После нескольких часов тряски по ухабистым лесным дорогам Финн останавливает машину.

— Приехали!

Из первого внедорожника выпрыгивает лейтенант Райт, за ней вооруженный Деклан. Мы с отцом тоже выходим наружу.

— Это что, шутка какая-то?! Где, чёрт возьми, ваша лаборатория? — рявкает Брина, обводя нас яростным взглядом.

Перед нами простирается поляна. Ничем не примечательная, абсолютно пустая. Ни строений, ни следов человеческой деятельности. Лишь ветер гуляет, колыша сухую траву, и какое-то скрюченное дерево одиноко стоит в стороне.

Деклан, нахмурившись, бредёт по поляне, с досадой пиная сухие кочки.

— Здесь ничего нет… — удивлённо бормочет Тим, оглядываясь по сторонам.

Брина, вне себя от ярости, выхватывает блокнот из рук Тима:

— Дай сюда! Проверю координаты!

— Если записи верны, то мы должны быть на месте, — вставляет Чак, пожимая плечами.

Брина с остервенением сверяет цифры с данными на своем коммуникаторе. Её лицо темнеет с каждой секундой.

— Всё верно! Координаты те! Но здесь пусто! — рычит она, швыряя блокнот обратно Тиму.

— Может, лаборатория под землёй? — предполагает Деклан и отходит, осматриваясь по сторонам.

Вдруг земля под его ногами резко проваливается. Мы ахаем в ужасе, когда он мгновенно исчезает из виду, и замираем в оцепенении.

— Деклан! — через секунду кричит Брина и бросается к образовавшемуся провалу.

Мы все, охваченные тревогой, бежим за ней.

— Я в порядке! Цел, только ногу подвернул! — доносится из ямы приглушённый голос Деклана.

В панике заглядываем вниз и видим примерно пятиметровую глубину. Деклан сидит, привалившись спиной к земляной стене. С края ямы на него сыплются мелкие камушки.

— Ногой пошевелить можешь? — спрашивает Финн, присаживаясь на корточки.

— Да вроде.

— Сейчас вытащим тебя!

— Да уж постарайтесь, — ворчит пострадавший.

— Деклан, не делай резких движений. Финн, живо за верёвками! — командует Брина.

Внезапно Тим, опустившись на колени, лихорадочно перелистывает блокнот, бормоча себе под нос.

— Я думал… я думал, что это просто стишок… — шепчет он себе под нос. Но на него никто не обращает внимания. Финн уже направляется к багажнику машины. — Это же подсказка… подсказка… — продолжает Тим.

— Какой, к черту, стишок?! Что ты несёшь? — взрывается Брина.

Тим листает блокнот:

— Вот! Нашел! Послушайте! «Земля хранит секреты лет…»

— Лучше заткнись, пока я сама тебе рот не заткнула!

— Послушайте, этот стишок тут не просто так. Он указывает на настоящие координаты! — восклицает Тим, отчаянно жестикулируя.

— Мы должны полагаться на какой-то стишок, чтобы найти лабораторию? — с саркастичной усмешкой вмешивается Финн, возвращаясь с верёвкой. — Серьёзно?

— Смотрите, тут говорится: «Земля хранит секреты лет. В пустоте ответа нет. Спроси у рук, молящих в тишине. Кто видит, тот познает. Надежда не угаснет, как солнца луч в закате. Пройдут года, но память не простит, лишь сердце знает счёт пройденных ненастий…» — выпаливает Тим, неотрывно глядя в блокнот.

— Мы зря потратили кучу времени. Нам нужны факты, а не детские стишки, — скрещивая руки на груди, говорит Брина.

Возле неё стоят Финн и Рокси, их скептические взгляды направлены на Тима.

— «Земля хранит секреты лет» — это по-любому про подземную лабораторию. «В пустоте ответа нет» — это про яму!

— Ладно, допустим, — ухмыляется Брина. — И что нам это даёт?

— Я пока не знаю. «Спроси у рук, молящих в тишине» — может, мы должны что-то спросить у рук, — бормочет Тим, вглядываясь в свою ладонь.

— Тебе нужно лечить голову! Ты в курсе? — Брина раздражённо выдыхает и уже хочет отойти обратно к яме.

— Может быть, мы должны ощупать землю? «Спроси у рук». Руками мы должны ощупать землю, и тогда на что-то наткнемся? — робко предлагает Лиззи.

Брина фыркает, но уже без былой уверенности. Все словно пробуждаются от оцепенения и начинают осматривать поляну совсем другими глазами.

— Только будьте аккуратны. На этой поляне, видимо, имеются другие провалы. Постарайтесь не угодить в новый, — предостерегает всех Рокси.

Брина, Лиззи и Адам опускаются на корточки и начинают осторожно прощупывать траву вокруг ямы.

— Эй, а меня кто-нибудь вытащит отсюда? — доносится недовольный голос Деклана.

— Деклан, ощупай внимательно стены, поищи что-нибудь необычное — возможно, найдешь вход или что-то в этом роде! — приказывает ему лейтенант.

— Да нет тут ничего, кроме сырой земли!

Обвожу поляну взглядом. Огромная, безжизненная. Если лаборатория и скрыта под землей, как мы должны отыскать вход? Тут дня три уйдет, чтобы прочесать все это поле. Мой взгляд то и дело цепляется за старое дерево в стороне.

— Кажется, что-то есть, — кричит Адам, сопя, пытаясь что-то выкопать. — Тут камень! Под травой большой камень!

Все молниеносно подбегают к нему, помогая выгребать землю вокруг камня и пробовать его сдвинуть.

Вновь обращаю свой взгляд к дереву. Почему оно так настойчиво притягивает меня? Обычное дерево. Таких много. Одиноких тоже хватает. Но это… словно израненный воин, переживший битву с самой стихией. Когда-то в него ударила молния и оставила шрамы на стволе.

— Обычный камень… — разочарованно вздыхает Лиззи.

— Нет. Так дело не пойдёт. Это гиблое место. Мы не будем выкапывать каждый камень, лучше вернуться в город, — говорит Рокси усталым голосом.

— Но тут в стишке…

— Да оставь ты в покое этот блокнот! Это изначально была плохая идея — сюда приехать! — безапелляционно отрезает Финн.

— Это дерево… — хрипло шепчу я и медленно иду к нему. Все замолкают, словно по команде. — «Спроси у рук, молящих в тишине…» Ветки у дерева похожи на руки и тянутся к небесам, как будто возносят беззвучную молитву…

Искалеченное, но не утратило веры…

Почему-то сердце сжимается от этих мыслей.

Все подбегают к дереву, внимательно изучая каждую деталь. Кора изъедена временем, покрыта мхом и лишайником.

— И действительно, ветки дерева похожи на руки молящегося, — пораженно шепчет Адам, проводя ладонью по шершавой коре. — И что дальше? В этом дереве что-то спрятано? — оборачивается он к Тиму.

— Не знаю. Но глянь, сколько шрамов оставила молния на этом дереве. Может, попробуем посчитать отметины?

— Подождите, — Лиззи вдруг замирает, её лицо светлеет от озарения. — «Солнца луч в закате» — это запад. Мы должны повернуться лицом на запад и отсчитать шаги. «Счёт пройденных ненастий» — это сколько лет прошло с момента эпидемии. Двадцать два года с момента катастрофы. Значит, двадцать два шага!

Наступает тишина. Все взгляды устремляются на серую мышку, в них читается почти благоговейное восхищение. Господи, ещё немного, и над головой Лиззи засияет нимб святой пророчицы. Неужели никого не смущает, что кто-то дёргает нас за ниточки, плетя сложную игру?

— Двадцать два шага на запад? — переспрашивает Финн.

Лиззи уверенно кивает. Брина, не дожидаясь дальнейших указаний, разворачивается лицом к западу и делает первый шаг…

— Нет, — неожиданно вмешивается отец, вырывая всех из зачарованного состояния. Группа недоумённо моргает, глядя на него. — Если бы мы нашли блокнот на год раньше или позже, счёт был бы совсем другим. Значит, речь не о годах.

— Прекрасно, — раздраженно вскидывает руки Брина, возвращаясь. — И что теперь? Искать новую подсказку? Где?

— Стих задуман иначе, — спокойно объясняет папа. — «Лишь сердце знает счёт пройденных ненастий» — это не календарь. Это шифр. Ключ спрятан внутри стихотворения, а не снаружи.

Растерянные взгляды членов группы беспокойно скрещиваются. Тим, нахмурившись, изучает листок в блокноте. Лиззи поджимает губы от осознания допущенной логической ошибки.

— Внутри стиха? — переспрашивает Тим. — То есть… считать буквы, слова, рифмы?

— Именно, — кивает отец. — Годы, шрамы на дереве — это внешние ориентиры, обманчивые подсказки. А шифр — литературный. Каждое слово, каждый слог может быть ключом. «Кто видит, тот познает».

— Да ну, — скептически хмыкает Брина. — Всё это слишком просто, чтобы быть правдой…

— Иногда гениальность кроется в простоте, лейтенант Райт, — чуть улыбнувшись, замечает отец. — Попробуйте для начала сложить число слов в каждой строчке.

Тим, словно одержимый, склоняется над блокнотом, водя пальцем по исписанной странице, его губы беззвучно шепчут что-то неразборчивое.

— Тридцать восемь… — наконец выдыхает он.

Отец, обернувшись к лейтенанту, едва заметным жестом указывает на запад. Дескать, начинай отсчёт.

Брина набирает в грудь побольше воздуха:

— Один… — шёпотом выдыхает она. — Два…

Наконец лейтенант замирает на последнем шаге, и мы все замираем вместе с ней. Напряжение нарастает. Обмениваемся взглядами. Смесь страха и надежды витает между нами. Финн, Адам и отец опускаются на колени и начинают ощупывать землю.

— Да чтоб меня! — выдыхает Адам, отбрасывая в сторону листья. — Здесь что-то есть!

Под слоем земли, сухой травы и листвы показывается металлическая плита. Лаборатория, спрятанная по землей, наконец-то найдена.

Под натиском Финна и Адама люк поддается с противным скрипом, будто сопротивляясь вторжению. В нос ударяет спёртый запах сырости.

— Нужно вытащить Деклана! — командует Брина. — А потом исследуем эту лабораторию!

Финн коротко кивает и бежит к яме. Брина тем временем достаёт фонарик и освещает узкую крутую лестницу.

— Деклан, Деклан!

Внезапный крик Финна заставляет нас всех вздрогнуть и обернуться. Он, склонившись над ямой, поднимает на нас свой взгляд, полный ужаса.

— Его нет!

— Что значит нет? — Брина бросается к нему.

Мы все подбегаем к яме. Сердце пропускает удар. Недоумение смешивается с ужасом. Брина и Рокси направляют лучи фонарей вниз. Свет мечется по голым земляным стенам, не находя ничего, кроме камней и глины.

— Куда он мог деться? — сдавленно произносит Брина. — Может, он выбрался и сидит в машине или пошел отлить?

— Мы бы его увидели, — мрачно обрывает её Финн. — И в машине пусто.

— Но он же не мог просто раствориться в воздухе, — бормочет Рокси.

Я снова смотрю в яму, вглядываюсь в каждую трещину, в каждый сантиметр. Земля, глина, камни — ничего, что могло бы дать хоть какое-то объяснение исчезновению Деклана. Ничего, кроме нарастающего парализующего страха.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт! — Брина яростно бьёт кулаком землю, её взгляд мечется. Встает с колен. — Деклан… Он просто сам вылез из ямы, ведь так? Ушел. Да, он просто ненадолго отошел, пока мы возились с люком. Сейчас найдется. Обязательно найдется. Мы бы услышали звуки выстрелов, почувствовали вонь некроформов, если бы они сунулись сюда.

— Кровь…

— Что?

— В яме бы была кровь, если бы его сожрали эти твари, — тихо заканчивает Адам.

Брина разворачивается к нему, её свирепый взгляд прожигает его насквозь.

— Кровь, значит?! Послушай меня, умник хренов. Мы здесь из-за вас и вашего долбаного блокнота! Так что дуй в лабораторию и попробуй только не найти что-нибудь стоящее!

Адам под натиском отступает на шаг. Брина, тяжело дыша, переводит взгляд на люк в земле.

— Чак, Рокси, спускаетесь первыми. Я с учёными в середине. Финн замыкает.

Я неуверенно подхожу к люку. Несколько раз судорожно вздохнув, осторожно переступаю через край и начинаю медленный и опасный спуск по ржавой лестнице. Лиззи идет следом, стараясь не отставать.

Внизу нас встречает гнетущая тишина, пропитанная могильным холодом. Отец встаёт рядом со мной, находит мою руку и крепко сжимает. Инстинктивно тянусь к похолодевшей ладони Лиззи. Не то чтобы хочу уберечь её от опасности, но на то, как она вся сжимается и трясется, уже невыносимо смотреть. Лиззи удивленно оборачивается и смотрит на наши сцепленные руки. Медленно поднимает на меня взгляд, полный безмолвной благодарности.

— Только не трясись! — говорю, и серая мышка кивает.

Бойцы освещают стены, покрытые плесенью. Привычный уже смрад гнили бьёт в нос, вызывая тошноту. Воздух настолько густой и влажный, что его можно потрогать, ощутить его липкую хватку.

— Тут, похоже, генераторная, — говорит Рокси, и в тот же миг раздается щелчок рычага.

Нашему взору открывается длинный коридор, освещенный тускло мерцающими лампами. Вдоль стен тянутся трубы и кабели.

— Держимся вместе, — шёпотом приказывает Брина, вскидывая пистолет.

Каждый наш шаг отмечается гулким эхом, усиливая ощущение зловещей пустоты. Бетонные стены местами заросли мхом.

Следующее помещение оказывается складом. Полки, заставленные ржавыми контейнерами, пустыми коробками и обрывками ткани. В одном из углов на полу валяется истлевший комбинезон с эмблемой в виде стилизованной спирали ДНК.

— Похоже, это по вашей части, доктор Вендель, — хмыкает Чак, рассматривая эмблему. — Интересно, над чем они тут работали…

Мы не задерживаемся и продвигаемся дальше, снова попадая в длинный коридор. Стены увешаны потрескавшимися плакатами с изображением ДНК, клеток и микроорганизмов. Коридор ведёт к нескольким дверям, на которых висят ржавые таблички с надписями «Лаборатория генетики», «Отдел исследований».

— Ну и в какую дверь зайдем? — тихо спрашивает Брина.

Внезапно Лиззи вздрагивает и испуганно ахает.

— Что такое? — встревоженно спрашиваю я.

— Там… — она дрожащим пальцем указывает вглубь коридора. — Там кто-то есть …

Рокси и Финн мгновенно направляют туда дула автоматов. При тусклом мигающем свете сложно что-либо увидеть, но там действительно что-то есть. Какое-то белое бесформенное пятно в конце коридора. Мы медленно приближаемся, у меня мурашки бегут по коже.

Подойдя ближе, мы видим странную картину: на полу лежат десятки белых — точнее, когда-то белых — медицинских халатов. Они разбросаны, словно люди в панике снимали и швыряли их, убегая от чего-то ужасного.

Но это ещё не всё. В центре этой кучи халатов лежит человеческий скелет. Рядом с ним валяется скальпель с засохшими бурыми пятнами.

— Боже мой… — шепчет Лиззи, отступая назад и натыкаясь на меня.

— Что здесь произошло? — хрипло выдыхает Тим.

Брина и Финн опускаются на корточки возле скелета, осматривая его и пытаясь, вероятно, определить причину смерти. Финн, прищурившись, водит фонарем по стенам.

— Никаких следов борьбы, — констатирует он.

— Давайте отсюда уходить, — умоляет Лиззи. — Мне здесь не нравится.

— Нам нужно осмотреть остальную часть лаборатории, — возражает Брина. — Вдруг здесь есть информация о вакцине, мы не можем просто уйти, раз уже оказались здесь.

Брина поднимается и жестом приказывает идти дальше.

Не отпускаю рук отца и Лиззи, рвано дышу. Или это Лиззи? Или мы все?

Финн идёт первым, осторожно ступая по осколкам и мусору. Рокси прикрывает его, внимательно осматривая коридор. Брина с оружием наготове осторожно шагает рядом с нами. Мы стараемся не издавать ни звука. Атмосфера становится все более гнетущей.

Наконец мы останавливаемся перед дверью с табличкой «Вирусология».

Финн и Рокси, прижавшись спинами к стене по обе стороны от неё, прислушиваются и едва заметно качают головой, давая понять, что ничего не слышат. Брина кивает, разрешая действовать. Финн медленно нажимает на ручку и плавно открывает дверь. Вся наша группа замирает в напряженном ожидании.

Комната заполнена лабораторным оборудованием: колбами, пробирками, микроскопами. На столе какие-то приборы, переплетенные провода.

— Проверьте здесь всё, — бросает Брина, не сводя взгляда с коридора.

Тим и Адам обыскивают помещение, Чак пытается включить компьютер — безуспешно.

Я скольжу взглядом по полкам, заставленным пробирками и флаконами с мутной жидкостью. Брезгливо морщусь, отворачиваюсь от одного из сосудов, содержимое которого вызывает тошнотворные ассоциации: то ли сгусток гноя, то ли колония плесени, разросшаяся в склянке. Вникать в подробности не хочется.

Натыкаюсь взглядом на отца. Он стоит возле большой чёрной доски, его взгляд прикован к чертежам на ней, уравнениям и формулам. Половина из них стёрты от времени или спешки. Папа что-то бормочет себе под нос, водя пальцем под надписями. Я не понимаю ни слова из того, что он говорит, но вижу, как напряжено его плечо.

— Что здесь написано? — спрашивает Брина.

— Они… искали лекарство. Пытались понять принцип работы вируса, чтобы создать антидот. Эти формулы… это отчаянные попытки расшифровать механизм переписывания ДНК… — Отец тяжело вздыхает, проводит рукой по лицу, взглядом пробегая по этим уже никому не нужным формулам. — Тогда все считали, что это просто новая особо агрессивная мутация. Пытались выделить антитела, создать вакцину. Использовали образцы тканей, кровь. Но вирус оказался другим. Он не просто убивал клетки, он их… — Отец замолкает на полуслове, уставившись в одну точку на доске.

— Ладно, док, хватит страдать по прошлому. У вас опыта побольше, так что ищите то, что приведёт нас к результату, — пытается вернуть его в суровую реальность Брина.

Но отец не отвечает. Он её будто вообще не слышит. Подняв с грязного пола обломок мела, он дрожащей рукой одним махом стирает часть старых записей и быстро выводит новое уравнение.

— Эй, всё, хватит! У нас нет времени! Пора собирать образцы!

Отец продолжает что-то бормотать, исписывая доску непонятными знаками.

— Доктор Вендель! — повышает Брина голос, шагая к нему и привлекая внимание остальных членов команды. — Я сказала, пора собирать образцы и сваливать! У нас нет времени возиться с древней писаниной, которая всё равно ни к чему не привела!

Понимая, что назревает конфликт, я решаю вмешаться. Подхожу к папе и осторожно касаюсь его плеча:

— Пап… Пап.

Но он резко отмахивается от меня, его глаза неестественно блестят. Тим, Лиззи и Адам бросают обыск и подходят к нам, растерянно всматриваясь в меловые строчки.

— Он что, бредит? — тихо спрашивает Тим.

Лиззи, нахмурившись, изучает символы, которые мне кажутся просто бессмысленным набором закорючек.

— Здесь нарушены все законы генетики…

— Похоже, доктор Вендель пытается восстановить какую-то последовательность, — качает головой Адам. — Но это же бессмыслица…

Вдруг отец отбрасывает мел, будто обжёгшись о него, поворачивается ко мне, стальной хваткой больно стискивает запястье и буквально тащит меня прочь. В его карамельных глазах полыхает дикий ужас.

— Нам нужно уходить, — хрипит он, затравленно оглядываясь по сторонам. — Здесь опасно. Очень опасно.

Брина перегораживает путь и хмурится.

— Мы никуда не уйдем, пока ты не соберёшь эти чёртовы образцы!

Отец игнорирует её, продолжая бессвязно шептать под нос о том, что нужно бежать. Его адекватность тает на глазах. Что его так сильно подкосило?

— Эй, пап, — пытаюсь вырвать руку из его хватки. — Пап, успокойся. Все хорошо. Мы сейчас соберём образцы и уйдем отсюда. — Отец смотрит на меня абсолютно потерянным взглядом. Мне становится по-настоящему страшно за него — таким его я вижу впервые. — Пап, всё хорошо…

— Нет, нет, нет… — судорожно мотает он головой. — Как мы могли это проглядеть? Почему?..

И вдруг резко отталкивает меня, подбегает снова к доске и дрожащей рукой начинает яростно писать на стене какие-то новые формулы и символы.

Брина теряет терпение.

— Хватит! — рявкает она и хватает отца за плечо. — Что ты творишь, чёрт возьми? У нас задание! Образцы! Ты тратишь время!

Знаки на доске становятся всё более крупными и хаотичными. Мел крошится в дрожащих пальцах, оставляя неровные, жирные линии. Ганс Вендель, всегда собранный, сейчас выглядит как одержимый фанатик.

Закончив, он поворачивается к нам и тяжело, со свистом, дышит. Лицо бледное, покрытое крупными каплями пота.

— Они не должны… Они не должны были…

И вдруг он безумно хохочет. Как хохотал Дэвид Финчер. Брина смотрит на него с глубоким отвращением.

— Да ты, мать твою, окончательно двинулся! Лиззи, Тим, Адам — живо пакуйте образцы в контейнеры! Скорее!

— Не прикасайтесь к ним! — истошно кричит отец, отшвыривая Лиззи и Адама в сторону от стеллажей. — Уходить! Нам всем нужно бежать! Немедленно!

Брина, окончательно потеряв контроль, выхватывает из кобуры пистолет и наводит его прямо в грудь моему отцу.

— Или ты собираешь образцы, или…

Я молниеносно встаю перед ней, закрывая отца собой.

— А не пошла бы ты к чёрту! — цежу я сквозь зубы. — Посмотри на него! Он напуган до смерти! Он не в себе. Ему нужна помощь.

Брина сужает глаза, но пистолет не опускает. И всё же я знаю: она не выстрелит — не позволит им протокол, вызубренный мной до последней запятой.

Напряжение в воздухе накаляется до предела. Все замирают и переглядываются. Лиззи, Тим и Адам вжимают головы в плечи.

— Брина, Астрид права — нужно валить отсюда, — пытается утихомирить лейтенанта Рокси. — К чёрту эти образцы. Эта лаборатория не входила в наш план. У нас уже есть потеря, если Деклан не найдётся…

Брина медленно опускает оружие, но взгляд её остается жестким и полным неприкрытой злости.

Вдруг откуда-то издалека доносится тихий звук, словно кто-то скребёт по металлу. Все мгновенно застывают, переставая дышать. Звук повторяется, становясь отчётливее и ближе.

— Что это? — бледнея, шепчет Адам в испуге.

— Не знаю, — отзывается Тим и приподнимает палец, указывая на коридор. — Кажется, доносится оттуда…

Отец крепко сжимает мою руку, на его бледном лице маска ужаса, но в глазах уже нет безумного огня, который так меня напугал. Я должна увести его отсюда, подальше от этого места.

Брина жестом приказывает Рокси и Финну двигаться вперёд. Те бесшумно скользят в коридор, передергивая затворы. Дула их оружия рыщут из стороны в сторону, выискивая источник звука и готовые в любую секунду устранить некроформов. Рокси едва заметно качает головой, давая понять, что в коридоре чисто. Брина бросает на остальных взгляд и кивком приказывает двигаться к выходу из кабинета «Вирусологии».

Скрежет повторяется, уже отчётливо, и доносится он из-за двери с табличкой «Хранилище». Бойцы синхронно вскидывают автоматы, направляя их на запертую дверь. Финн поднимает три пальца, два, один и с треском выбивает дверь ударом ноги.

Внутри пусто. Потом звучит ужасающий скрежет. И вдруг с грохотом с потолка сваливается фигура, обрушивая на пол куски ржавой трубы и облако пыли.

Вздрагиваю от неожиданности. Бойцы мгновенно наводят дула автоматов.

Фигура стонет, поднимая голову. На грязном лице проступает знакомое выражение.

— Деклан? — изумлённо спрашивает Рокси.

Он стонет, пытаясь сесть.

— Нет, мать вашу, Санта-Клаус с опозданием, — хрипит Деклан.

— Живой… — с облегчением выдыхает Рокси, опуская автомат.

Поднимаю взгляд на образовавшуюся дыру в потолке. Выходит, Деклан пробирался по старой вентиляционной трубе.

Брина подходит ближе и, присев на корточки, пытается его осмотреть.

— Куда ты, чёрт возьми, пропал? И как оказался здесь?

Деклан садится, откашливаясь.

— В той яме нашёл замаскированный вентиляционный люк. Звал вас, орал как резаный. Но вы, видать, все резко оглохли. — Он бросает укоризненный взгляд на Финна и Рокси. — Решил проверить, куда ведёт ход. Только протиснулся, как чёртов люк за мной захлопнулся намертво. Пришлось ползти вперёд по этой консервной банке, моля о том, чтобы не сдохнуть.

Лейтенант Райт недовольно хмурится, но протягивает руку, помогая ему подняться.

— Эй, гляньте-ка! А тут терминал рабочий! — доносится из угла возглас Чака. — Кажется, система до сих пор функционирует!

Мы все устремляемся к захламлённому столу.

На пыльном мониторе вспыхивает полоса загрузки, а затем запускается видеозапись. На экране появляется бледное лицо мужчины в лабораторном халате. Его волосы взъерошены, под глазами залегли чёрные тени, а на губах играет маниакальная торжествующая улыбка.

— Привет, неудачники! — звучит из динамиков хриплый голос. — Не стоило вам совать сюда свои любопытные носы… — Он издаёт короткий, жуткий смешок. — Жалкий человеческий род сгинет в муках и отправится на свалку истории! Грядет новый рассвет! Я слышу их! Они шепчут мне! Да! Шепчут!

Его взгляд становится ещё безумнее. Учёный приближается к экрану, смотрит в одну точку, словно действительно слышит голоса в пустой комнате.

— Что? — он нервно облизывает пересохшие, потрескавшиеся губы. — Ах да! Совсем забыл. Раз уж вы видите это послание, значит, вы скоро подохнете. Обратный отсчет запущен. Я заминировал всё вокруг. Механизм пришел в действие, как только этот ролик начал проигрываться. Через… пять жалких минут вы все обратитесь в прах.

Экран мгновенно гаснет. Наступает гробовая тишина. Секундный ступор прерывается резким толчком в плечо и полным паники криком над самым ухом:

— Твою мать! Бежим!

— Сматываемся!

— Живо!

Все разом бросаются к узкому выходу. Выскакиваем в тёмный коридор. И на пределе сил несёмся наружу.

Меньше пяти минут. Этого недостаточно, чтобы покинуть подземную лабораторию. Недостаточно, чтобы спастись.

Бегущий впереди Тим спотыкается, но Финн подхватывает его на ходу и тащит за собой.

— Быстрее! — кричит он, на бегу подгоняя всех.

Отец, задыхаясь, тяжело бежит рядом со мной. Коридоры кажутся бесконечными. Да и в верном ли направлении мы мчимся? Слышу под ногами хруст. Бросаю мимолётный взгляд — я наступила на скелет. Это ориентир — мы уже близко к выходу.

И вот долгожданная лестница наверх. Первым лезет Финн. Следом Лиззи. Хочу подтолкнуть отца, но он успевает подтолкнуть меня вперёд. Я оборачиваюсь, чтобы воспротивиться. Но тут Рокси яростно рявкает:

— Не задерживай! Наверх!

И я не медлю. Выбираюсь на поверхность. Финн хватает меня за руку и помогает быстрее освободить проход. Сердце колотится бешено. Оглядываюсь — отец ещё не вылез.

— Папа! Давай! — кричу, протягивая в люк руку.

Но из него появляется бледное лицо Тима. Финн одним рывком выдергивает его, освобождая путь… снова не моему отцу — вместо него появляется Брина.

Внизу раздается грохот. Земля под ногами ощутимо вибрирует.

— Быстрее! Сейчас всё обвалится к чертям! — орёт Брина.

После второго оглушительного грохота земля начинает проваливаться.