Проходит два дня, когда младший сын, Ванька, обращает внимание на то, как изменился наш Шустрик. Я и сама неизменно вижу его лежащим на том самом месте, где он в последний раз обнимал свою кость.

Интересно, узнай он, в каком контексте использовали его любимую игрушку, простил бы хозяина? Знай он, как Димка буквально надругался над его костью, он бы его укусил. Я уверена в этом!

— Мам! — подбегает сынишка, — Наш Шустрик заболел. Нужно его к ветеринару!

— Почему ты так решил? — уточняю.

Я снова на кухне. Теперь это стало моим основным обиталищем в доме. Давненько я так много не готовила! Уже и забыла, каково это…

— Он не хочет играть, постоянно лежит, — перечисляет симптомы Ванюша.

— Ну, может быть, у него собачья хандра? — предполагаю.

— А это лечится? — сын испуганно смотрит на меня.

— Ну, конечно, малыш! Всё пройдёт, погрустит и забудет, — говорю, погладив сына по голове.

А проходя мимо Шустрика, тоскливо лежащего на том же месте, возле лестницы, я присаживаюсь на корточки возле него.

— Ну, что ты, малыш? Сдалась тебе эта костяшка? Я уже заказала тебе новую, — чешу его за ухом, — Она гораздо красивее той! Вот увидишь! — я усмехаюсь, — Надеюсь только, что твоему хозяину не придёт в голову брать её в рот.

Перед сном я корректирую планы занятий. Добавляю новый курс йоги на свежем воздухе. А также «воздушную йогу». На днях в зале должны смонтировать специальные гамаки на потолочных креплениях. Это такие устройства, на которых можно висеть, практикую асаны. Думаю, это новшество будет очень востребовано!

— Мам, занята? — скребётся старший.

— Нет, Максиш, заходи, — откладываю я в сторону дела.

Не так уж часто в последнее время уделяла внимание сыну. Правда, он его и не требует так много, как младшие.

Макс садится на кресло возле моего рабочего стола. Расслабляется в нём, вытянув ноги.

— Мам, а чё у вас с папой происходит?

Этот вопрос застаёт меня врасплох. Я бы и рада ответить, но не знаю, как именно.

— Ааа, что у нас происходит? — играю в непонимание.

— Ну, — Макс закидывает ногу на ногу, и трёт затылок рукой, как отец, — Вы же в разных спальнях ночуете? Я видел, как он в гостевую заходит. И там кровать не заправлена.

— Ну, — я пытаюсь звучать уверенно, хотя это очень сложно, — Просто решили немного отдохнуть друг от друга.

— Отдохнуть? — это слово не нравится Максу.

Он всегда был такой. Прозорливый, внимательный! Ничто не ускользало от его взгляда. Ему бы психологом быть, а он хочет по отцовским стопам, на архитектора учиться.

— Ну, просто у нас столько комнат, а мы спим в одной, — усмехаюсь я, — Разве не глупо?

— Не глупо, — отрицательно машет Максим, — Вы же муж и жена, эт нормально!

— Всё хорошо, Максиш, — пытаюсь я успокоить сына. Но с ним не так просто, как с Ванькой. Это того погладишь по голове и приголубишь, а он и рад. А Максиму нужны объяснения.

— Мам, — подаётся вперёд, — Ну я ж не ребёнок, я же вижу! Вы даже общаетесь, как… я не знаю. Как не родные.

Я судорожно втягиваю в себя воздух и задерживаю его внутри, перед тем, как выдохнуть. У нас с Максом особая связь. Наверное, потому, что я растила его с пелёнок, только сама, без чьей-либо помощи. И кормила грудью очень долго. А вот близнецы не хотели пить моё молоко. И приходилось их кормить смесями.

— Понимаешь, Максиш, — решаю я признаться сыну хоть в чём-то, — Отношения, они ведь тоже болеют, как люди. Бывает, что им нужно время, чтобы выздороветь.

Макс сглатывает и проводит рукой по лицу:

— Блин! Я могу чем-то помочь?

Кажется, я хотела его успокоить? А только сильнее напугала.

— Нет, родной. Просто будь рядом, — тяну к нему руки.

Он позволяет нашим пальцам сплестись и почувствовать близость друг друга. Тепло. И спокойствие. Которого мне так не хватает сейчас…

Я закрываю глаза. Макс встаёт и обнимает меня за голову. Я утыкаюсь лицом в его пахнущую порошком футболку.

— Я рядом, ма, — говорит он и гладит меня по волосам.

— Всё наладится, правда, — говорю ему. Хотя сама уже не верю в это.

Но вот первый этап и пройден. Сын в курсе, что у нас с Димкой кризис. Осталось донести эту мысль до младшеньких. Хотя, навряд ли они будут столь же отзывчивы. Особенно, Машка.