Он летел обратно следующей ночью, дрожа в седле дредворма. Огромная каменная гора крепости Цитадели возвышалась над гаванью Некрада. Над ней развевалось новое знамя - знак Альфа Ламмергейра, увенчанный короной. Ольва продолжала рассказывать историю о некоронованном короле. Когда он пролетал над стенами Гарнизона, один из стражников окликнул его, размахивая руками, чтобы привлечь внимание. Альф полетел вниз.

"Сэр Ламмергейр, внизу эльфийка-колдунья", - сказал стражник. "Она требует прохода в Гарнизон. Утверждает, что приглашена на совет".

"Да, Ильдорэ. Тредей должен был сообщить тебе". Альф потер бок, куда всего несколько недель назад его пырнула эльфийка-колдунья. Лучше пусть она войдет в ворота как друг, чем перелезет через стену глубокой ночью как убийца”.

"Да, сэр. Но, милорд, она не одна".

Когда Альф в последний раз видел Ильдорэ, она была одета в разномастные доспехи, с окровавленным копьем в руке, оборванная эльфийка из дикой местности. Теперь, не обращая внимания на холод, она была одета в шелковое платье, которое, словно лунный свет, переливалось на ее бледной коже. Ее руки украшали замысловатые украшения, а серебристые волосы были заплетены в косы и украшены магическими камнями, удерживаемыми сзади серебряным обручем. Дикие называли ее Богиней Звезды Охотника, и выглядела она соответственно, прекрасная и безжалостная, как зима.

Но не Ильдорэ встревожила стражников.

Рядом с Ильдорэ шли еще шесть эльфов - шесть лордов и леди из рода эльфов-колдунов. Каждому из них были тысячи лет; возможно, кто-то из них видел первый восход солнца или закладывал камни первого города. Красный свет в их глазах говорил о том, кем они стали, чтобы выжить.

Скерризы, подумал он. Галарин Древнейшие-Дни. Эмлис Арун. Первые вампиры.

"Ильдорэ, - позвал Альф с вершины ворот, - ты же знаешь, что им запрещено входить в гарнизон".

Шесть пар красных глаз уставились на Альфа с нескрываемой ненавистью. Он положил руку на Разрушитель Чар, но не вытащил клинок.

"И они не переступят твоего порога”, - сказала Ильдорэ. “Они пришли сюда, чтобы ты знал, смертный, что я говорю от имени всего моего народа. Все, кто принес присягу Америт, на моей стороне".

"Не вампиры. Волшебные камни и любое другое магическое оружие, которое ты прячешь в этом красивом платье".

"Это реликвии эльфов-колдунов. Они были сделаны нами. Ты предъявишь на них свои права силой, Альфрик Ламмергейр, или мы пойдем вместе, как друзья, в зал совета?"

Ильдорэ улыбнулась, шестеро вампиров оскалились, но все это было одно - вызов. За двадцать лет оккупации войска Лиги - смертные, дварфы и лесные эльфы - разграбили Некрад, похитив магические сокровища города. Альф недоумевал, как эльфам-колдунам удавалось так долго скрывать реликвии, которые носила Ильдорэ - и что еще могло находиться в хранилище.

"Сэр?" - прошептал один из стражников. "Есть приказ конфисковать любые чары, обнаруженные в руках эльфа или ватлинга. Должны ли мы..."

Расставляй приоритеты. "Пропустите ее".

Ильдорэ вошла с важностью завоевателя.

“Не бери в голову никаких идей, - проворчал Альф, - и не создавай проблем".

"О, мысль о том, чтобы отвоевать наш город у вас, смертных воров, так приятна. Последний поход, последний боевой пир. Правда, нас осталось мало, но это было бы славное дело". Она бросила на него косой взгляд. "Они послали бы меня убить тебя, ты же знаешь. Ты и Блейз - уберите вас двоих, и все остальное будет просто".

"Ты уже пыталась убить меня, - сказал Альф, - и это не очень хорошо для тебя закончилось".

Она рассмеялась. "Я позволю другому сделать свой ход. Весной они выстроятся в очередь, чтобы убить тебя".

Они нашли Тредея в бывшем кабинете лорда Вонда возле зала совета, окруженного кипами бумаг. "Сэр Альфрик!" Тредей поднялся и поклонился. "Ильдорэ". Он снова поклонился, но держался на почтительном расстоянии от эльфа-колдуна.

Прибыла Ольва, беседуя со своим другом-дварфийкой Торун. Альф уловил последние слова; она говорила о Некраде, который был подобен огромному колесу судьбы, поднимающему людей вверх и низвергающему их вниз. Эту мысль он слышал и раньше.

Наконец появился Дервин с Блейзом рядом. Дервин был бледен и опирался на посох волшебника. Они подошли к креслу во главе стола - месту лорда Вонда, и Блейз отошел в сторону, предоставив Дервину занять почетное место. Волшебник не сел, а встал у его плеча.

"Давайте начнем, - сказала Ольва.

"Надеюсь, переговоры с леди Эрдис прошли успешно?" - спросил Тредей.

"Достаточно хорошо. Мы не умрем с голоду".

"Одна катастрофа предотвращена, впереди еще сотня".

"Что-то в этом роде. Эрдис также дала мне это". Он положил рукоять Крошителя на стол, чтобы все видели. "Полагаю, я должен вернуть его домой в Дварфхольт. Я в долгу перед Гунданом". Ольва нахмурилась, и Альф поспешно добавил: "Дредворм доставит меня туда за два дня. Я вернусь через неделю или около того".

Дварфийка Торун издала писклявый звук и прикрыла рот руками.

"В чем дело, Торун?" - спросила Ольва.

"Не мне об этом говорить", - нервно пробормотала Торун.

"Нет, это не так. Продолжай."

"Просто... в Некраде мало других дварфов, и я был так занята в Башне Плача, что, может, это пустяки и я говорю невпопад, но... я говорила с ними, и они злятся, что вы и лорд Гундан отправились к Бавдуину, а домой вернулись только вы".

"Многие погибли при Бавдуине", - сказала Ильдорэ.

"Может, это и так, но дварфы - гордый народ и скоры на суждения". Торун заерзала на своем месте. "Если вы пойдете один и так ненадолго, это вызовет обиду. Павший герой заслуживает почестей".

"Нам нужно обеспечить дружеские отношения с Дварфхольтом", - добавил Тредей, - "чтобы они сохраняли нейтралитет в любом конфликте с Саммерсвеллом".

Ольва вздохнула. "И, конечно же, это должен быть Альф. Это должен быть один из Девяти. Хорошо. Отправляйся и возвращайся как можно скорее. Может, туда ты не сможешь долететь, но хотя бы сможешь вернуться. Торун, Блейз может оставить тебя на несколько дней? Ты знаешь дварфские обычаи лучше, чем кто-либо из нас".

"Это было бы, э-э, неразумно", - вмешался Тредей. "У меня тоже есть несколько друзей среди дварфских торговцев, и мне кажется, что я мог бы найти кого-нибудь более, э-э, дипломатичного".

"Нет", - отрезал Блейз. "Торун поедет".

"Мастер Блейз, - зашипел ватлинг, - было бы глупо..."

"Если она захочет пойти, она пойдет", - заявила Ольва. "Тредей, ты заплатил стражникам, да?"

"Конечно".

"Тогда ты или Альф выберете кого-нибудь из них в качестве почетного караула. Будет трудно передвигаться по снегу, поэтому убедитесь, что они готовы к этому".

Ильдорэ постучала одним из своих колец по столу. "Я, пожалуй, тоже пойду. И я могу найти нескольких своих сородичей, которые тоже могли бы послужить. Что может быть лучше почетного караула, чем эскорт грозных рыцарей, отдающих дань уважения своему поверженному врагу? Что может быть лучшим свидетельством силы Некрада?"

Альф фыркнул. "И, несомненно, нам придется дать вашим эльфам оружие и доспехи. Берис однажды попробовала проделать тот же трюк, предложив решить одну проблему за счет создания еще большей на будущее. Возможно, придет время, Ильдорэ, когда нам придется вооружить эльфов-колдунов, но не сейчас".

"Я говорю лишь о нескольких грозных рыцарях. Может быть, о полудюжине". Ильдорэ пренебрежительно махнула рукой. "Неужели ты так слаб, Ламмергейр, что боишься столь немногих?"

"Вот так все и начинается", - пробормотал Альф.

"Кому будет служить этот почетный караул?" - спросил Дервин. "От чьего имени они будут маршировать и под каким знаменем?"

"Они будут маршировать бок о бок с Ламмергейром и смертными Некрада, - ответила Ильдорэ. Какая разница, под каким знаменем?"

"Тогда пусть они маршируют под знаменем Ламмергейра. Пусть эти грозные рыцари присягнут на верность Альфу".

"Я не лорд", - возразил Альф. Мысль о том, что кто-то должен поклясться ему в верности, была похожа на глупую шутку.

"Какие бы фразы ни радовали вас, смертных, - сказала Ильдорэ, - для нас это преходящая вещь". Она оскалилась, как кошка, забавляясь тем, что добилась уступки от оккупантов.

"Тогда они должны присягнуть Некоронованному королю", - сказала Ольва.

"И я заставлю их сдержать клятву, Ильдорэ, - сказал Дервин, и голос его звучал странно. - Как бы сильно они ни были связаны клятвой Америт. Я не буду плохо с ними обращаться и не отвергну дар их верности."

Ильдорэ долго-долго изучала лицо Дервина, а парень смотрел в ответ, не мигая. В этот момент он напомнил Альфу Пейра; Пейр мог бы смотреть на солнце, если его дело было справедливым.

Бессмертная первой склонила голову. "Да будет так".

Альф вклинился в неловкое молчание, которое последовало за этим. "Верно. Ну, вот и все. Чем быстрее мы уйдем, тем быстрее вернемся".

Блейз поднялся, чтобы уйти. "Подожди минутку", - сказал Альф. "Есть еще кое-что". Он заколебался, размышляя, стоит ли ему отослать большинство других членов совета, прежде чем говорить о послании лорда Брачана. Это дело Девяти, сказала бы Берис, но он устал от тайн. "Отец Эрдис, Брачан, прислал мне тайное письмо перед самой осадой. Он работает с Берис против Эрлкинга. Он просит о помощи".

"Прямо сейчас?" - спросила Ольва, в ее голосе прозвучало подозрение. "Что мы можем дать? У нас есть горстка солдат, вот и все. И еще камни и всякая всячина".

"Большую часть Берис забрала с собой, - заметил Тредей, - а остальное разграбил Саммерсвелл. Но я бы не стал отклонять просьбу лорда Брачана без рассмотрения. Мы боимся, что Саммерсвелл намерен заставить нас уступить Некрад, и дело дойдет до войны. Мы уже пережили одну осаду, но ценой больших потерь. Сомневаюсь, что город выдержит еще одну". Ватлинг уставился через стол на Альфа. "Если мы отправим помощь Брачану, чтобы убедиться, что боевые действия идут в Саммерсвелле, а не здесь, это будет в наших интересах".

В твоих интересах, подумал Альф. Ватлинги были выведены в чанах Лорда Боуна, здесь, в Некраде. Некрад был им нужен больше, чем кому-либо другому.

"Какую помощь мы можем оказать?" - повторила Ольва.

"Я могу найти еще рыцарей ужаса", - сказала Ильдорэ. "И не сомневаюсь, что можно призвать и другие силы". Она посмотрела через стол на Блейза, но выражение лица волшебника, скрытое капюшоном, было непроницаемым. Тредей нервно поежился.

"Это правда, Блейз?" - спросила Ольва. "Можно ли сделать что-то еще, кроме этих каменных драконов?"

"Возможно. С каждым расшифрованным символом я восстанавливаю все больше заклинаний лорда Боуна. Чаны для размножения все еще функционируют".

"Можно построить еще больше", - с энтузиазмом сказал Тредей.

"Я мог бы вызвать демонов и заключить их в металлические оболочки. Можно добывать магические камни. Можно оживлять мертвую плоть. В горах живут огры, которые все еще боятся Некрада. Части армий лорда Боуна рассеяны, но многое можно восстановить. Но на все это потребуется время".

"Последний поход, - задумчиво произнесла Ильдорэ, как бы про себя. "Америт отомщена".

"Как долго?" - спросила Ольва.

"Ты уверена в этом, Ольва?" - спросил Альф. "Мы выпустим на волю то, что я убивал последние двадцать лет. Это будет война, какой ты еще не видела - в прошлый раз Эрсфель по большей части пощадили".

"Меня не пощадили, Альф. Ты знаешь, что я потеряла. Я не хочу, чтобы у меня отняли еще больше". Она повернулась к Блейзу. "Так как долго?"

Блейз пожал плечами. "Для начала, четыре или пять месяцев. Заклинания я могу сотворить быстро, но также нужно поработать руками и молотком".

"После оттепели пройдет много месяцев", - заметил Альф. "К тому времени армия лордов будет у наших ворот".

На мгновение воцарилось молчание.

"А не могли бы дварфы перекрыть дорогу через Дварфхольт? - предположил Тредей. — Мы могли бы оставить топор Гундана у себя до тех пор, пока..."

"Я не буду держать в заложниках память Гундана", - огрызнулся Альф.

"И гномы тоже не друзья Некрада", - добавила Ильдорэ. "В лучшем случае они будут держаться подальше от обеих сторон. Но есть и другие возможности. Мы не без друзей на юге. В прошлые времена у эльфов-колдунов были слуги среди смертных. Берис знала знаки и пароли, ведь потомки этих культов смешались с ее мятежниками. Если они смогут удержать Ущелье Арда против армий Лордов, то это даст нам время подготовить арсенал Некрада".

"И как же они удержат Ущелье Арда?" - спросил Альф.

Но он знал ответ. Он почувствовал, как в мече проснулся холодный голод.

Ольва уставилась на него. "Арден находится недалеко от Дварфхольта. Ты пойдешь на юг, Альф, как хочет лорд Брачан. Ты продержишься до тех пор, пока мы не соберем новую армию Блейза".

Жажда крови, исходившая от меча, захлестнула Альфа. Он увидел себя скачущим по полю боя, размахивающим черным мечом, и с каждым ударом падала дюжина врагов. Контр-магия разрушала магические камни и защитные заклинания; лезвие с одинаковой легкостью рассекало броню и плоть. Альф размахивал мечом, как косой, косящей пшеницу, собирая урожай из трупов и изувеченных тел. Широко раскрытые от ужаса глаза смотрели на него, поле отрубленных голов делало его олицетворением смерти. Он двигался методично, пожиная без радости и угрызений совести.

Копья и стрелы пронзали его. Мечи рубили и секиры разрубали его, но каждая жизнь, которую забирал меч, делала его сильнее, и его сила поддерживала Альфа. Она пожирала его сомнения, шепча: "Ты знаешь, что находишь радость в битве. Ты знаешь, что живее всего ты среди смерти. Я знаю тебя, владетель”.

Он шел вперед, безжалостный, как Акрайст, и каждый медленный шаг оплачивался тысячей смертей. Меч не ослабевал. Он представил, как клинок рассекает закованных в броню рыцарей Саммерсвелла, великих лордов, повергаемых сыном фермера из Малладейла. Он представил, как развевается знамя коронованного Ламмергейра над всеми городами Южного материка. Люди, проклинающие его имя. И больше всего он представлял себе ужас на лице Лаэрлин, разочарование в ее глазах.

В туннелях под Некрадом у нее был лук Мортус. Она могла бы сразить его стрелой и спасти жизнь принца Маэдоса. Но Лаэрлин заколебалась и пощадила Альфа.

Будет ли она колебаться снова, если он продолжит эту войну?

Я сделаю это, - пропел меч, - я был создан для этого. Как и ты, его владетель.

Нет, подумал Альф, ты поклялся служить мне. Так что ЗАТКНИСЬ.

Видение исчезло. Кровавое виденье меча рассеялось. Альф пошатнулся на сиденье, чувствуя себя так, словно в этой лихорадке железа и крови прошли годы. Он открыл рот и прохрипел. "Нет", - повторил он, качая головой. "Я не хочу быть мясником, а это было бы именно так. Я взял меч, потому что он был нужен нам, чтобы победить лорда Боуна, и сохранил его, чтобы уберечь эту проклятую вещь, чтобы никто больше ею не воспользовался". Он обвел взглядом стол, ища поддержки. Блейз отступил в тень, его лицо скрылось под капюшоном. Тредей отчаянно теребил лист бумаги, а Торун в тревоге переводила взгляд с Альфа на Ольву.

Лицо Ольвы было суровым.

"Я видела, как ты убивал Диких, - сказала она, - и людей Люльфа Мартенса. Почему здесь все по-другому?"

"Они искали поединка", - сказал Альф. "Они... они вынудили меня к этому".

"Так ли это, лорд?" - спросил Тредей, не смея поднять взгляд, - "или вам проще счесть их заслуживающими смерти?"

"Это несправедливо", - запротестовал Альф. "Я пытался убедить Диких не нападать. А люди Мартенса похитили Дервина. Они работали на принца Маэдоса".

"А Берис сказала бы: и лорды Саммерсвелла тоже!" - вставила Ольва.

"Эльфы знают толк в терпении, - заметила Ильдорэ, - мы можем веками ждать подходящего момента, чтобы начать действовать. У вас его нет. Через несколько недель Дорога будет достаточно чиста, чтобы они могли послать армию. Через несколько месяцев они выследят Берис и ее союзников. Возможно, они не нападут сразу, а вместо этого будут медленно душить вас. Может быть, они подождут, Ламмергейр, пока старость не лишит тебя сил поднять этот меч".

"Хм..." Торун нерешительно подняла руку. "Мне кажется, вам - нам - нужно решить, с кем именно мы сражаемся. С Саммерсвеллом? С Эрлкингом? Со всеми ли - с Эвервудом и Саммерсвеллом, со всеми лордами, которые обязаны своим рангом Эрлкингу, и с церковью, которая служит его Заступникам, и с Колледжем Чародейства, - она скривила губы в отвращении, - который обучает только эльфийской магии? Потому что некоторые из вас говорят так, будто речь идет только об эльфах, а некоторые - так, будто речь идет обо всех Южных землях".

"С любым, кто придет за нами", - сказала Ольва.

Дервин поднял голову. "Я не буду приказывать тебе сражаться, дядя", - сказал он. "Мы отдали Разрушитель Чар на твое попечение по уважительной причине, и меч не следует использовать бездумно. Но моя мать права - лучшего чемпиона, чем ты, нам не послать. Отправляйся в Дварфхольт и почти память павших. Затем отправляйся в Арден и задержи лордов, насколько сможешь. Разыщи Берис и лорда Брачана. Скажи им, что Некрад собирает армию".

Он поднял руку. "Но я надеюсь, что эта армия никогда не будет использована. Скажи повстанцам, что есть другой путь. Если они хотят освободиться от власти Эрлкинга, они могут присоединиться к нам здесь, при моем дворе. Пусть мы станем маяком для мира, а не угрозой". Дервин перевел взгляд на окно, на жуткие башни и витые храмы Некрада, и на мгновение Альфу показалось, что миазмы расступились и теплый свет разлился по крышам.

Ильдорэ насмешливо хмыкнула. "Вы, смертные, думаете, что можете поселиться в городе эльфов, в этом источнике магии, и Эрлкинг оставит вас в покое?"

Кому нужно это место? говорила Лаэрлин. Я ненавижу каждый камень в этом проклятом городе. Может, когда-то он и был прекрасен, но я сражалась, чтобы сломить Некрад, а не для того, чтобы завладеть им. Он не мог поверить, что она лжет, и Пейр тоже поверил бы ей.

"Лаэрлин бы согласилась, - сказал Альф, и Дервин кивнул.

"Король сказал свое слово, - произнес Тредей.

Они выехали на следующее утро. Дюжина стражников, эльфов и смертных, и Альф с Ильдорэ во главе колонны. Между ними шла Торун, древко топора было уложено в футляр для реликвий, похожий на детский гробик. Они миновали Тар Эдалион, святилище, которое Ян когда-то построила прямо под сенью некромиазма. Дикие разграбили часовню во время осады, и с тех пор она не ремонтировалась и не обслуживалась. Альф не был клириком, но его раздражало, что работа одного из его друзей приходит в упадок.

"Я вернусь и исправлю это", - пробормотал он, и Разрушитель Чар усмехнулся.

Оглянувшись, Альф увидел Ольву и Дервина на стене над западными воротами, а рядом с ними - фигуру Блейза в капюшоне. Он поднял меч в приветствии.

"Я скоро вернусь", - поклялся он.

Но Ламмергейру больше не хотелось смотреть на стены Некрада.