Да уж, способности мне достались скромные, не чета Дмитрию — архимагу двенадцатой ступени, но даже эти крохи могли значительно улучшить мою жизнь и жизни доверившихся мне людей.

— Теперь попробуем создать световой шар, — через некоторое время вернулся к занятиям Елизар. — Простейшее умение, которое вам всегда пригодится.

Я послушно сосредоточилась, представляя маленькую искру. Вызвать ее оказалось гораздо проще, чем укрепить дерево. Всего через полчаса усилий над моей ладонью дрожал тусклый огонек размером с грецкий орех. Он постоянно мигал, как будто грозился погаснуть от малейшего сквозняка. Но для меня его свет показался ярче солнца.

— Неплохо, — одобрил ветеран. — А теперь попробуйте сжать его и выплеснуть вперед. Представьте, что это не свет, а кувалда, способная сокрушить дом.

Я замахнулась и швырнула огонек в противоположную стенку кареты. Метнулся шарик легко, но с тихим хлопком разбился, не оставив даже подпалины.

Мда, боевой маг из меня никудышный, — поникла, осознав, что на этом поприще успехов мне не видать.

— Не о том печалитесь, барышня, — Елизар словно мысли прочитал. — Маленьким камнем, пущенным из пращи, можно убить великана, если попасть в глаз. Поэтому тренируйте меткость бросков и учитесь видеть уязвимости противника.

Остаток пути пролетел в изнурительных тренировках. Я укрепляла стенки кареты до тех пор, пока не начинала кружиться голова. После отдыха и сытной еды, которую теперь приходилось покупать в деревнях с солидным запасом, я зажигала светляки, гасила их, привыкая к ощущению силы, текущей внутри меня.

В какой-то момент мне показалось, что крохотная искра, расположенная в области солнечного сплетения, стала чуточку больше. Елизар утверждал, что постоянные тренировки постепенно расширяли источник и укрепляли магические каналы.

Мой организм еще не привык к подобным нагрузкам, поэтому следовало его приучать постепенно. Этому способствовали и физические упражнения. На рассвете мы специально делали остановки, чтобы выполнить комплекс упражнений на укрепление мышц. Благодаря им, кстати, колено стало меньше беспокоить.

Дорога, к счастью, не приносила больше неприятных сюрпризов. Мы двигались быстро, избегая крупных трактов и ночуя в лесу под охраной ветеранов. Капитолина готовила еду на костре, Ефим травил байки и сыпал армейским юмором, а я училась быть хозяйкой собственной судьбы.

Воронеж показался на горизонте внезапно, едва мы вынырнули из тени деревьев на открытое пространство. В центре на высоком холме виднелись величественные дворцы и административные здания в окружении более низких строений с разноцветными крышами, а на склонах холмов и по окраинам жались лачуги бедняков, соседствующие с лоскутными нарезками участков земли.

Я смотрела на приближающийся город с предвкушением и тревогой. Именно здесь решится мое будущее. От того, получится ли преодолеть бюрократию и закостенелые предрассудки местных аристократов, зависело мое будущее.

— Прохор, правь к ближайшему постоялому двору, — приоткрыв дверцу, крикнула я. — В академию следует отправляться во всеоружии.

— Слушаюсь, барышня, — донесся басистый голос слуги снаружи. — Глядите, вон «Усталый путник» впереди, с виду место чистое.

Постоялый двор оказался на удивление приличным. Мы сняли две комнаты: одну — для меня, Дуняши и Капитолины, другую — для мужчин. Ветераны взялись по очереди дежурить возле подвод, чтобы никто не умыкнул наше добро.

Дуняша достала из сундука новое платье из плотного сукна, так удачно подчеркивающее мою холодную решимость. Пока она его отпаривала и приводила в порядок, хозяин подготовил нам мыльню. Там я с наслаждением смыла пот и дорожную грязь, ощущая себя посвежевшей и уверенной.

Служанка высушила мои волосы, заплела их и закрепила шпильками на макушке. После помогла облачиться в платье. Поверх строгой прически очень удачно села модная шляпка. Она придала моему облику завершенный образ.

— Анастасия Павловна, вы прямо как королева, — восхищенно прошептала Дуняша.

— Королевы не живут на постоялых дворах, Дуня, — я горько усмехнулась. — Они все больше во дворцах обитают. Но, обещаю, мы это скоро исправим.

Через час мы с Елизаром мчались на пролетке в центр, где располагалась Императорская академия магии. Стены из темного гранита возвышались тяжелой громадой, а шпили башен, казалось, задевали проплывающие мимо облака. Вокруг здания клубилось магическое марево, от которого закладывало уши. Каменный колос подавлял своей массой, вызывая невольное желание держаться подальше.

Высадившись на площади, я не сразу направилась к монументальным решетчатым воротам, за которыми сновали студенты в ярких мундирах. Парни смеялись, что-то громко обсуждали и казались совершенно чужими и недосягаемыми для обычных людей. Ни одной девушки я среди них не заметила.

— Нам нельзя идти сразу к ректору, — понаблюдав за молодежью, произнесла вслух. — Он выставит нас раньше, чем я успею открыть рот.

— И то верно, барышня, — хмыкнул ветеран. — Начальство любит, когда к нему с подходом обращаются. Гляньте-ка, через дорогу открыта таверна «Ученый кот». Уверен, там мы найдем, у кого выспросить нужную информацию.

Развернувшись, я направилась прямиком к шумному заведению. Внутри стоял непривычный гул, пахло жареным мясом и кислой брагой. В кружках у многочисленных посетителей плескался сбитень или же местное пиво.

Я выбрала столик в углу, соседствующий с веселой компанией парней в мундирах старших курсов. Молодые люди громко спорили о теории эфирных потоков. Выдохнув, я подошла к ним.

— Господа! — повысила голос, привлекая к себе внимание. — Кажется, ваши кружки быстро опустели.

Высокий смазливый блондин с наглым взглядом вальяжно повернулся, оглядывая мой наряд с нескрываемым интересом. Его товарищи затихли, предвкушая развлечение. Я почувствовала, как магическое пространство вокруг меня сгустилось.

— Какая суровая красавица к нам пожаловала, — ухмыльнулся он. — Меня Вениамином зовут, барышня. Если вы решите угостить бедных студентов обедом, мы с радостью признаем, что мир не без добрых людей.

— Елизар, закажи господам жаркого и пусть хозяин наполнит их кружки тем же напитком, что они пили раннее. — Я подошла ближе, оглядев каждого мага смелым взглядом. — Господа, вы позволите удовлетворить мое любопытство?

Студенты оживились. Их настороженность сменилась шумной радостью. Они сместились поближе, наперебой представляясь и пытаясь угадать, кто я такая.

По большому счету, прежняя Анастасия были их ровесницей, так что интерес молодых людей казался вполне логичным. Но только мне давно уже не восемнадцать, и я пришла сюда с определенной целью.

— Так, вы все учитесь в Императорской академии? Как интересно. Но почему я не вижу среди вас ни одной девушки? Разве их не принимают, или они обделены талантами?

— Отчего же? — возразил вихрастый студент. — Указом императора тысяча восемьсот двадцать пятого года женщины допущены к получению магического образования при наличии дара. Да только на деле этот указ не соблюдается. Не желают старые пердуны… Ой, простите, барышня, магистры, признавать, что прекрасный пол не обделен талантами.

— Вот как? И в чем же причина вопиющей несправедливости?

Я вела себя строго, не позволяя вольностей, но при этом умело подогревала их болтливость. Каждое слово становилось кирпичиком моей будущей стратегии.

— Неужели ректор Поликарпов — человек настолько строгих правил? — наигранно округлила глаза. — Он не верит, что женщины способны владеть магическим даром наравне с мужчинами?

— Не то слово! — подтвердил Вениамин. — Старый сухарь помешан на дисциплине. Только и получается вздохнуть свободно, когда он в конце недели уезжает на охоту. Как только снег сходит, ректор все выходные пропадает в лесах, выслеживая кабанов, зайцев и прочую живность.

— Да что вы говорите? — я подалась вперед, чувствуя, что напала на нужный след. — Наверное, Валерий Аркадьевич очень занятой человек. Поди, с утра до ночи на работе горит?

— Вовсе нет, в академии ректор с утра бывает, так что, ежели по каким вопросам, то лучше до обеда их решать. Потому что ровно в два часа после полудня он обедает в «Золотом вепре» на набережной, а потом едет на Малую дворянскую играть в преферанс, — охотно поделился Вениамин. — Так что в академии вы его сейчас не застанете. Говорят, вчера Поликарпов завалил огромного секача. Празднует поди в одиночестве.

— Благодарю, господа. — Я засобиралась уходить. — Вы мне очень помогли. Успехов в учебе.

— Барышня, а как же адресок? — раздался в спину нахальный вопль Вениамина. — Может, загляну в гости для более тесного знакомства.

— Сомневаюсь, что это уместно, — сухо бросила ему, не оборачиваясь. — Счастливо оставаться, господа.