Каждый, кто строил собственный дом, знает, что ничего особенно сложного в этом деле нет. Не советские же времена, когда любой гвоздь приходилось выгрызать. Так или иначе, но все строительные проблемы рано или поздно решаются.
Настоящие трудности начинаются там, где застройщик встречается с государством. А этой встречи ни при каких раскладах нельзя избежать в трех точках – вода, электричество, газ.
Дебютировали электрики. Осмотрев место происшествия, они постановили, что, во-первых, четыре киловатта будет маловато на эту постройку, нужно пятнадцать, а во-вторых, необходим дополнительный столб.
Второе требование оказалось роковым. Не по сути – с потребностью в столбе никто не спорил. Но оно дезорганизовало рабочий процесс на двое суток, потому что сошлись две непримиримые отечественные школы установки столбов – бетонировать ли основание, или это вредно.
Постепенно, оставив все другие занятия, в эту дискуссию втянулись все: бригада, копавшая яму; водила, доставивший предмет обсуждения; установщики системы снегозадержания, подававшие советы с крыши; продавцы столба по телефону и случайные прохожие. У меня своего мнения не было, оставалось слушать. У каждого был свой опыт и свои аргументы, но заканчивались они все стандартным предостережением – «…и по зиме он ебнется».
Победили в результате сторонники небетонирования с доводом «Что мы тут обсуждаем? Раствор все равно кончился». Столб пока пережил седьмую зиму, но, возможно, накопленная база эмпирических наблюдений недостаточна.
Затем настала очередь водоснабжения.
Бригада прокопала канаву, дошла до трубы на улице и объявила, что этот рубеж они пересекать не будут – пусть водоканал врезается, вызывай их.
На вызов приехала «буханка», на ней было написано «Водоканал». Из нее вышел человек в фирменной куртке, на ней было написано то же самое.
Он подошел к колодцу, заглянул в него и сказал: «Тут ничего не поделаешь. Это же старый советский чугун, я его только трону – вся округа утонет».
Но не должно, говорю я, быть нерешаемых проблем. Он отозвался загадочно, но обнадеживающе – через три часа, сказал, у меня смена кончается.
Через три часа приехал автомобиль «фольксваген» без опознавательных знаков, из которого вылез тот же человек, но уже в штатском. Он подошел к колодцу, встал на прежнее место, заглянул в него и сказал: «Ну, и в чем вопрос? Это же старый советский чугун, его проходить – одно удовольствие. Пятнадцать штук – нормально?»
Удачное взаимодействие с электриками и водоснабженцами внушило мне мысль, что я научился обращаться с государством. Газовщики показали, что это было заблуждение.
Как здорово, что вы к нам обратились, сказали мне в газовой конторе, это же мы занимаемся газификацией и снабжением населения голубым топливом по твердым расценкам и тарифам. Вообще не вопрос, решим вашу проблему в кратчайшие сроки. Естественно, бесплатно, мы же государственная организация, а не какая-то частная шарага.
После чего меня ознакомили со списком документов, которые необходимо собрать, чтобы они могли незамедлительно начать работать: справок, виз, разрешений, выписок и уведомлений. Я его даже дочитывать не стал. Ясно было, что если ввязаться в этот процесс, то заканчивать его будут уже правнуки.
Вам, спросили участливо, возможно, помощь понадобится, консультации какие-то? Я ответил, что в этом не сомневаюсь. Увы, говорят, это уже не к нам, это напротив.
Напротив обнаружилась дверь с табличкой «Газконсалтинг LTD». За ней царил хайтек – все сверкает и переливается, ниже MacPro на столах ничего не стоит, модельной внешности секретарша, чай-кофе, светская беседа. Да-да-да, всё под ключ, какие справки, забудьте эти глупости, это отныне наша забота, вечная гарантия, пожизненная техподдержка, все дела. Четыреста тысяч.
Деваться некуда, другого «Газконсалтинг LTD» в округе нету.
И работали они, как обещали, – с блеском. Микроавтобус Viano, аэрофотосъемка, дрон жужжит, цветной печати схемы на выходе, по три звонка «оцените качество работ и вежливость мастеров» после каждого визита.
Копать канаву, правда, приехали рядовые таджики. Достали схему, приступили. Докопали до улицы, еще раз сверились со схемой, нашли место, где проходит труба, пошли вглубь. Шесть метров прошли – нет трубы. Мы все стоим, как бараны, смотрим в яму, но труба от этого не появляется.
Хорошо, сосед вышел на улицу. Что, поинтересовался, ищете? Газ, говорю. Он не здесь, сообщает, он вон там – и показывает метра на три дальше.
Тут вступил старший по бригаде. А как же, говорит, вот у нас план, а на нем согласно аэрофотосъемке… Тебе, спросил сосед, газ нужен или план? Газ – там. А здесь что? – заинтересовался старший, – ну, в смысле, если дальше копать. Сосед сказал – Австралия.
Они копают в новом месте, мы стоим перекуриваем. Я жалуюсь: вот, пока с частными руками дело имеешь, все так или сяк, но решается, а как доходит до воды, электричества и газа, до государства, в смысле, – так хоть стреляйся…
Это правда, говорит. Но сейчас все-таки получше стало. Вот отец вспоминал – они с дедом наш дом строили в тридцать девятом. Дед был завскладом. Сам у себя два ящика гвоздей не украл, а купил. И срок-то божеский дали, пять лет. Беломор поехал копать под Медвежьегорск, это в Карелии. Потом рассказывали кто с ним сидел: война, и в сорок втором их вообще снабжать перестали, голод начался, воры его и съели. А газ этот – да, самый геморрой из всего.
Дорожные пробки есть везде, во всем мире. Факинг трафик, блядь, как говорят на Брайтоне.
Но они в большинстве случаев хорошо известны, подробно описаны и предсказуемы, поэтому особых хлопот не доставляют.
А пробки Москвы и Московской области – это какой-то вселенский апофеоз алогичности и непредсказуемости. Одна и та же дорога может занять сегодня сорок минут, а назавтра – три часа. Почему так происходит, от чего они образуются и куда потом деваются – этого не знает никто.
Поэтому, если вы на этих территориях хотите где-то оказаться вовремя, оставьте машину дома и пересаживайтесь на электричку. Перестав быть горожанином и превратившись в сельского жителя, я так и поступил. И не пожалел об этом ни разу, потому что сохранил репутацию пунктуального человека, это раз, а главное – мне открылся удивительный новый мир.
Так появился рассказ «Пригородное сообщение».