало.

— Сколько еще ждать? Уже два часа должен был работать, — со слезами в голосе говорил Максим. — Кому ты еще позвонила? Дяде Паше? Он что, пойдет туда? Искать? В Шутов угол? Так он правда туда пошел?

— Послушайте, — Кеша мягко прервала словоизвержение Максима. — А мы можем вам как-нибудь помочь?

— П… помочь? — рука с телефоном медленно поползла вниз от уха. — Мам, подожди.

Женщина на том конце провода все еще продолжала что-то говорить. Максим внимательно посмотрел на четверку, шмыгнул носом.

— Я был бы благодарен, но…

— Вот и отлично! — Кеша мгновенно влилась в образ спасателя.

— Но там очень опасно!

Все переглянулись.

— Мы не отказываемся помочь, — вежливо вставил Костик. — Но о какой опасности речь?

Максим осторожно поднес трубку к уху:

— Мам… Дядя Паша уже в Арефино? Мы скоро будем. Опасность в том, — он продолжил, когда убедился, что разговор с мамой завершился, — что там, куда пошел отец, гиблые места. Там ручьи и болота, даже знающие люди плутают, путаются. Бывает, что по два-три дня не могут выйти. Как будто нечистая сила их там держит.

— И часто такое? — уточнил Георгий.

— Несколько раз за сезон. Ежегодно. Но без смертельных исходов, к счастью, хотя мама говорит, что прадедушка там пропал, а дядя Паша вот рассказывал, что он просто сбежал в Москву творить революцию, — вздохнул Максим. — Ну в любом случае, идти туда вот так, — он обвел руками четверку, — не лучшая идея. Сапоги, лучше повыше.

— Комары есть? — спросил Кащей.

— Ну, в сезон водятся, сейчас поменьше.

— Нечего тогда нас опасностями пугать, — бравурно заявил Костик. — Все остальное — мелочи.

Кеша едва заметно улыбнулась, у Аркаши округлились глаза. Спокойно на все происходящее смотрел только Ворон.

— А может, есть еще какие факты? — он удачно выбрал момент для вопроса, когда и лицо Максима тронула слабая улыбка.

— Фактов больше нет. Дальше — всякая дичь и вымысел. К нашему Шутову углу кого только не приписывали. И чертей, и инопланетян, и разбойников. Ну, вы ж слышали, да? Из-за которых Гагарин разбился?

— Это уже перебор, — протянул Аркадий.

— Вот. Так что — вымысел. Как честность дяди Паши.

— А что с честностью дяди Паши? — удивился Ворон смене темы.

— Ну так он, кхм… — Максим густо покраснел. — Вы уж извините, что так… Нет, не буду. Нехорошо так о родственниках. Хотя глобально он вроде как и не родственник, просто новый мамин муж… ой.

— Так, дружище, — Костик подошел ближе к Максиму, положил ему руку на плечо и, слегка наклонившись, заглянул в глаза: — Во-первых, хорошим людям мы всегда поможем, верно?

Как только остальные нестройно подтвердили его намерения, Кащей продолжил:

— Во-вторых, бояться нас не надо. Нас вот даже нечисть боится всякая, — взялся плести он, стараясь не перебрать. — Нам вот только как в кино, знака не хватает на борту.

Махнув рукой в сторону УАЗика, он едва не задел Ольгу. Та недовольно поджала губы, умудрившись стремительно отскочить в сторону. Прямо-таки сверхъестественно быстро, но Максим на это не обратил внимания, уставившись на борт «буханки».

— Ага, Скуби-ду и его команда, — пошутила она, сохранив недовольство в голосе, но не на лице.

Аркаша громко прыснул со смеху, уловив тонкую иронию. Кащей же пропустил шутку мимо ушей.

— Поедем, найдем твоего отца. Только не на нашей машине.

Максим просиял.

— Да-да! Хорошо. Я подвезу, — с этими словами он пискнул брелком и разблокировал двери «тойоты». — Садитесь.

Ворон, Аркаша и Кеша втиснулись на заднее сиденье, Кащей занял пассажирское переднее. Потер пластик панелей вокруг, потом повернулся в сторону водителя и не сдержал любопытства:

— Так что там дядя Паша?

— Ну, дядя Паша… — Максим сомневался, стоит ли говорить о родне совершенно незнакомым людям, даже тем, кто согласился целой толпой отправиться в лес на поиски его отца. — Он же директор детского дома. Богатый человек.

— Это какой-то оксюморон, — вставил Ворон и тут же сделал вид, что подавился.

— Так все здесь знают, что он к себе в карман кладет все, что можно, — выпалил Максим и снова ойкнул. — То есть, он говорит, что все, чего коснется, обращается в деньги.

— Интересный Мидас у вас нарисовался, — проговорил Аркаша.

— Кто?

— Царь, который прикосновением превращал все в золото. Это древний миф, — пояснил Кудесник.

— А коррупционеры — суровая реальность! — Кащей махнул рукой. — Ладно, поехали в этот Шутов угол. Познакомимся с твоим дядей Пашей, найдем отца…

— Отчим ищет отца? — Кеша переглянулась с Кудесником. — Ну и дела…

Но «тойота» уже уворачивалась от ям на дороге, а мимо пронесся указатель на Арефино. Ворон вспомнил слова из последнего сообщения от Куратора: «Иногда знаки — не просто знаки». Предчувствие, что с этим местом что-то не то, не покидало его с тех пор, как они выехали из гаража.