Когда спутники вылезли на берег, день был в разгаре.

— Я изучил карту, — сказал Велиар. — Предлагаю заночевать в лесу, а утром выйдем к Лерону по Инсбрукскому тракту.

— Так город совсем рядом, думаешь, не успеем дойти до заката? — Рид была готова к марш-броску, однако графиня, не выспавшись, сомневалась, что сможет выдержать темп Тунриды.

— Давайте лучше двигаться не спеша, к тому же вы говорили, что нас может ждать ловушка. Не лучше ли войти в город бодрыми и полными сил?

Рид не сомневалась, что брат справится и полусонный, но раз она осталась в меньшинстве, то смирилась с еще одной ночевкой под открытым небом. А уж кто точно был счастлив, так это Синька. Зверек засиделся в рюкзаке-квартире-лодке и сейчас носился кругами мимо них с радостным ржанием.

«Мы с Рид так и не обсудили, с кем останется Синька», — подумала графиня. Пожалуй, именно Ветта ответственна за то, что в их компании появился хнуну, однако тетя Виола вряд ли примет зверька в качестве домашнего питомца.

«Ладно, сначала нужно добраться до тети, а там решим».

Солнце припекало вовсю, и друзья быстро высохли после невольного купания. Велиар уверенно шел вперед, один его шаг равнялся двум шагам Ветты, так что графине приходилось прикладывать усилия, чтобы не отстать. Ну а Рид не только не отставала от брата, но и успела на ходу раскурить трубку.

— И как у тебя только табак не отсырел? — уже с небольшой одышкой спросила Лисаветта.

— Непромокаемый кисет — это вещь!

«Ну конечно, полукровка достала себе непромокаемый кисет, а что насчет непромокаемой одежды? Почему об этом никто не подумал, отправляясь в морское путешествие?» Ветта понимала, что бурчит (хоть и мысленно) больше от недосыпа, хотя и волнение из-за приближения Лерона тоже сказывалось. Неужели конец их с Рид путешествия так близок? Что скажет тетя? Примет ли она Лисаветту? Прося полукровку о помощи, графиня была уверена, что леди Сент-Мор с радостью встретит Ветту. Но опять же, они так давно не виделись. У тети Виолы своя жизнь, вдруг она не захочет связываться со скандальной племянницей?

Заметив, что графиня начинает отставать, Велиар скорректировал шаг, так что теперь они шли рядышком, а Рид вырвалась вперед. Лисаветте страшно хотелось произвести на брата полукровки впечатление своими познаниями, особенно после недавней лекции об обитателях кораллового рифа. И не зря же она освежила знания перед отъездом. Поэтому, собрав всю волю в кулак, девушка решилась поднять давно волновавшую тему:

— Я заметила у тебя в шкафу книги Фридиана, ты увлекаешься психологией? — сердце билось ужасающе быстро, словно она бежала всю дорогу от берега, зато голос не дрогнул, что уже плюс!

— Да, — кивнул Велиар. — Хотя современные ученые подвергают труды Фридиана жесткому разбору, часть меня всегда будет помнить, какой фурор вызвал его подход в свое время.

— Абсолютно согласна, — выдохнула Ветта. — Фридиан. Кхе. Мой… любимый психоученый, — пожалуй, она рано обрадовалась по поводу голоса, но Велиар слушал ее так внимательно…

— Какая из его работ тебе ближе всего? — полюбопытствовал он.

— О, я обожаю «Разбор снов»! На втором месте, наверно, «Ироничность как часть внутреннего Я».

— В самом деле? Я тоже считаю «Разбор снов» его лучшей работой.

Это было потрясающе. Словно во сне. Они обсуждали учение Фридиана, потом Ветта рассказала о своем увлечении книгами профессора Маград. Велиар живо поддерживал разговор, интересуясь ее мнением, и, так же как на лодке, они не заметили, как пролетело время. И вот уже их окликает Рид, говоря, что это место подходит для стоянки.

— Ты хотела ночевку, Ветта, помнишь? — взгляд Рид не сулил графине ничего хорошего. А точнее — говорил, что ту ждет серьезный разговор. И правда, стоило только Велиару скинуть рюкзак с плеч, как Тунрида погнала его в лес за хворостом и ельником. Дождавшись, когда Велиар отойдет подальше, Тунрида приступила к допросу:

— Ну и что происходит?

— А?

— Между тобой и Велиаром? Болтаете часами не пойми о чем… Ты забыла, что я говорила о брате? Он разобьет тебе сердце или, что еще хуже, у вас начнутся серьезные отношения. Поверь, романтическая связь с полукровкой тебе весь мозг вынесет!

— Ты все не так поняла! — само собой, Рид все так поняла. — Мы просто разговариваем. Человек — социальное животное, между прочим! Общение между людьми важно, потому что личность человека не может быть полностью выражена в предметной деятельности. Осмысление и прочувствование своего внутреннего Я возможно лишь в общении с близкими людьми.

— Та-а-ак, ты что, пила?

— Что?! Нет, конечно, почему ты спрашиваешь? — оскорбилась Ветта.

— Ну, обычно ты так разговариваешь, когда напьешься. Хм-м. Или что, «любовь опьяняет», да?

— Это было один раз! И хватит уже твоих подозрений. Если тебе будет спокойней — я до самого тетушкиного дома ни слова не скажу Велиару.

— Мне-то что? Я за тебя переживаю…

— Ой, только не надо делать вид, что причина во мне! — не выдержала Ветта. Рид всю дорогу ведет себя так, словно Лисаветта — неразумное дитя. Ладно еще по поводу выживания в лесу, но уж в личной жизни… Чья бы корова мычала! — А может, ты бесишься из-за аллюзий на отношения твоих родителей? Так вот, я — не твоя мать! Не надо мне указывать, с кем общаться, а с кем — нет.

— При чем тут мои родители?! Что Велиар тебе наболтал? — Рид действительно сразу разъярилась, стоило только упомянуть ее родителей. — Много ты знаешь об их отношениях! Да и о Велиаре, если уж на то пошло. Хочется встречаться с тем, кто тебя старше на полтора века, — пожалуйста! Странно только, что ты не захотела замуж за шерифа — он-то помоложе будет.

— Да как ты… Да как тебе в голову пришло их сравнивать?! Смайгон — чудовище, а Велиар помог мне…

— Велиар помог? ВЕЛИАР?! А я, значит, просто мимо проходила? А? Кто таскался с тобой по лесам целый месяц? Кто терпел твои буржуйские замашки? Я нянчилась с тобой все это время, а главный помощник у нас теперь Велиар. Замечательно!

После таких слов Ветта тут же дошла до кондиции полукровки в плане гнева:

— Ты со мной нянчилась?! Ты решилась мне помочь, лишь когда я пообещала вознаграждение. Велиар, в отличие от тебя, помогает не за деньги! Так что не строй из себя спасительницу.

— Да дались мне твои деньги! Ты правда думаешь, что полукровки нуждаются в чем-либо? При рождении мне даровали состояние, по сравнению с которым твое — жалкие гроши! Так что — да! Я, Падшая подери, самая что ни на есть альтруистическая спасительница.

Ветте показалось, будто ее ударили наотмашь, настолько неожиданным было признание Рид. Будь она поспокойней в тот момент, то, пожалуй, восприняла бы слова полукровки иначе. Скорее как показатель доброты Тунриды, но сейчас… Сейчас ее захлестнула жаркая волна гнева. Снова недосказанность! Рид постоянно скрывала правду о себе. Конечно, зачем рассказывать графине о своем состоянии, об отце, о родстве с Божиней? Ветта ведь лишь глупенький человечек. Буржуйка! Ни на что негодная, избалованная девчонка. Недостойная Велиара. Ну все, с нее хватит!

— Раз тебе настолько в тягость помогать мне — я не буду больше обременять ваше полукровничество. Я сама дойду до тети! — толком не осознавая, что делает, Ветта рывком скинула рюкзак с плеч, выложила часть припасов, потревожив мирно спящего Синьку.

— Коне-е-ечно-о! — издевательски пропела Рид. — Как вовремя, однако! Так ловко обыграть благородное возмущение и уйти, когда до Лерона осталось меньше суток пути. А ты ничего не забыла? Или Смайгон и его дружки тебя уже не пугают?

— Я уже сказала: мне не нужна твоя помощь! — Ветта пропустила мимо ушей напоминание о шерифе. Девушку трясло от злости, в этот момент она никого не боялась. — Жалею, что встретила тебя!

Графиня ушла, с треском ломая сухостой по пути. Рид удивлялась, как это Велиар еще не прибежал назад, слыша их крики. Двигаясь на автомате, полукровка собрала хворост и развела костер. И чем ярче разгоралось пламя, тем больше стихал гнев Тунриды.

«Что я наделала? К чему все эти придирки по поводу брата? Взрослые люди — сами разберутся».

К возвращению Велиара Рид уже почти решилась идти искать графиню.

— Так, где Ветта? — брат сразу догадался, что подруги поссорились.

— Она ушла. Похоже, решила дойти до тети в одиночку. Ну что ж, скатертью дорожка! — Тунрида пыталась скрыть свое смятение и стыд за напускной бравадой, но уж кого-кого, а брата ей обмануть не удалось.

— Мы успеем ее нагнать, если поспешим, — Велиар явно собирался сказать что-то еще, наподобие «ты извинишься, и Ветта простит», но тут костер взорвался, и на его месте возник яркий столп света. Велиар прикрыл Рид от огненных брызг и успел достать меч, который, впрочем, тут же убрал обратно в ножны — из портала вышла Селия.

— Ну и семейка! — Рид хотелось добавить еще пару слов покрепче, но уж больно безумный вид был у сестренки.

— ТЫ! — Селия бросилась к Тунриде, отпихнув единокровного брата в сторону. — Где ты его нашла? И как умудрилась потерять?!

— Что?! О чем ты? Кого «его»?

— Да, Селия, ты не могла бы поконкретнее? И, кстати, я тоже рад встрече! Не виделись уже лет тридцать…

— Да-да, здорово выглядишь, — пробормотала сестра, не глядя в его сторону. Все внимание Селии было сосредоточено на Рид. — Где ты нашла медальон?

Только сейчас Тунрида заметила в руке сестры лист с рисунком медальона. При неверном свете угасающих углей она все же сумела распознать в изображении медальон графини. Так вот из-за чего весь сыр-бор?

— Это медальон Ветты, то есть графини Лисаветты Адэлийской… моей подруги, — после заминки добавила полукровка. — Я помогла ей сбежать из дому, точнее из-под венца с одним козлом… А к чему все эти вопросы, а? Что такого важного в этом украшении? Он даже не открывается… — Рид не договорила, потому что заметила удивление на лице брата, взявшего рассмотреть поближе рисунок Селии. Судя по всему, украшение действительно стоило психоза сестрички.

— И как, позволь узнать, у твоей графини оказался медальон Падшей? — к Селии вернулся ее обычный невозмутимый вид, так раздражающий Тунриду. — Все колдуны мира пытались разыскать его тысячи лет, и напрасно. Да что там колдуны — сами Маги пытались разыскать его, но у них не получилось, по понятным причинам.

— Это по каким? — наверно, впервые Рид пожалела, что не так внимательно изучала Книгу Бытия: наверняка в ней об этом говорилось.

— Медальон защищает от магии, и настолько хорошо, что его невозможно засечь с ее помощью. Никак! Падшая создала его для защиты своей любимой дочери. Как подобный артефакт мог оказаться у Ветты?

— А-а… дочь Падшей, разве он должен быть не у нее?

— Должен, — согласилась Селия. — Но Маги не могут ее отыскать. Божиня наказала ее жизненным циклом, но сделала так, что другие ее создания не могут найти дочь Падшей. Во всяком случае, специально, — сестра нахмурилась. — Почему ты уходишь от ответа… погоди… ты что, ВИДЕЛА ДОЧЬ ПАДШЕЙ?

— Незачем так орать, и да — похоже на то, — вздохнула Тунрида. Ей вспомнился простенький домик подруги родителей Ветты. Неужели леди Пенелопа и правда та самая любимая дочь Падшей? — Отец Ветты был помолвлен с одной леди, но потом встретил ее маму, и помолвка была расторгнута. Как раз та женщина подарила медальон графу, а он — дочери. То есть получается, дочь Падшей хотела выйти за простого смертного?

— Почему нет? Она же в цикле, — Велиар, наоборот, не видел в этом ничего странного. — От восемнадцати к восьмидесяти, так кажется?

— Да, — подтвердила Селия. — И где сейчас графиня Адэлийская?

— Мы… поссорились, — пробурчала Тунрида, предвидя реакцию сестры. Та ожидаемо была негативной… Высказавшись все, что она думает об умственных способностях сестры (и отчасти брата), Селия наконец объяснила, как догадалась, что Рид «нашла» медальон.

— Когда отец сказал мне, что не может тебя разглядеть, я сразу подумала о медальоне. Но это казалось столь невозможным, хоть и самым очевидным — в том смысле, что существует не так много способов скрыться от взора Мага. Я попробовала несколько вариантов: вдруг ты нашла покров Божини? Их было несколько, так что найти проще, чем медальон, а укрыть от взора они способны. В общем, когда я связалась с Велиаром и попросила отыскать тебя, он мне заявил, что ты как раз наведалась к нему и вы собираетесь зачем-то в Лерон.

— Так вы общались у меня за спиной?!

— Я просто ответил на зов.

— Тунрида, оставь свои детские выпады, это серьезно. Медальон может быть крайне опасен, особенно в не тех руках. Отец перестал видеть Велиара в тот день, как ты пришла к нему; по сути, это уже прямое доказательство присутствия медальона Падшей.

Сестра на мгновение задумалась, после, кивнув своим мыслям, принялась раздавать указания (отличительная черта Селии):

— Значит так, я сейчас перенесусь к тете твоей графини. Велиар, не спорь! Это слишком важно, чтобы беспокоиться из-за дурацких правил. Вы вдвоем отправитесь вслед за девушкой. Лучше бы, конечно, перенести к вам лошадей, но перенос крупных животных — такая морока… Вот, — Селия порылась в своей сумке и достала два небольших свертка. — Это робустус моего приготовления, — добавила она, заметив взгляд Велиара.

Робустус был съедобным усилителем: съешь небольшой кусочек — и можешь бежать, как лань, хоть целый день. При частом употреблении робустус вызывал привыкание, так что его изготовление не одобрялось. Во многих странах он и вовсе был под запретом, ведь если немного ошибиться при готовке, у человека могло разорваться сердце. Конечно, робустус Селии был приготовлен идеально. Даже побочки вроде спазмов ног не было.

— Сколько времени прошло после ухода графини?

— Минут сорок, — Рид и Велиар уже жевали магический усилитель. Хоть вкус у него был приятный, но одновременно появлялось ощущение, словно через тебя проходят мини-молнии, а ладони и стопы горели, как от ожога.

— Бегите, — Селия повернулась к сверкающим углям. — Мы не можем упустить этот артефакт.

Рид с братом не стали дожидаться, пока Селия скроется в портале: робустус заработал в полную силу, и они побежали к дороге со скоростью, которой позавидовал бы и гепард. К сожалению, и этой скорости было недостаточно…

* * *

Ветта была вне себя от злости. Подумаешь, вскрыла больную тему! Как будто Зарина для Лисаветты не больная тема. Хватит с нее полукровок!

На мгновение девушка замерла, вспомнив о втором полукровке.

«Божиня, я не попрощалась с Велиаром! Что он обо мне подумает?»

Ветта двинулась дальше по темной дороге. Гнев поутих, и графине стали очевидны слабые стороны ее плана. Во-первых, она понятия не имеет, в какую сторону идти. Да эта дорога ведет к Лерону, но прямо ли в город? Этого Ветта не знала. Зато она знала, что у нее нет запасов пищи — в рюкзаке дремал Синька. Ни еды, ни огнива, ни оружия… Темнота вокруг словно сгустилась и стала зловещей.

«Глупо убегать вот так от них. Надо возвращаться», — Лисаветта вздохнула, представив язвительную ухмылку полукровки. Явно еще скажет что-нибудь навроде: «Ненадолго ж тебя хватило».

Ладно. Пускай болтает что хочет, зато Ветта будет спать возле костра и рядом с Велиаром, а Рид… Они взрослые люди, сумеют уж как-нибудь помириться.

Решившись, девушка развернулась и замерла от ужаса: прямо за ее спиной стоял высокий мужчина. «Как же он сумел подобраться так близко и без шума?»

— Ч-ч-то вам нужно? Кто вы такой?

— Лорд Смайгон заждался встречи с вами, леди Лисаветта, — раздался голос за спиной. Ветта резко развернулась — еще тени.

«Пора кричать!» — дошло до нее, но слишком поздно.

* * *

«Ветта в беде», — Рид ощущала это всем: нутром, кожей, да хоть душой! Непонятно как, но она знала — графиню похитил враг. Причем полукровка поняла это еще до того, как они с братом добежали до места, где Ветту схватили. Обостренное зрение помогло разглядеть отпечатки сапог графини и более легкие — ее похитителей. В воздухе витал маслянистый запах старой мертвечины. На мгновение Тунрида решила, что подругу схватил тот чахоточный Эдгар, но быстро отказалась от этой идеи. Вампиров было много, и они точно были древнее того клана малолеток.

«Божиня. Мередит, во что я тебя втравила?» — Тунрида мысленно взмолилась Прародительнице о милосердии к обеим подругам.

— Похоже, что Смайгон из древних, — крикнула Рид брату на бегу. Велиар кивнул, он, разумеется, тоже чувствовал след. Полукровки старались не думать, что древний вампир может сделать, заполучив силу медальона.

«Перенестись к Селии? То есть отправить Велиара к ней? — размышляла Рид. — Вдвоем они быстрее найдут Ветту». Однако вонь вампиров была ощутима за городом, при приближении к Лерону ее начали перебивать другие запахи: канавы, рыночная площадь, гардеробное амбре. Быстро перебравшись через стену, полукровки остановились: они потеряли след.

— Падшая! И магией их не вычислить, — Велиар был готов оббежать весь город по три раза, но что толку, если…

— Надо искать церковь, — вдруг сказал он. — Смайгон не просто так настаивал на свадьбе с Веттой. Венчание в доме Прародительницы позволит ему заполучить медальон, дарованный Лисаветте.

— Но Лерон — столица княжества, здесь сотни церквей! — Рид чувствовала, как подступает паника, вот только… Это было не ее чувство.

«Ветта!»

— Я чувствую настроение Ветты! Она… нам туда! — к счастью, Велиар не стал допытываться, откуда Рид знает, куда бежать, а молча последовал за сестрой.

«Лишь бы успеть! Держись, Ветта, мы близко».

* * *

Ветта качалась на волнах. Стоило, наверное, попросить Бет погрузиться на глубину, а то что-то Лисаветту подташнивает на поверхности… И голова опять разболелась. Кто-то грубо схватил ее за плечо.

— Просыпайся, спящая красавица, нельзя же пропустить собственную свадьбу, — голос был резкий и странно неприятный. Графиня пыталась понять, что именно не так с этим голосом. Слишком хриплый? Или дело в тоне? С Лисаветтой никто так не разговаривал, даже Зарина. Даже Рид. Образ полукровки вспыхнул в сознании.

«Рид. Мы поссорились и… на меня напали!»

Ветта наконец очнулась от беспамятства. О чем сразу пожалела: головная боль и тошнота усилились десятикратно.

— Аккуратно, не спеши, — мерзкий голос раздался совсем рядом. — Ты же не хочешь заблевать свое красивое платьице? Лорд Смайгон лично выбирал.

«О нет, только не это! Шериф сумел поймать ее. Но как?! Где Тунрида и Велиар?» Ветта не верила, что из-за их глупой ссоры полукровки позволили похитить ее.

— Поднимайся! — ее тюремщице надоело ждать, пока Ветта встанет, и она рывком подняла девушку на ноги. Лисаветта успела подивиться силе незнакомки, но тут она присмотрелась к ней и обомлела. Это была вампирша. Сомнений быть не может! После Розы Ветта точно способна отличить вампира от просто бледного человека. К тому же незнакомка скалилась в жуткой усмешке, выставив клыки напоказ. Голова пошла кругом: «Как вампиры связаны с шерифом Смайгоном? Может, она ослышалась и это очередная родственница Эдгара?»

— Почему так долго? Милорду надоело ждать! — в комнату зашел еще один вампир. Похоже, один из тех, что напали на нее.

— Сейчас, она только очнулась, осталось фату натянуть. Не думаю, что хозяину понравится ее уродское синее лицо. Не могли оглушить ее иначе? — после слов вампирши Ветта потянулась к щеке — да, она снова вспухла.

«Почему меня постоянно бьют по лицу? Так. СТОП! Фата?!»

Свадьба! Ну конечно же, глупая Лисаветта. Лорд Смайгон — твой несостоявшийся жених, который явно не умеет слышать «нет» и сотрудничает с вампирами? Может, он сам вампир?

Ветта не знала, что хуже. Наверное, быть женой вампира все же хуже, чем женой человека, нанимающего вампиров в помощники. Но это… чересчур даже для шерифа! Почему он пошел на такое? Неужели лишь из-за ее наследства? Что-то тут не сходится! Смайгон и сам богат, так в чем же дело?

Во внезапно вспыхнувшую страсть шерифа Ветта не верила. Осталось ждать объяснений от самого жениха. Пока вампирша терзала волосы девушки, стараясь пристроить фату поровнее, Лисаветта молилась Божине, чтобы Рид и Велиар успели найти ее до конца церемонии. То, что они находятся в церкви, девушка догадалась по высоким витражным окнам и ослепительно белым стенам. Белый — цвет Божини. И платье на девушке было белым. При других обстоятельствах Ветта, пожалуй, и сама выбрала бы похожее платье: легкое, богато украшенное — блестящий атласный футляр, задрапированный тонким кружевом с жемчужными капельками.

— Готово, — фата закрыла лицо Ветты, при этом кружевной узор удачно прикрыл злосчастную скулу. Девушка прикинула, каковы ее шансы против двух вампиров, и с печалью признала, что они равны нулю. Даже без сотрясения мозга, чего уж говорить про ее нынешнее состояние.

— Медальон на ней?

Ветта изумилась: откуда вампирам известно про ее медальон?

— На ней, на ней. А как же? — вампирше не терпелось выставить девушку к алтарю. Напрасно Лисаветта пыталась придумать, как еще потянуть время.

«Ну же! Рид и Велиар ищут меня. Думай, Ветта, думай».

— Я… я хочу в туалет! — выпалила графиня, как только они с похитителями подошли к дверям комнаты. — Меня тошнит. Сильно. Не могу терпеть!

Наверное, выглядела она так, будто ее и впрямь вот-вот стошнит, поскольку вампиры начали спорить меж собой, вести ее в туалет или обойдется:

— Она и так без сознания провалялась столько времени!

— Да? А если ее вырвет прямо на хозяина? Будешь сам отвечать перед ним.

— Ладно-ладно, только быстро! И следи за ней, — вампирша закатила глаза, намекая, что с девчонкой она уж справится. А вот Лисаветте беспокойство вампира даже польстило. Может, она сумеет обхитрить вампиршу и сбежать?

Но подходящего случая все никак не представлялось. Выйдя из комнаты, они двинулись вглубь церкви, а не к выходу. К тому же оказалось, что помимо этих двоих в церкви были еще вампиры! Ветта насчитала десятерых. Забавно. Раньше ей казалось, что эти темные создания не могут переступить порог церкви, ан нет, вот они — целая толпа в доме Божини.

— Давай быстрее, — неожиданно сопровождающая ее вампирша толкнула девушку в сторону, в узкий темный проем, где Ветта разглядела дверь. Она надеялась побыть хоть пару минут наедине со своими мыслями, но вампирша втиснулась в дамскую комнату вместе с ней.

— Прошу, тебя вроде тошнило? — бледная красотка ухмыльнулась так нагло, что Ветта почти пожалела, что преувеличила свою тошноту.

— Захотелось в туалет. Не могу при свидетелях, вы не могли бы…

— Даже не заикайся! Я тебя одну не оставлю, — перебила вампирша. — Давай, — делай свои дела, жених уже весь в нетерпении.

К страху добавилось смущение — Ветта правда не могла справлять нужду при посторонних. Да и помимо природной стеснительности, в таком узком платье было сложно исполнить подобный акробатический трюк: уж очень маленький размер уборной. Хотя, даже если бы вампирша оставила девушку одну — в комнатке было окно, но слишком высоко от пола и размером с почтовую открытку. При этом оно было решетчатым, даже руку не высунуть наружу. Может, Лисаветте удалось бы выкинуть записку, но с собой не было ни бумаги, ни чего-то пишущего. Пришлось признать, что идея с туалетом себя не оправдала.

— Наверно… м-м-м… просто перенервничала. Мы можем идти, — вампирша смерила ее уничижительным взглядом, но удержалась от колкостей.

Идя по коридору вслед за ней, Ветта судорожно пыталась придумать, как отговорить шерифа от свадьбы. Пригрозить местью со стороны полукровок? Но вдруг их вмешательство повлечет лишь новые нападки на них? Ведь Велиар говорил, что человеческие суды не жалуют полукровок. Попытаться откупиться? Ветта была готова отказаться от своего состояния, лишь бы не выходить за лорда Смайгона, но внутренний голос упорно твердил, что дело не в деньгах.

Девушку охватила дрожь. Вот и алтарная. Кажется, все вампиры собрались здесь. Графиня заметила шерифа. Он, как и следовало ожидать, стоял рядом со священницей возле алтаря.

— Лисаветта Адэлийская! Ты заставила себя ждать, моя дорогая, — лорд Смайгон обернулся навстречу девушке, и Ветта обомлела: сущность шерифа впервые предстала перед ней во всей «красе». Черты лица не сильно изменились, а вот кожа стала будто восковая и неестественного белого цвета (неестественного для людей, для вампиров, пожалуй, как раз нормального). Больше всего изменились глаза: кровавая радужка с вертикальным кошачьим зрачком. На фоне Смайгона семья Эдгара выглядела почти по-человечески.

— Что вы сделали с Зариной? — пусть их отношения с мачехой были далеки от идеальных, но Ветта не сомневалась, что Зарина не стала бы выдавать ее за вампира.

— О! Как мило. Волнуешься о мачехе, вместо того чтобы задуматься о собственной судьбе. Зарина жива, она была весьма полезна… такой лакомый кусочек.

Страх Ветты боролся с отвращением: говоря о Зарине, шериф уставился на медальон и теперь не мог оторвать от него жадного взора.

— Ты! — вампир ткнул в сторону священницы. — Начинай церемонию!

Графиня пригляделась: пожилая женщина в рясе явно была заколдована. Смотря сквозь них и улыбаясь, она начала зачитывать отрывок из Книги Бытия, рассказывающий о верности и о том, что браки заключаются на небесах. Сложно было найти слова, столь неподходящие моменту. Шериф схватил руку Ветты, причиняя боль, но графиня не проронила ни звука (по большей части потому, что впала в ступор от ужаса, но все же).

— «И как Божиня властвует на небе, так жена пусть хранит дом свой да мужа от искушений Падшей, а он слушает жену и повинуется ей во имя мира в семье…».

«Это все не взаправду, это сон. Божиня! Где же Рид?»

* * *

Временами Рид начинало казаться, что она обманывает себя и брата: никакого чутья нет и они просто бегут в никуда. Однако спустя пару минут ощущение присутствия Ветты становилось сильнее, и полукровка шла увереннее.

— Ничего не изменилось? — спросил Велиар. — Ты ощущаешь ее?

Как только брат задал вопрос об этом, ощущения Тунриды изменились: теперь она чувствовала притяжение к графине, словно их связывала прочная нить. Нет, не так. При входе в город это была тонкая ниточка, а сейчас — канат.

— Мы уже близко!

Рид замерла, сделала глубокий вдох, пытаясь точнее нащупать это нечто в груди, откуда шла связь с Веттой.

— Да, я чувствую, — Велиар закрыл глаза. Это походило на пульс, словно Рид была связана с сердцем Лисаветты: рваный ритм говорил, что графиня напугана. Они были совсем рядом, поэтому прыжок в пространстве удался без последствий. Во всяком случае для Велиара. На Рид накатила такая волна дурноты, что она не сразу поняла, где они оказались. В ушах стоял гул, казалось, еще немного — и голова лопнет. Пол изо всех сил пытался поменяться с потолком местами. Все тело ныло. И то полукровке повезло, что она приняла усилитель. Без робустуса она точно отключилась бы на сутки, а то и больше.

Тем временем Велиар, как только его ноги коснулись пола церкви, моментально изничтожил приспешников лорда Смайгона. Вспышка света — и от вампиров остались лишь кучки пепла. К сожалению, на этом сила Велиара исчерпала свои возможности, потому что они опоздали…

Смайгон, смеясь, показал медальон Лисаветты, цепочка висела у него на шее. Велиар заметил сверкающее кольцо на пальце графини. В этом белом платье она была так бледна, что казалась привидением.

— Что? Тяжело проигрывать такому сильному полукровке, а? Смотрите, вы оба: она моя, а значит, и медальон Падшей тоже! Вы опоздали! ХА-ХА Опоздали! Таинство свершилось, и теперь… меня никто не остановит!

Рид с трудом поднялась на ноги — земля еще вращалась перед глазами, но вампира и графиню она уже видела достаточно четко. Ветта с надеждой смотрела на них, похоже, она не могла поверить, что полукровки не в силах ей помочь. Как же так? Еще не совсем придя в себя, Рид достала из рюкзака арбалет и стрелу с серебряным наконечником.

— Что, думаешь, сможешь убить меня этим? Глупая девчонка! Я — древний. Чтобы уничтожить меня, серебра недостаточно! И теперь, когда в моих руках власть медальона… — тут Ветта с душераздирающим криком попыталась применить один из приемов, что они изучали. Само собой, ее отчаянный выпад не мог навредить вампиру, зато у Рид появился шанс…

Вжух-х!

Арбалетная стрела попала точно в цель.

«Божиня, благодарю, что даровала мне меткость», — Рид нечасто молилась, но этот выстрел определенно стоил того.

— Ха! Ты промазала! Да и если бы попала — я же говорил — серебро не… что?! — до лорда Сайгона не сразу дошло, почему Рид выглядит такой довольной, а ее брат смотрит на него так…

«Медальон! Эта недомагичка прострелила крепление…» — однако осознание проблемы древним вампиром запоздало. Как только медальон упал, защита от Велиара исчезла, и смертельная вспышка света не заставила себя долго ждать. Священница упала в обморок, а Ветта…

Ветта разрыдалась.

Она сама не понимала почему. Злодей повержен, друзья рядом, но девушку трясло от рыданий. Тунрида нежно обняла ее, бормоча что-то утешительно-ласковое, чего Ветта не могла разобрать. Не верилось, что все позади. Лисаветте все казалось, что откуда-то из-за угла вынырнут новые вампиры. Когда-то, целую вечность назад, она позавидовала Рид, что та встречала разных сумеречных существ, включая вампиров, — какой же глупой девчонкой она была. Все, с Ветты довольно вампиров. На всю жизнь хватило! Пожалуй, оборотней вместе с фейри ей тоже не надо. Девушка чуть не упала в обморок, когда Синька прижался к ее ноге, тоже утешая. Какое счастье, что зверек уцелел! Рыдания перешли в нервное икание, но в целом графиня начала приходить в себя.

— Ну-ну, ты жива. Все хорошо, — продолжала Рид, поглаживая Ветту по спине. — Хочешь свой чудо-медальон обратно? Велиар, ты сможешь починить цепочку? Или защита от магии не позволит?

— Я уже пробовал — не получилось, — ответил Велиар. — Разреши, — он передал медальон в руки сестры, одновременно аккуратно притянув графиню к себе.

— Я могу поправить твое платье с помощью магии. М-м, Ветта, что скажешь? — брат Рид провел по щеке девушки. Лисаветта почувствовала тепло и легкое покалывание — боль в щеке исчезла.

«Вот что значит магия», — подумала графиня. Икание тоже прошло, то ли под действием чар Велиара, то ли само по себе. В голове девушки вдруг возникла картинка, как она появляется на пороге у тети в подвенечном платье, с окрашенными в рыжий цвет волосами, а рядом стоит Велиар.

«Тетя Виола, конечно, более широких взглядов, нежели Зарина, но подвергать ее такому испытанию, пожалуй, не стоит».

— Можешь исправить платье на обычное? — попросила она Велиара. — И волосы… верни, пожалуйста, им естественный цвет.

Мужчина улыбнулся. Графиня почувствовала, как в воздухе что-то пронеслось. Легкий ветерок. Тело сдавило; девушка не сразу поняла, что это всего лишь корсет. Велиар вернул обычное платье графини, как она и просила. Просто она забыла, каково это — постоянно прятать тело в клетку из китового уса. Само платье было из серебристого шелка. Волосы, снова ставшие белесыми, были уложены в красивую прическу.

— Мда-а, типичная графиня, — с непонятным укором заметила Тунрида. Не успела Ветта отпустить колкость в ответ, как алтарь вспыхнул ярким светом, из которого вышла темная фигура. Все случилось так быстро, что Лисаветта даже не успела упасть в обморок (хоть и собиралась). Как только к глазам вернулась способность видеть, перед ними предстала самая прекрасная женщина из всех, что Ветта встречала в своей жизни.