Инферно. Вечное Ристалище.
Манор Разрушения.
Великий город Эреб.
Казематы под цитаделью правления.
— Нехилую же вы тут помойную яму с Аббадоном учинили, — спокойно пробормотал я, отчего Урмейр со страхом в глазах обернулся на мой голос. — Прошло всего несколько минут, но я уже успел заскучать.
— ТЫ…
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Уродец замер, но продолжил стоять на четвереньках. Глаза пылали жгучей ненавистью, что смешалась с гневом, злобой и… обидой. Да, он был обижен. То ли на себя, то ли на меня. Порченая кровь всё ещё стекала по его губам и подбородку, а капли с тихим всплеском ударялись о поверхность озера.
Кроме всплесков и тихого гула разлома вдали все звуки в прямом смысле попросту исчезли.
— Настоящий пёс… — губы изогнулись в издевательской ухмылке против моей воли.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Я сделал шаг вперёд, и регент неуловимо дёрнулся. Слух уловил скрежет костей и резкое сокращение его мышц и натяжение сухожилий, а аура противника стала подниматься из глубин. Он готовился к финальному броску.
— А может быть… шакал? — колко усмехнулся я, расплываясь в мерзкой усмешке и тем самым указывая на его нынешнее положение. — Да, ты правильно меня понял. Сейчас ты находишься там, где должен. Стоишь на четвереньках, как побитая собака.
— Кто ты⁈ — ощетинился Уродец, проигнорировав оскорбление, а подол его одеяния начал стремительно краснеть от порченой крови — он всё ещё готовился. — КТО ТЫ ТАКОЙ⁈ ОТКУДА ЗДЕСЬ ВЗЯЛСЯ⁈ КОМУ ИЗ СУДИЙ ТЫ СЛУЖИШЬ⁈ НАЗОВИ ИМЯ СВОЕГО КОРОЛЯ⁈ РАССВЕТНЫЕ ВЕЧНО ВЕРЕЩАТ О ГРЁБАНОМ БАЛАНСЕ, А САМИ ВТАЙНЕ ЗАИМЕЛИ СЕБЕ ОЧЕРЕДНОГО ВЕСТНИКА!!! ГНУСНЫЕ ЛИЦЕМЕРЫ! НУ ЖЕ!!! ПРИЗНАЙСЯ! КОМУ ТЫ СЛУЖИШЬ, ДИКАРЬ⁈
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
В ответ я хрипло и заливисто расхохотался, абсолютно не понимая, о чём он лепетал. Но рассмеялся я в большей степени от того, что творилось сейчас у меня внутри, а не из-за вопроса Уродца.
Тело медленно разрушалось. Сердце Опустошителя протестующе клекотало. Но терминальное просветление крепко держало волю тёмной твари в несокрушимых тисках, не давая той вырваться и напакостить в столь ответственный момент.
— Судьи… Рассветные… Баланс… — сквозь сиплый смех повторил я слова регента. — Ты не представляешь, как мне на это всё насрать сейчас. Я не знаю о чём ты бормочешь, Уродец. Да и не хочу знать. И совсем неважно, кто я такой. Ведь пришёл я сюда не на вопросы отвечать, а за твоей сраной головой.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
— НЕ РОДИЛСЯ ЕЩЁ ТОТ, КТО СПОСОБЕН ЗАБРАТЬ МОЮ ГОЛОВУ! — с презрением сплюнул он, впадая в состояние бешенства. — Я КАЗНЮ ТЕБЯ ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС ВО ИМЯ ВЕЛИКОЙ МАТЕРИ КРОВАВЫХ МИРОВ! ТЫ ЗРЯ СЮДА ПРИШЁЛ! ОТНЫНЕ ЭТО МЕСТО МОЯ ВОТЧИНА! ТЕБЕ ПОРА СДОХНУТЬ, ДИКАРЬ…
Кровавое озеро вскипело. Алые волны всколыхнулись за спиной Урмейра на десятки метров вверх. За долю секунды они превратились в бушующее цунами, которое стремглав устремилось в мою сторону. А вместе с нескончаемыми потоками порченой заразы ко мне рванул сам регент.
Знакомые кровавые сабли материализовались ещё в момент движения. Урмейр поставил на карту всё, что имел. Он поставил абсолютно всё, чем сейчас обладал. Наверное, лишь в этом мы оказались с ним схожи, потому как свою судьбу и свой конец я знал уже давно.
Верховный Арбитр — Рубеж…
Предсмертное Дыхание Истребления…
Жажда Опустошителя. Предельный эшелон…
Сущность Истребления… Третья Форма — Образ Истребления…
«Мой разоритель, умоляю тебя, хватит! – панически вскрикнула Руна. — Ты же…»
Я в порядке.
Одна техника за другой. Дремавшие до сих пор Эшелон и Образ в одночасье скакнули к возможному пику, и к ним тотчас прибавился Рубеж с Дыханием. Из-за катастрофического давления на организм тело норовило развалиться на части в любой момент, но сейчас сила воли одного недалёкого горе-существа оказалась выше всего остального на свете.
Выше самой Жизни.
Выше самой Смерти.
Выше их обеих вместе взятых.
Четыре часа… – мрачно пробасил Опустошитель.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
— Давай же, Уродец, действуй, — проговорил сухо я, продолжая стоять на месте, а затем призывающе махнул регенту и просто-напросто… опустил руки. — Пора нам заканчивать.
Урмейр атаковал всем…
Всем, чем обладал.
Всем, что имел.
Всем, чем мог.
Более грозного врага я ещё не встречал на своём пути. Никогда. Но всё же меня радовал тот факт, что мой самый грозный противник станет последним врагом. Если уж и уходить, то уходить необходимо с размахом.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Удар за ударом.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Атака за атакой.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Выпад за выпадом.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Кровавая магия уничтожала всё, чего касалась. Казематы содрогались. Ткань мироздания трещала по швам. Местами я вовсе стал ощущать присутствие Астрала. Прямо сейчас тонкий мир находился на расстоянии вытянутой руки. Лишь протяни — и окажешься где-то очень и очень далеко.
Где-то там.
За гранью.
Три часа…
Вот только как бы ни старался Урмейр. Каким бы сильным он ни был. Каким бы чудовищным ни был боевой арсенал. Все его попытки обращались в ничто. Всего нападки разрушались о гармоничную мощь двух непримиримых врагов — Опустошителя и Руны Истребления.
Биение сердца Урмейра начало учащаться. Он стал понимать, что атаки бесполезны. Вся его сила сейчас оказалась бесполезна. Регент стал замедляться. Да, совсем неуловимо. Но он стал терять ритм. Начал снижать темп.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
— Ну давай же… — повысил я голос, видя его замешательство сквозь кровавое цунами, а после сделал шаг тому навстречу. — БЕЙ! ПРОДОЛЖАЙ, УРОДЕЦ!
Видя моё движение, Урмейр вдруг отступил.
Всего на несколько сантиметров.
Но отступил.
— ПОЧЕМУ ТЫ МЕДЛИШЬ, ВЫРОДОК⁈ — прокричал с издёвкой я сквозь ураган. — ТЫ ЖЕ ХОТЕЛ ЗАБРАТЬ МОЮ ЖИЗНЬ!
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Я вновь двинулся дальше.
Урмейр же снова отступил.
Причём на целый шаг.
— ПОЧЕМУ ТЫ МОЛЧИШЬ, УРОДЕЦ⁈ ОТВЕТЬ МНЕ! ПОЧЕМУ Я ВСЁ ЕЩЁ ЖИВ⁈
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Я опять сделал шаг.
Но теперь регент отступил сразу на три.
Ещё шаг.
И он отдалился на пяток метров.
— КТО ТЫ ТАКОЙ⁈ — с потаённой паникой заголосил он. — КТО. ТВОЙ. ХОЗЯИН⁈
Стопы ботинок коснулись кровавой глади, и я просто зашагал по алой субстанции, пытаясь сократить дистанцию.
Однако враг не позволил этого сделать.
Он в очередной раз ретировался.
А затем я остановился.
Замер и Урмейр, продолжая ослаблять свой натиск.
Я остановился. Широко улыбнулся. И указал глазами прямо на разлом.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Два часа…
— Беги… — одними губами произнёс я. — Беги так быстро, как только сможешь.
Одна секунда. Всего несколько слов. Удушающий страх полностью поглотил регента.
— А-А-А-А-А-А-А-А!!! СДОХНИ! ДА СДОХНИ ЖЕ ТЫ НАКОНЕЦ!!!
Мощь Урмейра пробила все мыслимые и немыслимые пределы.
— Беги! — повторил тихо я, полностью игнорируя нападки. — Время пошло…
Видя мою непоколебимость и тщетность всех потуг глаза регента внезапно расширились и, резко развернувшись, тот сорвался на бег. Ужас и абсолютное незнание моей силы заставили его сдаться.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
— НЕТ… НЕ ВЕРЮ… НЕ МОЖЕТ ТАКОГО БЫТЬ…
Он побежал. Помчался прямо к разлому у центра озера. Рванул так быстро, как только мог и умел, подгоняемый страхом. Сила воли и жажда победы Урмейра рухнули. Рухнули раз и навсегда. Я же остался стоять там, где был. Я смотрел ему в спину и ждал. Ждал тот самый момент. Ждал, отсчитывая жалкие секунды.
И я дождался!
— Ко мне, малышка…
Сейчас тепло спаты в пальцах не согревало, а обжигало.
Плата. Таковой оказалась плата. Плата за то, что Опустошитель взял в руки нечто, что не следовало. Уже это твердило о том, что финал близок. Крайне близок. Я почти стал тем, кого ненавидел всю свою жизнь.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Глядя на сталь Древних, я улыбнулся, но улыбка моя тотчас погасла. В отблеске лезвия я увидел не человека, а… чудовище. Но как хорошо, что этому чудовищу осталось жить считанные часы.
— Поток Опустошителя… — я вновь улыбнулся, потому как только сейчас сумел дать название той технике. — Поступь Безграничного…
Неуловимая доля секунды — и мир полностью смазался.
Урмейр находился в шаге от побега.
В шаге от разлома.
В шаге от того, чтобы спасти жизнь.
Но момент был упущен.
Он… опоздал.
— Время вышло, — тихо произнес я, очутившись позади него. — Это конец.
— НЕТ…
Разрушив всю его защиту, Истра с гулким хрустом вонзилась ему в спину. Точно в позвоночник. Он вдруг обмяк. Тело начало заваливаться в сторону, но пальцы схватились за длинные покрасневшие патлы, не дав тому упасть. Всё это время я продолжал орудовать спатой. Глядя точно в кровавую тьму разлома перед глазами, я беспощадно наносил удар за ударом. В руки, в ноги, в тело, в шею. Я сыпал атаками, как обезумевший маньяк.
Один.
Второй.
Третий.
Пятый.
Десятый.
Двадцатый.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Треск костей, визг сухожилий, шелест рассекаемой плоти и вонь порченой крови. Порой становилось тяжело дышать, но я по-прежнему неустанно бил. Мне было плевать на его крики. На его хрипы. На его стоны.
Могущественный регент за несколько секунд преобразился в обрубок иссечённой плоти.
С безэмоциональным лицом я смотрел перед собой и просто-напросто уничтожал врага. Самого грозного врага в своей жизни. Спата снова и снова вонзалась в плоть, как раскалённый нож в масло.
— КТО… ТЫ⁈ — до ушей донёсся его наполненный отчаянием и агонией хрип. — КТО… КТО… ТЫ… ТАКОЙ⁈
Всего на мгновение я остановился и спокойно заглянул ему в глаза.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
— Сын одной глупой женщины, на которую ты посмел поднять руку.
Сломленный Урмейр застыл. Его веки расширились от услышанного. Но в этот самый момент случилось нечто, о чём я и предполагать не мог. Из разлома напротив я ощутил чьё-то дыхание. Томное дыхание с отчётливыми женскими нотками, а затем из глубины расщелины донёсся тихий и заинтересованный… смех.
— Ха-ха-ха-ха-ха…
— А-А-АРХЕЯ… — запинаясь стал хрипеть обрубок с некой надеждой в голосе, повиснув у меня на руке. — О… МАТЕРЬ… КРОВАВЫХ… МИРОВ… СПАСИ… СПАСИ… МЕНЯ… И…
— Вот как, значит, — криво усмехнулся я, глядя точно в глубину кровавого разлома. — Что ж, Уродец, тогда передавай привет мамаше…
Без лишних слов я бросил обрубок тела регента прямо туда, откуда, судя по всему, он и явился. Изувеченная туша Урмейра без ног и без рук успела залететь внутрь, но прежде, чем он полностью исчез, я тихо заключил:
— Штамм Опустошителя…
Краткая вспышка и голова ублюдка отделилась от тела и всё, что осталось от могущественного регента Археи, поглотила кровавая тьма. Пару мгновений я рассматривал пространственную расщелину, а затем занёс спату над головой и медленно опустил ту вниз.
— Раскол Истребления…
— Пламя Истребления…
Один диагональный разрез поставил жирную точку.
Разлом разделился на две неравные части, а через несколько секунд полностью исчез с лица Вечного Ристалища под томный женский смех. Хохот растворился, а все звуки разом стихли.
Некоторое время я стоял посреди кровавого озера, вслушиваясь в тишину, а затем исцеление сработало в последний раз.
Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Все техники разом прекратили действие.
Дыхание растворилось, Рубеж истощился, Эшелон пал, а Образ окончательно и бесповоротно прекратил своё влияние. Плечи резко обмякли, слабость навалилась на организм нескончаемым потоком и под волею всех губительных факторов спата выскользнула из рук. Сам же я шлёпнулся на колени, чудом удерживая изувеченное тело на плаву кровавого озера.
— РАНКАР…
Руна материализовалась и попыталась хоть как-то помочь. Но, увы, помощь теперь не требовалась. Сам того не осознавая, я громко и заливисто рассмеялся. Видя своё отражение. Видя лицо Опустошителя в отражении кровавой глади, я смеялся. Но смеялся не от грусти, а от облегчения.
Один час…
— Ха-ха-ха… У нас… нас получилось. Мы… мы смогли, малышка. Мы… мы справились. Мы… мы успели… Хе-хе-хе…
— Нет, мой разоритель, — с печальной улыбкой изрекла Истра, помогая мне встать с колен и со всей нежностью целуя в щёку. — Это всё ты. Ты смог. Ты справился. Ты успел. У тебя… получилось.
Я обнял Руну. Обнял так крепко, как только смог. А после полностью положившись на неё, мы кое-как двинулись назад. Силы практически отсутствовали. К сожалению или же к счастью, но я отдал всего себя.
— Вернёмся к остальным? — предложила с надеждой Альяна, стоило нам добраться до берега.
— Нет, — тихо отозвался я, отрицательно мотнув головой. — С них хватит. Они и без того натерпелись. Моё возвращение всё усложнит. Я уйду так, как и задумал. Уйду на своих условиях.
— Ты уверен? — грустно осведомилась Истра.
— Нет, не уверен. Но иначе уже не поступлю, — отозвался тихо я, а после указал глазами на ровную каменную гладь перед собой. — Малышка, ты не могла бы помочь мне? Я… я почти не чувствую рук.
Альяна с горечью улыбнулась и, взяв мои руки в свои, я нацарапал на поверхности свои последние слова, адресованные тем, кто вскоре сюда явится. Всё это время Истра не сводила с меня глаз. Глаз, в которых поселилась неисчерпаемая тоска.
Пальцы задрожали, и я опустил оружие.
— Хочу… хочу увидеть рассвет… В последний… раз… — едва слышно буркнул я, тепло усмехнувшись Руне. — Составишь мне компанию?..
— Конечно, мой разоритель, — чуть не плача выдохнула та, выдавив из себя лучезарную улыбку. — Конечно, составлю…
На подкашивающихся ногах, собрав остатки сил воедино, я двинулся вперёд.
Поток Опустошителя…
Вечное Ристалище.
Долина Возмездия.
На границе между двумя мирами.
Утёс Страж Горизонта.
Малышка…
— Ты… уверен?
— Да… тут… тут годится… — сипло проговорил я, узнав место. — Я… я видел этот утёс… Видел совсем недавно…
Пятнадцать минут…
Шёпот Опустошителя стал более жутким и жёстким. От чудовищной усталости тело медленно кренилось в сторону и, если бы не скалистый выступ, на который пришлось опереться плечом, я бы давно шлёпнулся вниз.
— Да… тут… тут и вправду годится…
Глаза опустились чуть ниже. Пальцы страшно дрожали из-за подступающей одержимости. Зрение плыло из-за серо-багровых всполохов. Впрочем, неудивительно. Времени почти не осталось. Жалкие минуты. Жалел ли я хоть о чём-то? Жалел. Но что теперь с той жалостью?
Золотая кровь оберегов на ладонях и кровь того выродка почти намертво въелись в плоть. Несколько долгих мгновений я не сводил затуманенного взора с пальцев и мерцающих писаний Опустошения на руках, а затем… затем совсем неуловимо начал наступать рассвет.
Первые лучи Сиги и Меры развеяли багровую серость перед глазами, обнажая чарующий пейзаж долины Возмездия. Долины, в которой сходились два враждующих мира — Инферно и Альбарра. Хотя теперь, может, и не враждующих. Кто их разберёт.
Силуэт Истры материализовался рядом, но я в это время неотрывно смотрел на окровавленную спату, что лежала прямо на бедре. Несколько мгновений Альяна не сводила с меня своих глаз, а затем бесшумно присела рядом и головой уткнулась в моё плечо.
— Мой разоритель, позволь… позволь пойти с тобой?..
— Нет, малышка, — хрипло рассмеялся я, качая отрицательно головой. — Твоя жизнь будет долгой. Очень долгой. А мне… мне почти пора уходить…
Четырнадцать минут…
— Знаешь, а ведь я видел этот момент…
— Видел? — удивилась с грустью Истра.
— Да. Всё это. Видел это место. Видел тебя. Видел себя. Видение. Случилось какое-то наваждение, и я… увидел.
Тринадцать минут…
Так мы и сидели. Сидели на уступе плечом к плечу, любуясь рассветом и легендарной Долиной Возмездия.
— Хотя бы здесь не солгал, — тихо рассмеялся я, глядя на восходящих Сигу и Меру. — Действительно дожил до рассвета.
— Ты лукавишь, мой разоритель, — с потаённой горечью прошептала Альяна, озарив меня улыбкой. — В этом месте сёстры восходят первей всего.
Пять минут…
— Малышка, мне… мне пора уходить…
Руна хоть и находилась в призрачном состоянии, но я ощутил, как она задрожала, а в уголках глаз выступили слёзы.
— Не хочу… не хочу этого делать…
— Прости, что взваливаю такую ношу на тебя, — печально прошептал я, упираясь плечом в скальный выступ и очень медленно стал поднимать тело на ноги. — Но кроме тебя никто не сможет…
— Я… я не хочу… не хочу… — зарыдала громко та, глядя на меня снизу вверх. — НЕ ХОЧУ… НЕ ХОЧУ… Я НЕ ХОЧУ… ЧТОБЫ ТЫ УХОДИЛ… Я НЕ ХОЧУ… ОТНИМАТЬ У ТЕБЯ… ЖИЗНЬ…
Инферно. Вечное ристалище.
Манор Разрушения.
Великий город Эреб.
Казематы под цитаделью правления.
Казематы содрогнулись.
Один раз.
Второй.
Третий.
Четвёртый.
Они содрогались раз за разом в такт появляющимся разломам. Силуэты десятков разумных материализовались в пространстве. Прямо на берегу кровавого озера. Прямо там, где остались прощальные слова Влада Верейского.
Последние слова Ранкара Безродного и Ваерса Пустого звучали до обыденности просто:
— Спасибо. Вам. Всем, — хрипло выдавил из себя хранитель Земли, читая предсмертное послание сына, что было вырезано остриём клинка на гранитной поверхности. — Как можно дольше живите тут, а я подожду вас там…