Через несколько дней Лусия прибежала на террасу с широко раскрытыми глазами и осторожно протянула мне на ладошке большого зелёного кузнечика.

— Мама, смотри! Он такой красивый! У него глаза как маленькие бусинки, и ножки… как пружинки!

Я улыбнулась. Кузнечик сидел спокойно, слегка шевеля усиками.

— Да, очень интересный.

— Я хочу узнать про него всё, — серьёзно заявила Лусия. — Как он живёт, что ест, куда прячется, когда жарко…

С этого дня интерес Лусии к насекомым начал быстро расти. Она часами бродила по саду с маленькой лупой, которую ей торжественно вручил Алехандро. Находила муравьёв, божьих коровок, ярких бабочек и больших чёрных жуков, которых сразу называла «генералами».

Мы с Алехандро и Лизой, честно говоря, немного беспокоились. Особенно я. Каждый вечер я осматривала её на предмет укусов и объясняла, каких букашек лучше вообще не трогать. Алехандро купил ей детский набор карточек с насекомыми и учил её различать безопасных насекомых от тех, кто может ужалить. Лусия слушала серьёзно, но всё равно иногда забывала. Особенно серьёзно мы предупреждали её про пауков — в нашем саду могли попасться и по-настоящему опасные. Не стоило также трогать муравьев — некоторые тропические виды могут ужалить гораздо больнее шершня.

Лиза наблюдала за этим с нескрываемым удовольствием.

— Смотри-ка, — говорила она, обмахиваясь веером, — у нас теперь два натуралиста и одна очень бдительная мама. Полная гармония. Я уже готовлю речь на случай, если её однажды ужалит оса: «Я же говорила — не лезь к полосатым!»

Однажды вечером мы все вместе сидели на террасе. Лусия принесла баночку с маленькой гусеницей и устроилась рядом с Алехандро.

— Папа, а почему она такая волосатая? Ей не жарко в этой шубке?

Алехандро терпеливо объяснял, показывая детали через лупу. Лусия слушала внимательно, задавая вопросы, от которых даже Лиза поднимала брови.

— У неё, наверное, тоже есть семья, — задумчиво сказала она. — Маленькие гусенички ждут её дома.

Лиза фыркнула, но уже мягко и тепло:

— Ох, ну всё. Теперь у нас будет спасение гусениц. Манго тройная тебе, Алехандро, за то, что заразил ребёнка своей любовью ко всякой живности.

Алехандро только улыбнулся и осторожно погладил Лусию по голове.

— Пусть смотрит, что ей интересно. Главное — чтобы ей было интересно жить. А мы будем рядом и присмотрим, чтобы её никто не обидел.

Я смотрела на них и думала, что это один из тех тихих, почти незаметных моментов, которые и делают нашу жизнь настоящей. Лусия нашла в большом жарком саду свой маленький, полный тайн мир. А мы просто были рядом.