Как-то вечером Алехандро позвал нас в кабинет:

— Посмотрите.

Это было официальное письмо от Electronic Frontier Foundation — международного Фонда электронных рубежей. Ему присудили EFF Pioneer Award — одну из самых уважаемых наград в области цифровых прав. В письме говорилось о «значительном практическом вкладе в защиту свободы информации» и о том, что созданные им инструменты помогают людям сохранять доступ к информации и анонимность в условиях жёсткой цензуры.

Алехандро прочитал его вслух спокойным голосом, без особых эмоций. Лиза, которая сидела рядом с ноутбуком, медленно подняла глаза и хмыкнула.

— Ну вот. Монстр официально стал лауреатом. Скоро тебя будут носить на руках правозащитники и приглашать на конференции с шампанским. EFF Pioneer Award… звучит почти как что-то святое. Особенно если вспомнить, с чего всё начиналось.

Она сделала паузу и добавила уже чуть мягче, но всё с той же привычной ехидцей:

— Манго тройная тебе за это. Только не зазнавайся. Правозащитники быстро меняют мнение, если что.

Алехандро только усмехнулся и закрыл письмо.

— Я не зазнаюсь. Просто странно читать такое про себя.

Лиза еще помолчала, усмехнулась и добавила:

— Чем чёрт не шутит. Лет через двадцать ещё и Нобелевскую премию мира получишь. За борьбу с цензурой. Представляешь заголовки?

Алехандро покачал головой.

— До Нобелевки мне далеко. И не особенно нужно.

Я улыбнулась.

— Зато теперь у тебя есть официальное подтверждение, что ты больше не просто «монстр из Подмосковья».

Российские СМИ почти не отреагировали. В нескольких провластных каналах мелькнули короткие заметки в духе «западные правозащитники наградили создателя сети для педофилов». Без подробностей и без большого шума. Для них это было скорее поводом ещё раз напомнить, кто он такой, чем настоящей новостью.