У Ренни были огромные кулаки. Один специалист по медицине когда-то утверждал, что это крупнейшие кулаки, какие когда-либо имел человек, включая Кардиффского гиганта. Ренни не был хвастуном — кроме одного пункта: он утверждал, что не существует деревянной двери, панель которой он не способен выбить кулаками.

Ренни, он же полковник Джон Ренвик, был инженером, известным на большей части земного шара. В последние дни он редко занимался этой профессией. Он любил волнение, и ради него служил солдатом неприятностей в маленькой группе Дока Сэвиджа.

Ренни сидел в нью-йоркской штаб-квартире Дока Сэвиджа в небоскрёбе. На коленях у него лежала газета. Под газетой, скрытый ею, находился один из супер-пистолетов бронзового человека, способный выпускать многие сотни пуль в минуту.

В дверь снова постучали.

— Войдите, — пригласил Ренни.

Вошедший мужчина был башней из костей. Он моргнул на газету, затем потрогал монокль, свисавший с лацкана на ленте.

— Твоё поведение порождает опасения, — академическим голосом произнёс он.

— Не знал, что это ты, Джонни, — прогрохотал Ренни голосом, громкость которого напоминала сердитого медведя в пещере. Он убрал пистолет-пулемёт в карман.

Новоприбывшим был Уильям Харпер Джонни Литтлджон — джентльмен с двумя страстями: приключениями и длинными словами. То, что его считали одним из самых учёных знатоков археологии и геологии, было лишь маленькой деталью.

— Длинный Том связывался с тобой в течение минувшего часа или около того? — спросил Джонни.

Ренни моргнул. — Вот это меня озадачило.

— Длинный Том мне звонил, — сообщил Джонни более короткими словами. — Он указал, что располагает сведениями сопоставимой важности.

— Понятно, — неопределённо ответил Ренни. — Нет, мне он не звонил.

Джонни прошествовал в библиотеку, выглядя худее, чем только может быть живой человек, и вернулся с книгой лишь немного меньше чемодана. Он раскрыл её и принялся вчитываться в страницы мелкого шрифта.

Это была написанная самим Джонни книга об образе жизни доисторического птеродактиля.

— Освежаешь знания? — спросил Ренни.

— Я кое-что упустил, — объяснил Джонни. — К тому же вопрос немалого значения, касающийся лапидификации, или прогрессирующего лапидесцентного состояния овального…

— Пощади, — попросил Ренни. — У меня и так голова болит. От Дока есть вести?

— Нет, — кратко сказал Джонни.

Дверь распахнулась, впустив бледного, измождённого мужчину, который выглядел настолько нездоровым, что ему впору было лежать в больнице. Ростом он едва достигал среднего, а цветом лица обладал не более румяным, чем гриб.

— Нечто важное! — крикнул он, размахивая бумагой.

Это был майор Томас Дж. «Длинный Том» Робертс, выдающийся гений электричества, который ни дня в жизни не болел.

* * *

На бумаге были напечатаны слова:

Я знаю, что ты правильный парень и интересуешься этим убийством Уилларда Спэннера. Иди на Карл-стрит, 60, и, может быть, кое-что узнаешь. Но будь осторожен. Потом я тебя найду, и если захочешь сделать для меня что-нибудь за наводку, тоже хорошо.

Базз.

— Кто такой Базз? — прогрохотал Ренни.

— Понятия не имею, — сказал Длинный Том. — Но в это стоит вникнуть хотя бы потому, что общественность не знает о нашем интересе к делу. Этот человек знал, значит, наверняка вышел на что-то стоящее.

— В высшей степени правдоподобно, — согласился Джонни.

Ренни сжал огромные кулаки, превратив их в удивительно суровые на вид глыбы, и проворчал: — Интересно, что за место эта Карл-стрит?

Это была шикарная жилая улица. Они выяснили это, когда полчаса спустя такси везло их по Карл-стрит. Улицу обрамляли многоквартирные здания, и, чтобы увидеть небо, приходилось смотреть почти строго вверх. Здания выглядели новыми.

Дом номер 60, мимо которого они проехали, был одним из наиболее внушительных; в квартирах имелись большие окна, а под брезентовым навесом стояли двое швейцаров в форме вместо обычного одного.

— Что будем делать? — вслух задумался Длинный Том. — Место большое. Должно быть, квартир триста. А мы не знаем, что ищем.

— Вломимся и начнём задавать вопросы, — предложил Ренни.

— Первобытное рассуждение, — сказал Джонни.

— Точно, — согласился Длинный Том. — Мы даже с места не сдвинемся и, возможно, спугнём наших птичек.

— От одного взгляда вреда не будет, — возразил Ренни. — Подниму воротник пальто и войду.

— А куда денешь эти кулачищи? — фыркнул Длинный Том. — Слежкой займусь я.

Они велели таксисту завернуть за угол и вышли. Длинный Том стоял на тротуаре и чесал голову.

— Лучше не входить слишком открыто, — заявил он. — Эти птички могут знать нас в лицо.

Тут его, по-видимому, осенила яркая мысль: он оставил двоих, лавируя среди машин, перебежал улицу и вошёл в телеграфную контору.

Ренни и Джонни ждали. Прошло пять минут, и они начали терять терпение. Они уже собирались пойти выяснять, когда из телеграфной конторы вышел посыльный. Он оказался прямо перед ними, прежде чем они узнали Длинного Тома.

— Дал мальчишке два доллара за форму взаймы, — ухмыльнулся электротехник.

* * *

Он вошёл в многоквартирный дом, неся пустой конверт телеграфной компании, а когда один из швейцаров попытался его остановить, свирепо посмотрел и сказал: — Нет уж! Вы, парни, не лишите меня чаевых за доставку этого послания!

Длинный Том вошёл дальше и подошёл к табличке-справочнику со списком жильцов, как в офисном здании. Для жилого дома этот обычай был необычным, а для Длинного Тома — счастливой случайностью.

Длинному Тому хватило одного взгляда; затем он развернулся и вышел. Когда он присоединился к остальным, бледное лицо выражало возбуждение.

— Угадайте что! — взорвался он.

— Чёрт! — проворчал Ренни. — Вот так начал. Что тебя гложет?

— У Уилларда Спэннера были лаборатория и комната на Стейтен-Айленде, — сказал Длинный Том. — Полиция обыскала их, но не нашла ничего, что указывало бы, за что его убили. Я прав?

— Прав, — прогремел Ренни.

— И всё же в списке жильцов этого дома указано, что у Уилларда Спэннера там квартира, — сообщил Длинный Том.

Ренни тяжело шагнул вперёд. — Возможно, в этой зацепке всё-таки что-то есть. Какой номер у квартиры?

— Квартира 2712, — сказал Длинный Том.

* * *

Пятнадцать минут спустя Ренни и Джонни появились у служебного входа в многоквартирный дом, неся большой деревянный ящик, на боках которого чёрным мелком было написано: «Квартира 2712». Их замысел быстро наткнулся на препятствие. Оказалось, что в доме имелась служба доставки посылок.

— Мы должны установить эту штуку, — прогрохотал Ренни и постучал по ящику. — Не трудитесь звонить в квартиру. У нас есть ключи.

Служебный лифт поднял их наверх, и они, слегка покряхтывая, понесли большой ящик по коридору. Остановились у двери, прислушались, ничего не услышали, обменялись взглядами, а затем позвонили. Ответа не было.

Ренни извлёк из кармана внушительный набор отмычек. Он принёс их из штаб-квартиры Дока. Он перепробовал почти двадцать, и на длинном серьёзном лице уже появилась тревога, прежде чем один из ключей сдвинул сувальды.

Внутри была модернистская приёмная, оформленная в чёрном цвете и сияющем хроме. Ренни с одобрением её осмотрел. Он и сам был ценителем модернистских квартир и владел одним из самых экстравагантно украшенных жилищ в городе. Не особенно заботясь о полированном полу, они с Джонни втащили ящик внутрь. Дверь закрыли.

— Эй! — неуверенно крикнул Ренни.

Ответом было лишь эхо.

Они прошли в первую дверь. Если приёмная была модернистской, то следующая комната впадала в противоположную крайность: её обставили в стиле начала двенадцатого века. Над камином висели огромные палаши, стол был массивным, вытесанным вручную, а у противоположных концов комнаты стояли два доспеха. Чучела кабаньих голов дополняли оформление.

— Неплохо, — сказал Ренни.

Они двинулись дальше.

Оба доспеха зашевелились одновременно. Каждый повернул стальную латную перчатку, открыв спрятанный от глаз маленький автоматический пистолет.

— Вы вошли прямо в ловушку, — сказал голос из-за прорезей шлема.

Ренни расплылся в улыбке. Одной своеобразной чертой Ренни было то, что при трудностях он словно становился веселее; и наоборот, когда он выглядел печальнее всего, то, вероятно, был счастливее всего.

— Вы рискнули, — прогрохотал он.

— О, мы решили, что вы не позовёте полицию, — сказал человек в доспехах. — Люди Дока Сэвиджа так не работают.

Из задних помещений квартиры теперь вышли ещё четверо мужчин. Они держали оружие. Двое тщательно обыскали Джонни и Ренни.

— Заприте дверь, — предложил один.

Мужчина подошёл к двери в коридор и повернул ключ, затем вернулся, подбрасывая его на ладони.

— Вытащите нас из этих жестяных штанов, — предложил один из пары в доспехах.

Так и сделали.

* * *

Джонни и Ренни ничего не говорили, но изучали пленителей, и оценка была не особенно утешительной: все шестеро не нервничали, держались жёстко и уверенно, а отрывистое безразличие речи показывало, что им не чужды ситуации, связанные с психическим стрессом. Это были люди, способные быть насквозь дурными; ни один не выглядел слабаком.

— Ну! — отрезал один. — Как мы вам нравимся?

— Вы бы выглядели лучше с чёрным капюшоном на голове, — сухо произнёс Ренни. — Именно так вас нарядят, прежде чем посадить на электрический стул!

— Ага! — Мужчина взмахнул рукой. — Он нам угрожает!

Другой сухо сказал: — В Калифорнии мы захватили Дока Сэвиджа, а теперь берём этих троих. По-моему, с сопротивлением мы почти покончили.

— Босс зря обливался потом, — сказал первый. — Этот Док Сэвидж оказался не таким уж опасным соперником.

— Всё из-за проклятого Уилларда Спэннера, — проворчал первый мужчина. — Его предупредили об этом деле и велели связаться с Доком Сэвиджем. Нам пришлось его убрать.

— Дело было не столько в том, что его пришлось убрать, — поправил второй. — Сложнее было схватить его во Фриско в полдень, а пару часов спустя прикончить здесь, в Нью-Йорке, когда он попытался сбежать.

Первый говоривший кивнул. — Но все сведения он отправил почтой в свою нью-йоркскую квартиру, и нам пришлось привезти его сюда и заставить достать для нас письмо.

Обычно Ренни не показывал удивления. Но теперь глаза едва не вылезли из орбит.

— Вы добрались из Сан-Франциско до Нью-Йорка меньше чем за два часа? — взорвался он.

— Конечно, — усмехнулся другой. — Разве не чудесно?

— Не верю! — прогрохотал Ренни.

Джонни задал мучивший его вопрос. — Эта квартира когда-нибудь принадлежала Уилларду Спэннеру?

— Чёрта с два, — усмехнулся другой. — Мы просто приготовили это как сладкую глазурь для приманки.

Тут мужчина громко щёлкнул пальцами. — Проклятье! Один из этих типов всё ещё на свободе! Тот, что выглядит так, словно вот-вот умрёт. Они зовут его Длинным Томом.

Мужчина, который, казалось, был главным, посмотрел на часы.

— Займёмся им потом, — решил он. — «Сибриз» начнут разгружать примерно через час. Нам придётся двигаться быстро.

Теперь мужчины принялись надевать на Джонни и Ренни наручники, связывать и затыкать им рты; работали быстро и легко, с суровым спокойствием в манерах, словно совершенно уверены в своём положении и не ожидали никаких помех.

Они были более чем слегка поражены, когда Длинный Том из дверей модернистской приёмной сказал: — Всем стоять совершенно неподвижно.

Позади Длинного Тома стоял ящик, в котором Ренни и Джонни отнесли его наверх — как раз на случай подобной чрезвычайной ситуации.

* * *

Шестеро зловещих мужчин в квартире прежде сохраняли спокойствие, и теперь оно их не покинуло: они лишь повернулись, увидели супер-пистолет в бледной руке Длинного Тома, должным образом впечатлились и не делали возбуждённых движений.

Они медленно отвели руки от боков, позволили оружию упасть на ковёр и подняли ладони над головой.

— Сохраняйте это положение, — распорядился Длинный Том.

Он шагнул вперёд и освободил Ренни и Джонни, а те, в свою очередь, тщательно обыскали пленников и разоружили их. Обыск дал меньше, чем они надеялись: в карманах пленных были лишь деньги, а ярлыки внутри одежды аккуратно срезаны.

— Свяжите их, — предложил Длинный Том.

Так и сделали; завязки от штор и провода от торшеров послужили путами.

Длинный Том нахмурился на них и спросил: — Что это я слышал о «Сибризе»? Что такое «Сибриз»?

— Скаковая лошадь, — тут же ответил один из мужчин.

Длинный Том покачал головой. — Вы сказали что-то насчёт разгрузки…

— Конечно! — Другой пожал плечами. — Лошадь только что прибыла с юга поездом. Нам нужно её выгрузить.

Ренни прогремел: — Это ложь!

Мужчина выглядел обиженным. Длинный Том вопросительно поднял брови.

— «Сибриз» — новый океанский лайнер, — сказал Ренни. — Я читал о нём в газетах. Он прибывает сегодня, и на борту много золотых слитков. Их везут из Европы.

— Вот как! — Длинный Том свирепо взглянул на пленников. — Что произойдёт с «Сибризом»?

Никто ничего не сказал.

— Это просто совпадение! — прорычал один из банды. — «Сибриз» — скаковая лошадь.

— Это мы ещё выясним. — Длинный Том махнул в сторону двери. — Мы едем к пирсу, где швартуется этот океанский лайнер.

— Кто-то должен сторожить этих птичек, — прогремел Ренни.

— Можешь взять эту работу на себя, — сказал ему Длинный Том. — Ты о ней подумал.

Они недолго поспорили, и закончилось всё подбрасыванием монет, в котором проиграл Ренни; поэтому, ворча и выглядя очень серьёзным, он взял на себя охрану пленников, а Джонни и Длинный Том отправились к пирсу, где швартовался лайнер «Сибриз», чтобы выяснить, связан ли он с текущим делом.

Длинный Том и Джонни ехали вниз в лифте и останавливали такси перед многоквартирным домом в чрезвычайно бодром настроении.

Они были бы не столь веселы, если бы случайно заметили действия мужчины, в тот момент припарковавшего автомобиль дальше по улице, в двух десятках ярдов.

* * *

Мужчина в автомобиле поспешно наклонился, скрыв лицо, а когда вынырнул, чтобы проследить, как Длинный Том и Джонни исчезают из виду, держал перед собой газету непринуждённым образом, который, однако, надёжно его закрывал.

Выйдя из автомобиля, мужчина поднял воротник пальто и очень низко опустил поля шляпы. Он быстро пошёл и вошёл в многоквартирный дом, умудрившись отвернуть лицо от швейцаров.

В свободной руке мужчина нёс маленький футляр, в котором мог помещаться набор врачебных инструментов.

Лифт выпустил его на двадцать седьмом этаже. Он подождал, пока кабина уедет, затем скользнул к двери квартиры, куда заманили Длинного Тома, Джонни и Ренни.

Мужчина открыл маленький футляр. Сначала он достал резиновую маску, плотно облегавшую лицо. Это было самое настоящее фальшивое лицо с подкладкой, благодаря которой теперь казалось, будто у мужчины пухлые щёки, кривой нос и не один подбородок.

Из футляра появились также жестяная банка с винтовой крышкой и воронка, нижний конец, или носик, которой был сплющен. Мужчина просунул плоскую часть воронки под дверь. Он вылил в неё содержимое банки, и вещество — жидкость — потекло в квартиру.

Мужчина поспешно отступил, и стало очевидно, что он задерживает дыхание. Он подошёл к окну в конце коридора, открыл его и встал прямо на сильном сквозняке, который теперь задувал внутрь. Он глубоко дышал.

Он простоял там целых пять минут, сверяясь с часами. Затем развернулся и подошёл к двери квартиры, вытащив ключ из кармана. К счастью, второй ключ не оставили в замке, когда запирали изнутри, поэтому человек в резиновой маске без труда вошёл.

Вещество на полу испарилось. Мужчина задерживал дыхание, пока не открыл окна, затем вышел наружу и ждал, когда из квартиры выветрится газ, который он вылил под дверь.

Ренни и остальные находившиеся в квартире мужчины теперь были без сознания.