— Се-ли-я! У тебя что, какие-то проблемы? Почему ты не можешь без пафосного появления? — Рид первой очнулась от внезапного прихода сестры.

На вид Селии нельзя было дать больше тридцати лет. Густые медные волосы были заплетены в косы, тогда как ресницы и брови были темнее — почти черные. В их обрамлении глаза необычайного фиалкового цвета смотрелись еще ярче.

«Наверное, у всех полукровок глаза отличаются от людских», — пронеслось в голове у графини.

Красавица была одета в синее платье старинного кроя с длинными рукавами; Ветта видела похожие на балу-маскараде, когда все гости облачились в «древние» наряды. Впрочем, с такой фигурой сестра Рид могла носить хоть мешковину. А еще кожа! Безупречно чистая, столь ровный цвет Лисаветта видела лишь на портретах.

— Так это и есть знаменитая графиня Адэлийская? — Селия спустилась с алтарной, приблизившись к девушке вплотную. Ветта почувствовала смущение. Откуда сестра Рид ее знает? Однако, заметив, что взгляд красавицы направлен на медальон, графиня поняла, что именно интересует эту полукровку.

— Почему всех интересует медальон леди Пенелопы? — Ветта догадывалась, что артефакт как-то влияет на магию, раз Велиар смог уничтожить шерифа лишь после того, как последний лишился медальона, однако не могла понять, почему он важен для Магов.

— Этот медальон создала Падшая для своей дочери, которая, судя по всему, была связана с твоим отцом. То, что она подарила его, сделало твоего отца хранителем медальона, а после его смерти — тебя.

— Это вещь Падшей? Постойте… леди Пенелопа… — графиня встретилась глазами с Рид, та лишь пожала плечами, как бы говоря, что для нее это тоже шок. — Но что он делает? Искажает магию?

— Блокирует ее, — кивнула Селия. — Настолько хорошо, что никто в мире не способен обойти этот щит.

— Вы хотите забрать его? — вырвалось у Лисаветты. Признаться, она боялась подобного исхода, ведь медальон был дорог ей как память о родителях. Кто ж знал, что оннастолько ценен?

— Есть соблазн, — Селия коснулась медальона пальцем. Ветта вздрогнула, ей показалось, будто по телу прокатилась волна. Может, так медальон защищал ее от невидимой магии сестры Рид?

— Что значит «есть соблазн»? — раздраженно спросила Тунрида. — Этот медальон принадлежит Ветте. Сама дочь Падшей согласилась с этим!

— Желанияее дочери мало волнуют Прародительницу, — пренебрежительно пожала плечами Селия. — Однако, — она подняла руку, не давая сказать Велиару, который, видимо, собирался ей возразить, — Божиня разрешает Лисаветте оставить артефакт Падшей у себя. Пока мы молчим о его местонахождении, для других это тоже останется тайной.

— Вампиры как-то узнали, что медальон у Ветты, — заметил Велиар. — Что, если погибшие сегодня — не единственные, кто об этом знал?

— Божиня уверена, что так оно и есть, а большего нам и не надо, — Селия наконец перестала буравить взглядом графиню, переключив все свое внимание на Рид. — Отец хочет поговорить с тобой. В Обители.

— ЧТО?! Разве нам можно туда? — у Тунриды глаза на лоб полезли от удивления. В Обители Магов полукровки не появлялись с начала Войны с Падшей.

— Божиня дала согласие. В первую очередь — для тебя.

Что это значило, графиня не поняла, Рид тоже выглядела растерянной. Вдруг полукровка встрепенулась:

— А что с Мередит? Вампиры явно искали меня у нее. Я должна…

— Уже. Я нашла ее. Она жива, хоть и была сильно обескровлена. Ее держали в подвале поместья графини. Кстати, — тут Селия вновь повернулась к Ветте, — ваша мачеха тоже пострадала от вампиров, хоть и в меньшей степени, нежели мисс Бинош. Похоже, что лорд Смайгон держал ее под постоянным гипнозом.

— И как она сейчас? — Ветте было неприятно слышать о страданиях Зарины. Может, мачеха не собиралась отдавать ее замуж за шерифа? Вдруг она уже тогда была под гипнозом древнего вампира и именно эту темную магию почувствовала Рид?

— Уже лучше. Постоянно твердит, как виновата перед тобой, так что, если хочешь — можешь вернуться. Леди Зарина уверяет, что съедет из поместья, если ты этого пожелаешь.

— О! — Ветта не знала, что и думать. С одной стороны, теперь ей нет нужды переезжать к тете, с другой — Лютецианская Академия, об учебе в которой она мечтала, куда ближе к Лерону.

— Что бы ты ни решила, — вмешалась Рид, — сейчас мы отведем тебя к тете. Да, Селия, не спорь! Сначала отведем Ветту. Подумаешь в спокойной обстановке, не спеша.

Лисаветта не возражала, ей было над чем поразмыслить, но она не ожидала, что все завертится так стремительно. Еще несколько минут назад она стояла у алтаря. Вышла замуж за вампира! К счастью, очень быстро овдовела, встретилась с сестрой Рид и теперь они уже идут по Лерону в сторону тетиного дома. Пешком, потому что с медальоном ее не телепортировать.

Сестра Рид пугала графиню. Не только своей неземной красотой, но и… в общем, пугала. Так, когда какой-то пьянчуга засвистел вслед Селии, та прошептала пару слов, и мужчина дико закричал:

— Моя голова! Я ослеп. Божиня, мои глаза!

Ветте стало дурно, а Велиар и Тунрида совсем не удивились. Велиар лишь бросил, что ослепление людей с помощью магии «почему-то считается преступлением».

— Я не трогала глаза, лишь немного поколдовала с давлением воздуха возле его головы. Это природа. Законы физики.

— Селия!

— Ладно-ладно, не фарисействуй, брат. Все, он прекратил орать. Доволен?

Пожалуй, Лисаветта была рада побыстрее расстаться с Селией, но с Велиаром и Рид? Они не успели толком поговорить, она даже не успела извиниться перед Тунридой, а они уже на пороге дома тети.

Дворецкий тоже не знал Лисаветту в лицо, поэтому на просьбу позвать свою госпожу ответил таким холодным взглядом, что графиня успела испугаться за его зрение. Однако на этот раз старшая сестра Рид решила использовать тактику Зарины — то есть обворожительно улыбнулась и сказала, что леди Сент-Морточно будет рада видеть свою племянницу. У дворецкого не было шансов! Как загипнотизированный, он отправился внутрь дома, чтобы привести леди Виолу, при этом оставив дверь нараспашку.

— Нам пора! — Селия отошла от двери на пару шагов. — Отец зовет.

Лисаветта не сразу поняла, что это все — конец их путешествия. Велиар крепко обнял ее на прощание, так что она не расслышала, что он сказал при этом: кровь ударила в голову, словно Селия и ее заколдовала. Рид тоже обняла графиню.

— Мы еще встретимся, обещаю, — ее слова Лисаветта уже смогла различить.

В коридоре послышались шаги — леди Сент-Мор, тетя Ветты, появилась на пороге с крайне обеспокоенным видом.

«Представляю, что дворецкий ей наговорил», — подумала Ветта.

— Лисаветта! — тетя бросилась к Ветте, тоже крепко обняв. — Как ты здесь оказалась?!

— Мои друзья… — Ветта обернулась, надеясь представить тете Виоле полукровок, но те уже исчезли. Ожидаемо, но все равно больно. Наконец, девушка, справившись с комком в горле, сумела ответить потрясенной леди Сент-Мор:

— Мне помогли добраться до Лерона друзья. Ты не против, если я поживу у тебя какое-то время?

— Разумеется, не против, Лисаветта. О чем ты говоришь? Божиня, я не могу прийти в себя. Такая радость! Но почему ты не написала? Я бы встретила тебя… И где твой багаж?

— Я все расскажу, только давай сначала пообедаем, хорошо? — графиня поняла, что жутко проголодалась. Она расскажет тете правду, точнее — часть правды.

Так, опустит парочку деталей.

Про вампиров.

Полукровок.

Плакаты с ее портретом.

Вот только про Синьку придется рассказать, потому что зверек вылезает из рюкзака прямо сейчас, на глазах у изумленной тети. Наверное, Рид оставила рюкзак перед исчезновением. Вот же ж …!

«Я бы тоже закричала, если бы увидела хнуну в первый раз вот так», — подумала Ветта, подхватив Синьку на руки, прежде чем успокоить тетю:

— Все хорошо, это Синька — мой питомец!

* * *

Никто из нынешних детей Ридвегейла не посещал Обитель Магов, ведь они появились на свет уже после запрета Божини. Тунрида видела отражение жилища отца в зеркале, когда жила с мамой (а та настаивала на общении с Магом). Слепящая белизна, что запомнилась полукровке при этих беседах, воочию производила еще более гнетущее впечатление. Рид казалось, что она парит в пустоте. Крайне неприятное ощущение! Глазу не за что было зацепиться, и мозг лихорадочно работал, стараясь убедить себя, что у тела есть опора. Голова кружилась, хотя, может, это проходило действие робустуса?

«Как же здесь холодно», — подумала Тунрида.

— Приветствую вас в Обители Магов, дети мои, — разумеется, он ждал их.

Рид в который раз пожалела, что Прародительница лишила ее возможности узнать человеческую версию отца, как это было у брата и сестры. Наверное, если бы он был рядом во время ее взросления, она бы воспринимала его иначе. Рид было стыдно признаться матери, и тем более Велиару и Селии, что отец вызывает у нее безотчетный ужас. Она старалась замаскировать свой страх показушной злостью, но Ридвегейл явно знал правду — в этом Рид не сомневалась.

Тунрида никогда не видела отца «вживую», как и он ее — Божиня отправила Ридвегейла в Обитель еще до рождения Рид. Тем не менее полукровка много раз видела его лицо (словно застывшая маска — никаких эмоций). Когда мама рассказывала об их встрече, она говорила о том человеческом образе Мага, в котором он предстал перед ней. Рид всегда было любопытно: влюбилась бы мама в Ридвегейла, предстань он в своем истинном обличье? Хотя неважно, как он выглядел. Неужели мама не чувствовала исходящую от него силу? Конечно, нет. Маги хорошо притворялись людьми; кажется, только мать Селии провести не удалось…

— Я рад видеть всех вас. Наконец-то, — черно-белые глаза Ридвегейла остановились на Рид. Полукровка дернулась, как от удара. Да уж, ни один упырь не вызывал у нее такого ужаса, как родной отец. Ну почему?!

— Мать призвала меня к себе, этой чести я удостоился благодаря вашим стараниям спасти медальон.

— Вообще-то мы спасали Ветту! — Рид не могла промолчать, хотя голос мог дрожать и поменьше.

— Понимаю, эта девушка стала близка твоему сердцу. И ваша встреча с носительницей медальона Падшей не похожа на случайность. Но как бы то ни было, Божиня рада, что артефакт не попал в руки тварей Падшей. И в благодарность она снимет ограничение с твоих сил, дочка.

Рид мечтала об этом моменте с рождения, ну или, по крайней мере, столько, сколько себя помнила. Восторг пронесся яркой вспышкой через сознание, но его место почти сразу же занял страх.

«Вдруг это все нереально? Может, это очередной сон и я вот-вот проснусь?»

— И как это произойдет? — спросила Селия.

— Ты это о чем? — Рид и Велиар повернулись к старшей сестре.

— Ты не умеешь контролировать свою силу. Если получишь ее сейчас в полном объеме, то, скорее всего, взорвешь себя и несколько городов в придачу.

— Так и есть, — подтвердил отец. — Сила будет возвращаться частями. Постепенно, чтобы ты успела научиться контролировать ее. К сожалению, я не смогу учить тебя, как твоих брата и сестру. Тебе придется найти учителей среди смертных.

— Что?! — от шока у Рид даже страх отступил. — Учиться у… то есть пойти в университет?!

— Да, любой магический факультет подойдет — тебе главное усвоить азы, а там сила сама найдет выход.

Рид обернулась, чтобы посмотреть на реакцию брата и сестры. Картина была предсказуемой, но от этого не менее раздражающей: Селия не скрывала самодовольную усмешку, Велиар старался выглядеть беспристрастно, но глаза искрились от смеха. Ну да, все заявления Тунриды о том, что ноги ее не будет в университетах, обесценились в один миг.

«К Падшей все! Я достойна силы, и если для ее получения придется стать толстолобиком — я им стану!»

Через комнату прошла невидимая волна.

— Вам пора возвращаться на Землю, — Маг немного помедлил, но потом обнял сначала Селию, затем — Велиара.

— Мне жаль, что мы не можем встречаться вживую. Мне вас не хватает, — в этот момент он показался Рид по-человечески ранимым. Этого хватило, чтобы она смогла не отпрянуть, когда отец обнял ее. Его объятия были прохладными, как и все тут, в Обители, но полукровка впервые почувствовала, что отец любит ее. Одно объятие не могло разрушить стену, которую Тунрида возводила между ними все эти годы, но… скажем так, нерушимая прежде стена дала трещину. Рид с удивлением осознала, что жалеет о «запрете на свидания», из-за которого они с отцом вряд ли еще когда-нибудь встретятся вживую.

— Кто знает, Рид. Я храню надежду на новую встречу, — Ридвегейл ощутил смятение дочери. — Я всегда буду любить тебя, моя маленькая бунтарка.

«Маленькая бунтарка» — так Рид называла мама, но, похоже, не она придумала это прозвище. Тунрида робко улыбнулась, глядя в по-прежнему жуткие черно-белые глаза Мага. Вот только они уже не казались такими холодными, как прежде.

* * *

Хотя тетя Виола получила сильно отредактированный вариант приключений Лисаветты, она все равно пришла в ужас от услышанного. Плюс то, что тетя выделялась свободомыслием на фоне их семьи, не отменяло того факта, что она была светской леди, и потому многое из рассказанного предпочла пропустить мимо ушей. Слишком скандально! Путешествие по лесу в компании полукровки. Без слуг и должного сопровождения! Еще и одетая как мальчишка.

— Будет лучше, если мы опустим подробности твоей поездки ко мне, дорогая, — так она сказала Лисаветте. — Пойми меня правильно: я восхищаюсь твоей смелостью, но боюсь, что здешнее общество воспримет это иначе. Ты же не хочешь, чтобы мы стали париями?

Ветте было плевать на общество, но она не хотела расстраивать тетю. Странно, конечно. То ли тетя Виола была не такой бунтаркой, как ей казалось, то ли сама Ветта «одичала» в лесу. Путешествие с Рид было словно в другой жизни, свободной от любых условностей. И Лисаветта, которую с детства муштровали, как быть леди, так быстро привыкла к этой свободе. Теперь все те мелочи, из которых складывалась ее жизнь — корсет, переодевание по пять раз на дню, запрет на разговоры с незнакомцами и вообще свободное проявление эмоций, — все это начало раздражать девушку. Нет, она не забыла правила этикета. Правильные ответы на все каверзные вопросы подруг леди Виолы возникали в голове графини моментально. Поэтому она легко могла играть рольправильной леди. Однако в том и заключалась проблема: это стало лишь ролью. Девушке казалось, что она играет в бесконечном спектакле, а где-то там идет настоящая жизнь, и она проходит мимо Ветты.

Прошло три дня с тех пор, как она оказалась на пороге леди Сент-Мор. Графиня успела перезнакомиться с половиной подруг тети и получила множество приглашений на чай от местных великосветских матрон. Подруги тети деланно сокрушались, что графиня прибыла в Лерон летом, но убеждали девушку, что с началом сезона все изменится. Ведь графиня Адэлийская — лакомый кусочек, женихи будут виться роем возле нее. Даже тетя, всю жизнь избегавшая брака, была полна энтузиазма и строила планы, как подобрать для Лисаветты лучшую партию. Она и ее лучшая подруга, виконтесса Дарлингстон, как раз обсуждали, кто из местных дворян станет наиболее перспективным женихом для графини, когда дворецкий объявил, что Лисаветту желает видеть гвардеец.

— Знакомый гвардеец! — леди Дарлингстон пришла в восторг. — Может, пригласим его сюда? И где вы познакомились? А он холост? В каком звании? Кто его родители?

«Сумасшедшая монашка и сын Божини», — Ветте хотелось сказать правду, но она была слишком взволнована. Неужели Велиар здесь?! Наконец-то кто-то из полукровок дал о себе знать! Все эти дни графиня с ума сходила от беспокойства и любопытства, как прошла встреча Рид с отцом. Помирились ли они? И разумеется, она не хотела, чтобы тетя Виола и тем более виконтесса встречались с Велиаром. Это вызовет слишком много вопросов. К сожалению, тетя тоже желала взглянуть на гостя и поэтому велела проводить его прямо к ним.

— Это брат моей подруги из Каледонии. Кажется, он капитан гвардейцев герцога Клари. Его родители… хм-м, он не из знати, но получил хорошее воспитание: прекрасно играет на клавесине и теорбе.

— Что такое теорба? — поинтересовалась тетя, но Ветта не успела ответить — на пороге возник ОН.

Лисаветта забыла, как захватывает дух рядом с братом Рид. Если бы она обернулась, ее позабавил бы обескураженный вид леди Виолы и ее подруги, но она не могла оторвать взгляд от синих очей Велиара.

— Добрый день, леди, — мужчина сделал образцовый приветственный поклон. — Извините за внезапное появление, леди Сент-Мор, я обещал сестре, что проведаю леди Лисаветту, дабы узнать, как она после столь долгого путешествия.

— Да, конечно, — несколько рассеянно ответила тетя Виола, взгляд ее затуманился, а по виду виконтессы Дарлингстон Ветта поняла, что после ухода Велиара ее ждет допрос с пристрастием.

— Не стоило так утруждать себя, — Ветта с трудом подавила желание вскочить и обнять Велиара, пришлось играть роль. — Я прекрасно устроилась в Лероне, тетя Виола позаботилась об этом. Надеюсь, ваша сестра также пребывает в добром здравии и у нее… все хорошо? — последнее девушка произнесла вопрошающей интонацией, надеясь, что Велиар поймет, о чем речь.

— У Тунриды все прекрасно, сейчас она гостит у подруги, та немного приболела, и сестра решила проведать ее.

— Тунрида? Какое необычное имя, — воскликнула леди Дарлингстон. — А как вас зовут, молодой человек?

Ветта должна была представить Велиара.

«И как же я могла забыть?»

— Велиар Ридвегейл, миледи. К вашим услугам, — брат Рид улыбнулся виконтессе, Ветте показалось, что женщина перестала дышать.

— Где мои манеры, — очнулась тетя Виола. — Не желаете чаю, мистер Ридвегейл?

— Благодарю за приглашение, миледи, но я и так вторгся к вам незваным, не смею отвлекать вас более. Просьба сестры выполнена, значит, я могу возвратиться к службе.

— Я могу проводить мистера Ридвегейла до двери, тетя? — спросила Ветта, затаив дыхание, ее просьба была на грани приличия. Правда, ей показалось, что тетя колеблется с ответом лишь потому, что сама собиралась проводить гостя.

— Конечно, Лисаветта, — наконец дала добро хозяйка дома. — До свидания, мистер Ридвегейл. Надеюсь, мы с вами еще увидимся.

— Да, приезжайте к нам в гости с вашей сестрой, мы будем рады видеть подругу графини, — жеманно добавила леди Дарлингстон.

— Извини за официальный тон, — сказала Ветта, когда они остались с Велиаром наедине. — Как прошла ваша встреча с отцом? Рид в порядке?

— С Тунридой все хорошо, она навестит тебя, как только сможет. И не извиняйся — это мне жаль, что тебе пришлось столько времени ждать от нас весточки. Время в Обители Магов — коварная вещь. Мы разговаривали совсем недолго, а в этом мире прошло несколько дней.

— Ничего, я… тетя успела ввести меня в круг своих знакомых. Так что мне было чем заняться, да, — неловко закончила девушка. Графиню распирало от вопросов: что же хотела Божиня от полукровок? Когда она встретится с Рид? Она ведь встретится с Рид?!

— Рид хотела вернуться сюда, но в последний момент решила все же сначала проведать Мередит. Сестра чувствует себя виноватой, ведь девушке крепко досталось из-за нее. Если бы Рид не заменила ее в тот день…

— Я бы уже была мертва, а лорд Смайгон заполучил бы медальон Падшей, — Ветту пробила дрожь от одной мысли, как сложилась бы ее судьба, не встреть она Рид. И еще: тогда она бы не встретилась с Велиаром…

«Ну давай! Скажи ему о своих чувствах, он же вот-вот исчезнет. Смелее!»

Лисаветта Адэлийская, графиня и обладательница мощного артефакта, пыталась выдавить из себя признание, но слова упорно не желали сойти с ее губ.

«Что может быть проще?! Ты мне нравишься. Ты мне нравишься! ТЫ. МНЕ. НРАВИШЬСЯ!!!»

Но нет.

Она не смогла.

— До свидания, Ветта! Я счастлив знакомству с тобой. Надеюсь, что ты обретешь здесь все, что надеялась обрести.

«Вот и все, он ушел».

Графиня видела в окно, как брат полукровки отходит от их двери и скрывается из виду, повернув за угол (а может, и вообще исчезает, кто знает?). Часть ее рвалась наружу — догнать, обнять и никогда больше не отпускать этого мужчину. Но рациональная половина (ну ладно, три четверти) не позволила двинуться с места.

«Мы слишком разные: по возрасту, воспитанию, ох — даже по расе, наверное… Так будет лучше. Да и знакомы всего ничего. Это все энергетика полукровок. Он слишком красив для меня. Хотя дело не только во внешности. Велиар умен, образован, смел, добр, ему нравится Фридиан! Божиня, он — само совершенство».

Виконтесса Дарлингстон и тетя Виола были очень разочарованы, когда дворецкий передал им, что леди Лисаветта не вернется в гостиную, потому что у нее вдруг страшно разболелась голова.

— Бедняжка, как я ее понимаю! Летом из-за духоты я сама постоянно страдаю от этого недуга, — посочувствовала леди Дарлингстон, пытаясь скрыть свою досаду. Когда теперь удастся расспросить графиню об этом таинственном красавце?

Однако виконтесса зря надеялась на рассказы Ветты: девушка даже тете не раскрыла подробности знакомства с Велиаром.

— Он брат подруги, я практически ничего о нем не знаю, о чем тут говорить? — Лисаветта и так пыталась вычеркнуть все, связанное с Велиаром, из памяти, так что какие, к Падшей, рассказы?

Жизнь входила в привычную колею. Тетя Виола заверила Ветту, что это даже хорошо, что девушка не смогла привести с собой свои наряды, поскольку мода в Каледонии сильно отстает от салонов Тирольского княжества.

— Создадим тебе гардероб с нуля! — тетя была полна энтузиазма, в отличие от Лисаветты.

Модистка тети Виолы, мадам Ревиаль, так сильно напомнила графине мадам Ленжен, что, если бы не оливковая кожа и более темные глаза, девушка приняла бы ее за потерянную сестру-близняшку своей прошлой модистки. К слову, мадам Ревиаль находила графиню «charmant» (очаровательной (фр.)): и фигуру, и цвет волос.

— Юная леди просто светится! Couleur de cheveux étonnante (изумительный цвет волос (фр.)! Ваше сиятельство покорит всех джентльменов Лерона своим изяществом.

Наверное, все модистки мира говорят такое богатым клиенткам, но Ветте все равно было приятно это слышать. Хотя ее мало заботило внимание светских модников, в отличие от мнения одного гвардейца герцога Клари.

Ветте успели сшить четыре дневных и два вечерних наряда, не считая амазонки и платья для пикников. Мадам Ревиаль торжественно клялась, что к началу сезона у графини будет полный гардероб с самыми модными платьями. Девушка пыталась заговорить с тетей насчет учебы в университете, но леди Виола всячески избегала щекотливой темы. Похоже, что тетя Ветты решила, будто девушка страдает исключительно из-за низкой самооценки, навязанной злой мачехой, и удачный выход в свет здесь — в Лероне — излечит все душевные муки, тогда Лисаветта забудет о своих фантазиях об учебе.

Графиня, устав спорить, просто наряду с платьями начала покупать книги по психологии и философии. Часть трудов для подготовки к поступлению она нашла в библиотеке тети. Но, чтобы не расстраивать Виолу, Лисаветта безропотно посещала все чаепития, пикники и концерты, на которые ее приглашали.

Вот и сегодня тетя Виола повела ее на пикник к княгине Понсон дю Террай. Было довольно многолюдно, учитывая, что сезон еще не начался. Отчасти из-за Ветты — всем было любопытно взглянуть на племянницу леди Сент-Мор. Среди знакомых лиц была лишь виконтесса Дарлингстон да ее кузина — леди Шатильон, остальные гости были Ветте незнакомы.

Леди Шатильон была на два года старше Лисаветты, симпатичная шатенка с очень живой артикуляцией. Она сразу понравилась графине, особенно после того, как за чаем громко объявила, что замужество не должно определять личность леди, что старшие дамы восприняли как неслыханную дерзость.

— Сейчас я богата и могу делать что захочу: путешествовать, посещать концерты, а стоит только обзавестись мужем, как все мои деньги станут его. И кому, скажите на милость, это надо? Уж точно не мне, — говорила Ветте леди Шатильон на прогулке (на которую их практически выгнали после чая). — Вы меня понимаете, леди Лисаветта? Как богатую наследницу, вас тоже ожидает парад женихов всех мастей: от юнцов, не закончивших учебу, до вдовцов-стариков, обзаведенных внуками. Поверьте, это удручающее зрелище!

Ветта верила и не хотела проходить через подобное, а потому усерднее корпела над трудами ученых мужей.

Несмотря на свои пессимистичные прогнозы, сегодня кузина виконтессы была в приподнятом настроении. Она представила Ветту своим подругам: леди Монсиньи (невесте графа Кэррингтона) и леди Фултон (которая вот-вот обручится с шевалье Дюко). Похоже, что позиция леди Шатильон насчет брака не встретила понимания у ее подруг. Впрочем, не все являются богатыми наследницами. Леди Фултон казалась очень милой — настоящий ангел с золотыми кудряшками и голубыми глазами. Она постоянно оглядывалась на свою maman так, что графине показалось, будто девушка боится грозную родительницу. В отличие от скромной подруги, леди Монсиньи и характером, и внешне походила на Зарину: тоже жгучая брюнетка с громким голосом и высокомерным взглядом. Возможно, поэтому Ветта чувствовала холодок по отношению к этой леди.

— Дорогая графиня, могу только представить, как тяжело вам далось путешествие до Лерона. Все знают, что дороги в Каледонии просто ужасны! — леди Монсиньи умудрялась посочувствовать Ветте и одновременно уничижительно отзываться о ее родине. — Замечательно, что выбрались сюда к нам, прочь от этой варварской страны с ее варварским законом. Подумать только! Ваша мачеха хотела выдать вас против вашей воли. Не беспокойтесь! В Лероне нет подобного средневековья. Думаю, вы быстро привыкнете к здешнему климату.

Ветта тут же почувствовала себя туземцем, окруженным белыми солдатами. Нет, у этой леди определенно есть нечто общее с Зариной.

— Как вы думаете, чей бал откроет сезон в этом году? — спросила леди Фултон.

— Я думаю, что… О Божиня! Кто впустил сюда это чудище?! — леди Монсиньи прервала свой ответ, в ужасе уставившись на кого-то за спинами девушек. По спине Лисаветты пробежал каскад мурашек, и радостное предчувствие не обмануло!

Там, у входа в сад, стояла Рид. Она искала Ветту, рассматривая толпу разодетых дворян; сама — в грязной кофте и штанах, словно повторила весь их путь по лесу.

— Нужно позвать стражу, — прошептала леди Фултон.

— Пожалейте стражников, — Ветта чуть не рассмеялась при виде их вытянувшихся лиц. — Это моя подруга, она помогла мне с пересечением границы. Извините меня.

Графиня бросилась к полукровке, пока та никого не покалечила (парочка лакеев, что спешили к Тунриде, желая выпроводить ее, не подозревали, как были близки к получению травм).

— Рид! — Ветта бросилась на шею полукровке на глазах у изумленных гостей. — Ты здесь! Ты пришла.

— Ох, ты меня задушишь, спокойнее, мы же в приличном обществе, как-никак, — при этом сама полукровка крепко стиснула графиню в объятиях. — Я тоже скучала, ваше сиятельство.

— Лисаветта! — из толпы к девушкам успела протиснуться тетя Виола. — Не стоит так сжимать эту даму. Будь любезна, представь нас, — леди Сент-Мор говорила с улыбкой, стараясь выглядеть уверенно, но внешний вид подруги племянницы ее явно смущал.

— Прошу прощения, тетя, позвольте вам представить Тунриду Ридвегейл, мою подругу и сестру Велиара.

— О! О-о-о, — тетя окинула Рид быстрым взглядом, безуспешно пытаясь найти семейное сходство. — Рада знакомству, мисс Ридвегейл. Ваш брат производит впечатление настоящего джентльмена, он прибыл с вами?

— Нет, миледи, он пока в Беруоне. Извините за столь внезапное появление, но я хотела удостовериться, что Ветта… простите, графиня Адэлийская в безопасности. Пожалуй, мне стоит удалиться. Вы позволите зайти проведать леди Лисаветту сегодня вечером?

Тут Ветта не выдержала и рассмеялась. Леди Сент-Мор, не желая усугублять ситуацию, предложила полукровке забрать племянницу прямо сейчас:

— Я распоряжусь насчет кареты.

В карете ехали молча, в основном из-за тети Виолы, нервно поглядывающей в сторону полукровки. Лисаветту распирало от тысячи вопросов, накопившихся к подруге. Но задать их при тете, не вызвав у последней новой волны паники, не представлялось возможным. Полукровка тоже молчала, разглядывая наряд графини. Ветте вспомнилось замечание Рид после преображения ее платья в церкви:

«Типичная графиня».

Что Тунрида имела в виду? Она настолько недолюбливает дворян? Или же считает, что Ветта способна на большее, нежели уготованная ей обществом роль светской дивы? Для себя Лисаветта уже все решила — она поступит в Академию Лютеции. Посвятит жизнь изучению наук.

Вернувшись домой, леди Сент-Мор распорядилась, чтобы в гостиную принесли чай. Она уже пришла в себя: растерянность и настороженность по отношению к Рид сменились интересом.

— Так где же вы познакомились с Лисаветтой, мисс Ридвегейл?

— На балу в ее доме, миледи. Ее светлость заприметила меня, когда я заменяла подругу на службе, и, надо сказать, весьма вовремя. Потом пошла вся эта заваруха с ее мачехой, так что… леди Лисаветта решила обратиться за моей помощью, чтобы добраться до вас.

— Но почему именно к вам? Лисаветта — такая скромница! Все молчком. Как? Почему? Я лишь знаю, что ваше путешествие нельзя было назвать комфортным.

— Пожалуй, так, миледи, — полукровка бросила хитрый взгляд на графиню. Ветта улыбалась, но глаза метали молнии: «Только попробуй!».

— Однако, — продолжила Рид, — именно стесненные обстоятельства нашего путешествия позволили нам лучше узнать друг друга и подружиться. Думаю, что и сама графиня не считает наш поход напрасной тратой времени.

— Подружиться с вами и вашим братом? — тетя Виола не оставляла надежду «прощупать почву».

— Велиар присоединился к нам лишь в самом конце, — поспешила вставить Ветта. — Именно Тунрида помогла мне в самый тяжелый момент.

Они встретились глазами. Полукровка чуть заметно кивнула. Их глупая ссора осталась в прошлом.

— Что ж. А что вы, как подруга Лисаветты, думаете об этой ужасной идее — я имею в виду учебу в Академии? Пожалуйста, вразумите ее!

— Прошу меня простить, леди Сент-Мор, боюсь, тут я на стороне леди Лисаветты. Понимаю ваши страхи — я сама до недавнего времени была весьма скептически настроена по отношению к учебе, но мой последний разговор с отцом заставил меня… пересмотреть свои взгляды.

— Ты? — Ветта не могла поверить ушам. — Ты!

Полукровка кивнула:

— В этом году я поступаю в Лютенцианскую Академию.

— Но как же репутация? — всплеснула руками тетя Виола. — Учеба и эти общежития… кто присмотрит за юной леди в этом бедламе?

— Знаете, мой брат оставляет службу в гвардии, чтобы как раз приглядеть за мной во время учебы. Уверена, он с радостью присмотрит и за вашей племянницей.

— О! — леди Сент-Мор задумалась, потом внимательно посмотрела на племянницу (которая впала в ступор с выражением полного восторга на лице). — Хм-м, тут есть над чем подумать. И… где же наши булочки? Пойду потороплю горничную.

— Ты как? — спросила Рид, когда тетя Виола вышла за дверь. — Эй! Ветта? Ты меня слышишь?

— ДА! То есть да-а-а! — Ветта кинулась обнимать полукровку. — Ты будешь учиться со мной, правда? Не думала… ты же не хотела учиться!

— О, спокойно, ослабь хватку, а то до поступления я не дотяну! И да — передумала. Отец передал решение Прародительницы: мне вернут контроль над силой, но постепенно, чтобы я не укокошила полстраны. И для этого мне надо научиться азам магии, а значит, нужен магический факультет. И поскольку в Лютенцианской Академии он есть, я подумала…

— Мы будем учиться вместе!

— На разных факультетах, если только ты не решила изменить психологии.

— А как же Велиар? Он тоже пойдет на учебу?

— На кой? Он десять раз уже проучился. Нет. Все куда хуже, хотя не знаю, что хуже: иметь брата-однокашника или брата-преподавателя?

— Велиар будет преподавать? — Ветте стало трудно дышать, стоило только представить Велиара в мантии преподавателя…

— Выдохни! — рассмеялась Тунрида, глядя на покрасневшую девушку. — Вряд ли он станет преподавать на твоем курсе.

— Думаешь, я смогу поступить в этом году? Я только начала подготовку к экзаменам, а они уже совсем скоро.

— Да ты пол-юности готовилась к этим дурацким экзаменам, и если что — там есть места для богатых слушательниц. Хотя я не сомневаюсь: ты и так поступишь!

— Тунрида… — графиня не хотела омрачать их воссоединение, поднимая эту тему, но и не спросить тоже не могла. — А ты серьезно… я хочу сказать, ты сильно против… ну…

— …Тебя и Велиара? Нет, — Рид деланно тяжко вздохнула. — Вы взрослые люди, договаривайтесь сами насчет своих амурных дел. Если вас тянет друг к другу, то… поступай как хочешь!

— Правда? — «Божиня! Спасибо-спасибо! Спасибо!» — Значит, ты не против?

— Нет, — Рид уже было тошно, но радость Ветты (и прозрачные намеки брата — не лезть, куда не просят) не давали шанса взять слова назад. — Но давай уточним. Это все безо всяких претензий? И ты не станешь прыгать со скалы в случае разрыва и обвинять меня в предсмертной записке, что не отговорила тебя от этих отношений?

— Если надумаю прыгать, то, наоборот, напишу, что ты была права, — торжественно пообещала Ветта.

— Хорошо, — Рид сомневалась, что у этих двоих что-то выйдет, просто потому что парочка уж очень различалась. Но… в общем, пусть Лисаветта убедится в этом сама. — И что ты так вцепилась в эту романтику? Он же болтает как столетний дед. Потому что он и есть столетний дед. Мистер Занудство.

Ветта пропустила брюзжание подруги мимо ушей. Ей нравился стиль Велиара. Ладно, к чему скрывать? Ей все в нем нравилось! Может, Рид права и это вскоре пройдет, но сейчас Лисаветта будет наслаждаться каждым мгновением.

— Спасибо, — мысленно девушка уже гуляла с Велиаром по старинным улицам академгородка. В то, что удача улыбнется и она поступит в Университет, Ветта больше не сомневалась. Да и, в конце концов, Рид права: она богатая наследница и может купить место. — Уверена, что нам всем будет здорово в Лютеции!

— Ну да, — хмыкнула Рид. — Учеба на магическом факультете с прорывающимися силами полукровки. Что может пойти не так?