Директор был перепуган почти до невменяемости, и этим нужно было пользоваться.

— Короче, — сказал я жестко, — сколько там у тебя акций завода завалялось?

Некоторое время он хлопал глазами, вспоминал.

— Одиннадцать… — Одиннадцать процентов!

— Завтра придет человек вот от него, — я показал на Матвея. — Перепишешь свои одиннадцать процентов и пошел вон с завода. Дела все передашь заму. Собрание акционеров проведем в ближайшее время. Вопросы?

Он испуганно помотал головой.

— Ну и всё. Считаем, что вопрос решен.

— За что? — сдавленным голосом поинтересовался директор. — Я выполнял все указания…

— Те, которые выполнять было никак нельзя, — объяснил я. — Ты должен был сразу нам звонить и ставить в курс дела, что тебя со стороны губернатора напрягают. Вообще, скажи спасибо, что мы с тобой разговариваем. Директора, сам понимаешь, можно и другим способом сменить.

Матвей мрачно усмехнулся, хотел что-то добавить, но в тот же момент у него в кармане запиликал сотовый.

— Алло! — сказал он в трубку. — Да! Ну, ни хрена себе⁈ Пусть летят быстрее! Слышишь, Леха, — обратился он уже ко мне. — Тут человек пятнадцать из этого «Грифона» подъехало! Со стволами. Настроены пробиваться на территорию завода! И наших человек тридцать уже на месте, они там друг напротив друга стоят. Остальные летят сюда во весь опор. Походу, бойня будет!

А вот сейчас соображать нужно очень быстро…

— Отправь часть людей на базу этого «Грифона». Где она у них?

— На Юных коммунаров, — ответил Матвей. — В детском садике бывшем.

— Вот и пошли пацанов, пусть там шороху наведут.

Матвей радостно долбанул по директорскому столу.

— Давно пора было! — и тут же заорал в трубку: — Алло! Рома! Собирай народ…

Перед проходной ситуация накалялась. «Грифоновцы» приехали на шести машинах практически одновременно с бандитами Матвея. Они попытались приблизится к проходной, но спортсмены сделали несколько предупредительных выстрелов.

— Поломитесь на территорию завода, будем убивать как мопсов! — довольно недипломатично заявил Медведь — один из «бригадиров» Матвея.

Очевидно, что люди из «Грифона» крови не боялись, но силы были слишком неравны — люди Матвея все прибывали, в считанные минуты они перекрыли все подъезды к заводской территории, так что «грифоновцы» оказались в полуокружении.

Один из начальников «Гриффона», поняв, что дело пахнет керосином, запросил переговоры. Он сообщил «бригадирам» Матвея, что сами «грифоновцы» ничего против братвы не имеют, что люди они подневольные, начальство приказало — они делают, но раз уж ситуация зашла настолько далеко, они, «грифоновцы» уезжают обратно, на базу.

— На базу вы пешком пойдете, — Медведь сурово. — Тачки и стволы оставите.

— Ребята, за тачки и стволы с нас московское начальство спросит, — просительно начал объяснять начальник. — Мы ж не расплатимся!

— Похороны дороже! — прорычал Медведь. — Не ссы, решим вопрос с твоим московским начальством!

В общем, охранники покинули поле несостоявшегося боя без машин и оружия.

Офис фирмы «Грифон» находился в здании бывшего детского садика. За несколько месяцев его серьезно укрепили — бетонный забор с колючей проволокой, решетки на окнах, металлические двери, камеры наблюдения. Именно здесь сидели «варяги» из Москвы, призванные оказывать силовую поддержку новому менеджменту трубного завода. «Варягов» этих было человек десять — бывшие сотрудники органов и действующие бандиты. Рулил у них всем какой-то бывший армейский разведчик.

И вот, к офису «Грифона» съехалось под три десятка машин, что означало — до сотни бойцов. Кто-то из москвичей, в изумлении от такой наглости проорал из-за забора:

— Вы хоть понимаете, куда лезете?

Вместо ответа через забор полетела граната. Правда, учебная.

— Еще раз чего-то провякаешь, настоящая полетит, — объяснили гостю города.

— Чего хотите, пацаны? — спросил все так же из-за забора присмиревший представитель «Грифона».

Пацаны не знали, чего они хотят. Матвей дал указание — приехать и блокировать. Ответили уклончиво:

— Сейчас старшие приедут и будут с вами разбираться.

Возникла оперативная пауза.

Мы ехали к офису «Грифона», когда в кармане у меня запиликал сотовый. Знакомый номер — тот самый московский коммерсант от бандитов Саша… Ожиданный звонок, но все равно как-то не по себе. Эти ребята опасны. У них есть сила и полная решимость эту силу применить.

— Москва на проводе, — подмигнул я Матвею.

Тот мрачно усмехнулся…

— Алло! Алексей? — голос Саши был обеспокоен. Да и есть из-за чего.

— Привет, Саша, — поздоровался я. — Жив-здоров?

— Да нормально. Слушай, нам тут звонят ребята из твоего города… Ты же там сейчас?

— И чего хотят ребята? — спросил я, проигнорировав вопрос.

— Да проблемы возникли с местной братвой, — посетовал Саша. — Говорят, заблокировали в офисе. Приехали толпой, человек пятьдесят, со стволами, и заблокировали.

— Это на трубном заводе такое творится⁈ — делано изумился я. — Саша, я сейчас туда лично поеду, постараюсь узнать…

— Да на каком трубном? — не дал мне закончить Саша. — Мы там охранную фирму открыли… Ну, сам понимаешь. Вот местные на эту охранную фирму наехали!

Я удивился. Постарался сделать это как можно более убедительно.

— Охранную⁈ Ну, ни хрена себе! Вот это совпадение! Не «Грифон» случаем?

— «Грифон», — сказал Саша озадаченно. — А че такое? Ты в курсе дела?

— Я не то что в курсе дела, — сказал я. — Я, вместе с друзьями, туда направляюсь сейчас.

В голосе Саши зазвучали ледяные нотки.

— Какие проблемы?

— У меня? — снова удивился я. — Это у «Грифона» вашего проблемы. Вошли, понимаешь, в сговор с директором моего завода, пытаются отнять ценное имущество… Я надеюсь, Саша, это без вашего ведома происходит?

— Я ничего не понимаю, — сказал Саша. — Давай, Алексей, приезжай в Москву, решим этот вопрос.

Ага. Ничего он не понимает, конечно.

— А сейчас давай как-то разруливать эту ситуацию. Мирно, — продолжил Саша.

— Они мне и даром не нужны, эти «грифоны», — заявил я. — Пусть свалят с моих объектов, больше мне ничего не нужно.

— Ты это брось, Леха, — забеспокоился Матвей. — Пусть они вообще из города валят. Чтобы завтра их духу не было.

— Извини, Саша, тут мне подсказывают… — сказал я в трубку. — Местные пацаны утверждают, что этот ваш «Грифон» лезет в чужие огороды. Прикручивает коммерсантов, ссылаясь на авторитетных людей вашего круга. В общем, есть мнение, что из города им нужно валить в двадцать четыре часа. Иначе, сам понимаешь…

— Вот как… — сказал Саша после долгого молчания.

— Но есть и хорошие новости! — сказал я радостно. — Помнишь разговор во время нашей последней встрече?

Саша напрягся еще больше.

— Помню. А что, что-то получилось?

— В общем, я поговорил с ним, — сказал я, имея в виду Мавроди. — Поговорил и он, в принципе, не против. Без энтузиазма, конечно, но… готовьте большой мешок для капусты!

— Серьезно⁈ — в голосе Саши слышались радость и удивление.

— Еще как серьезно, — подтвердил я. — Я собирался тебе звонить, но меня срочно выдернули в родные края — ситуация с этим «Грифоном»…

— Да забей ты на «Грифон», — воскликнул Саша. — Я сейчас им позвоню, они прямо сегодня и уедут! Раз уж такая ситуация возникла… Не будем же мы с местными ссориться из-за каких-то мелочей?

— Зачем же ссорится? — поддержал я. — Мы всегда выступаем за дружбу и сотрудничество!

— Понял тебя! — откликнулс Саша. — Сейчас я им позвоню!

Ситуация с охранной фирмой «Грифон» разрешилась за полчаса. Москвичи клятвенно пообещали завтра же отбыть на родину. Матвей сиял, а мне было как-то не очень радостно.

— Ты в этом году в отпуск собираешься? — спросил я Матвея.

Тот взглянул на меня с недоумением.

— Пока не думал еще… А что такое?

— Езжай-ка ты в отпуск, дорогой товарищ… — сказал я. — На какие-нибудь острова. Бери жену и… Недели на три, не меньше. А лучше на месяц.

— Сдурел? — ошарашенно спросил меня Матвей. — Это с какого перепоя я на месяц полечу куда-то? Сейчас со свалкой вопрос решим, и снова будет все в шоколаде! Москвичи валят!

— У москвичей возникла проблема, — объяснил я. — Они хотят нашу тему по металлу. Проблему эту создали два человека — ты и я. Меня они сейчас убивать не будут, я им нужен. Значит, будут мочить тебя. Нет, ты погоди, не перебивай! Они свои проблемы решают именно так. Был человек и нет человека. Так что, дуй на острова. Оставь здесь ответственного на время, вместо себя.

— Перестраховываешься, — поморщился Матвей. — Дуешь на воду…

— Я тебе даю реальный расклад, как он есть. Сейчас ситуация вот такая… К концу года она изменится.

— Так что мне, до конца года в погребе отсиживаться? — возмутился Матвей. — Не буду я прятаться!

— Надо, Матвей, — сказал я твердо. — Я настаиваю, потому что и моя вина в этом есть. Я же этих деятелей, по сути, на завод запустил, я им акции продал. И я не хочу, чтобы тебя в результате моих действий замочили.

Матвей помрачнел.

— Ладно, — сказал он. — Я подумаю.

Встреча с губернатором была назначена на десять вечера. И не в ресторане или загородной даче, а на пустыре, возле недостроенной эстакады. С нашей стороны приехали я, Матвей и несколько бойцов на всякий случай. Имел место явный сговор. Губернатор лоббирует интересы москвичей. По всей видимости, ему пообещали что-то очень ценное…

На встречу губернатор не приехал. Приехал Борис Борисович на невзрачном «Форде» с шофером. Борисыч был злой, как черт, таким я его видел впервые. Сегодня он не выбирал выражений.

— Кресло под этим козлом зашаталось, — объяснил он. — Был нагоняй по линии администрации президента. А премьер его вообще материт трехэтажно! Ну и обосрался наш губернатор. Ему намекнули — не ждать, когда снимут указом, а валить по состоянию здоровья. Времени дали до конца квартала.

— А москвичи тут каким боком? — спросил я Бориса Борисовича.

Мы прогуливались по пустырю. Здесь живописно — мусорные кучи и вид на промзону…

— Пообещали его пристроить в свои структуры, — ответил он. — А взамен губернатор им отдает все, что сможет… Ну и по металлу… Я так понимаю, что делить на двоих выгоднее, чем на троих.

Плохая новость. Получатся, губернатору осталось два месяца, и за это время он постарается слить московским все наши главные темы…

— А что по банку? — спросил я.

— Тоже ничего хорошего, — ответил Борис Борисович. — Уже готовится распоряжение… Бюджетные средства со следующего месяца переводятся в банк москвичей. Ты, надеюсь, не думаешь, что я в восторге от происходящего? Мы так хорошо работали все эти годы…

— Думаю, что не в восторге, — признался я. — Но, честно говоря, могли бы и раньше отсемафорить. Мы бы в Москве нажали на пружины…

— Это система, Алексей, — вздохнул Борис Борисович. — С системой бороться бессмысленно, можно только минимизировать ущерб.

— Мы сегодня неплохо поборолись, — возразил я. — А чего сам господин губернатор не приехал? Не по чину мне с ним разговаривать? Или обосрался?

— Да, в общем-то, что вы можете друг другу сказать? По большому счету, он и не виноват. Была у него возможность зарабатывать с тобой — он зарабатывал. Сейчас перспективнее другой вариант — он использует этот вариант. Не с ним нужно решать вопрос в этой ситуации…

— Понимаю, — кивнул я. — Но, допустим, мы сделаем так, что этого придурка не отставят по крайней мере до конца года. И что москвичи от него отстанут. Возможно ли вернуть наши отношения в изначальное положение?

— Вернуть? — Борис Борисович с сомнением покачал головой. — Ну, если получится так, как ты говоришь, то, я уверен, что все будет в порядке. Только я не вижу для этого возможности. Система! Он очень надеется, что у вас не будет к нему претензий, Алексей. Хочет разойтись миром.

— Похвально, — сказал я со злостью. — В общем, решим так. Пусть заболеет на две недели. Официально на больничный. Чтобы никаких распоряжений, ни по банку, ни по металлу. Если за две недели мы ситуацию не разрулим, пусть делает как хочет и работает с кем хочет. А если разрулим…

— Я понимаю, Алексей, — усмехнулся Борис Борисович. — Только мой тебе совет — не трать ни время, ни деньги. Что касается твоего предложения… две недели — это много. На него тоже давят, можно понять…

— Две недели, — повторил я. — Если хотя бы на день раньше возникнут какие-то движения… Я гарантирую социальный взрыв в области. А еще — внимание центральной прессы и всех контролирующих органов, какие есть в природе. Мало не покажется никому.

— Я передам, — кивнул он. — Но если тебя интересует мое мнение…

Я не дал ему закончить.

— Время позднее, Борис Борисович. Поехали по домам.

Плохо, думал я. Все настолько шатко и ненадежно… Только-только выстроили схемы, и тут же всё заканчивается. Губернатора снимают. Это означает, что Борисыч тоже вылетает с насиженного кресла. А еще, это означает потерю практически всего административного ресурса. А значит, потерю огромных денег. Только банк с бюджетными бабками дает двести-триста тысяч долларов в месяц. Из воздуха. Свалка металлолома дает примерно столько же. Потерять полмиллиона в месяц — это большой удар. Конечно, есть вероятность, что получится как-то договориться с новым губернатором, но пока совершенно неизвестно — кто это будет. И как себя поведет, тоже совершенно неизвестно. Еще плохо то, что москвичи собрались серьезно укрепляться на нашей территории. Значит, в любой момент под удар может попасть любое наше предприятие — водочный завод, химкомбинат и прочие…

Впрочем, у меня есть для москвичей интересное предложение. То, что господин Мавроди в принципе не против купить их услуги. А это кусок очень жирный и уже сегодня. И, возможно, мне удастся защитить свои интересы. Я им нужен, как посредник в общении с Мавроди. С другой стороны — ребята это отмороженные…

— Не договорились? — спросил меня Матвей. Вид у него был уставший, осунувшийся.

— Выиграли немного времени, — ответил я. — За это время нам нужно многое успеть. Кстати… как у нас в городе с криминалом? Конкуренты не донимают?

Матвей поморщился.

— Какие конкуренты, ты чего, Леха? Шантрапа всякая бывает, бузит, местная и залетная. Мелочевка. Нарики всякие, тут отняли там ограбили. Нам не конкуренты. Мы даже ментам помогаем таких отлавливать.

— Это правильно, — похвалил я. — А кавказские ребята?

— Особо не активничают, — пожал плечами Матвей. — Торгуют, работают. Бывают гастролеры — угонщики или по карманной тяге. Но это не наш контингент, это Кучерявого… А почему ты интересуешься?

— Да вот, интересно, могут ли наши недоброжелатели кого-то в городе на твое место продвинуть?

— Я им продвину, — заявил Матвей угрожающе. — Продвинем так, что мало не покажется!

— Про отпуск не забыл? — спросил я. — В ближайшие дни могут реально попытаться тебя грохнуть.

— Не забыл, — обиженно ответил Матвей. — Перестраховщик ты!

— А сейчас поехали в «Софию» заскочим, — сказал я. — Раз уж у нас сегодня день визитов, то нужно сделать визит вежливости и туда.

— К Кучерявому? — усмехнулся Матвей.

— К нему. Давай заедем поздороваться.

Матвей согласно кивнул.

— Поехали…

Криминальная власть в городе разделялась на бандитскую, представителем которой был Матвей и «синюю» — уголовную, возглавляемую Колей Кучерявым. Который в свое время предупреждал меня об опасности сотрудничества с москвичами. Дальновидно с его стороны, но в той ситуации у меня не было выбора — бизнес был под угрозой, а Валерик в СИЗО.

Что интересно, у меня почти не было негатива по отношению к московским гангстерам. Как, кажется, и у них по отношению ко мне. Их попытка экспансии — чистый бизнес, деловое решение. Подвернулась ситуация — не воспользоваться грех. Такие правила сегодня, просто бизнес, ничего личного. А еще, я знаю, как закончат эти ребята в самом скором времени…