Последние несколько недель мы с Августом, когда мне хватало сил и я чувствовала себя неплохо, проводили обеденный перерыв за подготовкой к марафону. Наш учитель физкультуры, мистер Найт, помогал нам разогреться и вёл тренировку.

Мы нареза ли круги по нашему овальному полю, не слишком спеша и болтая на ходу, а после бега делали растяжку, выпивали как можно больше воды и сытно обедали. К нам иногда присоединялись ребята из спортивного клуба, которые от имени нашей школы участвовали в соревновании по бегу по пересечённой местности. Я подумывала над тем, чтобы в следующем году записаться в команду.

В прошлом месяце мама помогла мне открыть сбор пожертвований для Tour de Cure – благотворительной организации, которая финансировала разработку лекарств от рака. Мы сделали свою страничку на сайте и собрали уже двести пятьдесят восемь долларов. Больше половины от нашей цели в пятьсот. Хотя мы с подругами теперь редко общались, их родители пожертвовали нам по пятьдесят долларов, а ещё пожелали мне удачи на марафоне и в лечении.

Если я чувствовала себя уставшей или на улице шёл дождь, мы отправлялись в библиотеку. Август читал, а я изучала подъём на гору Косцюшко, самую высокую вершину Австралии. Мне не терпелось на неё взобраться. Посмотреть на эвкалиптовые леса под снегом и альпийские луга с яркими полевыми цветами. Я очень надеялась, что и животных мы там увидим – горных поссумов, вомбатов и гигантских мотыльков богонга. И хорошо проведём время в горах, где поют птицы и стрекочут насекомые, вдали от шума машин.

– Как думаешь, мы пробежим все десять километров забега без остановки? – спросила я, ещё не отойдя до конца от тренировки с мистером Найтом.

Август отложил книгу.

– Да, если не помчимся сразу на всех парах и не выдохнемся раньше времени. Будем бежать спокойно, не спеша.

– Как ленивцы?

– Ну, может, чуть быстрее, – со смехом ответил Август.

* * *

Мы стояли перед линией старта и ждали сирены, которая объявляла начало забега. Я нетерпеливо подпрыгивала на месте. День выдался тёплый, и я намазалась кремом от солнца, а на голову надела бейсболку с логотипом Tour de Cure. Небо было ярко-синее, почти безоблачное, и над нами жужжал вертолёт новостного канала.

– Расслабься пока, побереги силы, – посоветовал мне Август.

– Как тут расслабишься? – спросила я.

Вместе с нами ждали начала тысячи других бегунов и тех, кто собирался пройти всю дистанцию шагом. Наконец прозвучала сирена, и я схватила Августа за руку.

– Вперёд!

Мы направились от Милсонс-пойнт к мосту. Я видела его издалека и проезжала по нему вместе с папой, но вблизи он выглядел намного крупнее.

Мы бежали под стальными арками моста, похожими на огромную чёрную паутину. Вокруг играла музыка, стучали барабаны, раздавались свистки, тяжёлое дыхание…

У меня на груди значился номер 10 156, у Августа – 10 157. Интересно, какими мы придём к финишу?

Я сосредоточилась на асфальтовой дороге впереди, по которой уже бежали более быстрые участники забега. Для меня это был незнакомый маршрут, и я старалась быть аккуратнее, чтобы не упасть. Поэтому взяла Августа за руку, и мы побежали вместе. Так я чувствовала себя спокойнее. Папа постучал меня по плечу и крикнул:

– Догоню вас на финише! Телефон не выключай! Хорошо вам пробежаться!

– Тебе тоже, пап! Не нагружай колени!

По пути нам встречались люди в смешных костюмах – плюшевый мишка, Человек-паук, невеста в фате. Я смеялась, глядя на них, а потом крикнула Августу:

– В следующем году тоже нарядимся!

– Обязательно!

Сегодня он надел оранжевую флуоресцентную кепку, чтобы я могла легко его найти, если мы вдруг потеряемся. Августу досталась слишком большая футболка с логотипом забега. Она доходила ему почти до колен.

– Это так здорово! – воскликнула я, набираясь уверенности по мере того, как толпа вокруг нас редела. – Побежали быстрее?

– Конечно! Попробуем прорваться!

Мы поспешили вперёд, опережая более медлительных участников и родителей с колясками. А там по свободной дороге помчались мимо старых зданий из песчаника в районе Рокс. Мои ноги легко отрывались от земли, словно пружиня. Я чувствовала себя волшебно, будто могла бежать вот так бесконечно.

– В таком темпе нормально? – спросила я, прекрасно понимая, что до финиша ещё далеко.

– Вроде да!

На середине дистанции мы схватили стаканы с холодной водой и облили себя с головой. Добровольцы, которые выдавали воду, аплодировали нам и кричали:

– Молодцы! Удачи!

Переходить на шаг мы не хотели, особенно после всех наших тренировок с мистером Найтом, поэтому продолжали бежать в одном темпе через город в Гайд-парк, мимо оркестра, который играл для участников.

Мы преодолели отметку в семь с половиной километров, обозначенную на большой табличке, и забежали в Королевский ботанический сад. Там к нашим подошвам прилипали опавшие плоды смоковницы и помёт летучих мышей. Время пролетело ужасно быстро, но я не хотела, чтобы забег кончался.

– Почти на месте! – объявил Август. – Ещё восемьсот метров!

Мы приближались к белым «парусам» оперного театра и зелёным флагам финиша, стараясь держать прежний темп, и легко обгоняли уже вымотанных участников.

– Есть! – прокричал Август, когда мы рука об руку пересекли финишную черту.

Папа подарил ему умные спортивные часы, и он постоянно на них поглядывал, хотя в начале заявлял, что вполне обошёлся бы без такого подарка. Регулярно мне рассказывал, сколько шагов прошёл за день и какой у него пульс. И теперь вот надел их на забег.

– Пятьдесят шесть минут одиннадцать секунд, – сообщил Август, сверившись с часами. – Довольно быстро!

– В будущем я хочу пробежать нью-йоркский марафон. Ты со мной? – спросила я.

– Конечно!

Вокруг нас разносились крики восторга и одобрения. Ноги у меня дрожали, как желе, и я натёрла мозоли на пятках. На этот забег ушло много сил, но я всё равно была очень счастлива.

Мы легли отдохнуть на прохладную траву, потягивая сладко-солёные спортивные напитки, которые нам выдали добровольцы.

– Вот вы где! Мне вас было не нагнать! – воскликнул папа и рухнул рядом с нами, тяжело дыша. – Завтра всё будет болеть, – добавил он, растягивая мышцы.

– Сейчас вернусь, – шепнул мне Август.

Он куда-то ушёл, а потом подбежал к нам и вложил мне в руку что-то круглое и тяжёлое. Медаль участника забега на красной ленте.

ВЫПОЛНЕН ЗАБЕГ ХАРБОР-БРИДЖ, 10 КМ

Я погладила лицевую сторону медали с рельефом оперного театра на фоне моста Харбор-Бридж. Август говорил, что в категории стальных арочных мостов он самый большой в мире.

Я повесила медаль на шею и подумала, что было бы здорово собрать медали с забегов и марафонов по всему миру.

К нам подошли наши мамы, мы с трудом поднялись с земли и побрели на усталых ногах вслед за толпой, в сторону кафе «Сэйлс» в ботаническом саду. Август говорил, что там должны подавать самые вкусные земляничные вафли на свете. Он очень подробно изучил вопрос, даже знал рецепт их изготовления, и я ему доверяла.

– Ну, какой следующий пункт в списке? – спросила мама.

Список у нас так разросся, что мы перенесли его в документ на компьютере. Там он насчитывал уже пятнадцать страниц.

– Сходим на всемирно известный мюзикл «Гамильтон», на выставку «Живой Ван Гог» и поднимемся на самую высокую гору Австралии, – ответил Август.

Меня тут же охватило приятное волнение. Скорее бы очутиться на вершине Косцюшко и полюбоваться Снежными горами с высоты!

На следующей неделе мы встретимся с доктором Хабибом и узнаем, уменьшилась ли моя опухоль. Врачи провели уже четыре сеанса химиотерапии, и после каждого раза мне становилось плохо. Мы очень надеялись, что лекарство подействовало и уничтожило раковые клетки. Я скрестила пальцы на удачу и представила, как врач нам говорит, что мой рак вылечили.