Кейт
Я открыла глаза и ещё несколько минут лежала, глядя в потолок.
Снова этот сон. Один и тот же, что преследовал меня каждую ночь вот уже несколько месяцев подряд.
После него я неизменно просыпалась с невыносимым чувством утраты, словно потеряла нечто важное, но никак не могла понять, что именно.
В этом сне передо мной возникал мужской силуэт — размытый, будто я смотрела на него сквозь мокрое стекло. Я слышала тихий, едва уловимый шёпот, звучащий где-то совсем рядом. Он звал меня, повторяя одни и те же слова на странном, незнакомом мне языке.
Каждый раз ко мне тянулась рука. В ответ я протягивала свою, чувствуя, как сердце трепещет в ожидании. Но как только наши пальцы соприкасались, силуэт начинал таять, медленно растворяясь, пока не исчезал совсем. Шёпот затихал, оставляя меня в оглушающей тишине. И я просыпалась…
Проведя ещё несколько минут в постели, погружённая в уже привычное тревожное оцепенение после сна, я наконец заставила себя встать и побрела в душ. Начинался очередной знойный день.
Август, как всегда, заставлял Нью-Йорк плавиться от жары, и этот год не был исключением. Днём столбик термометра уверенно полз вверх, приближаясь к тридцатиградусной отметке, и находиться в городе становилось просто невыносимо.
Отпуск остался позади. Я провела его вместе с Рут у её родителей в Форт-Лодердейле. Моя лучшая подруга родилась и выросла во Флориде. И мне казалось, что её южный загар не смог стереть даже весьма дождливый нью-йоркский климат. Я же, выросшая в Нью-Джерси, всегда предпочитала зиму и сугробы. Но эти ежегодные поездки всё равно ждала с нетерпением. Родители Рут, громкие эксцентричные люди, принимали нас весело и тепло.
Её отец, Стин, владел успешной компанией по производству яхт и катеров. Свою единственную дочь он обожал и каждый раз устраивал в честь нашего приезда шумные вечеринки, заполняя дом смехом, музыкой и толпой гостей. Наблюдая за Рут и покуривая сигару, он неизменно повторял:
— Запомните мои слова: мою малышку сможет выдержать только такой же, как она, строптивый и дикий упрямец. А найти такого будет непросто, ой как непросто.
В его голосе звучали одновременно гордость и лёгкое беспокойство о судьбе дочери, но это никогда не мешало ему веселиться дальше.
Рут была настоящей бунтаркой. Ещё в университете она решительно отказалась от финансовой поддержки родителей и предпочла сама прокладывать себе путь, набивая собственные жизненные шишки. Теперь, добившись неплохих результатов, она приезжала к родителям с высоко поднятой головой.
Её мать, Керри, далёкая от мира бизнеса женщина, прекрасно разбиралась только в двух вещах: пятничном покере с подругами и крошечных карманных собачках, коих имела целую стайку. Дочерью она, как и муж, гордилась, хотя и не вникала в её рабочие дела.
— Рут у нас папина девочка, — часто говорила Керри, делая глоток мартини и добродушно улыбаясь.
В доме семейства Эверли мы останавливались на несколько дней, наслаждаясь их гостеприимством и оживленными вечерами. Затем по традиции отправлялись на Ки-Уэст. Дни напролет купались в тёплом море, часами нежились под жарким солнцем. Вечерами гуляли по городку, а иногда выбирались в какой-нибудь клуб потанцевать. Но больше всего я ценила те тихие минуты у воды, когда можно просто расслабиться и забыть о суете большого города.
Возвращаясь в Нью-Йорк после таких поездок, я обычно чувствовала себя обновленной и полной энергии, готовой снова окунуться в бешеный ритм мегаполиса. Так было всегда. Но не этим летом. Что-то изменилось.
Сон, преследующий меня ночами, поселил во мне необъяснимое щемящее чувство тоски. Он словно подталкивал меня к чему-то, заставлял искать то, что я не могла понять. В первый раз сон ошеломил меня настолько, что, проснувшись, я сразу схватила блокнот и записала те странные слова, которые прозвучали в нём. Побоялась, что дневная суета сотрет их из памяти.
Однако сон упорно возвращался, повторяясь каждую ночь с пугающей настойчивостью. Сначала я обыскала весь интернет в поисках хоть каких-то ответов. Перерыла огромное количество статей и форумов. Потом обратилась к знакомым лингвистам, отчаянно пытаясь разгадать значение этих слов. Даже профессор Миранда Бэнкрофт, признаний гений современной лингвистики, что читала мне когда-то курс по языковому разнообразию, оказалась бессильна.
Ни поиски в Сети, ни разговоры со специалистами не пролили свет на таинственную фразу из моего сна. Я до сих пор не знала, что она означает, но отчетливо чувствовала, что именно эти слова — ключ ко всему.
Выпив на ходу чашку кофе и собрав все необходимое для работы, я покинула квартиру. Солнце уже нещадно палило, хотя стояло ещё раннее утро. Боже, если сейчас так жарко, что же будет к полудню?
Через час мне предстояло встретиться с Питером в Проспект-парке. Повод для встречи был, мягко говоря, необычным. Две недели назад произошло нечто странное. Хотя началось это гораздо раньше…
Как-то в начале лета, возвращаясь поздним вечером с работы, я заметила незнакомца у входа в дом. Молодой широкоплечий мужчина сидел на ступенях. Он опирался локтями о колени и задумчиво смотрел перед собой, но, услышав мои шаги, тут же повернулся и вскочил на ноги. Стоило ему взглянуть на меня, как лицо озарилось таким счастьем, словно он нашёл то, что безумно долго искал.
Не успела я произнести и слова, как он стремительно шагнул ко мне и сгреб в охапку. Его сильные руки окружили меня, лицом он зарылся в волосы и прохрипел:
— Кейт, я нашёл тебя. Нашёл… Нашёл… — Он повторял это как молитву, прижимая меня к себе всё крепче. Так, будто боялся вновь потерять.
Слова, полные отчаяния, лились шёпотом. А я, сбитая с толку и растерянная, не могла ни оттолкнуть его, ни сказать хоть что-то. Это были странные, но почему-то очень нежные объятия, от которых у меня перехватило дыхание. Время будто остановилось.
Я стояла у крыльца и не знала, что делать. Только слушала его шёпот и чувствовала, как сердце бьётся всё быстрее. Наконец, он замолчал, отстранился и бережно взял моё лицо в ладони. Его глаза, полные тревоги, внимательно вглядывались в мои.
— Кейт, любимая, что с тобой? — Голос его дрожал от волнения. — Это же я, любимая, я!
Я смотрела на него, чувствуя нарастающее смятение, и была совершенно уверена, что никогда прежде не видела этого человека. В голове мелькнула мысль, что он явно ошибся. Осторожно убрав его руки со своего лица, я сделала шаг назад.
— Вы, должно быть, обознались. Мы не знакомы, — пробормотала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. Внутри всё клокотало.
Я оглянулась по сторонам и с ужасом обнаружила, что улица пуста, словно весь мир исчез, оставив нас наедине. Даже моя соседка миссис Форд, которая обычно не отрывалась от окна, на этот раз куда-то пропала. Да и что толку, она страдала старческой глухотой и вряд ли услышала бы меня, начни я кричать.
Взглянув на мужчину ещё раз, я заметила, как его уверенность улетучилась, уступила место растерянности. Нет, даже больше — он выглядел ошеломлённым.
Молча, не отрывая глаз, он продолжал смотреть на меня, словно отчаянно пытался найти что-то важное в моём лице.
Вдруг он нахмурился, склонил голову набок.
— Кейт, — произнес он странным тоном, будто не спрашивал, а подтверждал моё имя.
И только тут я обратила внимание на одежду — странную и явно непривычную для нашего времени. Чёрная кожаная куртка с массивными ремнями и грубой отделкой напоминала доспех, взятый из средневекового романа. Из-под неё выглядывала белая рубашка с высоким воротником, украшенным золотыми вензелями, которые переливались в свете уличных фонарей.
— Кейт? — ещё раз повторил он.
Голос его дрожал. Мужчина произносил моё имя, будто оно было единственной нитью, связывающей нас.
— Знаете, вы… всё-таки ошиблись. Мы не знакомы. Я вас… не знаю, простите…
Я видела, что сказанное мной причиняло сильную боль. Его ореховые глаза потемнели от горечи. Каждое слово ядовитой стрелой вонзалось точно в цель. В его сердце. Лицо, такое красивое мгновение назад, вдруг дрогнуло, исказилось разочарованием. Он медленно отступил, позволяя мне пройти. Взгляд его стал совершенно пустым. Казалось, весь мир в один миг утратил для него всякий смысл.
— Простите ещё раз, — пробормотала я и украдкой посмотрела на него, прежде чем захлопнуть за собой дверь.
Внутри я привалилась спиной к створке и попыталась справиться с нахлынувшими эмоциями. Тело трясло, словно после ледяного душа. Что это только что было? Кто он? Откуда ему известно моё имя? В голове роились вопросы, но ответы не находились.
Логичнее всего предположить, что он и впрямь обознался. Но его поведение выбивалось из рамок обычной ошибки. Он вел себя так, будто и вправду знал меня и был уверен, что я его тоже знаю и… жду.
«Я нашел тебя», — всплыли в памяти его слова. Я вспомнила боль в глазах. Такое невозможно сыграть.
«Это же я, любимая, я!»
Этот красивый незнакомец отчаянно любил какую-то другую Кейт и, судя по всему, очень долго искал её.
В квартире я осторожно подошла к окну. Прячась за занавеской, выглянула на улицу, но она оказалась пуста. На мгновение даже подумалось, что мне попросту всё привиделось. Ситуация выглядела слишком странной, чтобы быть правдой.
Весь вечер я без конца прокручивала в голове случившееся и старалась найти логическое объяснение. И вдруг меня поразила мысль: я ведь совсем не испугалась его. Высокий и крепкий мужчина, которому я едва доставала макушкой до плеча, не вызвал у меня ни страха, ни неприязни. Совсем наоборот, я ощутила его боль так остро, словно она была моей собственной. Почему? Ведь я его совсем не знала.
Ночь сменилась днём, потом ещё одним, и впечатления от встречи стали понемногу меркнуть. В конце концов они и вовсе стёрлись из памяти.
— Мало ли что бывает на улицах Нью-Йорка, — любила повторять моя бабушка.
И вот две недели назад я встретила его снова. Но в этот раз всё было иначе.
Мы с Питером договорились встретиться и обсудить за обедом семейные дела. Пожалуй, из троих братьев ближе всего я общалась именно с ним. Питер был на два года старше. Он вёл адвокатскую практику, специализируясь на уголовном праве. Его офис находился недалеко от издательства, и мы часто обедали вместе.
В тот день Питер опаздывал. Он отправил мне сообщение, что задерживается и предложил пойти в Дэлло одной и занять нам столик. Этот уютный маленький ресторанчик притаился среди массивных офисных зданий на самом берегу залива. Сидеть одной мне не хотелось, поэтому я решила прогуляться и подождать снаружи.
На набережной царила тишина, нарушаемая лишь шумом волн и визгливыми криками чаек. Я облокотилась о перила и следила за птицами, что неспешно парили в синем июльском небе. Как вдруг за спиной раздался низкий мужской голос:
— Здравствуйте, Кейт!
Я обернулась. Тот самый высокий незнакомец стоял в паре шагов от меня и пристально смотрел мне в глаза. На этот раз одет он был куда более привычно: строгий чёрный костюм, идеально сидящий по фигуре, чёрный галстук и ослепительно белая рубашка. Он выглядел элегантно и дорого, словно сошёл со страниц глянцевого журнала.
От неожиданности я застыла на месте, не в силах произнести ни слова. Незнакомец улыбнулся.
«Бог мой, да уже одной этой улыбкой можно плавить, да что там, напрочь сжигать женские сердца», — глупо подумала я, разглядывая его как зачарованная.
Тёмные короткие волосы, строгие черты лица, высокие скулы, губы с заметным изломом, тонкий шрам, пересекающий левую бровь. Загорелая кожа лишь подчеркивала резкость линий, придавая его внешности завораживающую, слегка дикую красоту. Глаза цвета лесного ореха, спокойные и внимательные, с интересом изучали меня. Я заметила крошечную родинку на правой щеке. Такую незначительную деталь, но почему-то особенно притягательную. Слова застряли в горле, и всё, что я могла сделать, это молча смотреть на него, пытаясь осмыслить происходящее.
— Как вы нашли меня? — наконец выдавила я.
— Случайно увидел вас здесь и решил извиниться за то, что напугал тогда, — ответил он бархатным голосом.
— Надеюсь, вы сумели отыскать свою Кейт? — прошептала я, смущенно опустив глаза.
Я чувствовала себя неловко под его пристальным взглядом.
— Сумел, — немного помедлив, тихо произнес он. — Только вот…
— Кейт!
Оклик за моей спиной заставил обернуться. Питер почти бегом направлялся к нам. На его лице читалась явная тревога.
— Прости, что опоздал, — выдохнул он, подойдя ближе.
Его взгляд тут же упал на мужчину рядом со мной. Питер посмотрел на меня, затем снова на него, заметил мое замешательство и моментально напрягся.
— Что здесь происходит? — резко спросил он.
— Ничего, — спокойно ответил незнакомец, без труда выдержав его взгляд.
— Кейт, вы знакомы? — Питер с подозрением посмотрел на меня.
— Мистер Кэес… — За спиной незнакомца неожиданно вырос хмурого вида крупный мужчина. — Сэр, всё в порядке?
— Да, Винсент, всё в порядке, — невозмутимо ответил незнакомец. Его спокойствие почти пугало. Он вёл себя так, будто полностью контролировал ситуацию. — Кейт, ещё раз прошу прощения за тот случай.
С этими словами он развернулся и направился к припаркованному у тротуара чёрному лимузину. Там, у автомобиля, небрежно облокотившись на его блестящий бок и скрестив руки на груди, стоял высокий длинноволосый блондин в сером костюме. На красивом лице играла наглая, лениво-издевательская ухмылка, направленная прямо на меня.
— Кейти, кто это был? — взволнованно спросил Питер.
— Я не знаю… — ответила я, ошеломленно наблюдая, как незнакомец удаляется. — Это он…
— Кто он? — не понял Питер.
— Тот самый, которого я встретила у своего дома в начале лета. Помнишь, я рассказывала тебе?
Питер нахмурился.
— Чего он хотел?
Я задумчиво покачала головой.
— Не знаю. Но у меня странное чувство…
— Чего он хотел от тебя? — повторил Питер более настойчиво.
— Вроде бы ничего. — Я пожала плечами. — Сказал, что случайно увидел и решил извиниться за тот случай.
— Всё это мне совсем не нравится, — проворчал он, вынимая из кармана телефон и набирая номер.
Тем временем незнакомец подошёл к лимузину. Водитель тут же учтиво распахнул заднюю дверь. Прежде чем забраться внутрь, мужчина обернулся и вновь внимательно посмотрел на меня. Затем сел в машину, за ним последовал блондин, и лимузин медленно тронулся.
— Пайп, слушай меня, — говорил за моей спиной Питер. — Мне нужно всё, что ты сумеешь нарыть на некоего мистера Кэеса. Возраст около тридцати, имя неизвестно, но явно при деньгах. Чёрный лимузин. — Он продиктовал номер. — Да, возможно взят в прокат. Водителя зовут Винсент. Если возникнут сложности, подключи к этому делу Тетчера. Да-да... Это нужно лично мне…
Питер давал указания своей помощнице Пайпер. Смышлёная девушка, недавно окончившая юридическую школу, работала на него уже полгода, и он высоко ценил её. Она же буквально сияла, когда слышала от него похвалу. И мне казалось, что между ними начинает зарождаться нечто большее.
Имя Уэйда Тетчера, частного детектива, который не раз выручал Питера вособых, как он сам выражался, обстоятельствах, тоже было мне хорошо знакомо.
И вот сегодня Питер, наконец, получил информацию. Именно поэтому я так спешила в Проспект-парк.
— Его зовут Джерд Кэес. Миллионер. Иностранец, — без предисловий начал брат, как только мы встретились, — в Нью-Йорке недавно. Наследник золотых приисков где-то в Африке. Карманы у этого парня буквально набиты золотом. Больше никакой информации о нём найти не удалось, — добавил Питер и пристально посмотрел на меня. — Кейт, что ему могло понадобиться от тебя?
— Не знаю, — тихо ответила я.
Джерд…
Я покрутила имя на языке. Странное чувство тут же охватило меня. Будто когда-то я часто произносила его. Оно звучало не просто знакомо. Это имя откликалось, пробуждало эмоции. Непонятные, сильные, словно связанные с чем-то важным и давно забытым. Оно вдруг потревожило сердце, вызвав отголосок тонкой затаённой боли. И всё же я была совершенно уверена, что слышу его впервые.
В тот день меня ждал ещё один сюрприз. Вернувшись после обеда в офис, я едва успела сделать пару шагов, как вдруг на меня налетела Сэнди, секретарь моего босса. Выпучив глаза, она торопливо зашептала мне в ухо:
— Кейт, в переговорной тебя ждёт мужчина. Ах, какой он красавчик! — Сэнди закатила глаза и театрально приложила руку ко лбу, будто собиралась упасть в обморок. — Иди быстрее!
— Постой, какой мужчина? — Я удивленно уставилась на неё. — У меня сегодня нет никаких встреч, и вообще, я собиралась уйти пораньше.
— Он пришёл десять минут назад, — шёпотом выпалила Сэнди. — Сказал, что его зовут мистер Кэес, и у него назначена с тобой встреча.
— Мистер кто? — Теперь уже у меня округлились глаза.
Что он здесь делает? Как он узнал, где я работаю?
— Ой, Кейти, он немного странный, но такой красивый. — Сэнди захлопала длинными ресницами и, отобрав у меня сумку, начала быстро подталкивать в сторону переговорной. — Да иди уже, он ждет!
Вид из окон здесь открывался великолепный. С высоты сорок первого этажа весь Аппер Бей лежал как на ладони. Мужчина стоял неподвижно и следил за катерами, что скользили по синей глади залива. Услышав нас, он резко повернул голову. Тёмные ореховые глаза столкнулись с моими. На его лице тут же вспыхнула широкая искренняя улыбка, словно он был бесконечно рад меня видеть. Чёрный дорогой костюм сидел на нём идеально. А чёрная рубашка, слегка расстёгнутая на груди, лишь дополняла образ. Неудивительно, что Сэнди так разволновалась. Он и вправду выглядел впечатляюще.
— Мистер Кэес, а вот и мисс Хаггинс! — промурлыкала Сэнди, входя вместе со мной. — Может быть, кофе, мистер Кэес?
Она кокетливо заулыбалась, но мужчина, не отводя от меня глаз, ответил:
— Спасибо, не нужно.
— Ну, тогда, если что, зовите. — Сэнди подмигнула мне и скрылась за дверью.
В ту же секунду напряжение в комнате возросло. Взгляд, сосредоточенный и глубокий, не покидал моего лица. Он вызывал ощущение тревожной уязвимости, но в то же время пробуждал необъяснимое любопытство.
— Добрый день, мистер Кэес. — С трудом, но я всё же справилась с волнением, подошла к нему и протянула руку. — Сэнди сказала, вы хотите поговорить со мной.
Его большая ладонь коснулась моей и задержалась чуть дольше, чем того требовала простая формальность. Рука оказалась горячей и жёсткой.
«Много занимается спортом», — подумала я, заметив, как плотно пиджак облегает широкие плечи.
— Зовите меня Джерд, — ласково произнёс он и улыбнулся.
И вновь это имя откликнулось в сердце тихой щемящей грустью.
— Прошу, присаживайтесь. — Я указала на стул. — Так о чем пойдёт речь?
Мужчина немного замялся, но остался стоять. На его красивом лице промелькнуло что-то похожее на растерянность.
— Кейт, я.… я хотел бы пригласить вас на ужин, — сказал он, вглядываясь в мои глаза.
И что-то было в этом взгляде необычное и такое… притягательное.
— Э-э, мистер Кэес, мы с вами почти не знакомы, — изумленно начала я. — Вряд ли это уместно…
— Вот и познакомимся, — перебил он, чуть склонил голову набок и умоляюще посмотрел. — Кейт, это просто ужин, ничего больше. Прошу вас, не отказывайте.
Я замерла. Его движения, глаза, интонация… Всё в нём казалось пугающе знакомым, будто я уже видела это раньше. И тут вдруг меня захлестнуло странное чувство. Я точно знала, что вот сейчас он сделает шаг и возьмёт меня за плечи...
«Теперь ты моя невеста…», — всплыло в памяти далёкое, чужое, совсем не моё… И в то же время такое яркое, настоящее…
— Кейт, ты занята?
Я оглянулась. В дверях стоял Майкл. Быстро оценив ситуацию, он сдержанно произнес:
— Прошу прощения, если побеспокоил.
— Ничего, мы почти закончили, — ответила я, решив воспользоваться ситуацией и прервать разговор, который понемногу начинал пугать.
Майкл заинтересованно посмотрел на гостя, но тот лишь равнодушно скользнул по нему взглядом.
— Майкл Кросс, — представился Майкл, входя в переговорную и протягивая руку.
Гость спокойно её пожал.
— Джерд Кэес.
— Мы встречались?
— Не думаю, — сухо ответил он и посмотрел на меня. — Кейт, я буду ждать вас внизу.
Затем, не прощаясь, развернулся и вышел.
— Кто это? — с лёгкой обидой в голосе поинтересовался Майкл.
Я рассеянно пожала плечами. Что это сейчас было? Что ему нужно?
— Что ему нужно? — будто прочитав мои мысли, спросил Майкл.
— А?.. Что? Ты что-то сказал?
— Кейти, кто это был? Что ему от тебя нужно? — Голос Майкла звучал нетерпеливо.
— Да так, один знакомый, — уклончиво пробормотала я, продолжая смотреть на дверь, за которой только что скрылся мистер Кэес. — Ты что-то хотел?
— Ну, если ты спешишь, мы можем обсудить это завтра, — начал Майкл разочарованно. — Ты спешишь?
— Знаешь, да! Я спешу! — неожиданно для самой себя, выпалила я. — Обсудим завтра, хорошо?
Под его удивлённым взглядом я стремительно вылетела в коридор. У лифта, держа в руках мою сумку, стояла Сэнди. Она широко улыбалась и слегка пританцовывала на месте. Всучив вещи, она втолкнула меня в открывшиеся двери и весело прокричала вслед:
— Вперёд, девочка, задай ему жару!
Створки сомкнулись, и кабина пронеслась вниз.
— Сэндииии, — простонала я краснея.
Перед зданием на парковке стоял уже знакомый чёрный лимузин. Я остановилась. Сомнения разъедали разум.
«Бог мой, что я делаю!» — успела подумать я, прежде чем дверца распахнулась. Ноги, словно не подчиняясь мне, сами понесли к автомобилю.
Мистер Кэес вышел. Его лицо озарила радостная улыбка, которую он даже не пытался скрыть. Придержав дверцу, он молча дождался, пока я сяду, затем последовал за мной внутрь.
— Куда бы вы хотели поехать, Кейт? — спросил он, усаживаясь напротив.
Он всё ещё улыбался и внимательно рассматривал меня.
— Э-э, я думала… — растерялась я.
— Я просто спросил на случай, если у вас есть какие-то особые предпочтения, — мягко пояснил он.
Взгляд его был наполнен нежностью — обезоруживающей и необъяснимой. Я замерла. Что происходит? Этот мужчина смотрел на меня так, будто мы были не просто знакомы, а как будто мы... пара.
Я начала что-то говорить, но тут в моей сумке зазвонил телефон. Вздрогнув от неожиданности, я быстро принялась искать его. На экране высветилось имя моей бабушки.
— Простите, мистер Кэес, мне нужно ответить.
Он кивнул.
— Да, Мэгги?
Сама бабушка звонила редко. Она недолюбливала все эти «новомодные штуки» и пользовалась смартфоном только при необходимости. Дома у неё по-прежнему стоял стационарный телефон, по которому она с удовольствием часами болтала с подругами, что жили в разных концах страны.
— Кейти, малышка, — раздался ее ласковый, чуть хрипловатый голос. — Если ты не занята, дорогая, то тебе нужно срочно приехать и спасти старую, немощную женщину.
— Мэгги, что случилось? — тут же разволновалась я.
— Ах, дорогая, ничего особенного… Но мы с Mистером Дарси потихоньку уплываем в Гудзон.
— Мэгги, объясни толком, что происходит!
— Да я же говорю, мы уплываем. В ванной прорвало трубу, но, к счастью, Холдсмен уже позаботился обо всем. Воду перекрыли. Только вот теперь моя квартира больше напоминает бассейн. Ни твой отец, ни мальчики не отвечают на мои звонки. Так что, дорогая, спасти нас с Mистером Дарси можешь только ты.
— Бог мой, Мэгги! — вскликнула я, судорожно сжимая телефон в руке. — Ты в порядке?
— Если не считать того, что я мокрая, как курица, то да. В остальном я по-прежнему древняя восьмидесятилетняя развалина.
Бабушка шутила, а это означало только одно: физически с ней все хорошо, а вот морально она явно нуждалась в поддержке. Я быстро взглянула в окно автомобиля, пытаясь понять, где мы находимся и сколько времени займет дорога к ней.
— Мэгги, я буду у тебя примерно через час. Холдсмен всё ещё в квартире?
— Дорогая, у меня тут целый взвод водопроводчиков, все чинят трубы, а Холдсмен этим руководит. Так что час у тебя точно есть. И аккуратней переходи дорогу! — выкрикнула она в трубку и отключилась.
Я виновато посмотрела на мистера Кэеса.
— Мне очень жаль, что доставила вам неудобства, но я не смогу поужинать с вами. Пожалуйста, попросите водителя остановиться.
— Что случилось, Кейт? — спросил он нахмурившись. Лицо вмиг стало серьёзным.
— Моя бабушка… Ей нужна помощь, — пролепетала я. — Попросите остановиться.
Мужчина тут же нажал кнопку, и стекло, отделяющее салон от кабины водителя, медленно опустилось.
— Винсент, мисс Хаггинс сейчас продиктует адрес.
Я удивленно вскинула на него глаза.
— Не стоит, я сама…
— Ну же, Кейт, адрес. — Голос мистера Кэеса звучал уверено, но при этом без нажима.
Сама того не ожидая, я подчинилась. Винсент вежливо кивнул. Перегородка поднялась, и мы вновь остались вдвоём.
— А теперь расскажите, что случилось, — мягко попросил мистер Кэес.
— В квартире моей бабушки прорвало трубу, и теперь они с котом дрейфуют в сторону Гудзона.
Я улыбнулась, увидев, как мужчина растерянно заморгал.
— На самом деле, думаю, там никакой катастрофы, — быстро добавила я и пожала плечами, — но бабушка совершенно не приспособлена к решению бытовых вопросов.
— Ах, Кейти, дорогая, наконец-то!
Едва Мэгги увидела меня на пороге своей квартиры, как тут же бросилась навстречу. Но, взглянув поверх моей головы, резко остановилась.
На лице бабушки отразилось нечто среднее между смятением и жутким удивлением. Уж чего-чего, а увидеть у меня за спиной высокого молодого красавца в дорогущем костюме она явно не ожидала.
После того, как лимузин остановился у дома, мистер Кэес наотрез отказался отпускать меня одну. Он настоял на том, чтобы подняться вместе на случай, если понадобится помощь. Спорить было некогда, и вот теперь он невозмутимо возвышался рядом и обворожительно взирал на Мэгги.
— Кейти, малышка, что ж ты не сказала, что будешь не одна? — лукаво произнесла бабушка, мгновенно преображаясь.
Лицо её разгладилось, она подтянулась, расправила плечи и в ответ одарила мистера Кэеса одной из своих фирменных улыбок. Мэгги всегда умела держать себя с достоинством и очаровывать окружающих. И неудивительно. В прошлом она была оперной дивой, настоящей звездой сцены. Высокая, статная, она покоряла сердца одним лишь своим появлением. Даже сейчас шарма ей было не занимать.
— Дорогая, представь мне своего спутника, — игриво заговорила она, выпуская наружу Маргарет О'Лири, знаменитую приму Метрополитен-оперы.
Хаггинс она была по мужу, но для сцены сохранила девичью фамилию.
Я сделала шаг в сторону, давая возможность бабушке рассмотреть мужчину.
— Мэгги, познакомься, это мистер Кэес, мой… — я замялась, — новый знакомый.
— Как интересно, — проворковала Мэгги, протягивая ему руку. — Мистер Кэес, я миссис Хаггинс, бабушка этой милой особы.
— Джерд. Зовите меня Джерд, — сказал мужчина, прикоснувшись к протянутой руке. Но вместо того, чтобы просто пожать, он галантно поднес её к губам.
Я украдкой взглянула на Мэгги. На её лице застыла довольная улыбка. Внезапно что-то мягкое и пушистое коснулось голени. Мистер Дарси, бабушкин сиамский кот, тёрся о ноги и жалобно мурлыкал. Я опустилась на корточки и осторожно подхватила его, прижав к себе.
— Ах вот он где, негодник! — рассмеялась бабушка, увидев кота.
Она тут же повернулась и крикнула вглубь квартиры:
— Холдсмен, мистер Дарси нашёлся! Пожарным можно не звонить!
В коридор выглянул уже порядком замученный консьерж. Он рассеянно промокнул лысину платком и, заметив меня, облегчённо воскликнул:
— О, мисс Хаггинс, слава богам, вы здесь! Я могу наконец уйти. — И быстро отрапортовал: — Течь ликвидировали, воду убрали. В целом всё в порядке, но ванной комнатой в большой спальне лучше пока не пользоваться. На днях всё починят.
— Спасибо, Холдсмен, — сказала я, благодарно посмотрев на него.
Консьерж, которого бабушка каждый день нещадно гоняла с различными поручениями, нерешительно проскользнул мимо нас. Боязливо покосился на Мэгги, коротко кивнул и поспешно прикрыл за собой дверь.
Бабушка недовольно фыркнула, а затем, взглянув попеременно на меня и мистера Кэеса, заявила:
— Ну что же мы тут стоим? Кейти, приглашай гостя! Думаю, кофе нам всем не повредит.
Через четверть часа Мэгги с упоением рассказывала гостю о разнице меццо-сопрано и контральто. Он заинтересованно слушал и время от времени даже кивал, что приводило бабушку в полный восторг. Она то и дело поворачивалась ко мне и с придыханием повторяла:
— А молодой человек, оказывается, знает толк в музыке!
Знал ли мистер Кэес толк в музыке, оставалось загадкой, ведь за всё это время он не произнёс ни слова. Тем не менее его сосредоточенное внимание полностью удовлетворило Мэгги, и она с лёгкостью причислила его к знатокам.
Я мысленно хихикнула, когда бабушка в очередной раз похвалила его. Втроём мы сидели в её уютной гостиной. Мистер Дарси по-хозяйски растянулся у меня на коленях. Поглаживая кота, я разглядывала гостя и невольно размышляла, как сложился бы сегодняшний вечер, не позвони мне Мэгги.
Всё-таки это странно. Я совсем ничего не знала о нём — и вот он тут, в гостиной моей бабушки, мило беседует, хвалит кофе, вежливо отвечает на её вопросы и время от времени посматривает на меня всё с той же нескрываемой нежностью. От его взгляда я терялась, не зная, как реагировать, но… мне отчего-то было приятно его внимание.
Пока мы пили кофе, вернулась бабушкина помощница. Успокоив по телефону родственников и заверив их, что с Мэгги всё хорошо, мы передали её и мистера Дарси в надежные руки Кими и покинули квартиру. На пороге бабушка обняла меня и шепнула:
— Дорогая, я жду подробностей. Позвони мне.
Взяв с мистера Кэеса, обещание непременно заглядывать к ней, Мэгги тепло с ним попрощалась. А когда он повернулся в сторону двери, бабушка молча подняла большой палец в знак одобрения и подмигнула.
Я улыбнулась. Она всегда была такой. Мэгги не чувствовала возраста, и я очень любила её за это.
— Простите, что так вышло, — сказала я, когда мы остановились у лифта.
— Все в порядке, Кейт, — мягко произнёс мистер Кэес. — У вас замечательная бабушка.
Я тайком разглядывала татуировку на его правой руке. Ещё в квартире он снял пиджак и закатал рукава рубашки до локтей.
Чёрная змея плавными широкими кольцами обвивала загорелое запястье и поднималась выше, судя по всему, до самой шеи. В расстёгнутом вороте виднелась хищная раскрытая пасть с острыми клыками и раздвоенным языком. Причудливые письмена текли по чешуйчатому телу — не то руны, не то какие-то другие, неведомые мне знаки.
Кроме того, на мускулистых предплечьях я заметила несколько крупных шрамов и множество мелких, похожих на следы от порезов.
Двери лифта раскрылись, и мистер Кэес отступил, пропуская меня вперёд. Проходя мимо, я случайно коснулась его руки. Меня будто током ударило. В голове вспыхнула яркая, живая картинка: его ладони скользят по моей обнаженной коже. Между жаркими, страстными поцелуями он хрипит мне в губы:
«Ты моя, только моя!»
Я моргнула, и видение исчезло. Ошеломлённая, я уставилась на него, сердце гулко забилось. Его лицо вдруг стало серьезным. Мы смотрели друг на друга в оцепенении. Бог мой… Я тонула в его тёплых золотистых глазах.
Он склонился ко мне чуть ниже, и… лифт остановился.
Странное чувство мгновенно рассеялось, и я словно очнулась. Что это было? Я схожу с ума? Или от того, что у меня давно не было мужчины, готова кинуться на первого встречного?
«Хотя нет, — тут же возразила я себе, — первым встречным его уже не назовёшь. Мы виделись три раза. Ох, Кейт, привлекательная внешность ещё не повод поддаваться влиянию гормонов».
Я и вправду больше года ни с кем не встречалась. Вот почему появление мужчины рядом со мной сегодня так удивило Мэгги.
Моя мучительная многолетняя любовь к Майклу Кроссу закончилась в прошлом октябре ровно за один день. Точнее, за одну ночь. Словно по щелчку пальцев.
Проснувшись однажды утром, я, привыкшая к этой безответной, совершенно глупой любви, как привыкают к неудобной обуви, которая безумно нравится, вдруг обнаружила, что больше ничего к нему не чувствую. Было — и нет.
Именно с того дня меня и стал преследовать тот самый сон.
— Мистер Кэес, — сказала я, когда мы вышли на улицу, — спасибо вам огромное за помощь с Мэгги. За то, что отвлекли её. Она плохо переносит любой стресс, а в её возрасте лишнее волнение ни к чему.
— Кейт. — Он снова посмотрел на меня особенным взглядом. — Зовите меня просто Джерд.
— Хорошо. — Я немного смутилась. — Джерд, спасибо вам.
— Тебе, — мягко поправил он.
Я улыбнулась. Почему бы и нет?
— Тебе, — повторила я.
Его глаза просияли.
— Что ж, мне пора, ещё раз спасибо за помощь.
Я развернулась в сторону подземки, но сделать шаг мне не дали. Сильные пальцы уверенно и нежно сомкнулись на моём плече, остановив и развернув обратно.
— Кейт, я отвезу вас домой, — сказал он и, заметив мой недоуменный взгляд, твёрдо добавил: — Это не обсуждается.
Я немного помолчала, обдумывая его слова. Это было скорее утверждение, чем предложение. Он не спрашивал, он констатировал факт. И я вдруг кивнула.
— Тебя, — тихо произнесла я, подняв на него глаза.
— Что? — не понял он.
— Мы ведь перешли на ты.
В ответ он смущенно улыбнулся.
По дороге мы почти не разговаривали. Огни города медленно текли по стеклу, расплываясь в мягких бликах. Я ловила себя на мысли, что слишком остро чувствую его присутствие рядом. И от этого внутри становилось непривычно уютно и светло.
— Кейт, наш ужин… Я по-прежнему приглашаю… тебя.
Мы стояли на ступенях моего дома, точнее, на ступенях стояла я и потому могла смотреть ему прямо в лицо. Вокруг царила невероятная тишина. После жаркого дня над Бруклин-Хайтс раскинулось глубокое звёздное небо.
Лёгкий ветерок прошелся по деревьям, коснулся волос. Джерд внимательно наблюдал за мной. В свете уличных фонарей его ореховые глаза казались почти чёрными. Он был так близко, что я ощущала тепло, исходящее от его большого тела.
— Мне нужно ненадолго уехать. — Он виновато улыбнулся. — Но я вернусь, и мы обязательно вместе поужинаем.
Он снова взглянул на меня так, как совсем недавно в лифте.
— Ты согласна?