Все началось с того, что утром графиня заявила о своей готовности научиться стрелять из арбалета. Ветта уже несколько дней тренировалась, разучивая новые приемы и повторяя уже изученные. Занятия проходили под аккомпанемент причитаний графини, однако что-то уже начало получаться.

— Рукопашный бой — это, конечно, хорошо, но я должна уметь обращаться и с оружием, — Ветта с вызовом посмотрела на полукровку. — Хотя бы с арбалетом.

Тунрида не разделяла энтузиазма Ветты.

— Хотя бы?! Ты вообще стреляла из чего-нибудь? Может, из рогатки в детстве, а?

— Ну, — слегка смутилась графиня — попробовать свои силы в меткости ей еще не доводилось, — нет, но это не значит, что я не справлюсь!

Рид, остановившись, сняла рюкзак.

— Хорошо, — обманчиво благодушно согласилась полукровка. — Испытаем твою меткость.

Немного повозившись с рюкзаком, она извлекла из него свой складной арбалет. Это была прекрасная, легкая модель из можжевельника: элегантная, а в умелых руках — смертоносная.

— Смотри: вот сюда вставляешь болт, снимаешь с предохранителя и… вуаля!

Арбалетный болт, просвистев, врезался в дерево как раз напротив полукровки. Графиня проследила взглядом за пролетевшим снарядом.

— Вроде бы ничего сложного. Дай попробовать.

Рид протянула арбалет графине. Заполучив оружие, Ветта встала в эффектную позу а-ля «Робин Гуд сломал бы свой лук, если бы увидел мою стрельбу».

— Теперь вставь болт, — подсказала полукровка.

— Ах да, — спохватилась девушка. — Где эта железка? Ага! Вот, сейчас.

Справившись с нелегким делом, графиня вновь подняла арбалет, держа его слишком высоко, резко нажала на курок, при этом наклонив голову назад. Ничего — никакого выстрела.

«Хм, странно».

Девушка еще раз нажала на курок, теперь посильнее. Опять ничего.

— Сними с предохранителя, — посоветовала Рид, сжалившись над безуспешными попытками спутницы.

Ветта с раздражением посмотрела на нее: «Не могла сказать раньше!».

— Надо было внимательней смотреть, когда я показывала.

Графиня в третий раз подняла арбалет, долго пыталась прицелиться в то же дерево, в которое попала Рид, и выстрелила…

— Хм, а куда ты целилась, если не секрет? — поинтересовалась смеющаяся полукровка, наблюдая, как девушка с руганью ищет болт среди травы.

— Просто надо потренироваться!

— Ну да, лет так … дцать. Хочешь совет? Не затягивай так время выстрела — это снижает меткость.

— Ладно, — графиня сумела-таки отыскать болт, отряхнула его от грязи и вновь вставила в арбалет. — Вторая попытка.

На этот раз она попала… в рюкзак.

— Молодец! Ты подстрелила ни в чем не повинный рюкзак. Хотя, знаешь, в нем же лежат продукты, так что можно назвать это добычей.

— Я его зашью, — беспечно отозвалась Ветта, вытаскивая болт.

— Свежо предание! Целься повыше и держи ровнее.

— Ты говорила, что стрелять надо быстро. Определись уже: целиться или нет.

— Просто выдохни и стреляй.

В-ж-ж-их! Бамм! Болт отрикошетил от котелка и пролетел в паре сантиметров от ноги полукровки.

— Ну знаешь ли! Не ожидала, — притворно возмутилась Рид, а затем, не выдержав, рассмеялась.

— Слушай, может, все-таки остановишься на простой рукопашной борьбе? Боюсь, что после твоих тренировок у нас не останется непродырявленных вещей. Да что там — ты можешь кого-нибудь подстрелить ненароком, вроде меня или себя.

— Смейся сколько хочешь, но я научусь стрелять из арбалета, вот увидишь! — Ветта не на шутку рассердилась. Можно подумать, что Тунрида родилась, умея обращаться с оружием. Ей просто нужно потренироваться, желательно наедине, чтобы кое-кто не мешал своими ехидными замечаниями. В конце концов, рукопашные приемы у нее тоже не сразу получились. Какой может быть настрой для учебы, когда над твоими ошибками постоянно смеются?

Ветта отошла на несколько метров. Поляна, на которой они остановилась полукровка, была хорошо видна.

— Эй, лучше отойди подальше, я еще жить хочу!

Ах так! Что ж, Ветта отойдет достаточно далеко. Девушка ломанулась (по-другому не скажешь) в чащу. Внутри все клокотало от злости, бедные кусты теряли ветки под таким стремительным напором. Через десять минут Ветта немного остыла и постепенно замедлила шаг. Это же Рид, чего еще ждать от полукровки? Оглянувшись, девушка поняла, что случайно набрела на идеальное место для тренировок: деревья здесь росли не так густо, узкая поляна заканчивалась большим земляным холмом. На вершине холмика торчал старый пень — прекрасная мишень для начинающих арбалетчиков! Графиня, глубоко вздохнув, прицелилась, затем, коротко выругавшись, сняла арбалет с предохранителя и выстрелила.

Ну… могло бы быть и хуже. Арбалетный болт воткнулся у подножия холма, куда-то в траву.

«Еще попыток двести, и я подстрелю этот пень!»

С этими кровожадными мыслями девушка принялась ворошить траву в поисках болта и резко замерла. Из травы на нее смотрели черные глазки — очень маленькие и недовольные! Ветта зажмурилась, открыла глаза — это не помогло: недовольных глаз прибавилось, теперь на нее смотрели уже три пары. Зашуршала трава. Девушке стало как-то не по себе.

«Может, это какие-нибудь зверьки?»

Но тут «зверьки» перешли в наступление. Девушка успела лишь вскрикнуть, когда земля сомкнулась у нее за спиной.

* * *

Рид чистила рыбу, попутно размышляя, стоило ли подбивать графиню на уроки самообороны. Но ведь она должна уметь постоять за себя! Тем не менее арбалет — это уже слишком. Может, стоит попробовать кинжал? Полукровка дочистила рыбу и уже разводила костер, когда раздался вскрик. Не раздумывая, Рид бросилась в сторону, куда ушла разъяренная графиня.

«Что могло случиться? Уверена, что крупных хищников поблизости нет. Люди шерифа? Не может быть! И почему ее больше не слышно?!»

В панике девушка выбежала на импровизированное стрельбище Ветты, где увидела лишь одиноко лежавший арбалет.

Внимательно осмотрев поляну, полукровка убедилась, что следов каких-нибудь животных нет, равно как и человеческих, за исключением оставленных Веттой. Ее следы обрывались у подножия холма. Приглядевшись, Рид заметила арбалетный болт, застрявший как раз около… рычага?

— Падшая! — не удержалась Тунрида. — Хогмены. Как пить дать, они.

Рид знала, что холмовики любят леса вроде этого, но чтобы вот так глупо наткнуться на них? Невозможно! И все же… Насколько помнила полукровка, хогмены похищали женщин, чтобы те готовили и прибирались у них в пещерах. При этом похищенные жертвы трудились до потери сил, причем даже крестьянки, привыкшие к тяжелой работе, не могли продержаться дольше месяца этой каторги.

«Представляю, каково графине оказаться в роли служанки злобных холмовиков. А эти бедолаги даже не подозревают, кому доверили готовку!»

Ну что ж, и Ветту, и злобных тварей надо было спасать. Собравшись с духом, Рид приблизилась к рычагу. Магия хогменов на нее не действовала, как и на всех полукровок, так что попасть в их пещеру не составляло труда. Дернув рычаг, Тунрида поудобнее взяла кинжал, земля поднялась и…

— Что? Вы издеваетесь?!

* * *

— Вставай! Ты — работать, а не спать! — до Ветты донесся пронзительный высокий голос, удивительно мерзкий. Девушка с трудом приходила в себя, голова болела: видно, ее ударили, чтобы… похитить? Безмерно удивленная графиня приподнялась и огляделась. Сомнений быть не могло — она в пещере. Большая темная пещера, освещенная какими-то зеленоватыми грибами. В слабом свете подземных светильников девушка увидела маленьких человечков; их было много, и все смотрели на нее. «Во что я опять вляпалась?» — с тоской подумала Ветта.

Человечки переговаривались между собой, графиня не сразу поняла, что слышимый ею визгливый клекот — это речь жителей холма. Однако, по крайней мере, некоторые из них знали язык людей.

— Ты, вставай и иди готовить! — мерзкий голос принадлежал столь же мерзкому человечку, стоявшему около девушки. Он был ростом не более полуметра, в одежде из листьев, с грязной бурой бородой. На сморщенном, как у младенца, личике застыла брезгливая гримаса.

— Готовить? Почему я должна для вас готовить? И вообще, как вы смеете меня похищать? Я — графиня Адэлийская!

— Ты в пещере. Из пещер нет хода. Для высовиков — нет, — осклабился странный похититель. — Либо работать, либо умирать прямо сейчас.

— Работать! — отозвалась Ветта, мысленно проклиная холм и всех его обитателей.

«Надеюсь, Тунрида сможет меня вызволить».

Неловко поднявшись, девушка отряхнула штаны и с вызовом посмотрела на говорившего с ней холмовика (насколько это возможно: нелегко смотреть с вызовом, когда вынужден стоять, согнувшись в три погибели).

— И где же кухня? Учтите, вы похитили не того человека: вот моя спутница хорошо готовит, а я обычно собираю хворост.

Холмовик не внял предупреждению графини, кивнул ближайшему собрату, и тот потянул девушку за собой.

«Мое дело — предупредить», — подумала про себя Ветта.

Странно. Она не чувствовала себя напуганной. Может, дело было в росте похитителей? Бояться их — все равно что бояться маленьких детей (как вы понимаете, у графини не было большого опыта общения с детьми). Ей было скорее любопытно, нежели страшно. По пути на «кухню» она, не стесняясь, разглядывала незнакомых существ. Все холмовики были маленького роста; тот, что отправил ее на готовку, пожалуй, мог считаться у них великаном. Среди человечков не было видно детей — они, наверно, совсем крохи. Часть человечков походила на кузнецов: у них были такие же кожаные фартуки, они носились с какими-то железками в руках. Скорее всего, кузница находилась в соседней пещере — оттуда были слышны удары молоточков. Множество жителей холма читали небольшие книги, значит, они умеют читать. Ветта никогда не слышала про холмовиков — любимый новостной листок Энн упустил этих существ из виду.

— Пришли, — пропищал провожатый; он был мелким даже на фоне других хогменов. — Готовить!

— Гм, а что у вас есть из продуктов? — поинтересовалась Ветта и добавила, заметив растерянный взор человечка: — Может, грибы? Я умею чистить грибы.

— Грибы! — обрадовался тот, услышав знакомое слово, и указал на темный угол рядом с котлом, где расположилось нечто грязное и склизкое.

— Вы едите эти… это… ну да ладно, — засучив рукава, Ветта принялась за чистку поганок, что было крайне неприятным занятием. Причем грибов оказалось много, а подошедший позже «высокий» холмовик грозно заявил, что грибы нужно почистить все и поскорее. Поганки были грязно-белые, с обвисшими шляпками в желтую крапинку. На вид — чистая отрава.

«Они едят ядовитые поганки — зачем их чистить вообще?!»

* * *

Рид мрачно смотрела на дверь, точнее — на замок, что висел прямо перед ней. Замок! Замок, сделанный сильным колдуном. Почему магические существа, обладающие собственными силами, взяли и повесили на своей двери замок, созданный людьми? Какая… наглость! И ведь они его явно украли. Падший замок был не из простых: такие бесполезно пытаться взломать. Дверь тоже была магическая — ее и таран не возьмет. Все! Хватит смотреть на это безобразие. Рид постучала в дверь, замок засветился зеленым и … заговорил:

— Сия дверь открывается лишь перед мудрыми. Ответь: в какой момент куча перестанет быть кучей, если отнимать от нее по одной песчинке?

— Что?!

— В какой момент куча перестанет быть кучей, если отнимать от нее по одной песчинке?

— Что за бред, я имею в виду.

— Отвечай или уходи.

Тунрида задумалась. Она уже видела подобный замок в одной лавке. Продавец даже показывал ей книжицу с правильными ответами, но память упорно отказывалась воспроизводить, что там было. На ум также ничего путного не приходило. «Куча перестает быть кучей после которой песчинки? Хм, это что, математическая задачка? Нужно назвать конкретное число или как?» Девушка в этом сомневалась. Ответы на подобные вопросы обычно были совершенно другого характера, скорее философские. Что-то типа: «атрибуты не соответствуют субстрату». Ясно, эту задачку ей не решить, но замок должен дать новую попытку, так что она ничего не теряет, если попытается ответить.

— После первой, ведь это будет уже другая куча, не та, что раньше, — рискнула Рид.

Замок мигнул зеленым и затих, дверь была по-прежнему заперта — очевидно, ответ оказался неверным. Что ж, попробуем снова. Рид постучала, замок ожил.

— Сия дверь открывается лишь перед мудрыми. Ответь: если каждый элемент корабля был заменён хотя бы один раз, можно ли считать корабль прежним кораблём?

«Вот блин! А вопрос чем-то напоминает мой предыдущий ответ, ха. Но ответ «нет, это будет другой корабль» явно не подходит — слишком просто».

Полукровка с раздражением уставилась на магический механизм. Как бы ей хотелось узнать, кто его создал. У нее с этим мастером был бы весьма содержательный разговор.

* * *

У Ветты дела обстояли не лучше.

«Это уже, наверное, сотый гриб! Ненавижу грибы, никогда больше их есть не буду!»

У нее озябли руки. В пещере было довольно прохладно, да еще склизкие поганки… Спина болела: грубо сколоченная скамеечка уступала в удобстве любому полену. Уже хотелось есть, но мелкие похитители вряд ли станут кормить свою «кухарку». Тут к графине бочком приблизилось странное существо, напоминавшее помесь курицы с козой: трехрогое и с бородкой. Зверек был размером с кошку. Примечательным был окрас существа — ярко-синий. Оно осторожно понюхало руки девушки и лизнуло пальцы. Графине стало щекотно, она рассмеялась. Зверек тут же испуганно отпрыгнул назад.

— Не бойся, я тебя не обижу. Хочешь грибы? — Ветта погладила животное; его шерсть оказалась на удивление мягкой. — На, держи.

Графиня протянула новому приятелю уже очищенный гриб, и зверек моментально сжевал угощение. Девушка улыбнулась: хоть кто-то здесь настроен дружелюбно. Неожиданно домашняя зверушка хозяев икнула и поменяла окраску, став светло-голубой. «Хм, забавно», — подумала Ветта, однако гневный окрик за спиной заставил ее подпрыгнуть.

— Ты что, накормила хнуну грибами?! Эй, она скормила хнуне грибы! — подбежавший хогмен был вне себя от ярости.

В пещере начался переполох. Вот теперь Ветта испугалась.

— Но что… в чем дело? Почему ему нельзя грибы?

Ее никто не слушал. Местные жители пытались поймать голубую хнуну, которая с веселым ржанием носилась теперь по всей пещере, устраивая погром.

— Лови! Э-э-эх, ушла. Она идет на тебя! Давай!!!

— Эх…

— Ой.

— Не сюда, давай левее!

И много непонятного клекота холмовиков.

Пока счет был 10:0 в пользу животного, в смысле: десять подбитых человечков на одну опьяневшую хнуну. Кутерьма продолжалась минут пятнадцать, подбитых стало больше. Наконец зверек подбежал к Ветте, и девушка взяла его на руки.

«По мне так этот зверек выглядит счастливым. Подумаешь, слегка разбросал вещи, что так кричать?»

Хнуну начала икать, хогмены окружили графиню плотным кольцом. Недовольное ворчание (в исполнении хогменов — злой стрекот) все нарастало.

— Где найти таку дурну?

— Сама пришла, зато краса…

Ветта невольно приосанилась. Конечно, эти человечки вряд ли подойдут на роль судей конкурса красоты, но ведь все равно приятно, что хоть кто-то оценил твою «красу».

— …для человека. Зелена!

— Зелена — хорошо, — согласился неведомый обвинитель. — Но ничего не уметь, готовить долго, хнуну кормить грибы.

Хнуна как раз успела заснуть и теперь сладко храпела на руках у Ветты. Существо было совсем легким.

— Пусть хоть грибы сварит.

Хогмены начали расходиться. Благодаря буйству хнуны им предстояло разгребать весь этот беспорядок. Возле Ветты остались двое холмовиков — знакомый высокий и воинственного вида женщина с маленьким копьем в руках.

— Ты отварить грибы, — начала она.

— И не сметь давать их хнуну, — грозно добавил высокий.

Графиня аккуратно положила спящую проказницу на землю, подальше от очищенных грибов.

«Ну, хотя бы отварить грибы несложно, с этим я справлюсь, а там, глядишь, и Рид придумает, как меня вызволить. Где же она пропадает?!»

* * *

Рид сидела на камне возле двери в позе «мыслителя». Она уже целый час ломала голову над последней задачей. Вопрос звучал так: может ли всемогущее существо создать камень, который оно само не сможет поднять? С одной стороны, конечно, может — оно же всемогущее. Но как то же самое всемогущее существо не сможет поднять этот Падший камень?! Кто придумывает эти задачи? Ему явно нечем заняться. Божиня, Ветта, наверняка уже с ног валится от непосильной работы, пока я тут не могу отгадать дурацкие задачки. Вот Селия явно знала ответ на каждую из них: сестрица вечно торчит в своей башне, полной книг. Да что там, всезнайка Селия! Даже ее братец Велиар — явно знает ответ на какую-нибудь из них, он ведь успел проучиться в университете. И только Рид не в курсе, где кончается куча, тот ли это корабль и каковы возможности всемогущих созданий. Надо было слушать маму, когда та настаивала на учебе. Не торчала бы сейчас у этой двери, как дура.

Зеленый свет в очередной раз погас. Скорее всего, вышло время на раздумье. Тунрида сделала большой глоток из фляжки — с чистейшим виски, между прочим. Все, пора слушать очередной идиотский вопрос, на который она не знает ответа.

Полукровка постучалась.

— Тук-тук, треклятая мелюзга, похитившая мою спутницу.

— Сия дверь открывается лишь перед мудрыми. Ответь: что будет, если всепробивающий камень врежется в непробиваемую стену?

«Что-то похожее я уже слышала. Итак, всепробивающий камень и непробиваемая стена… Мне кажется, что ответ зависит от предпочтений вопрошающего: кто ему ближе — камень или стена? Стена рухнет или камень отскочит? А-а-а-а, как меня достал этот замок!»

— Камень отскочит, а стена рухнет!

Замок в который раз мигнул зеленым и погас.

— Кто бы сомневался… Тук-тук!

* * *

Что-то пошло не так!

От грибов не должна была появиться пена, и еще в таком количестве. Правда, они с Тунридой всегда готовили съедобные грибы, но Ветта была уверена, что пены быть не должно.

А она была.

И ее было… много.

— Что это?! — маленькая женщина с копьем с возмущением смотрела на котел.

— Э-э-э… грибы варятся? — с вопросительной интонацией ответила девушка. Сейчас она и сама сомневалась в правильности готовки. Но ведь она всего лишь порезала грибы и кинула их в кипящую воду. Еще немного посолила, между прочим — своей солью, баночка была в кармане. Ей ведь не выдали никаких специй. Как творить в такой обстановке?

Копьеносица внимательно посмотрела на пену, взяла в руку немного и с опаской принюхалась. Ее глаза расширились от ужаса.

— Добавить соленость?!

— Гм, а что?

Тут из котла повалила новая порция пены, и ее поток нарастал. Словно это был не котелок, а специальный механизм для создания грязной зеленой пены. Утихомирившиеся после пробега хнуны холмовики с новыми воплями принялись носиться по пещере, пытаясь спасти книги и остальные вещи от пенной лавины. Копьеносица и вернувшийся высокий хогмен что-то кричали, но за общей суматохой Ветта их не расслышала. Девушка нашла спящую хнуну и взяла ее на руки; зверек мурлыкнул. Кругом была пена, а котел продолжал извержение.

«Божиня, скоро вся пещера наполнится!»

* * *

— Знаешь, а я уже вошла во вкус. Когда еще почувствуешь себя такой идиоткой? Ну-ка, повтори, как там?

— В одной стране вышел указ: «Шерифы всех городов должны проживать не в своём городе, а в специальном городе для шерифов». Ответь на вопрос: где должен жить шериф города шерифов?

Если бы рядом был Велиар, то он бы уже считал про себя: «Раз, два, три…». Но брата Рид поблизости не было, поэтому полукровка вскочила без всякого счета. Тунрида давно не была столь разъяренной.

— Ты! Долбаный замок Падшей! Если сейчас же не откроешь гребаную дверь, я тебя…

Рид не успела закончить: замок перестал светиться зеленым, поменяв окраску на нежно-розовую.

— Пароль назван верно, добро пожаловать! — произнес металлический голос, резко отличающийся от меланхоличного тенора, мучающего полукровку вопросами.

Дверь распахнулась, и из нее вырвался поток серовато-зеленой пены, в которой барахтались хогмены вперемешку с вещами. Спустя пару мгновений Рид осознала, что стоит с раскрытым ртом. Перемазанные холмовики верещали: солнце еще не село, а хогмены не выносят прямых солнечных лучей, предпочитая выходить из своих жилищ по ночам. Из пещеры выглянула Ветта, столь же чумазая, как и хозяева пещеры.

— Тунрида! Наконец-то! Я уже думала, что ты меня не найдешь!

— Что здесь произошло? Откуда вся эта пена?!

— Э-э-э, ну…

— Ты! — на входе из пещеры показался высокий хогмен. — Приносящая беды! Далеко не убежишь, как стемнеет, мы…

— Эй, красавчик, — окликнула позеленевшего от злости холмовика Рид. — Посмотри сюда!

Полукровка отодвинула край рукава, показав свою звезду.

— Лучше не лезь к моей подруге!

Хогмен еще какое-то время жег спутниц ненавидящим взором, но в конце концов с глухим бормотанием отступил вглубь пещеры. Остальные последовали за ним, прикрывая глаза от слепящего солнца. Когда последний из холмовиков забрался внутрь, дверь с оглушающим грохотом захлопнулась. Девушки остались на пенной поляне в одиночестве, хотя…

Из-под куртки Ветты послышалось приглушенное мычание.

— Тш, тише, миленький, я с тобой, — нежно проворковала графиня, стараясь успокоить зверюшку, пристроившуюся в куртке.

— Кто там у тебя? — изумилась Рид.

— Маленькая хорошенькая хнуну.

— Ты стырила у холмовиков домашнюю скотину?!

— Мы с ней подружились! И еще я случайно накормила ее грибами…

— Ладно, — перебила объяснения Тунрида. — Нам пора делать ноги. Эти мелкие дьяволята придут в ярость, когда заметят пропажу. До захода солнца нужно уйти как можно дальше от их пещеры.

— Это значит, я могу оставить его себе? — Ветта с мольбой посмотрела на полукровку. — Ну, пожалуйста!

— Хорошо, — со вздохом согласилась Рид. — Только хнуну нам не хватало для полного счастья! Пошли отсюда.

Забрав со стоянки вещи, девушки чуть ли не бегом припустили от зловещего места. Не останавливаясь, они шли весь остаток дня, а когда начало смеркаться, полукровка предложила переночевать на дереве.

— По деревьям они лазить не умеют, так что сегодня ночью нам лучше забраться повыше.

Сама Рид залезла на высокую сосну легко, несмотря на тяжелый рюкзак. Графиня долго не могла приноровиться: по деревьям она лазила разве что лет в десять. К тому же зверек тоже немало мешал подъему. Тем не менее, после нескольких провальных попыток, с помощью полукровки Ветте удалось забраться.

— Уф, наконец-то. Думаешь, они уже вышли на охоту?

— Скорее всего, солнце-то село.

Графиня внимательно вглядывалась в сгущающуюся тьму. Ей сразу начало казаться, что внизу копошатся маленькие тени. Словно почувствовав ее испуг, хнуну выглянул наружу из своего укрытия на животе девушки и лизнул Ветте щеку.

— Как ты его назовешь? — с улыбкой спросила Тунрида.

— Я даже не знаю, мальчик это или девочка.

— Вообще-то хнуну могут менять пол, так что имя следует выбрать, хм… нейтральное.

— Да? — удивилась графиня. — Не знала, что такое возможно. Как насчет Аквамарина?

Рид посмотрела на трехрогую мордочку предполагаемого Аквамарина.

— Уверена?

— Может, Сапфир?

— Стоит ли называть его в честь драгоценных камней?

— Но ведь он синий.

— Ну и пусть будет Синька!

— Фу, что за Синька? Кобальт или Индигорум…

— Синька, Синька… Смотри, ему нравится, вон аж светиться начал.

— Он светится!

— А ты чего ожидала? — пожала плечами Рид. — Он ведь пещерное животное, и как ты его к солнечному свету приучать будешь?

— Пусть сидит за пазухой, глядишь, постепенно привыкнет, — графиня задумчиво погладила светящееся синим цветом хнуну. — И все-такиСинька мне не нравится.