Вечером мы с Лизой сидели на террасе. Алехандро ещё работал в кабинете. Было тихо, слышны были только цикады.

Лиза долго молчала, крутя в руках пустую чашку, а потом вдруг сказала:

— Сегодня в чате снова спрашивали про тебя. И про него.

Я посмотрела на неё.

— И что ты ответила?

— Почти правду. Впервые за долгое время.

Она заговорила спокойно, без обычной резкости. Рассказала, как одна из женщин спросила, правда ли, что сеть названа в честь реальной девушки. Как потом пошли вопросы жёстче: живёт ли она с тем, кто её держал, правда ли, что дети от него? Лиза говорила, что ответила прямо. Что да, живёт. Что дети его. Что это её выбор. И что она, Лиза, когда-то ненавидела его так сильно, что самой становилось страшно, а сейчас всё гораздо сложнее.

— Потом спросили, знакома ли я с ним лично и каково с таким человеком общаться, — продолжила она. — Я написала, что знакома близко. Что бываю у вас подолгу. Что бывает по-разному: иногда почти спокойно, а иногда внутри всё ещё поднимается старое. Память не выключается просто так. Но он уже не тот человек.

Лиза помолчала и добавила тише:

— А в конце одна ехидно спросила, не отношусь ли я к нему… не только как к бывшему монстру.

Я ждала.

— Я ответила, что она не ошиблась. Что когда-то я хотела, чтобы он исчез. Потом долго держала дистанцию. А теперь я часть вашей жизни. И его тоже. Что это чувство непростое. Но оно есть. И я больше не собираюсь его прятать.

Она посмотрела на меня чуть сбоку, будто проверяя реакцию. Я молчала. Мне не было ни обидно, ни страшно. Скорее тихо и странно тепло. Лиза впервые вслух, даже через чужой чат, признала то, что мы и так давно знали, но почти не проговаривали напрямую.

— Ты специально так написала? — спросила я наконец.

Лиза пожала плечами.

— Наверное. Устала притворяться даже в анонимных чатах. Там, где я должна быть только FireSister, которая ненавидит и спасает. А я уже давно не только она.

Я протянула руку и коснулась её пальцев.

— Хорошо, что написала.

Лиза только кивнула. Не стала шутить и не стала отмахиваться. Просто сидела и смотрела в тёмный сад.

В доме погасло окно кабинета — Алехандро закончил работать. Мы обе одновременно посмотрели на тёмное окно. И обе улыбнулись. Каждая по-своему.