Джованни Больдини. «Граф Робер де Монтескью-Фезенсак», 1897 год. Музей Орсе, Париж

«Отчего нас называют легкомысленными?» – спрашивал виконт де Лоне (псевдоним Дельфины де Жирарден) в «Парижских письмах» (Lettres parisiennes, 1837).

«Оттого, что мы занимаемся легкомысленными вещами? Но если мы заняты ими всерьез, это уже не легкомыслие. Легкомысленный человек – тот, кто ничему не придает значения; мы же, напротив, считаем это ничто очень важным».

Так что не было ничего важнее лент и бантов, которые ничего не закрепляли, воланов и помпонов, манжет из валансьенского кружева, резных оборок, вышивки крючком, элегантных безделушек… На их изготовление швеи тратили часы и называли их «фриволите». Парижская элита тосковала по Старому режиму, по беззаботной эпохе, тень которой волновала поэтов и мечтателей. Верлен, написавший свои «Галантные празднества» в 1869 году, думал о картинах «Качели» и «Паломничество на остров Киферу», когда пытался воскресить тот мир изящества и грез, легкомысленную или «удобную жизнь», существование между мечтой и счастьем в ночном сиянии «лунного света».

Женская обувь, около 1840 года. Гравюра, музей Карнавале, Париж