Настя

Я струсила… Да… Струсила и не поехала к родителям. Я знала, чем всё закончится — они оба будут на меня давить, а я сдамся. Опять безвольно сделаю то, что они от меня требуют.

Конечно, родители ничего плохого для меня не хотят, это у них так забота выражается. Всё никак не могут нас с Верой отпустить. Папа говорит, что, если бы хоть у одной из нас был толковый муж, им с мамой было бы проще. Но мы же своевольные, дров наломали…

С ним сложно не согласиться. Верка влюбилась в балбеса и тайно за него вышла на втором курсе института, я ещё хуже поступила — отдалась парню, которого безумно любила. А он того совершенно не заслуживал, он вообще так развлекался — укладывал в свою постель девственниц и вёл им счёт.

Непутевые мы с Веркой, стыдно родителям за нас.

И мне тоже за себя глупую стыдно. На сестре Димка, каким бы ни был оболтусом, женился и любит. А Никита мало того, что надо мной посмеялся, так ещё и над моей семьёй издевается. Отобрал у нас «Трюфель», единственное место, что кормило всех.

— Настя, ты чего? — Верка встряхивает меня за плечо.

Я вздрагиваю и оглядываюсь по сторонам. Огромный торговый центр, небольшое кафе. Утро субботы. На работу я выхожу с обеда, Катька побудет с тетей до вечера. Очень она соскучилась по двоюродным братику и сестричке, а на самом деле просто терпеть не может садик, вот и выпросила себе выходной.

Мы с сестрой только что отдали детей аниматорам предварительно на час. Но, как показывает практика, вытащить детей оттуда даже через два часа без слёз не получится.

Образовавшееся свободное время мы решаем провести за болтовнёй: сядем в кафе, попьём кофе и поговорим о своих проблемах.

— Задумалась, — улыбаюсь ей слабо.

Официант ставит перед нами кофе, тарелку с пирожными и незаметно испаряется. Мы с сестрой остаёмся сидеть в тишине.

— Что врач сказал? — отпиваю кофе. К врачу сестра попала вчера, отвезла младших маме. Но та из-за проблем с рестораном на состояние сестры внимания не обратила или же списала на общее волнение из-за семейных проблем.

— Семь недель, — Верка со вздохом гладит свой плоский живот. — Есть ещё время сделать аборт, но я не могу. Как я?.. Элю с Платошей родила, а этого убью? Как мне с этим жить потом? — она всхлипывает.

— Рожай, Верка, справимся, — улыбаюсь ей ободряюще. — Придумаем что-нибудь.

— Что, например? — она нависает над чашкой кофе. — Дима из своих танчиков не вылазит. У него всё отлично, понимаешь? Еда откуда-то каждый день на столе, я под боком, коммуналка оплачена. Дети умыты, одеты, в сад ходят. Он знаешь, что сказал, когда я ему объявила о беременности?

— Что?

— Мол, это же хорошо, нам на ребёнка ближайшие три года пособие давать будут.

Я стискиваю зубы, стараясь не выматериться.

— Когда начинаю о разводе говорить, кричит, что я семью рушу. Я рушу! — Верка сжимает пальцами виски. — Кому я нужна буду с тремя прицепами…

— Он дурак, — я отворачиваюсь.

— А я вот думаю, действительно так и есть. Двое маленьких, третий будет. Я если разведусь, то навсегда останусь одна.

Мы немного молчим, каждая в своих мыслях.

— Родители сказали, ты в ресторане остаёшься с Шаховым работать.

— Только на две недели.

— Пошла против отца?

— Я «Трюфель» люблю. И Пожарского с остальными сотрудниками уважаю. Не могу оставить их сейчас. Сдам дела и уйду, — отвлекаюсь на детский смех. — Ой, смотри, Маринка, — поднимаюсь навстречу бывшей однокласснице, та как раз входит в кафе с сыном. Точнее, он тащит её вперёд, повиснув на руке. Ему где-то два, может, меньше. Она стала совсем другой: ухоженная, дорогущий наряд, сумка от известного бренда, украшения.

— Привет, — она бледнеет и притягивает сына к себе.

— Давно не виделись, как ты? — Мы очень долго дружили, потом я забеременела, а она начала с таинственным взрослым мужчиной встречаться. И всё, мы потерялись. — Какой у тебя мальчишка громкий.

— Д-да, — она растерянно смотрит мне за плечо. Там стоит Вера, отчего-то такая же бледная и напряжённая, как Марина.

Я чего-то не знаю? Они в ссоре?

— Хочешь к нам присоединиться? — неуверенно киваю на наш с сестрой столик.

— Нет, мы лучше пойдём, — Марина хватает сына на руки и торопливо растворяется в толпе посетителей торгового центра. Я быстро моргаю, не понимая, что сейчас произошло. Оборачиваюсь на сестру — она уже опять за столиком. Сидит с напряжённым выражением лица, тоже Марине вслед смотрит.

— Ты зачем её к нам позвала?

— А почему нет? Мы же с ней дружили, учились вместе. Помнишь, сколько времени она у нас в гостях проводила за уроками? Ты чего, Вера?

— Нормальной? Она? Да на ней пробы ставить негде. Нагуляла и таскает теперь своего выродка за собой. Ещё голову поднимать смеет!

— Вера, — я шокированно прикрываю рот ладонью, в груди сдавливает от обиды. — Да ты что. Может, ты и про Катьку так скажешь? Я её тоже нагуляла!

— Настя, я не о том, — сестра хватает меня за руку. — Не сравнивай себя с ней. Давай просто забудем…

Из детского центра звонят, чтобы рассказать о драке. Платон побил какого-то мальчика в бассейне с шариками. Нам с Верой приходится вернуться за детьми, поэтому к разговору о Марине мы больше не возвращаемся. Но я раздумываю над тем, чтобы самой позвонить бывшей подруге и выяснить всё.

Ближе к обеду оставляю Катьку на сестру и еду в ресторан на общественном транспорте. Моя «Маздочка» так и стоит одиноко на парковке. Когда я смогу позволить себе её отремонтировать, неизвестно. А с Катькой мне машина очень нужна. Без неё время на дорогу от сада до дома и до работы увеличивается в два раза.

Проскальзываю через заднюю дверь в ресторан, быстро переодеваюсь в привычную юбку и блузку, волосы убираю в высокий пучок. У нас сегодня свадебный банкет, который я готовила в течение двух недель. Через час ресторан будет закрыт на спецобслуживание и начнётся подготовка.

— Я думал, не придёшь, — Шахов в коридоре перегораживает мне путь. — Твой отец уже дважды с утра звонил и пьяно орал в трубку, что я права не имею его дочь заставлять на себя пахать. Угрожал мне судом. Снова, — иронично усмехается. — Ты опять без машины. Вечером отвезу тебя, — он двигается ближе, едва не вдавливая меня собой в стену.

— Не надо, Шахов. За мной заедут.

— Камнев? — его глаза сужаются.

— Не твоё дело!

Камнев действительно заедет. Но лишь потому, что я решила серьёзно с ним поговорить и объяснить, что между нами ничего не будет.

— Моё! — он упирается локтями в стену по обе стороны от меня. — Папочка под старика подкладывает, а ты и рада?