Джерд

С самого утра Джерд сидел за бумагами, намереваясь наконец покончить с делами и отправиться в мир Кейт. Все эти дни он невыносимо скучал по ней, но надоедать не хотел, боялся отпугнуть. Пока всё складывалось хорошо. С их последней встречи он часто возникал в её мыслеобразах. Кейт думала о нём, и это делало его безмерно счастливым. Ещё немного, и он вновь увидит её.

— Ваше Величество…

Фарен крадучись вошел в кабинет. Он явно опасался потревожить короля за работой.

— Леди Лиссбет Рейн просит личной аудиенции.

Джерд оторвал взгляд от документов, но не сразу сообразил, о ком идёт речь. Имя прозвучало столь неожиданно, что ему потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, кто такая леди Рейн. Он нахмурился, слегка склонил голову набок и, будто самому себе, произнёс:

— Леди Рейн? Вот как…

Фарен, заметив замешательство короля, торопливо продолжил:

— Да, Ваше Величество. Она ждёт у дверей. Хотя… это поистине неслыханная дерзость — вот так, без предупреждения, явиться к вам…

— Хватит, Фарен, — резко оборвал его Джерд. — Что ей нужно?

— Сир, она не соизволила сообщить.

На узком лице секретаря отобразилось возмущение. Джерд снова замолчал. Он не видел Лиссбет долгие годы. Почему она решила прийти именно сейчас?

— Ладно, — проговорил он наконец. — Я приму её.

— Да, мой король! — Фарен поклонился.

Если он и удивился решению правителя, то умело это скрыл. С безукоризненной манерой, с которой он выполнял все королевские поручения, секретарь распахнул дверь и церемониальным тоном объявил:

— Леди Рейн, Его Величество готов выслушать вас.

Послышался стук каблуков по мраморному полу, и на пороге кабинета появилась она. Джерд, не вставая с места, поднял глаза.

Лиссбет ничуть не изменилась, даже стала ещё красивее. Девичья мягкость уступила место более утонченной и уверенной красоте. На мгновение она замерла, будто растерялась, но, вспомнив, кто перед ней, присела в глубоком поклоне.

— Ваше Величество, спасибо, что согласились уделить мне время.

— Леди Рейн. — Джерд говорил спокойным, почти отстраненным тоном. — Что привело вас ко мне? О чём вы хотели поговорить?

Он пристально вглядывался в её лицо, которое когда-то представлялось ему самым прекрасным на свете. Много лет назад ради неё он был готов на всё. Она искусно держала его на привязи, а он, будучи ослепленным любовью, сам покорно сделался её верной игрушкой. До тех пор, пока она не предала его, словно между ними ничего и не было.

Глупец, он тогда верил, что это любовь на всю жизнь. Теперь же смотрел на неё — и ничего не чувствовал. Ни ненависти, ни боли, ни симпатии, лишь пустоту.

Её безупречная красота, прежде сводившая с ума, больше не трогала. Всё, что связывало их, давно осталось в прошлом.

Лиссбет медлила.

— О чем вы хотели поговорить, леди Рейн? — холодно повторил Джерд.

Она коротко оглянулась на Фарена, что застыл на пороге.

— Оставь нас, — приказал Джерд.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Секретарь поклонился и вышел, аккуратно затворив за собой двери.

— Ну? — нетерпеливо спросил Джерд, когда они остались одни.

— А ты изменился, — протянула Лиссбет.

Голос её звучал мягко, даже ласково.

— А ты нет, — отрезал король, не проявив ни малейшего намека на улыбку. — Переходи к делу, Лиссбет. У меня нет времени.

На мгновение она задумалась, затем легко повела изящными плечами. Длинные чёрные волосы плавно скользнули за спину, обнажая глубокое декольте изумрудно-зелёного платья.

— Знаешь, я думала о тебе... — проговорила она почти шёпотом, делая шаг вперёд.

Джерд раздраженно вздохнул. Чего-то подобного он и ожидал.

Ничего не изменилось. Лиссбет снова пыталась затеять ту же игру, что и в прошлом. Когда одного её слова было достаточно, чтобы он забывал обо всём.

— При дворе ходят слухи, что у тебя наконец… появился кто-то, — осторожно начала она, подбирая слова. — Это правда?

Джерд вперил в неё ледяной взгляд и предупреждающе произнес:

— Ты пришла поговорить об этом? Или у тебя действительно что-то важное?

Его терпение иссякло, он не собирался тратить время на пустые разговоры.

Покачивая бедрами, Лиссбет медленно подошла к столу. Обворожительная улыбка заиграла на губах.

— Ты всегда был нетерпеливым, — заметила она с лёгких укором, словно они и правда продолжали старую игру. — Я просто хотела узнать, как ты.

— Мне кажется, ты это и так знаешь. — В голосе Джерда зазвучала сталь.

Лиссбет приняла обиженный вид и смягчила взгляд, пытаясь пробиться сквозь его холодную отстранённость.

— Неужели за все эти годы ты ни разу не вспомнил обо мне?

— А нужно было?

— Понимаю, ты злишься, но я не могла поступить иначе. Отец настоял на браке и, если хочешь знать, счастья он мне не принёс.

— Мне всё равно, — равнодушно ответил Джерд.

— Но нам ведь было так хорошо вдвоем, ты помнишь?

Она потянулась к его руке, нежно коснулась её. Джерд не сдвинулся с места. Тонкие пальцы, усеянные кольцами, скользнули по плечу. Но прежде чем она успела продолжить, он резко сбросил её руку.

— Довольно! — рявкнул король. — Не вынуждай напоминать тебе, кто я!

Лиссбет отшатнулась. Её лицо слегка побледнело от неожиданности.

— Я понимаю, — прошептала она. — Всё не так просто, как хотелось бы. Но я надеялась, что между нами ещё что-то осталось…

Джерд раздражённо посмотрел на неё.

— Лиссбет, между нами ничего не осталось. У тебя был шанс, но ты его упустила, и не будем больше об этом.

Видя, что её очарование не действует, она, наконец, решилась перейти к истинной причине своего визита.

— У меня проблемы…

— И ты пришла сюда за помощью? — спокойно уточнил Джерд.

— Да, — призналась она, голос её был едва слышен. — Греймар разорён. Поместье вот-вот заберут за долги. Я и дети останемся на улице.

Она помолчала немного, затем добавила умоляюще:

— Я надеялась, что ты сможешь что-то сделать для нас… ради всего, что между нами было...

Джерд на мгновение замер.

— Дети? У тебя есть дети?

Неожиданно для себя он удивился, услышав это.

— Да, а ты не знал? — Лиссбет натянуто улыбнулась. — У меня двое сыновей.

Джерд покачал головой. Почему-то эти её слова поразили его.

— Я виделся с твоим мужем на днях на Совете. Он ни словом не обмолвился о ваших трудностях.

— Он и не скажет. — Лисбетт поджала губы. — Рейны всегда держат лицо.

— Что за долги у него?

— Он игрок. Всегда им был. — Голос Лиссбет дрогнул. — А последнее время стало ещё хуже. С тех пор, как старый лорд Уннард ушёл на Ту Сторону, Греймар, как с цепи сорвался. Он продал почти всё. Осталось только поместье, но и его отберут, это вопрос времени.

Она обхватила себя руками. В зелёных глазах заблестели слёзы. Джерд заметил, как мелко дрожит её подбородок.

«А ведь она, похоже, и правда несчастна», — мелькнуло в его голове.

По-человечески ему было жаль её. Особенно из-за детей, о которых она упомянула.

— Что ты хочешь от меня? — спросил он всё тем же холодным тоном, не желая показывать, что её страдания хоть как-то его трогают.

— Я хочу развода, — твердо заявила Лиссбет. — А поскольку Греймар лорд, решение о разводе принимает король.

Она взглянула на Джерда с надеждой, которая казалась почти искренней.

— Рейн знает, что ты хочешь с ним развестись?

Она покачала головой и отвела взгляд в сторону.

— Лиссбет, почему ты не поговорила с мужем? Он должен знать о твоих намерениях.

— Я пыталась. — Она вздохнула, плечи её опустились. — Но он не слушает. К тому же…

Джерд нахмурился, чувствуя, как ситуация начинает давить на него.

— К тому же что, Лиссбет? — Голос его стал жёстче.

— Я боюсь его, — произнесла она шёпотом, не поднимая глаз.

— В каком смысле боишься? — Джерд напрягся, стараясь правильно уловить смысл её слов.

— Он… бывает несдержан.

Руки Лиссбет нервно теребили кружева на платье. Казалось, она вот-вот разрыдается. Джерд молча смотрел на неё. Внутри вспыхнула волна противоречивых эмоций. Он не испытывал к ней никаких чувств, и её просьба касалась скорее королевского титула, чем его самого. Однако её слова о страхе задели его.

— Ты хочешь сказать, что Рейн поднимает на тебя руку? — строго спросил он.

Лиссбет кивнула. На мгновение в кабинете повисла тишина. Джерд попытался подавить гнев.

— Почему ты не обратилась раньше?

— Я боялась… Боялась, что ты откажешь после того, что я сделала.

Король презрительно усмехнулся.

— Так ты поможешь? — спросила она, не обратив внимание на его усмешку.

— Лиссбет, если ты говоришь правду и всё действительно так, я вмешаюсь. Как король, я обязан это сделать. Но на большее не рассчитывай. Всё давно забыто. А теперь иди.

Он жестом указал ей на дверь, давая понять, что разговор окончен. Лиссбет, смахнув слезы, жалобно посмотрела ему в глаза, развернулась и молча покинула кабинет.

Джерд проводил её взглядом. Внутри неприятно заныло. Его внезапно охватило странное чувство, что он только что совершил большую ошибку.

— Крахен! Я что, попал в кошмарный сон?!

У дверей раздался зычный голос Эйриха. Он вошёл и быстрым шагом направился к столу, за которым продолжал сидеть Джерд.

— Только не говори мне, что ты оставался с этой змеей наедине? Что она вообще здесь делала?

Джерд откинулся на спинку кресла.

— Просила о разводе, — задумчиво сказал он. — Ты знал, что у неё есть дети?

— Вроде бы слышал что-то. — Эйрих обеспокоенно посмотрел на него. — А ты не знал?

— Нет. — Джерд устало глядел перед собой.

— В тебе что, прежние чувства всколыхнулись?

Король резко поднял голову.

— Ты в своем уме?! — рыкнул он. — Какие, к крахену, чувства. Я о ней и не вспоминал.

— Зато теперь вспомнил, — недовольно буркнул Эйрих. — Что ты намерен делать?

— Фарен! — Джерд резко окрикнул секретаря.

Тот тут же влетел в кабинет и, неловко поправив край камзола, застыл в ожидании.

— Мне нужен отчёт о делах лорда Рейна и о ситуации в Даарлоке в целом. А также… — Джерд помедлил. — О ситуации в его семье.

Фарен сосредоточенно кивнул.

— Что конкретно вас интересует, сир?

— Информация о возможных проблемах с его женой и детьми. Выясни, есть ли у него долги, и как это может отразиться на семье.

— Слушаюсь, Ваше Величество!

— И вот ещё что. — Джерд задержал на Фарене строгий взгляд. — Пока ты не выяснишь, что творится в Даарлоке, никаких аудиенций для леди Рейн и её мужа.

Узкие брови секретаря на мгновение взлетели вверх, но он быстро вернул лицу привычное бесстрастное выражение.

— Также мне нужна вся информация о её передвижениях по Дворцу.

— Как прикажете, мой король! Я займусь этим немедленно.

Еще раз поклонившись, Фарен удалился.

Эйрих с большим недовольством взглянул на друга и покачал головой.

— Ты серьёзно собираешься вмешаться в их дела?

— А что остается делать? — с досадой бросил Джерд. — Рейн — лорд, а значит решение принимать мне.

Он раздраженно провёл ладонью по лицу и внезапно ударил по столу кулаком. Бумаги разлетелись в стороны и медленно осели листьями на ковре.

— Крахенов Протокол!

— Спокойно, Величество! — усмехнулся Эйрих, скрестив руки на груди и хитро сощурив глаза. — Ты ведь сегодня собирался навестить Кудрявую?

Джерд посмотрел на него и тут же смягчился.

— Вот и правильно, — подхватил Эйрих с лёгкой улыбкой. — А то торчишь здесь целыми днями как затворник. Девчонка наверняка и думать о тебе забыла.

Потом склонился над столом и чуть понизил голос:

— Величество, пора напомнить о себе. Да и отвлечься тебе точно не помешает.

Кейт

— Ну, и когда ты собиралась мне рассказать?

Рут решительным шагом вошла в кабинет, швырнула сумку на стул и вопросительно уставилась на меня.

— Привет… — Я удивленно выглянула из-за монитора. — Что ты тут делаешь?

— Не увиливай. — С грацией кошки она уселась прямо на стол передо мной и закинула ногу на ногу. — Отвечай давай.

— Э-м…

— Кейти…

В дверном проёме возник мой коллега из соседнего отдела.

— Там тебе цветы принесли. Сэнди просила подойти, — объявил он и, бросив на Рут восхищенный взгляд, тут же исчез.

— Цветы? — переспросила я пустоту.

— И она ещё спрашивает, что я здесь делаю. — Рут закатила глаза.

Я быстро вскочила и почти бегом направилась в приёмную, на ходу крикнув подруге:

— Я сейчас!

— Конечно-конечно, крошка, — услышала я вслед её саркастический смех.

В груди тоненько заныло. Прошла неделя, но ни работа, ни ежедневная рутина не смогли вытеснить его из моих мыслей. Я постоянно думала о нём, и это становилось всё более очевидным.

На стойке регистрации стояла огромная корзина с персиковыми розами. Пушистые распустившиеся бутоны источали нежный аромат, наполняя им всю приёмную. Сэнди выглянула из-за букета и хитро улыбнулась:

— Так-так, и кому этот шикарный подарок? — Её глаза весело заблестели. — Там ещё и записка есть!

— Когда их принесли? — спросила я, подходя ближе.

— Минут пятнадцать назад. — Сэнди пожала плечами, но тут же снова оживилась. — Кейти, от кого они?

Она уже успела выскочить из-за стойки и теперь почти дышала мне в ухо.

— Не знаю.

— Ну так смотри давай! — подбодрила она с нетерпением.

— Сэнди…

Я с упреком посмотрела на нее, давая понять, что читать записку при ней не собираюсь.

Корзина оказалась такой громоздкой, что мне едва удалось дотащить её до кабинета.

— Ничего себе! — присвистнула Рут, когда я наконец вошла.

Я поставила корзину на пол, плюхнулась на стул и уставилась на неё. В руках я по-прежнему сжимала записку, боясь открыть её.

— Ну же, читай! — насмешливо бросила Рут.

Я опустила взгляд и медленно развернула крошечный листок бумаги.

«Кейт, я приглашаю тебя сегодня на ужин. В восемь заеду за тобой».

Вместо подписи под текстом стояла одна-единственная буква «Д».

Сердце вдруг забилось быстрее.

— Так кто же он, наш таинственный «Д»?

Рут придвинулась ближе, заглянула через плечо, стараясь как следует рассмотреть записку.

— Откуда ты узнала?

— Питер рассказал, — ответила она, вставая со стола и усаживаясь на стул напротив.

Я вздохнула. Несколько лет назад Питер и Рут встречались. Отношения у них не сложились, но расстались они друзьями и до сих пор иногда общались.

— Порой мне кажется, что кроме как обо мне, вам с ним и поговорить-то не о чем.

— Брось, Кейти, — с легкой обидой ответила Рут. — Мы просто волнуемся. Так кто он?

— Приятный молодой человек, как сказала Мэгги.

— Ты что, его уже успела познакомить с Мэгги? — У Рут округлились глаза.

— Так получилось.

— Ладно, об этом потом, — отмахнулась подруга. — Так что у тебя с ним?

— Ничего.

— Но он тебе нравится?

— Рут, я ничего о нём не знаю. К тому же я не видела его уже неделю.

— Но он же тебе что-то писал?

— Нет. — Пожала я плечами. — Он не оставил мне свой номер и не взял мой.

Рут нахмурилась.

— Это уже интересно. Дай сюда. — Она указала на записку. — То есть он не появлялся неделю и теперь приглашает тебя на ужин? — перечитав, спросила она.

Я кивнула.

— Ну и? — Рут скептически покосилась на меня. — Пойдешь?

— Не знаю.

— Здесь не написано, куда он за тобой заедет. Следовательно, он знает…

— …Мой домашний адрес, — закончила я за неё. — Да-да. И не смотри на меня так.

— Ох, крошка!

— Что Питер тебе ещё успел рассказать?

— Так, в общих чертах… — неопределенно бросила Рут.

— Вы оба настоящие сплетники, знаешь об этом?

Я улыбнулась наблюдая, как подруга старательно прячет глаза.

— Так что мне делать, Рути?

Она задумчиво посмотрела на меня, затем, изогнув безупречную бровь, спросила:

— А что ты сама думаешь о нём?

— Ну… — Я начала осторожно подбирать слова. — Он кажется милым. И знаешь, в нём есть что-то… странное, но это не пугает. Скорее наоборот…

Рут побарабанила пальцами по столу.

— Милый — это, конечно, хорошо. Но недостаточно.

— Он внимательный. Когда мы говорили, он действительно слушал. И ещё… у него такая улыбка…

Я мечтательно подняла глаза к потолку. Подруга рассмеялась.

— Все понятно с тобой, Кейти. Ох уж эти улыбки!

Рут решительно встала.

— Знаешь, что? — Она скрестила руки на груди. — Ты должна пойти. В конце концов, станет некомфортно — всегда сможешь уехать. Просто пообещай мне, что будешь на связи.

Я улыбнулась, чувствуя, как во мне растёт уверенность.

— Только умоляю, не обсуждай это с Питером.

В ответ Рут лишь блеснула белоснежной улыбкой.

Вскоре она ушла, а я остаток рабочего дня пялилась на стоящую передо мной корзину, испытывая при этом необъяснимое волнение.

Цветы будто напомнили мне о чём-то важном, но я никак не могла ухватиться за это воспоминание. Оно всё время ускользало. В голове всплывали образы, точно отдельные кусочки пазла, которые не желали складываться в единую картину.

Грубый серый камень старой стены, покрытый зелёным кружевом густого плюща… Пылающее рыжее солнце, уходящее за горизонт. Крылья парусов над головой. Тропинка между валунами, что поросли мхом… Шелковистая лошадиная морда — тёплая и влажная… Россыпь веснушек на чьих-то щеках и пара смеющихся глаз, по-лисьи раскосых…

И чем дольше я всматривалась в розы, тем больше фрагментов возникало.

Вечером того же дня я в панике металась по своей крохотной квартирке, отчаянно пытаясь привести себя в порядок. Платье казалось слишком коротким, макияж упорно не хотел ложиться, а мои непослушные волосы и вовсе решили устроить бунт. Наконец, я определилась с выбором туфель и остановилась перед зеркалом.

Новое чёрное платье с открытыми плечами сидело вроде бы неплохо. Купленное когда-то в одном из приступов шопоголизма, оно так и висело в шкафу с этикеткой. Я покрутилась, оценивая себя со всех сторон. Плавная линия декольте переходила в глубокий разрез на спине, придавая образу лёгкую дерзость.

«Ладно, на улице ведь жарко, а следовательно, это оправдывает мой выбор», — успокоила я себя.

В ушах покачивались серьги в виде солнц с пламенеющими лучами, с изящной спиралью внутри и маленьким дымчатым камнем в центре. Я обнаружила их осенью в кармане куртки и совершенно не помнила, где и когда их купила. Но они очаровали меня своей необычной красотой, я носила их почти не снимая. Что делать с волосами, я так и не придумала, решила оставить всё как есть.

За две минуты до назначенного времени я замерла посреди гостиной, полностью готовая и совершенно неуверенная в себе.

Сердце грохотало так сильно, что казалось вот-вот выпрыгнет из груди. На свидании я не была целую вечность. А может, это вовсе и не свидание? Что если я просто всё придумала?

Эти мысли накатывали одна за другой, вызывая прилив паники. Я несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь успокоить дрожь в пальцах и бешеный пульс, но он всё равно громко стучал в висках.

Я бросила взгляд на часы — ровно восемь. В ту же секунду послышался шум мотора. Стукнула дверца, и через мгновение в квартире раздался звонок. Я нервно поправила платье и, бросив ещё один тревожный взгляд в зеркало, пошла открывать дверь.

Он стоял на ступенях, одетый в элегантный чёрный костюм и белую рубашку, верхние пуговицы которой были небрежно расстегнуты. На губах играла лёгкая, чуть застенчивая улыбка. У меня пересохло во рту.

За его широкой спиной, у пассажирской двери лимузина, неподвижно застыл Винсент. Всё это напоминало кадр из старого фильма. Слишком красиво, чтобы быть правдой.

— Привет! — пробормотала я.

Весь его вид приводил меня в непонятное замешательство.

— Здравствуй, Кейт, — тепло отозвался Джерд, медленно оглядывая меня с головы до ног.

В его глазах вспыхнуло восхищение. Что? Я не могла в это поверить.

— Ты… ты выглядишь… потрясающе. — Голос его стал ниже, обрёл бархатные, почти гипнотические нотки. — Это платье… Оно очень тебе идёт.

Щёки мгновенно вспыхнули. Под его глубоким пронзительным взглядом я ощутила странное смешение трепета и неловкости. Волна нежного жара прокатилась по телу, оставляя за собой лёгкое головокружение.

— Спасибо, — почти прошептала я, пытаясь справиться со смущением.

Заметив мою реакцию, он улыбнулся.

— Ты готова?

Я кивнула. Он протянул мне руку. Собравшись с духом, я сделала шаг вперёд, вложила свою ладонь в его, и в тот же миг сознание ослепила яркая вспышка. Настолько резкая, что я едва удержалась на ногах. Как тогда у лифта в доме Мэгги.

Комната, утопающая в полумраке... Под пальцами мягкий пушистый мех… Его горячее, обнаженное тело, руки и жадные обжигающие поцелуи…

Я вздрогнула, и видение тут же рассеялось, будто кто-то щёлкнул выключателем в голове, оставил стоять в полной растерянности. Одной ногой в реальности, другой — в далёком, невозможном сне.

— Кейт, всё в порядке? — услышала я взволнованный голос.

Моргнув, я заставила себя улыбнуться как можно естественнее.

— Да, просто… — Я не знала, что ответить. — Немного закружилась голова. Наверное, из-за жары.

Джерд мягко кивнул, не настаивая на объяснениях. Вместо этого, держа за руку, подвёл к лимузину. Винсент услужливо распахнул дверцу, и мы оказались внутри.

Мысли путались. Что это было? Воспоминание? Фантазия? Картинка оказалась настолько реальной, что я почти ощущала жар его пальцев на собственной коже… Но ведь этого не могло быть… Просто не могло.

— Кейт, ты уверена, что всё хорошо?

Он смотрел на меня с тревогой.

Я определенно схожу с ума…

Мы ехали в полной тишине. Он сидел напротив и не сводил с меня пристального взгляда. Я же была далеко отсюда. Тонула в воспоминаниях о том ярком, сбивающем с толку видении. Слишком много вопросов, слишком мало ответов. Неужели это просто моё воображение разыгралось?

Я украдкой посмотрела на него. Спокойный, невозмутимый, таким он казался сейчас. Но там он был другим: страстным, безумным, пугающе реальным. Бог мой, да что это в конце концов?

Джерд, должно быть, чувствовал, что со мной что-то не так и терпеливо ждал, когда я заговорю первой. Его молчание неожиданно утешило меня, заставило внутренне расслабиться.

Автомобиль плавно остановился. Я и не заметила, как мы добрались до места. Винсент приоткрыл дверь и учтиво подал руку, помогая выйти. Вечерний воздух нежно окутал меня, ласково лизнув обнаженные плечи.

Ресторан «Орели», один из самых фешенебельных в городе, располагался на первом этаже отеля «Плакайд», рядом с Центральным парком.

Всё вокруг дышало изысканностью: золотистые светильники мягко отражались в блеске столовых приборов, белоснежные скатерти сияли. В приглушённую музыку вплетались тихие голоса и негромкий звон бокалов. От обилия роскоши я почувствовала некоторое замешательство.

За стойкой нас встретил седовласый метрдотель в смокинге с бабочкой в чёрно-белую полоску.

— Добро пожаловать в «Орели». На чьё имя столик, сэр?

— Кэес, — прозвучал у меня за спиной уверенный голос.

— Прошу за мной.

Метрдотель улыбнулся и повёл нас вглубь зала к столику у окна, откуда открывался вид на вечерний город. Почти сразу появился официант, привычным движением зажёг свечи, подал меню и бесшумно растворился в полумраке.

— Как твои дела, Кейт? — Джерд заговорил первым.

— Всё хорошо. А у тебя? — Я старалась выглядеть непринуждённо.

— Тоже.

Он коротко кивнул. Чуть заметная улыбка мелькнула на губах, но в глазах отражалась усталость. Будто последние дни дались ему нелегко.

— Как твоя бабушка? С ней всё в порядке?

— Да, прекрасно. Она звонила недавно… просила передать тебе привет, — сказала я, внимательно наблюдая за реакцией.

Он по-доброму усмехнулся:

— Спасибо. Передавай ей от меня тоже.

— Передам, — улыбнулась я, раскрывая меню… и тут же обомлела. Цены оказались заоблачными.

Я неуверенно покосилась на Джерда. Он лишь бегло мазнул глазами по странице и с невозмутимым видом отложил меню в сторону.

— Вы готовы сделать заказ? — раздался вежливый голос официанта, который вновь появился будто из ниоткуда.

— Кейт, ты выбрала? — спросил Джерд.

Я лихорадочно просматривала страницы, пытаясь найти хоть что-то не слишком дорогое. Но как это сделать, если даже салат стоил, как ужин на двоих в обычном ресторане? Я никогда раньше не бывала в подобных местах и чувствовала себя немного не в своей тарелке.

И вдруг услышала то, что сняло весь груз с моих плеч:

— Принесите нам два сета от шефа, если ты не возражаешь, Кейт, — произнёс Джерд с мягкой улыбкой.

Я облегчённо выдохнула и поспешила согласиться:

— Нет, конечно. Не возражаю.

— Что будете пить, сэр? — уточнил официант.

Джерд бросил на меня вопросительный взгляд.

— Белое вино, если можно, — ответила я.

— Для меня то же, что и для дамы, — сказал Джерд, кивнув официанту.

Тот вежливо поклонился и удалился, оставив нас вдвоем.

Джерд расслабленно откинулся на спинку стула:

— Как прошла твоя неделя?

— Ну… я работала, — начала я, — встречалась с подругой. Кстати, спасибо за цветы. Они чудесные.

— Рад, что тебе понравились. — Его голос звучал искренне, а тёплые глаза по-прежнему светились той необычной нежностью, от которой хотелось забыть обо всём вокруг.

— Знаешь, они напомнили мне…

— О чём? — Он слегка подался вперёд и вгляделся в моё лицо.

— Да так… Персиковые розы. Почему именно их ты выбрал? — спросила я, чувствуя, как любопытство берёт верх над осторожностью.

— Такие цветут в доме, где я вырос. Их очень любила моя мать.

— «Любила»? — переспросила я.

Джерд на мгновение замолчал.

— Она умерла.

Он произнёс это спокойно, почти ровно, но в глубине голоса дрогнула тихая, едва уловимая печаль.

— Прости, я не знала.

— Всё в порядке. — Он ласково улыбнулся. — Это было давно.

— Расскажи о себе.

— Что ты хочешь узнать? — Он чуть склонил голову набок.

— Кто ты? — вырвалось у меня прежде, чем я успела себя остановить.

Он вновь улыбнулся. Чуть застенчиво, и от этой улыбки у меня мгновенно запылали щёки.

«Боже, если он не перестанет так смотреть, я просто не выдержу…», — мысленно простонала я.

— Имя моё ты знаешь. В Нью-Йорке я по делам… для решения некоторых вопросов. После смерти отца мне пришлось… — он запнулся, — перенять бизнес.

Он не стал уточнять, какой именно. И это почему-то показалось странным.

— Расскажи подробнее, чем ты занимаешься?

— Торговля, политика… всего понемногу. — Он усмехнулся, явно уходя от ответа.

— А твоя семья? — Я решила попробовать с другой стороны.

— У меня есть сестра, — немного помолчав, сказал он.

— Она тоже здесь, в Нью-Йорке?

— Нет. — Джерд отвёл взгляд. — Она там, откуда я родом. У нас… не самые тёплые отношения. Мы редко видимся.

Слова прозвучали слишком непринуждённо, будто он нарочно гасил в себе эмоции. Его пальцы, лежащие на краю стола, едва заметно дрогнули, когда он упомянул о сестре. Мелочь, но я уловила её и почувствовала, что за этим скрыто нечто большее, чем просто семейная ссора.

— Прости, если затронула что-то личное, — тихо сказала я, чуть наклонясь вперёд.

Он не ответил, лишь поднял на меня взгляд. Наши пальцы соприкоснулись. И в тот же миг это случилось снова. Внезапная вспышка разорвала реальность: он нависает надо мной, я слышу жаркий шёпот, вижу татуировку на его груди. Губы касаются моих, и всё вокруг вспыхивает в огне. Я сама становлюсь огнём, не могу дышать, да и не хочу. Хочу только его.

Я резко отдёрнула руку, и видение исчезло. Вновь тишина, свечи, ресторан, наш столик у окна… Лишь сердце бешено колотилось, будто всё это и вправду было.

— Кейт? — Джерд встревоженно подался ко мне.

Я ошеломлённо смотрела на него. Эти глаза, губы… Я знала вкус его губ. Помнила его дыхание — хриплое, почти рычащее, — на которое тело отзывалось сладостной дрожью. И я не выдержала.

— Джерд, возможно, ты сочтёшь меня сумасшедшей, но я… не понимаю, что происходит. Я знаю, как это звучит, но… Мы с тобой уже встречались? Раньше. До этого лета?

Он замер. Чёрные зрачки расширились, почти полностью поглотив золотистое тепло. На лице застыло странное выражение: смесь смятения и… надежды. Надежды на что? Что, чёрт возьми, происходит?

— Прошу прощения. — Официант держал в руках слегка запотевшую бутылку. — Не желаете попробовать?

Я поспешно кивнула, пытаясь прогнать безумные мысли. Прозрачное вино тихо плеснулось в бокалы, заискрилось в мерцании свечей. Я сделала глоток. Холодное, гладкое, как шёлк, оно обожгло губы и горло. Я искала в его терпкости хоть каплю успокоения, но сердце по-прежнему билось как заведённое.

Джерд медленно покачивал бокал, не притрагиваясь к вину. Его взгляд не отпускал меня, внимательный, чуть настороженный, словно он пытался разгадать, что со мной происходит. Тишина между нами густела

Наконец, он сделал небольшой глоток, все так же наблюдая за мной.

Официант, заметив наше одобрение, оставил бутылку на столе и скрылся.

Едва я открыла рот, чтобы заговорить, в моей сумочке зазвонил телефон. Я совсем забыла выключить звук.

«Ну конечно!», — мысленно возмутилась я, взглянув на экран.

— Прости.

Я торопливо набрала сообщение, что перезвоню позже.

— Это мой брат Питер. Вы встречались на набережной, помнишь?

— Помню, — отозвался Джерд.

— Он тогда был не слишком вежлив…

— Все в порядке, Кейт. Не волнуйся об этом… Чем он занимается?

— Он адвокат, как и мой старший брат Ник. Вообще, у меня их трое. Младший, Алекс, заканчивает юридическую школу.

— Кажется, я не очень понравился Питеру, — заметил Джерд, и уголок его губ чуть приподнялся.

— Вовсе нет, — поспешила я заверить. — Это обычное его поведение. Стоит кому-то незнакомому оказаться рядом со мной, Питер тут же превращается в сторожевого пса. Не бери в голову. На самом деле он отличный парень, просто… работа у него такая.

— В каком смысле?

— Питер специализируется на уголовном праве, и ему мерещится, что все вокруг что-то замышляют. А если учесть, что я постоянно влипаю в нелепые ситуации…

— В какие?

Джерд склонил голову, с любопытством наблюдая за мной.

— Ну, я… не очень везучая, а если точнее, то вообще невезучая, — рассмеялась я. — Знаешь, в тот день я даже удивилась, что трубу прорвало в бабушкиной квартире, а не в моей.

Он расслабленно улыбнулся, продолжая крутить бокал в руке.

— Значит, у тебя есть талант попадать в неожиданные ситуации?

— О, да! И, похоже, это мой единственный талант. — Я пожала плечами. — Вообще-то я могла бы написать книгу «Как выжить в Нью-Йорке, если ты не с этой планеты».

Джерд с интересом приподнял бровь.

— Моя подруга Рут постоянно твердит, что я слишком мечтательна для этого мира, — пояснила я. — Она говорит, что пора стать более приземлённой.

— И что ты сама об этом думаешь? — Он наклонился ближе, будто мой ответ имел для него особое значение.

— Ну… возможно, где-то есть мир, идеально мне подходящий. — Я вновь рассмеялась.

Джерд смотрел на меня как-то странно, не осуждающе, а так, словно разделял со мной эту мысль. В его глазах мелькало что-то необъяснимое, тёплое и невероятно притягательное, от чего в груди делалось тесно.

— Ну, а пока я его не нашла, приходится сражаться со сломанными трубами, потерянными ключами и забытыми в метро зонтами… — Я улыбнулась, пытаясь вернуть лёгкость между нами.

Разговор незаметно перетёк на другие темы. Я рассказывала о студенческих годах в Нью-Йорке, о первых шагах в издательстве, о любимых книгах и прочих незначительных пустяках.

Джерд слушал с тем редким вниманием, которое заставляет говорить больше и откровеннее. Его заинтересованный взгляд и ненавязчивые вопросы располагали, а вкусная еда и негромкая музыка создавали ощущение уюта и безопасности. Время летело незаметно. Смущение, с которого начался вечер, постепенно рассеялось. И мне больше не хотелось вспоминать о странных видениях.

Когда мы оказались на улице, ночь уже вовсю господствовала над городом. Центральный парк утопал в мягком свете фонарей. Не сговариваясь, мы неторопливо пошли по тротуару вдоль зелёной стены высоких вязов. Джерд шагал рядом, и я украдкой поглядывала на него снизу вверх. Внешне он казался расслабленным, но я чувствовала напряжение, притаившееся где-то внутри, словно он вёл незримую борьбу, которую тщательно скрывал.

— Спасибо за приглашение, — произнесла я с улыбкой.

— Кейт, я рад, что ты его приняла.

Мы остановились. Вокруг кипела ночная жизнь: гул машин, смех из ближайшего бара, голоса прохожих. Внезапный порыв ветра заставил меня поёжиться. Джерд тут же снял пиджак и накинул мне на плечи. Делая это, он оказался совсем рядом. Так, что я уловила запах его кожи — тонкий аромат, безумно приятный и ошеломляюще знакомый. Он окутал меня, вызвав целую бурю эмоций.

Хотелось просто шагнуть к нему, прижаться, почувствовать тепло, спрятаться в этом мгновении от всего остального мира. Желание возникло внезапно и захватило с такой силой, что я едва сдержалась, чтобы не поддаться ему.

Чёрт, да что со мной? Почему этот запах кажется таким родным?

«Не во сне же ты мне приснился?», — подумала я, рассматривая его.

— Кейт, что ты делаешь завтра? — спросил он, когда мы двинулись дальше.

Я удивленно подняла глаза.

— Собиралась навестить родителей. А что?

— Не хочу с тобой расставаться, — просто, без стеснения ответил он.

И вот тут я сделала то, чего меньше всего от себя ожидала.

— А поехали со мной? — выпалила я, прежде чем успела обдумать свои слова.

Джерд замедлил шаг.

— Ты уверена?

«Конечно же нет! — кричал мой разум. — Я вижу тебя четвертый раз в жизни!». Но сердце… сердце отчаянно не хотело его отпускать.

— Да, — выдохнула я.

Его лицо изменилось. Вместо спокойной сдержанности на нём появилось выражение чистой, искренней радости. Не показной улыбки, не флирта, а светлого, почти детского счастья.

И я не понимала, почему это простое «да» значит для него так много.