Я пригласил спонсора к столу. Сам же любовался тем, что сотворила Искорка.

Она уже закрыла пасть, струйка зеленоватого пламени исчезла, оставив в воздухе терпкий запах озона и раскалённого металла.

Дешёвый сплав щита не потёк, не превратился в лужу, как это было с моей кухонной раковиной. Трещина в самом центре идеально затянулась, как и микротрещины, расползшиеся от небольшой вмятины.

В радиусе десяти сантиметров металл кардинально изменил структуру. Вмятина никуда не делась, но металл приобрёл благородный синеватый оттенок.

В турнирном мире существовало четыре категории брони. Категория В, не очень качественная с неоднородной структурой. Категория Б, которая считалась довольно крепкой на Бетонке и в подпольных боях, да и в Бронзовой лиге такую броню встретишь почти у каждого второго. Категорию А активно применяли в Серебряной и Золотой лигах. И на вершине находилась экипировка легендарная. А+.

Наш помятый щит едва дотягивал до категории В. Но сейчас я смотрел на синеватый оттенок и понимал: участок, которого коснулось зеленоватое пламя Искорки, по молекулярной плотности уже соответствовал категории Б.

Кроха лишь слегка сплавила металл, устраняя дефекты. А самое главное закалила его.

Пётр Ильич Зайцев, уже нашёл стул, подвинул его к столу. Положил кожаный портфель перед собой и снял перчатки. Наконец-то я отлип взглядом от потрясающей работы Искорки, оценил гостя взглядом.

Слегка полноватый мужчина в возрасте, со слегка выдающимися скулами, короткой причёской, в которой проглядывала седина, и дружелюбным взглядом, в котором прямо сейчас смешались удивление и радость от того, что он явился свидетелем художества Искорки.

— Самуил говорил, что вы ребята с сюрпризом. Но я не ожидал, что увижу такое, — произнёс бизнесмен. Его голос был уверенным, но без корпоративной надменности. — Давайте знакомиться. Меня зовут Пётр Ильич. Я владелец компании «Брест». Мы производим тактическое снаряжение и стройматериалы.

— Приятно познакомиться, Пётр Ильич, — я пожал ему руку, взял на руки Искорку, которая всё ещё не понимала, что произошло.

Успокоил, коснувшись подчелюстных точек, где пульсировали два терморегуляционных узла. Одно надавливание, пауза, два надавливания, лёгкое прокручивание по часовой стрелке. Под пальцами пульсации затихали, саламандра успокаивалась.

— Не люблю ходить вокруг да около. Сразу к предложению, — подобрался Зайцев.

Он достал из портфеля планшет, разложил его, поставив на стол рядом с модифицированным щитом.

— Пятьсот тысяч рублей подъёмных, прямо сейчас на счёт гильдии, — с ходу предложил Зайцев. — В обмен, наши логотипы на вашей форме и броне в полуфинале и финале «Бетонки».

Пятьсот тысяч. Немного, по сравнению с тем, сколько вкладываются спонсоры в гильдии в Бронзовой лиге. И совсем немало, учитывая, что мы ещё в квалификации.

— Но это ещё не всё, — Пётр Ильич кивнул на сидящую у меня на руках саламандру. Искорка настолько расслабилась, что довольно урчала под массажем, не обращая внимания ни на постороннего, ни на произведённый ею фурор. — Я спонсирую ещё две гильдии, они выступают в Бронзовой лиге. Так вот, они постоянно жалуются на порчу экипировки. Ремонт стоит бешеных денег.

— Вы хотите предложить сделку по ремонту экипировки, — догадался я.

— Да-да, именно так, — широко улыбнулся Зайцев. — То самое заманчивое предложение. Предлагаю заключить дополнительный контракт. Ваша гильдия будет чинить сломанную броню и щиты. Суммы вам понравятся.

Он провёл рукой по уже остывшей синей блямбе по центру щита, завороженно посматривая на металл.

— Я бы ни за что не поверил, если бы не увидел собственными глазами, — покачал головой Зайцев. — Это ведь кузнечный подвид саламандры, верно? Редчайшая мутация.

— Не совсем, — поправил я его. — Огненная саламандра.

Бизнесмен вскинул руку, на которой из рукава выглянул смарт-браслет. Спонсор отсканировал Искорку.

Голограмма мигнула. Глаза Петра Ильича буквально полезли на лоб.

— Ого! — выдохнул он. — Вы правы. Огненная. И всего лишь третий уровень Ядра⁈ Этого не может быть! Я видел промышленных кузнечных зверей, в закрытых цехах Синдикатов. Ядра должны быть минимум седьмого, а то и восьмого уровня! И стоимость каждого такого мутанта… Да редкий самолёт столько будет стоить. А тут… малёк, да ещё и огненный. У вас просто феноменально способная малышка, Артур.

— Это верно. Она очень способная и умная, — я бережно погладил Искорку по тёплой чешуе, чувствуя, как внутри меня разливается гордость.

Феноменально способная. Ещё бы. Ведь никто в этом времени не знал, что её истинный потенциал только начал раскрываться. Это ещё цветочки. Ягодки ждут впереди.

Чтобы окончательно убедиться в реальности происходящего, я решил провести краш-тест.

— Подождите минутку, Пётр Ильич, — сказал я и набрал Белова. — Артём Сергеевич, зайдите ко мне. И захватите с собой тяжёлую кувалду, из технического блока. Да, ту самую, с длинной ручкой.

Зайцев с интересом приподнял бровь, а через пару минут дверь открылась, и в кабинет завалился Белов, с массивной кувалдой на плече. Помощник тяжело дышал, недоумённо оглядывая гостя и щит на столе.

— Артур Викторович… не совсем понимаю. Вы тут что, ремонт затеяли? — проворчал Артём Сергеевич, опуская боёк кувалды на пол.

— Считайте это производственным испытанием, — я поднял щит, подал помощнику. — Видите это синее пятно в центре щита? Прямо там, где была трещина.

— Вижу, — Белов прищурился. — Но почему нет трещин?

Я вкратце объяснил, что произошло, но помощник замер, пытаясь переварить информацию, и удивлённо уставившись на мерно сопящую на моих руках Искорку.

— Замахнитесь как следует и бейте прямо в центр, — добавил я. — Со всей силы, на которую способны.

Глаза помощника расширились.

— Так, а вы уверены? Что Искорка закалила щит, — пробормотал Белов. — Иначе щит разлетится по всей комнате.

— Бейте, Артём Сергеич, — одобрительно кивнул я. — Я оплачу ремонт, если вы повредите что-нибудь.

Белов пожал плечами, мол, хозяин барин. Он положил щит на пол, плюнул на ладони, поудобнее перехватил длинную рукоять, крякнул от натуги и с молодецкого замаха обрушил кувалду ровно в центр синеватого пятна.

— Бом-м-м-м! — раздался чистый звон, от которого слегка заложило уши.

Будто по монолитной танковой броне врезал. Отдача была настолько сильной, что кувалда отскочила, едва не вывернув помощнику руки. Белов опустил боёк кувалды на пол, разминая ладони.

Мы с Зайцевым подошли к щиту, склонились над ним.

Металл выдержал. На том месте, куда пришёлся удар, не осталось ни единой царапины, ни малейшего намёка на вмятину. Остальная, незакалённая часть щита по краям слегка деформировалась от вибрации, но центр был монолитным.

Пётр Ильич Зайцев аж охнул. Вызвал кого-то на помощь. Через минут пять в кабинет зашёл низенький усатый мужчина в очках, который представился помощником Зайцева. Он вытащил анализатор, шлёпнул его по центру щита. По сути с виду обычная шайба, но с небольшим простеньким дисплеем сверху.

— Категория бэ, не иначе, — улыбнулся Зайцев, считывая показания. — Это феноменально. Результаты даже лучше, чем я мог предполагать.

Мысленно я ликовал, чувствуя, как меня накрывает чувство облегчения и триумфа. И я прекрасно понимал удивление Зайцева.

Обычные огненные саламандры в моём времени учились так называемой «кузнечной пайке» долго. И лишь с долей вероятности, на высших уровнях Ядра, в лучшем случае на девятом, они приобретали способность уплотнять металл на молекулярном уровне. Как раз за счёт особой структуры зелёного пламени.

Но был и кузнечный подвид саламандр. Уникальные питомцы из этого отряда на седьмом уровне Ядра спаивали броню, на восьмом уже могли улучшать её, переводить в более высокий класс. И то, лишь после изнурительных тренировок.

Тот факт, что Искорка освоила этот навык прямо сейчас, находясь в стадии перехода на четвёртый уровень, доказывал лишь одно. Моя методика развития, основанная на Сопряжении, доверии и полном отказе от подавляющей химии, была не просто правильной. Она была гениальной.

Вот почему её уровень стресса так хаотично скакал последние два дня. Вот почему от неё исходил невыносимый жар, и терморегуляционные каналы работали на износ, готовясь к эволюционной метаморфозе. Организм саламандры не просто готовился к Пробуждению. Он перестраивался для принятия сложнейшего высокоуровневого навыка, который на третьем уровне Ядра был невозможен.

— Так это и есть спонсор? Что предложил? — пробормотал Белов, когда мы отошли к столу. Артём Сергеич настороженно косился на Зайцева и его помощника, которые проводили замеры щита.

— Потом расскажу, как подпишем документы, — сообщил я ему. — Вы свободны.

Затем я созвонился с Кирой, передал условия, и услышал её радостный голос. Сразу после звонка с владелицей гильдии я протянул Зайцеву руку.

— Мы согласны на ваши условия, Пётр Ильич. Пятьсот тысяч подъёмных и логотипы «Бреста» на нашей форме. И, разумеется, ремонт брони и щитов, — улыбнулся я, и Зайцев ответил крепким рукопожатием. Его глаза поблёскивали от предвкушения сверхприбылей. Хотя жадности я не увидел, лишь радость бизнесмена от удачной сделки.

— Сейчас я ненадолго отлучусь. Тимур подготовит документы, — отозвался Зайцев, обращаясь к тому же и к своему помощнику, тем самым давая ему задание. — И, разумеется отдельный прайс на услуги вашего… карманного кузнеца.

Они вышли, оставляя меня наедине с Искоркой и Живчиком, который на удивление вёл себя тихо, похрустывал костью у батареи.

В кармане зашуршал Сверчанский, выскочив на стол. И саламандра радостно зашипела в его сторону.

— Подумаешь, щит подпаяла, хех, — снисходительно покрутил усом барон. — У нас в полку один жук-бомбардир и не такие фокусы выдавал. Нажрётся, бывало, медной окалины, а потом из афедрона ка-ак пальнёт. Свой парадный хитин до состояния булатной стали закалял. О как! Правда, портки его в процессе сгорали дотла, зато броня — загляденье. Так что, мадемуазель, вы просто талантливый полковой кузнец.

Искорка надвинулась на него, прочитав ироничные интонации в голосе. И сверчок утёк за батарею, заставляя Живчика отвлечься от кости.

— И не надо на меня ругаться! — донеслось из-за батареи. — Я говорю с позиции боевого опыта-с.

Уняв рвение Искорки сжечь сверчка вместе с батареей и подоконником, я принял сообщение от Киры. Она сообщала, что Зайцев уже в её кабинете.

Чувствуя предвкушение от выгодной сделки, я переложил саламандру на плечо, взял Живчика на поводок.

— Я буду здесь, — пробурчал сверчок. — Всё равно лучше, чем в окопе сидеть-с.

Я хмыкнул, отправился в кабинет владелицы гильдии. А переступив порог, кивнул Зайцеву и Тимуру, его молчаливому помощнику. Тот уже раскладывал на столике у дивана ноутбук, а рядом небольшой принтер, который тихо шумел, выплёвывая листы бумаги.

Я же устроился в кресле, рядом с Зайцевым. Питомцы быстро уловили деловую атмосферу. Искорка гордо замерла у меня на плече, а Живчик смирно уселся у моих ног.

Помощник бизнесмена уже распечатал два экземпляра договора, положив их на стол перед владелицей гильдии.

Кира пробежала их глазами, как и я, взяв второй экземпляр. В целом всё понятно, ничего лишнего, никаких пунктов мелким почерком где-то внизу или витиеватых выражений.

Добравшись до приложения с расценками на услуги Искорки, я довольно улыбнулся. Кира тоже остановилась на прайсе.

— Артур… — хрипло прошептала она, поднимая на меня ошарашенный взгляд. — Это шутка?

Цифры в контракте были очень приличными для нашей гильдии. За ремонт одного элемента брони категории В Зайцев готов был платить тысячу рублей, а за полное термическое усиление до категории Б — десять тысяч. Ремонт пробитого тактического щита оценивался в пять тысяч, а полная модификация — в тридцать тысяч рублей за единицу. Учитывая, что Искорка тратила на один щит меньше минуты, это явно была настоящая золотая жила. Всё зависело лишь от регулярности и количества поставок «материала» и возможности самой Искорки.

— Никаких шуток, Кира Евгеньевна, — мягко ответил Зайцев. — Мы ценим уникальные навыки ваших питомцев.

— В чём ваша выгода, Пётр Ильич? — спросила Кира, ожидая подвоха.

— Если честно, мы сейчас не в очень выгодном положении. Моя компания производит не так много брони. А ремонт растягивается на недели. С этой сделки я буду получать больше, чем оплачивать вам. Чистый бизнес. Ну что, подписываем?

Кира, всё ещё не веря своим глазам, судорожно схватила ручку и размашисто расписалась на обоих экземплярах. Для неё это была как манна небесная. И смотрела она именно на меня. Не веря, что я такое смог провернуть, не понимая, как у меня это получилось на таких условиях. Да ещё так, чтобы и клиент и спонсор были довольны.

Зайцев удовлетворённо кивнул. Достал смартфон, провёл несколько манипуляций.

Спустя несколько секунд планшет Киры издал мелодичный сигнал. На экране я заметил всплывшее банковское уведомление:

[Поступление средств. Отправитель: ООО «Брест». Сумма: +500 000.00 ₽]

Тишина в кабинете стала почти осязаемой. Кира смотрела на цифру с пятью нулями так, словно это был мираж, готовый растаять в любую секунду. Но она держалась, лишь сдержанно улыбнулась.

— Приятно иметь с вами дело, — Спонсор поднялся, застегнул пиджак и забрал свой экземпляр договора. Помощник уже упаковал технику. — Свяжемся после «Вершины», обсудим график первых поставок сломанной брони. Удачи вам на этапе.

Зайцев с помощником покинули кабинет. Как только за ними закрылась дверь, Кира замерла в кресле, неотрывно глядя на заветные полмиллиона на экране своего планшета.

— Я до сих пор не могу поверить… — пробормотала владелица гильдии, прищурившись. Она подняла на меня глаза, и в них блеснула подозрительная искра. — Слушай, Горай. А как же миллион от Пичугина? Недавно кто-то с пеной у рта доказывал, что нельзя его трогать. Какая разница? Чем этот Зайцев с его «Брестом» лучше?

В целом её можно понять. Кто готов вот так вкладываться нищую гильдию? Да, мы прошли в полуфинал, и показали блестящий бой на «Столбах». Но… впереди ещё два этапа. Соперники сильны, уже нет слабых. И каждая команда замотивирована и будет рвать, чтобы пробраться в Бронзу.

К тому же до сих пор большинство спортивных обозревателей не верят, что мы пройдём дальше.

Но я был спокоен на этот счёт. И причин для этого было несколько.

— Разница колоссальная, Кира, — взглянул я в её напряжённое лицо. — Пичугин сам пришёл, и выдал нам деньги просто так. Мотивы его до сих пор скрыты. А здесь чистый бизнес. Мы нашли Зайцева, и он покупает время и уникальные навыки моего питомца. Ты всё слышала. Он получает с этого прямую коммерческую выгоду.

— Этот твой… хакер… — вздохнула Кира. — Ты ему доверяешь? Уверен в его надёжности?

— Мы с Сергеем дружим со школы. Я ему доверяю полностью, — твёрдо ответил я. — Он пробил его компанию вдоль и поперёк. «Брест» никоим образом не связан с Синдикатами.

Кира задумчиво кивнула, признавая логику, и хотела спросить ещё что-то, когда в дверь громко постучали, затем в помещение ворвался Белов.

В левой руке помощник сжимал тот самый модифицированный тактический щит Дэнни, а в правой тащил кувалду.

— Смотри, Кира Евгеньевна, какую магию Горай со своей ящеркой творит! — радостно зарычал Белов, подходя к столу. — Я столько колотил по нему! Щит теперь просто неубиваемый! Монолит! Глазам не поверишь!

Не успел я и рта раскрыть, как помощник, решив наглядно продемонстрировать фокус, поднял щит в руке, а второй с размаху обрушил на него кувалду.

Раздался оглушительный хруст, похожий на выстрел.

От щита с грохотом откололся кусок твёрдого металла, с размаху грохнулся прямо на стол Киры, сминая стопку бумаг и чудом не задевая ноутбук. Искорка напряглась, Живчик залаял под столом.

Воронцова между тем вскочила с кресла, как ужаленная.

— Ты что, сдурел, Артём⁈ — зарычала Кира не своим голосом. Она сжала кулаки, а её глаза метали молнии. — Ты мне сейчас всю технику перебьёшь! Убери кувалду!

Белов побледнел, медленно опустил ударный инструмент на пол. Затем нервно хихикнул, переводя ошарашенный взгляд со сломанного щита в своей руке на отколовшийся кусок на столе.

— Ох ты ж… — растерянно выдавил помощник. — А почему это он откололся? Артур Викторович же только что при мне бил, всё целое было… И я колотил.

— Потому что он старый и дешёвый! — прокричала Кира, тыча пальцем в обломки. — А ты лупишь по нему здоровенной кувалдой, в моём кабинете!

Она резко перевела злой, требующий объяснений взгляд на меня.

— Горай, может, расскажешь? — язвительно поинтересовалась владелица гильдии. — Твоя хвалёная саламандра не так уж хорошо и справилась, раз этот щит разлетелся в щепки. А мы только что контракт подписали.

Я философски вздохнул, наблюдая за этим цирком, поднялся со стула.

— Дамы и господа, итак, объясняю, — я подошёл к помощнику, вырвал щит из его рук, ткнул пальцем в синеватое пятно в центре. — Вот. Искорка убрала трещины и закалила металл вот здесь. Плотность категории Б. Артём Сергеич, в порыве энтузиазма, промахнулся.

— Да как же я промахнуться-то мог? — загудел Белов, но уж очень тихо, вспоминая как он ударил и в какое место.

— Вот сюда пришёлся удар, — я показал на обломанный стык щита. — Как раз туда, где и находится перепад по плотности металла. Разумеется, старый металл не выдержал, откололся.

Белов виновато почесал залысину, опустив глаза.

— Надо было предупреждать, Артур Викторович, — пробурчал он. — Откуда мне знать про эти ваши перепады плотности.

Не стал я при Кире высказывать Белову, и объяснять прописные истины. Он и так всё понимал. Видел разницу в цвете, поспешил. В общем как всегда. А его недоумение всего лишь защита.

Так что я оставил помощника в покое.

Кира, всё ещё тяжело дыша, взяла двумя пальцами кусок металла со стола, и выкинула его в мусорную корзину.

— Значит так, фокусники, — ледяным тоном резюмировала она. — Артём Сергеевич, кувалду на склад. И чтобы я вас с ней больше не видела. Артур… жду отчёт по тренировке и отчётность по деньгам, которые сегодня потратили на снаряжение.

Поздним вечером, разобравшись с отчётом и оставив хлопоты на базе позади, я собрал свой зверинец и отправился в знакомое заведение.

Надо было многое обдумать. И заставить желудок, который уже полчаса бурчал, замолчать.

День выдался на редкость продуктивным. Финансовая петля, стягивающая горло «Огненным львам», наконец-то ослабла, и я сейчас чувствовал приятную расслабленность. Ровно так себя чувствует тот, чьи планы начали воплощаться в реальность.

Войдя в тёплое и пропахшее жареным тестом помещение чебуречной, я заказал стандартный набор. Три горячих сочных чебурека и стакан бодрящего томатного сока.

Заведение было как всегда заполненным разномастного народа. Почти все столики заняты, гомон не утихал ни на секунду.

Я приметил более-менее свободный столик у окна. За ним лишь лохматый парень.

— Приятного аппетита, — Нина улыбнулась, подвинула ко мне тарелку с ароматными чебуреками, каждый обёрнут белой салфеткой. Я поблагодарил, забрал заказ и добрался до стола.

Парень оказался студентом. Он активно жевал и одновременно очень эмоционально болтал по беспроводной гарнитуре. Что-то о том, как он уснул на лекции, и преподаватель его заметил.

Я отключился от фонового шума, выдал корм своим питомцам. Студент не заметил Искорку, он был поглощён разговором. Барону Сверчанскому перепадёт только дома, увы. Пусть нагуливает аппетит. Сверчок будто прочёл мои мысли. Недовольно начал пихаться лапками в кармане. Видно услышал, как похрустывает Искорка и отреагировал по-гусарски.

Я же откусил от чебурека солидный кус, медленно и с наслаждением прожёвывая тонкое тесто с идеально приправленным сочным мясом.

Погрузился в свои мысли.

До старта «Вершины» полтора дня. Команда мотивирована, и в целом мы должны успеть отработать все технические нюансы. Если никто снова не впадёт в панику на высоте.

Но с Анной мы вопрос решили. Она умница. Упёртая, со стержнем. Справится, я был в этом уверен. Главное, ещё раз обдумать правильно ли я распределил тандемы по участкам «Вершины». К тому же изучить видео выступления и аналитику ещё шести команд, включая «Хищников». Их уже мне прислала Серёга через наш защищённый канал. Кажется, сегодня я лягу позже обычного.

— А ну, свали отсюда. Живее, — раздался грубый мужской голос, со стороны студента. Что вырвало меня из размышлений.

Студент поперхнулся чебуреком. Затем судорожно схватил свой поднос и мгновенно исчез в глубине зала.

Стул напротив меня жалобно скрипнул, принимая на себя немалый вес.

Я медленно поднял глаза от стакана с соком, глотнул, словно не придавая вида. Хотя Живчик за столом замер, тихо угрожающе зарычал. Я придержал его, ментально.

Искорка икнула, выплюнула в сторону кусочек сублимата, затем зашипела в сторону моего собеседника.

Ленивым взглядом я оглядел грузного мрачного мужчину с мясистым лицом. Одет в мятый, хотя и недешёвый, спортивный костюм, который едва сходился на его объёмном животе.

Точно. Я узнал его.

Ведищев. Главный наставник гильдии «Яростные». Неугомонный, как никто другой. Его команда вылетела с турнира, но продолжает пакостить. Не удивлюсь, если тот дрон, их рук дело.

Ведищев скрестил руки-кувалды на груди. Он казалось бы и не замечал Искорку, не обращал внимание на Живчика. Понимал, что в общественном месте ему ничего не грозит.

Он молчал, уставился на меня тяжёлым немигающим взглядом. Будто хотел меня им продавить.

Но я ответил ему точно так же. Ещё и не с такими в гляделки играл.

В ответ на упитанной физиономии тренера «Яростных» появилась совсем уж зловещая улыбка.

— Ну что, Горай, — процедил Ведищев сквозь зубы. — Настало время всё тебе рассказать. Раз уж ты такой упёртый. Расклад не в вашу пользу.