Я всмотрелся в бинокль, вглядываясь в сторону старта.

Бублик поднял Леру на себя, втопил к скале, третьим добираясь до неё. Затем Соколова сорвала со спины щит, прицепила к страховочной верёвке стропу и полезла вверх, отмечая безопасный маршрут.

Я поправил гарнитуру, включил микрофон, подсказывая Лере, чтобы говорила фамильяру о замеченных ловушках на пути.

Между тем команда «Хищников», явно отрабатывавшая этот маршрут заранее, тут же ушла в отрыв, демонстрируя невероятную силу. Муромцев и его Щит двигались тяжело на старте, но уверенно, игнорируя углубления и цепляясь за трещины.

Многие команды бросились к спасительным нишам.

Слева от нас истошно завопил капитан «Отчаянных». Его леопард, сунув лапу в удобную нишу, дёрнулся от мощного удара скрытого шокера, чуть не сорвался.

Хотя питомцам ничего не грозит, кроме дисквалификации. Снизу поднимался механизм с сеткой, следом за поднимающимся тандемом, которая с радостью примет в свои объятия любого.

Справа тандем из другой команды намертво затормозил: рука проводника попала в ловушку. Трещина сомкнулась, блокируя его кисть. Гладиатор судорожно пытался высвободить застрявшие пальцы, отчаянно кричал, выплёвывал ругательства. Но безуспешно. Ловушки собирали свою жатву, безжалостно выкашивая ряды участников.

Моя стая работала как часы. Мы шли медленно, но уверенно.

Лера и Бублик начали тяжело. И добрались до площадки с Анной и Матильдой, когда отставали от «Топоров», второй команды, претендующей на финал, на пару секунд. Их капитан, здоровый бугай с медведем Крона хорошо прошли дистанцию, и уже передали ключ второму тандему.

Эстафету приняла Анна. И здесь мы начали отыгрывать время.

Матильда, словно рыжая молния, заскользила по вертикали, прижимаясь к скале, когда сверху сыпались камни и строительный мусор. Лиса проскакала по стене как пушинка, идеально вычисляя безопасные трещины в стене. Анна, забыв о страхе высоты, тянулась следом за шустрой питомицей.

Они поравнявшись с девушкой из «Топоров», которая с трудом вела по стене упирающегося горного манула.

Эстафету перехватил Костя. Их тактика с Желешкой сработала безотказно. Питомица не искала опоры для прыжка. Желешка просто расплывалась по стене, шурша вверх словно быстроходный гусеничный транспортник подтягивала Костю вверх с помощью щупальца.

Костя вложил бронзовый Ключ в руку Дэнни.

Я напрягся.

Вот теперь всё и решится. «Львы» против «Топоров». Дэнни с Неоном против лысого гладиатора с большой рубиновой игуаной. И мы были впереди на целую секунду с лишним.

Оставался последний, решающий рывок к площадке с колонной.

Та вверху вспыхнула зелёным, раздался гудок. Трибуны взорвались аплодисментами. Обозначился первый финалист. «Хищники». Впрочем ожидаемо. Осталось определить, кто ещё пройдёт в финал.

Гонка вступила в решающую фазу.

Я вгляделся в то, как проходит дистанцию тандем Ветрова.

Барс, чьи энергоузлы всё ещё не до конца восстановились, вновь начал дёргаться. Его хрустальная шерсть мерцала тревожными вспышками, но Дэнни впахивал, отрабатывал за двоих, как мог.

Мажор больше не думал о своей внешности, о спонсорских контрактах, о том как он будет выглядеть на экране. Ветров удерживал Сопряжение очень неплохо, идеально страховал зверя на каждом рывке, держал щит наготове, как я и говорил.

А затем сверху из скрытых желобов посыпался очередной «сюрприз». Град мелких камней и строительного мусора.

Дэнни прикрылся щитом. Камни со звонким цоканьем отлетали от стали. В неё ударили несколько крупных строительных кусков бетона, и Ветров кое-как удержал в руках щит. Да и его соперник чуть не отправился в сетку, которая ждала внизу.

Если бы Искорка не закалила защиту, тот бы сейчас рассыпался в руках мажора. Главное, что удержался. Неон шёл за ним, и его не коснулся камнепад, Хозяин об этом позаботился.

Я сжал губы, уставившись в бинокль. Ситуация была напряжённой. Игуана «Топоров» после нескольких невероятных прыжков взлетела на финишную платформу, опережая проводника, который отчаянно карабкался следом. До заветной площадки ему оставалось всего три метра с лишним и он на корпус опережал наш тандем.

В наблюдательной ложе рядом со мной Артём Сергеевич рычал сквозь зубы, яростно постукивая кулаками по пластиковому столу.

— Ну давай же, Ветров! Не тормози! Тащи своего кота! — сипло воскликнул помощник.

Кира, бледная как полотно, замерла у обзорного стекла, плотно скрестив руки на груди. В её глазах читался ужас бизнесмена, который уже мысленно подсчитывает убытки от проигрыша.

В гарнитуре раздалось тяжёлое дыхание Дэнни и скрежет его зубов. Мажор явно видел спину лысого конкурента и пытался ускориться.

— Тренер! — прохрипел Дэнни. — Мы проигрываем! Этот лысый впереди!

— Не смей спешить! — резко скомандовал я в микрофон. — Впереди над тобой ловушка! Обойди слева!

— Но я не успею! — выдавил мажор, всё ещё пытаясь сократить дистанцию по прямой.

— Ты слышал, что я сказал! — рявкнул я так, что Белов рядом вздрогнул. — Налево! Иначе проиграем!

Дэнни стиснул зубы и, подчиняясь приказу, повёл барса в сторону.

Лысый проводник «Топоров», ослеплённый жаждой победы, почти выбрался на платформу.

— Ну всё… — обречённо всхлипнула Кира.

— Нет, — сообщил я, наблюдая за трагедией.

Лысый поспешил. Он всадил руку в удобный, идеально отшлифованный карман, в полуметре от финишной площадки. Ловушка сработала, рука застряла.

Лысый истошно взвыл, дёрнулся на страховке. Ловушка намертво зажала его запястье. Рубиновая игуана наверху зашипела, свесилась с края платформы. Она пыталась ухватить хозяина зубами за лямки брони, чтобы вытянуть, но без толку. Гонка для «Топоров» была окончена.

Дэнни, пропустив Неона вперёд, тяжело прополз слева от воющего конкурента.

— Выкусил? — мстительно бросил мажор, подтягиваясь. — Знай своё место!

Одним мощным рывком Ветров перевалился через край финишной площадки. Трибуны взревели. Дэнни, опьянённый адреналином, вскинул над головой обе руки, в одной из которых был зажат бронзовый Ключ. Неон выскочил следом.

Ветров победно заорал, приветствуя толпу.

— А ну завершай дистанцию, позёр! Живо! — рявкнул я в гарнитуру.

Дэнни осёкся, резко обернулся. В двадцати метрах от него вынырнул тандем гильдии «Пробивные». Девушка с дредами вылезла не сама, её вытащил за шиворот королевский беркут.

— Ох ты ж!.. — охнул Дэнни, бросился к колонне, доставая ключ.

Девушка бросилась следом, чуть ли не на карачках доползая до колонны. Ветров дрожащими руками искал замочную скважину. Слева его соперница уже достала ключ.

— Есть! — хохотнул Дэнни, с размаху вгоняя эстафетный предмет в скважину замка.

Моё дыхание замерло. Сейчас решалось всё.

Идеально ли Викентий выточил внутренние пазы? Нет ли трещин на ключе? Не сломается он? Если замок не провернётся, мы проиграем.

— Давай, проворачивайся, — натужно запыхтел Дэнни, а Неон тревожно заскулил, посматривая на своего хозяина.

Его соперница только воткнула ключ.

Давай уже! ПРОВОРАЧИВАЙ КЛЮЧ!

Ветров напрягся, проворачивая металл. Один оборот. Второй.

Внутри колонны что-то щёлкнуло. А затем она ослепительно вспыхнула, зелёным светом!

— Есть! — я отскочил от обзорного стекла, сжимая руку в кулак и потрясая в воздухе.

— Да-а-а-а! — заорал Артём Сергеевич, подскакивая на месте и ударяясь головой о низкий потолок ложи.

Кира завизжала, забыв о статусе железной бизнес-леди, бросилась обнимать ошарашенного помощника тренера. Затем кинулась в мои объятья.

«Огненные львы» вырвали второе место!

Ключ, выточенный Викентием, сломал планы наших врагов.

В это время девушка с дредами рыдала в объятиях игуаны, и её забрали организаторы на лифтовую платформы. Ветров, который скакал на «Вершине» словно самец леопардовой гориллы в самый разгар брачного периода, тоже перешёл на платформу вместе с радостно рычащим хрустальным барсом.

Я перевёл взгляд к подножью «Вершины», где на установленной площадке замерла команда «Хищников», празднуя выход в финал. Они посматривали на нашу команду, которая подтягивалась на площадку финалистов, с откровенным злорадством. Хотя Муромцев не ожидал, что мы пройдём. Он так вытянул физиономию, что я не выдержал и рассмеялся.

А рядом Кира с Беловым подбежали к стеклу и начали ритмично, воодушевляюще скандировать, заглушая гул трибун:

— Львы! Львы! Львы!

Над ареной разнёсся усиленный динамиками голос Самуила Широкова, перекрывая гул Бетонки.

— Невероятно… — громыхал комментатор. — Дамы и господа, это просто невероятно! Финалисты квалификационного турнира «Бетонка» определены! В решающем этапе за выход в Бронзовую лигу сразятся «Хищники» и… «Огненные львы»!

Трибуны взорвались оглушительным рёвом. Толпа, жаждущая зрелищ, приветствовала победителей.

Моя команда в полном составе вышла в центр арены. В строительной пыли, тяжело дышащие, с уставшими улыбками на лицах.

Дэнни из последних сил позировал с Неоном перед летающими дронами-камерами. Костя еле держался на ногах, опираясь на Желешку. Анны покачивалась и вцепилась в поводок с всклокоченной Матильдой. Лера мрачно сплёвывала серую пыль держала за ошейник Бублика, который устало опустил массивную голову.

Сумерки сгущались с каждой секундой всё сильнее. Вот врубили прожекторы. Бойцы замерли под их слепящим светом, всё ещё до конца не веря своему счастью и оглушённые рёвом тысяч зрителей.

Они просто стояли, впитывая этот момент триумфа. Как и я. Как и Кира с Беловым, которые радовались, искренне, словно дети.

Я усмехнулся замечая настолько резкий контраст. Мажор, выпятивший грудь, демонстрировал спонсорский логотип на груди. Широко улыбался в объективы кружащихся камер, приобнимая мерцающего барьером Неона.

А на заднем фоне суровая реальность гладиаторских боёв. Лера, стирающая пыль с лица носовым платком, уставшая Анна, и Костя, который споткнулся и упал в объятья Желешки.

Я стоял у кромки поля, глядя на эту разношёрстную стаю, и не мог сдержать улыбки.

И только одни мысли кружились в голове.

Мы сделали это. Мы вышли в финал, несмотря ни на что.

Впереди нас ждал решающий бой, с Ильёй Муромцевым и его «Хищниками». Групповая схватка, которая расставит всё по своим местам. Но это уже потом.

Команда «Хищников» также приветствовала трибуны, вскидывая руки. Но их жесты были скупыми, а взгляды, которые они то и дело бросали в нашу сторону, красноречиво выдавали их состояние.

Никто из них не проронил ни слова, когда они покидали подиум финалистов Бетонки.

Илья Муромцев мрачно жевал губу, а его каменный панголин Щит нервно переступал с ноги на ногу. Его напряжённое лицо удовлетворяло меня куда больше, чем любые аплодисменты толпы. Он точно понимал, что лёгкой прогулки в финале не будет.

Когда мы спускались к своей команде, барон Сверчанский решил поделиться своим мнением.

— Ничего, командир, — хихикнул сверчок. — Мы им в финале такие усы накрутим — век помнить будут.

— Будем стараться, — ухмыльнулся Белов. — С таким тренером нам никакие хищники не страшны.

Впервые в голосе помощника я не уловил ни издёвки, ни нотки сомнения. И это был ещё один момент, который меня порадовал. Белов, который чуть не развалил в своё время гильдию, теперь искренне радовался за неё, и был готов трудиться на её благо, я уверен. Но что самое важное, помощник принимал меня как тренера. Причём без капли зависти или сожаления. Это значило лишь одно. Он свыкся со своей ролью, и ему она нравилась.

Трибуны остались позади. По пути я поздравил команду, а те в свою очередь выразили признательность мне, за ту подготовку, которая привела их к победе.

Мы скрылись в прохладном полумраке каменного тоннеля, затем свернули в переходный зал, ведущий к выходу. Впереди нас уже ждали «Хищники».

Илья Муромцев казался ещё шире в своей композитной броне. Рядом с ним разлёгся на полу панголин.

Рядом с Муромцевым возвышался тренер «Хищников». Худощавый, болезненного вида старик с ввалившимися щеками. Он опирался на трость и, казалось, еле стоял на ногах, но его глаза под кустистыми бровями горели фанатичным блеском.

Старик смерил нас презрительным взглядом, задержав его на расплывшейся Желешке и уставшем Живчике.

— Рано радуетесь, — прохрипел тренер, и его голос сорвался на карканье. — В финале будет жарко. Посмотрим, как запоёте, когда начнётся битва.

— Мы победим вас, вот что будет, — хмыкнул Белов.

Муромцев впился в моё лицо, когда я проходил мимо.

— Мы втопчем вас в песок, Горай, — мрачно пообещал бывший капитан «Львов». — Я обещал тебе, помнишь? Перед уходом! Каждый из вас будет пыль глотать!

Я даже не замедлил шаг, лишь слегка повернул голову.

— Втоптать? — бросил я ледяным тоном. — Илья, твой панголин скрипит так, что скоро рассыплется. Ты убиваешь его ради своих амбиций. Знаешь это?

Я перевёл взгляд на багровеющего тренера «Хищников», добавил с издевательской вежливостью:

— А вы… не забудьте перед финалом увеличить дозу химии. Иначе ваши монстры упадут от истощения. До того, как прозвучит гонг.

Муромцев резко побледнел и стиснул зубы так, что желваки вздулись под кожей. Я видел, как в его глазах мелькнула боль, жгучий стыд за состояние Щита.

Старик покраснел, начал что-то бухтеть, но я уже не слушал его, как и остальные.

Мы направились к выходу.

В дороге мало кто общался.

Общие фразы, радость от победы.

Все вымотались изрядно. Да и питомцы в прицепе будто уснули, ни звука от них. Зато Искорка расшипелась от эмоций так, что даже Кира рассмеялась. Живчик суетился возле ног, ожидая, когда мы доедем, чтобы выплеснуть свою энергию на внутреннем дворе.

Через полчаса наш микроавтобус въехал на территорию базы. Команда, уставшая физически и эмоционально, тем не менее, пребывала в приподнятом настроении. Всё из-за обещанного Кирой праздничного ужина.

Но у меня ещё было одно незаконченное дело. Точнее надо было поговорить с Ветровым, довольно серьёзно.

Как только мы вышли на парковке, я жестом подозвал к себе Дэнни.

Мажор, предвкушая похвалу за свой финальный рывок, подошёл с довольной улыбкой.

— Я слышал, что ты сказал проводнику «Топоров». Там, у финиша, — начал я без предисловий, и улыбка мгновенно слетела с лица Дэнни. — Это неспортивно. И недостойно бойца нашей гильдии.

Мажор нахмурился, напрягся.

— Они наши враги, тренер! Тем более он первый начал! — возмутился Дэнни. — Я имею право!..

— Ты представляешь гильдию, — резко оборвал я его, чеканя каждое слово. — Ты лицо «Огненных львов». И ты должен уважать противника. Тем более не злорадствовать над его поражением. Иначе чем мы отличаемся от тех же «Хищников»?

Ветров замолчал, пожевал губу, обдумывая мои слова. Затем неохотно, но искренне кивнул.

— Я понял, тренер. Извините. Просто… он и правда первый меня оскорбил, когда обходил меня на дистанции. Вот я и решил…

— Ты не он, Ветров, — уже мягче произнёс я, положив руку ему на плечо. — Ты — это ты. Так будь выше этого. Научись не поддаваться эмоциям, игнорируй дешёвые провокации. В финале их будет предостаточно, поверь.

Стоявшая рядом Лера ехидно хмыкнула.

— Как вы сегодня игнорировали, когда отвечали «Хищникам», да? — ядовито выдавила она. — Красиво вы их, конечно, осадили.

— Соколова, не путай тёплое с мягким, — беззлобно посмотрел я на неё. — Я защищал честь гильдии. Заставлял противника почувствовать себя неуверенно. Психологическое давление перед боем это ведь тоже часть тактики. А Ветров куражился над поверженным противником, который был в ловушке. Это совершенно разные вещи.

Костя и Анна синхронно закивали, поддерживая мою логику. Да и Лера с Денисом переглянулись, смущённо отвели взгляды. Задумались. Вот и пусть подумают, полезно.

В этот момент я услышал шум двигателя. Ворота были открыты, Родионыч ещё не успел их запереть. В них заехал серебристый джип, остановился рядом со мной.

Из него выскочил Широков. Он нервно отлабил сбившийся галстук.

— Артур, надо поговорить, — Широков подходя ко мне, едва не споткнулся о неровность на плацу.

Искорка на моём плече тут же угрожающе зашипела, и пришлось её успокаивать.

— Я вас поздравляю, но радоваться рано, — сообщил Широков, встречая тревожным взглядом подошедшую Киру. — Вы не должны были выйти в финал.

— Но мы вышли, — спокойно констатировал я факт. — Что это изменит?

Мы отошли в сторону от озадаченной команды, которую начал подгонять Белов, и проводники принялись вытаскивать питомцев из прицепа, косясь в нашу сторону.

Наконец-то мы добрались до скамьи. Уселись на ней.

— Ваша команда обречена, — вздохнул Широков. — Если хотите получить хоть какие-то шансы на выигрыш в финале, вам нужно прямо сейчас узнать кое-что…

Широков затих, достал сигарету и нервно закурил.

— Да что узнать-то? — раздражённо вмешалась Кира, начиная кашлять. — Можете убрать эту дрянь? У меня аллергия на табачный дым.

— Ох, да, сейчас, — Широков затушил окурок о бетонную площадку, оставляя чёрный след. Если бы это увидела баба Зина, вручила бы ему в руки тряпку. Не сомневаюсь.

— Самуил, ты можешь сказать прямо, что мы должны узнать? — уже более настойчиво спросил я.

Широков вздрогнул, уставился на меня слегка удивлённым, и в то же время печальным взглядом.

— Узнать, ЧТО на самом деле затеяли они, — полушёпотом произнёс он. — Те, кто подкармливает «Хищников».