Лунги стоял за спинами суетящихся возле пульта людей, делая вид, будто изучает устройство криокапсул. На самом деле его внимание было приковано к Тинил. Женщина стояла сбоку от пульта и молча наблюдала за действиями Кагье и Михаила.

Тинил. Её имя звучало приятно, хотя и непривычно. У Лунги было много женщин за его длинную жизнь, но никогда он так на них не реагировал. Это удивляло и немного пугало.

— Аглая, кто такая Маруся? Местный переводчик-полиглот? — Повернувшись к бывшей подчинённой, спросил Лунги.

— Она — искусственный разум. Только при появлении магии её возможности сильно снижаются, поэтому Маруся сейчас обычная программа, которая создаёт видимость того, что умеет думать.

— У них разрешён Искусственный Разум?

— Я тебе больше скажу, у них даже андроиды есть, которые оснащены летальным оружием. — Невесело улыбнулась Аглая. — Но хотя бы в них Искусственный Разум не используется.

— Значит, их цивилизация ещё не прошла через цифровое безумие. — Повторил её улыбку Лунги. — Надо их предупредить.

— Предупреждала. Иван в целом согласен со мной, но его миру эта проблема не грозит. У них не работает электроника из-за причин фундаментального характера. При этом командовать в чужом мире он не хочет. Иван считает, что каждый сам делает свой выбор.

— Подожди. — У Лунги все томные мысли разом вылетели из головы. — Что ты сказала про другой мир?

— Я думала, ты уже догадался, глядя вокруг, что это анклав из другого мира. Из другой вселенной, если хочешь точности. Иван со Степаном из третьего мира. Этакий перекрёсток миров образовался на этой планете. У Ивана мир магический, поэтому он так хорошо разбирается в магии. Мир Михаила освоил межпространственные порталы. Так, он попал в наш мир.

— Одно дело догадываться, а другое знать. — Задумчиво ответил Лунги. — На корабле знают?

— Максимум догадываются, как и ты, но никто не полезет в зону КПА проверять догадки. — Аглая покачала головой. — Лучше вживайся в новый мир, капитан, и не рассчитывай на прилёт другого корабля.

— У вас какие-то проблемы? — Подошла к ним Тинил. Синхронный перевод зазвучал из невидимых динамиков. — Помощь нужна?

— Ничего серьёзного. — Ответила Аглая, так как Лунги опять завис, засмотревшись на Тинил. — Потихоньку ввожу капитана в курс дела. Мне было легче воспринять ситуацию через связь с Мишей, а ему тяжело ломать стереотипы.

— Я бы не назвала вашу ситуацию простой. — Заметила Тинил. — Лунги, у вас кто-то остался там? — Она кивнула наверх.

— Никого близкого. Только дальние родственники. Я слишком долго летаю и много времени провожу в космосе, чтобы снова обзаводиться семьёй. Точнее, летал. — Поправился он.

— Вы пообщайтесь. — Предложила Аглая, отходя в сторону. — Тинил, расскажи Лунги, как вы здесь живете. Пусть втягивается в новую жизнь.

«Очень конфиденциальное общение получится!» — усмехнувшись про себя, подумал Лунги. Перевод их разговора слышали все, находящиеся в комнате.

* * *

Мы заканчивали обед, когда дверь открылась и в комнату вошли Аглая с капитаном. Оба поморщились, уловив насыщенный запах нашего обеда.

— Что я тебе говорила? — Услышал я синхронный перевод слов Аглаи, обращённых к Лунги. — Иван, удели время капитану. У него есть к тебе вопросы.

— Если не горит, то давайте через полчасика встретимся на улице, на свежем воздухе. — Предложил я. — Мне надо испытать самолёт, заодно и поговорим.

— Хорошо. — Согласилась Аглая, убедившись, что капитан не против.

* * *

После еды моё состояние заметно улучшилось, что навевало определённые мысли. Надо потрясти алхимиков, может, они смогут создать для меня зелье, позволяющее работать с рунами более интенсивно. Пусть не на постоянной основе. Иногда возникают экстренные случаи, когда надо сделать много и быстро. Даже если потом придётся долго отлёживаться.

Мы со Степаном поднялись в ангар. Первым делом я направился к конструкту, проверяющему скорость передачи информации по магическому каналу. Он состоял из двух одинаковых частей, распечатанных на 3D-принтере и снабжённых плотными непрозрачными крышками. Конструкты требовались для маго-электрического сопряжения. С их помощью Маруся сможет передать тестовый пакет данных с одного конструкта на другой и замерит пропускную способность канала связи.

Я долго ломал голову над этими конструктами, пока меня не выручила проснувшаяся нейросеть. Она, как всегда, вывалила готовое решение, основанное на оптическом эффекте. Магические конструкты легко генерируют свет и, как оказалось, также легко на него реагируют. В этой вселенной испытывать маго-химический драйвер смысла не было. Хотя его конструкцию нейросеть тоже предложила.

После активации сознание я не потерял, но мне заметно поплохело. Естественно, что вторую часть конструкта сразу активировать не удалось. Значит, предел, связанный со сложностью, у меня всё-таки есть, а перешагивание через него равносильно пропуску хорошего удара в боксе.

Я дождался, пока пройдёт головокружение, и начал настройку. Нужно было совместить висящую над конструктом светящуюся точку со световодом. Это оказалось нетрудно. Закончив, я пошёл помогать Степану.

* * *

Самолёт, разобранный на части, я перенёс на улицу в пространственном кармане. Экспериментировать и прятать его целиком не стал. Сейчас я хотел нормально добраться до дома, а не продираться через препятствия, которые сам себе создал. Мы заканчивали сборку, когда на крыльцо вышел капитан. Один. Осваивается потихоньку.

— Капитан, как у тебя со способностью переходить в сумрак в случае опасности? — Спросил я.

— Нормально. Это наша базовая способность. С ней ничего случиться не может. Пока ты жив. — Капитан был удивлён вопросом. — Почему интересуешься?

— Нужно испытать вот этот агрегат. — Я похлопал по кабине самолёта. — Будучи сумеречниками, мы не разобьёмся в случае аварии. Не хочу рисковать Степаном.

— Это ведь самолёт. — Уверенно заявил Лунги. — Он использует аэродинамические плоскости для создания подъёмной силы. Ты рассчитываешь выжить, если упадёшь с высоты?

— А разве нет?

— Странно, что ты этого не знаешь. Скажем так, само падение тебя не убьёт. Сработает инстинкт, и ты провалишься под землю. Кислорода там нет. Если не успеешь выбраться на поверхность, то рискуешь элементарно задохнуться. — Капитан покачал головой. — Это не самая лучшая смерть, к которой я стремлюсь. Обычные люди, при падении с высоты, имеют намного больше шансов выжить. Травмы и переломы можно вылечить. Собрать сумеречника, развалившегося на атомы, ещё никому не удавалось.

Я задумался над его словами. Задохнуться мне не грозило, но сразу родился другой вопрос:

— А в космосе как?

— То же самое, только наоборот. Выкинет за пределы корабля. В вакуум.

— Ну нет, так нет. — Я повернулся к Степану. — Залезай. Капитан не хочет рисковать, а проверять нужно с полной нагрузкой.

— Я тоже не горю желанием разбиться насмерть. — Хмыкнул Степан, тем не менее забираясь внутрь. — Надо было для меня места побольше сделать. Я бы в боевой ипостаси полетел.

— Для тебя надо баржу с крыльями делать. Потому что ты с каждым разом всё больше и больше становишься. — Парировал я.

Лунги с интересом следил за нашими действиями и прислушивался к разговору, но вмешиваться не торопился.

Усевшись, я активировал опорные конструкты, поднимая самолёт над землёй.

— Готов? — Спросил я и, не дожидаясь ответа, перевёл рычаг мощности наполовину.

Самолёт словно пнули сзади. Меня вдавило в сидение ускорением, при этом нос самолёта начал приподниматься. Если бы я не среагировал вовремя, подав штурвал от себя, полёт закончился бы мёртвой петлёй. Похоже, мы с Марусей немного перестарались с компенсацией опрокидывающего эффекта. Удерживая штурвал одной рукой, другой я убавил тягу.

Самолёт продолжал подниматься, набирая скорость и высоту одновременно. На скорости около ста двадцати километров в час, эффект от неравномерного обдува плоскости крыла сошёл на нет и дальше самолёт вёл себя как обычный, выполненный по классической схеме.

Руны, создающие воздушный, поток были нанесены только на верхнюю часть крыла. Точнее, они создавали тягу исключительно над плоскостью. Такой подход позволял сократить пробег при взлёте и посадке. Не то чтобы я сильно переживал по этому поводу, но если есть возможность получить дополнительный плюс без лишних затрат, почему бы им не воспользоваться.

Из-за спины послышался облегчённый выдох, как только самолёт выровнялся.

— Не дрейфь, Степан. — Радостно заявил я. — Мы летим и это главное! Двести километров в час — скорость. — Под нами проплывал разрушенный войной город. Чтобы не вылететь за его границу и не попасть под огонь случайного стрелка, я совершил плавный разворот. — Маруся, давай откалибруем приборы. Какая скорость согласно показаниям спутника?

* * *

Калибровка заняла около двадцати минут. Установленные в кабине механические приборы исправно показывали основные параметры. Высокоточная механика и новые материалы, значительно упростили, как сами приборы, так и их настройку.

Испытывать самолёт на максимальной скорости не стал. До трёхсот он спокойно разгонялся, а дальше усилие, прикладываемое к штурвалу, скачком увеличивалось. Скоростное пилотирование я решил оставить для экстремальных случаев. Для нас и триста километров в час лучше, чем плыть на корабле или добираться вплавь.

— Стёпа, готовься. Будем садиться. — Предупредил я.

«Улица», с которой мы взлетали, была достаточно широкой для нашего самолётика, и надеюсь, достаточно длинной. Сбавив скорость до сотни, я пролетел над краем стены и начал убавлять мощность, подаваемую на руны. Самолёт словно не хотел возвращаться на землю. Он практически повис на месте, прежде чем рухнуть вниз. Повезло, что мы не кувыркнулись в воздухе и упали плашмя, спружинив силовыми «амортизаторами». При этом самолёт продолжал катиться вперёд словно по рельсам. Скорость была небольшая. Чтобы окончательно её погасить, я на короткое время включил слабый реверс тяги.

— Живой? — Спросил я затихшего сзади Степана.

— Не знаю. — Просипел он. — Не думал, что будет так страшно. При полёте на флаере Михаила совершенно другие ощущения.

— Верю. — Согласился я. — Сам управлял самолётом первый раз в жизни.

— Не мог раньше сказать? — Возмутился Степан. — Я бы точно с тобой не полетел. С ролью груза прекрасно мог справиться мешок с камнями.

— Стёпа, а через всю планету я тоже полечу с мешком камней? Ты всё-таки решил вплавь добираться?

— Ничего я не решил. — Буркнул он недовольно. — Но мог и предупредить.

— Степан. Перестань. Ты прекрасно знаешь, что три четверти того, что я делаю, я делаю в первый раз.

— По тебе не скажешь. Слишком ты уверен в себе.

— Скорее самоуверен. — Вздохнул я, вспомнив последствия этой самоуверенности. Надо как-то научиться бояться. Или долго я не протяну.

* * *

— О чём ты хотел поговорить? — Спросил я, подходя к Лунги.

Вопрос прозвучал резче, чем я планировал, но усталость последних дней брала своё. Устал я прежде всего морально. Слишком быстрая смена обстановки. Слишком много проблем. Капитан ответил не сразу, обдумывая слова и осматривая меня оценивающим взглядом.

— Я хочу поговорить о Тинил. — Сказал он наконец. — Вас что-то связывает?

— Ну и вопросы у тебя. — Я провёл ладонью по лицу, в свою очередь, собираясь с мыслями. Такие вопросы просто так не задают. — Нет чтобы сто тыщ мильонов местных денег попросить, как это сделала Аглая. Ты вдруг интересуешься женщиной.

Он остался серьёзным, не приняв незамысловатую шутку.

— И всё же? — Проявил настойчивость Лунги. — Именно Аглая настояла, чтобы я сначала поговорил с тобой. Честно говоря, я не понимаю, зачем это нужно. Мы взрослые люди, она не твоя рабыня, и мне кажется, что мы оба вышли из того возраста, когда нужно спрашивать разрешения у… — Он запнулся, подбирая слово. — у прошлого.

— Лунги, я не прошлое. — Сравнение мне не понравилось. — Тинил носит моего сына. Это факт, и он не изменится, даже если мы оба будем делать вид, что его нет. Кроме ребёнка, нас с ней ничего не связывает. — Я выдержал паузу, позволяя ему переварить услышанное. — Тинил — свободная женщина. Она может жить так, как хочет, и с кем хочет. Я не её сторож и не тюремщик. Единственное, что я твёрдо намерен делать, — это присматривать за сыном и за ней, как за его матерью. Если у неё или у ребёнка возникнут проблемы, я вмешаюсь. Если нет, я не буду совать нос в её жизнь. Понятно объяснил?

— Это невозможно! — Он был искренне удивлён. — Я знаю, что ты из другого мира, и ориентация сложных молекул у вас совершенно несовместима с нашей. То есть, Тинил не могла забеременеть от тебя. Это противоречит всему, что я знаю о физике и биологии. Ты не мог ошибиться?

Я оглянулся посмотреть, как идут дела у Степана. Тот давно отсоединил крылья и теперь копался внутри салона.

— Уверен на сто процентов. Я не считаюсь магом, но определённые способности у меня есть. Меняй взгляды на жизнь, капитан. Магия даёт совсем другие возможности. Прими это как данность. Главное, в них разобраться раньше, чем она тебя убьёт. — Невесело усмехнулся я. — Что касается Тинил, то моя позиция проста: я не лезу в ваши отношения, пока у моего сына и его матери всё в порядке. Если помощь понадобится — я помогу. Без лишних вопросов и задних мыслей. На этом разговор о Тинил считаю законченным.

На мой вопросительный взгляд Лунги ответил кивком и задал другой вопрос:

— Хочу напомнить о твоём обещании научить меня энергетическому выплеску. Когда начнём?

— Давай не всё сразу, а? Тебе же не горит, а у меня проблем выше крыши. — Я обрадовался, что Лунги легко переключился с одной проблемы на другую, но сейчас мне не до его обучения. — Маленько разгребусь и начнём тренировки. В идеальном случае назначу тебе персональную тренершу.

— Она сумеречница?

— Нет. Но поверь мне на слово. Эта малявка наверняка уделает Степана в его боевой ипостаси.

* * *

Активировав руны на второй части конструкта, я с удовольствием заметил, что перенёс процесс немного легче, чем в прошлый раз. Сказалась более длительная пауза между запусками, или я всё-таки могу тренировать свою способность к активации рун. Лучше, конечно, последний вариант.

Настроив сопряжение с оптическим волокном и полюбовавшись на светящиеся огоньки, я закрыл крышку и скомандовал:

— Маруся, начинай проверку.

— Готово. — Почти без задержки ответил компьютер. — Ширина канала связи ограничена исключительно моими техническими возможностями. Князь, в чём именно заключается ваша проблема с активацией устройств?

— В количестве, которое я могу запустить в работу за ограниченное время. — Пояснил я. — На все сопроцессоры, что мы извлекли из киборгов, я потрачу месяц. Столько времени у меня нет. Предлагаю использовать твои основные сопроцессоры. Они мощнее, и потребуется их меньше. Сколько нужно сопроцессоров?

— В идеале достаточно трёх, но лучше использовать четыре. За сутки я распечатаю мобильные контейнеры для них, которые одновременно смогут снабжать сопроцессоры питательным раствором.

— Приступай. — Согласился я.

Четыре штуки осилю. Тем более здесь нужно активировать только приёмники. Передатчики я активирую дома. Их предстояло ещё разработать и тоже напечатать. Вырезать передатчики вручную я не собирался.

* * *

— Когда собираешься уходить? — Михаил следил за тем, как я поочерёдно прячу в пространственный карман упаковки с распечатанными книгами.

Хотя книгами в прямом смысле назвать их было нельзя. Зная качество печати и помня, как мучились с большими рулонами карт в штабе, я приказал Марусе печатать микрошрифтом. Готовая плёнка нарезалась узкими лентами по размеру микространиц. Собрать оптическую систему для просмотра книг смогут и в моём мире.

Я вообще опасался за ёмкость своего кармана. Слишком многое надо было взять, а его пределы мне неизвестны. К тому же от мира к миру его объём может меняться. Будет очень весело, если это произойдёт посреди тумана.

— Сразу после обеда. — Ответил я на вопрос. — Не вижу смысла тянуть и тем более устраивать проводы. У тебя есть передатчик. Звони, если что. Я тоже буду звонить. Надеюсь, нам удастся открыть портал.