Стараясь не паниковать, я попытался сообразить, что происходит. Пропала моя способность активировать руны, но энергию могу вливать, как прежде. Почему? Самый очевидный ответ — это наказание от Аберрации за любопытство. Точнее, за глупую надежду, что очередное погружение в шар добавит мне новых плюшек. Получилось с точностью до наоборот. Новое не дали, а отобрали, что было. Надеюсь, не всё, ведь один переговорник я смог активировать.

Засунув металлическую пластинку в карман, я расслабился. Больше вариантов, кроме как ждать, у меня не было. Оставалось надеяться, что мои возможности не рухнули до одной рунной цепочки в сутки. Или в неделю. Иначе… Прикинул, сколько здесь придётся сидеть, чтобы активировать все заготовки, которые настрогала Маруся на принтерах. Получалось очень долго. Опять же, раньше на сложность цепочек я не обращал внимания. Возможно, этот параметр тоже влияет.

Всю обратную дорогу я размышлял над тем, как разделить рунные цепочки на блоки, если сложность влияет на возможность их активации. Вспомнилась 'Книга Бездн". В ней как раз использовалась блочная структура. Но конструкты связи, несмотря на свой размер, были ненамного проще. Выходит, размер тоже имеет значение?

На подлёте к базе я снова достал переговорник, перешёл на магическое зрение и с облегчением увидел, как активируются рунные цепочки. Коротко переговорил с дедом Степаном. Заверил его, что у меня всё нормально и скоро вернусь домой. Менять ему задачи не стал. Откроем мы портал или нет, а умные головы всегда пригодятся. Пусть ищет.

— Почему у нас Степан голышом разгуливает? — Неожиданно спросил Михаил. Я даже не сразу понял, о каком Степане он говорит. — Понимаю, что потеплело в округе, но это не повод голым ходить. Тем более в человеческом виде.

— Давай его подберём. — Предложил я, догадавшись, откуда Степан возвращается.

Флаер завис перед голым парнем и опустил грузовую аппарель. Степан легко заскочил внутрь. Я протянул ему свою рубашку.

— Куда? — Задал короткий вопрос.

— В Прорву. — Также коротко ответил он. — Ты чего такой хмурый?

— Есть одна проблема, фундаментального характера. — Ничего не объясняя, ответил я.

— «Фундаментальная проблема» — звучит не очень оптимистично. — Заметил Степан, завязывая рукава моей рубашки на животе, а потом развернув узел за спину. — Как слетали? Голову больше никуда не совал?

— Не ехидничай. Нормально слетали. — Буркнул я недовольно. Хотя злиться стоило только на себя.

* * *

Первым делом я зашёл в комнату, которую использовал под склад. Выгрузил из пространственного кармана стазис-капсулы и энергетическую ячейку.

— Маруся, ячейка на месте. Прибери её, чтобы никто не видел, а потом приспособь для питания портала. — Вслух произнёс я.

— Поняла. — Ответил компьютер.

Возможность использовать энергоячейку пришельцев в качестве буферного накопителя электроэнергии предложила сама Маруся. Она начала разбираться с информацией, скачанной с корабля, и наткнулась на описание этой ячейки буквально за день до нашего полёта к стазис-комплексу. Ёмкость у неё была колоссальная. Не просто так ячейка использовалась для питания стазис-капсул в течение тысячелетий. Её использование снимало с меня одну из проблем. Я мог обойтись без конструктов преобразования магической энергии в электрическую и не возиться с созданием буферных накопителей.

Технология, на основе порошка титана, была не отработана, а учитывая требуемые мощности, представляла опасность для экспериментаторов. Малейший просчёт и я мог получить кратер вместо базы. Большой и глубокий.

Энергии в ячейке при полной зарядке было достаточно для быстрого поиска нужного мира по маяку и для открытия портала. На поддержание его в рабочем состоянии энергии на базе хватит.

Маяк тоже изготовили. На него ушло золото, которое захватил с собой. А я уже начал переживать, что зря его таскал в кармане всё это время. Оказывается, возможность создания маяка давно была известна в мире Михаила. На его изготовление шло сверхчистое золото с бесконечным числом девяток после запятой. Золото само по себе — металл дорогой, но при получении необходимого уровня чистоты его стоимость возрастает в тысячи раз. Размер маяка тоже имеет значение. Маленький не создаст ответный сигнал нужного уровня. В идеале нужны тонны чистого металла, но Маруся заверила, что хватит и того, что у меня есть, при условии его абсолютной чистоты.

Тор из золота, отлитый в строго определённых пропорциях золотого сечения, лежал здесь же в комнате, упакованный в специальный контейнер. Дома мне придётся дополнительно очистить золото от примесей, которые могли попасть в песок. Принцип работы пассивного маяка заключался в резонансе и ответном переизлучении сигнала от поискового портала. Маруся попробовала объяснить мне теорию подробней, но я быстро сдулся на ' φ-пропорции, возникающей при эффекте вынужденной когерентности'. Главное, что эта штука работает без электричества и в тех вселенных, где физические константы не сильно отличаются от базовых для мира Михаила.

Перед дверью меня ждал киборг с новой рубашкой. Снова посетила мысль о слугах. Но держать живого человека только для того, чтобы он тебе тапочки подавал? От такой мысли меня коробило. Впрочем, мёртвого человека использовать для этих целей, я тоже не горел желанием. Мысль плавно перетекла к подопытным нашего доктора.

— Маруся, как там дела у Кагье. Точнее, у его мертвецов? — Спросил я.

— Он запустил разморозку. Результат будет известен после её окончания.

Чтобы не лишиться своих мертвяков, Кагье их просто заморозил. Свободные криокапсулы имелись. Туда он их и поместил перед отключением магии.

— Будем надеяться, что они выживут. — Хмыкнул я, поняв, как абсурдно звучат мои слова. — К тебе задание. Рассчитай минимальное количество квантовых сопроцессоров для запуска портала. У меня появились сложности с массовой активацией устройств связи.

— Напоминаю, что сначала нужно определить пропускную способность одного канала. Без этого параметра выдать конкретные рекомендации сложно. Установка давно готова и ждёт активации. — Имитируя укор, произнесла Маруся.

— Туда и иду. — Буркнул в ответ.

Я хотел сначала разобраться с самолётом. Для нашего со Степаном возвращения он был важнее. Установка, о которой говорила Маруся, находилась в технических помещениях возле ангара. Рунные цепочки на ней были очень сложные. Сопрягать магию и электричество оказалось непросто, особенно когда магии нет и проверить ничего нельзя. Пришлось искать обходные пути.

Так что сначала самолёт.

* * *

Лунги с интересом наблюдал за происходящим вокруг и оценивал поведение находящихся рядом людей. К нему никто с расспросами не лез. Лунги тоже не спешил задавать их. Иван задумчиво сидел всю дорогу и думал, о чём-то своём. Летательным аппаратом уверенно управлял худой мужчина. Аглая сидела в кресле второго пилота, но к управлению не приглядывалась.

Вела себя эта парочка очень странно. Они молчали. Но то, что между ними идёт оживлённый диалог, было видно невооружённым взглядом. Иногда они синхронно улыбались, иногда хмурились. При этом ни одного звука Лунги не слышал. Телепостановку они тоже никакую не смотрели. От немедленных вопросов Лунги удерживала привычка, выработанная долгими годами нахождения на посту капитана немаленького корабля. Не во все дела экипажа стоило влезать, но знать о них капитан обязан. Поэтому он большую часть времени наблюдал и оценивал.

Корабль, на котором они летели, Лунги тоже заинтересовал. Его удивило отсутствие инерции при манёврах. Корабли, на которых ему приходилось летать, использовали компенсацию перегрузок, но не столь качественную. Сейчас у него создавалось полное ощущение, что корабль стоит на месте, если не обращать внимания на изображение, выводимое на экраны. Быстро перемещающиеся облака, который он видел со своего места через остекление кабины, подтверждали высокую скорость перемещения.

Степан, подобранный возле конечной точки полёта, молча кивнул, приветствуя капитана, и тоже ничего не стал говорить.

Корабль опустился перед большим зданием из стекла и бетона.

— Лунги, ты с нами или с Иваном пойдёшь? — Спросила Аглая.

Иван и Степан без разговоров пошли на выход.

— Вы сейчас куда летите? — Решил уточнить Лунги.

— В криоцентр. Мише надо проконтролировать разморозку мертвяков. — Улыбаясь, ответила Аглая. Причём бывший командир десантников улыбалась по-доброму. Без намерения грубо подшутить над капитаном, как любила делать раньше.

— Зачем размораживать покойников? Пусть лежат в холодильнике. — На всякий случай ответил Лунги. Изменившееся поведение Аглаи настораживало его больше всего.

— Не покойники, а мертвяки. И не в холодильнике, а в криокапсулах. — Поправила Аглая. — Мертвяки — это магически оживлённые покойники. Криокапсулы — оборудование для гибернации живых людей. Мертвяков в них засунули перед отключением КПА, чтобы они не испортились. Магия, капитан. Нас окружает магия! Привыкай. Так ты с нами?

— Естественно. — Согласился Лунги. — Тем более Иван со своим другом уже убежал.

* * *

— Маруся, где Иван? — Спросил Степан, помешивая густой суп и зачерпывая со дна кусок мяса. — Скажи ему, чтобы на обед шёл.

— Иван не реагирует на мои слова.

— В смысле, не реагирует? — Степан замер с ложкой у рта.

— Он сидит на полу и, судя по показателям организма, крепко спит. — Равнодушно ответила Маруся.

— Где он? — Степан отложил ложку, так и не попробовав еду.

— В ангаре, возле самолёта.

Сорвавшись с места, он побежал к лифту.

* * *

Лунги до последнего момента думал, что Аглая шутит. Особенно эта мысль напрашивалась, когда они поехали на лифте вниз. Но, пройдя по коридору, вместо помещения, похожего на морг с холодильниками, они попали в сверхсовременный отсек, плотно набитый аппаратурой.

За прозрачным стеклом висели три металлические капсулы. В каждой было сделано прозрачное окно, позволяющее видеть находящегося внутри человека. На живых людей они точно не походили. Возможно, это последствия «заморозки», но Лунги не видел никаких признаков криогенного охлаждения.

Возле пульта, спиной к ним, стояли мужчина и женщина. Они что-то разглядывали на экране, постоянно задавая кому-то вопросы. Михаил сразу пошёл к ним, давая пояснения, судя по интонации. Стоящие у пульта обернулись на его голос.

Мужчина оказался крепким парнем, а женщина была излишне худа, чтобы выглядеть здоровой, при этом болезненной она тоже не выглядела. Весьма странное сочетание.

— Капитан, ты чего замер? — Подтолкнула его сзади Аглая. — Думал, я шучу?

— Я уже не капитан. — Автоматически поправил её Лунги.

Его взгляд прикипел к женщине. Она не была красавицей, но в её движениях, наклоне головы, удивлении во взгляде, было что-то завораживающее. Очередной тычок в поясницу оказался достаточно болезненным, чтобы развеять непонятное наваждение.

— Они действительно мертвы? — Лунги кивнул на капсулы, чтобы скрыть смущение, которое он неожиданно почувствовал.

— Я видела их как тебя. Специально в упор рассматривала. Мертвее не бывает. — Подтвердила Аглая.

— Зачем такие сложности с криогенной заморозкой мертвецов?

— Это не ко мне вопрос. Сам спроси у местного доктора. Познакомишься заодно.

Знакомство ограничилось короткими кивками и задумчивым взглядом женщины, которую звали Тинил.

— Капитан, я тебя не узнаю. — Пользуясь тем, что их не понимают, спросила Аглая. — Ты влюбился?

— Пока не знаю. Эта женщина не волшебница? — Не желая произносить её имя, чтобы не обратить на себя внимание, спросил он.

— Насколько я знаю, пока нет. — Вопреки ожиданиям, Аглая отвечала серьёзно. — Ты если решил за ней приударить, поговори сначала с нашим сумеречником.

— Она его женщина? Тогда и разговаривать не о чем. — Нахмурился Лунги. — Начинать новую жизнь с любовного треугольника, не самый умный выбор.

— В трёх словах не объяснишь, а любые твои предположения окажутся очень далеки от истины. Любые. — Повторила Аглая. — Тебе лучше поговорить с ним.

— А до этого мне с ней и поговорить нельзя? — Капитан был удивлён очередной загадкой.

— Почему нельзя? Можно. Маруся тебе поможет с переводом. Только, прежде чем делать серьёзные шаги, поговори с ним.

* * *

В себя я пришёл от знакомых «нежных» похлопываний по щекам и перейдя в сумеречное состояние, пробормотал:

— Стёпа. Меняй тактику, иначе ты мне мозги когда-нибудь стряхнёшь.

— Нет у тебя мозгов! — Рыкнул он. — Что ты на этот раз учудил?

— Ничего я не чудил. — Появившуюся проблему я решил от Степана не скрывать. — Когда мы не там вышли из портала, было цветочками. Ягодки совершенно по-другому пахнут. Я больше не могу, как раньше, пачками активировать рунные цепочки. У меня для этого не хватает сил. Вот так. И вырубило меня от перегрузки, когда активировал руны.

Я поднялся с пола и посмотрел на самолёт, переключившись на магическое зрение. Структура рунных цепочек, выполненных в материале крыльев, находились в активном состоянии. Так как рунные узлы были связаны между собой каналами питания и управления, то активировались они сразу все. Интересно, сколько времени я теперь не смогу активировать другие руны?

— Маруся, как давно я отключился?

— Двадцать минут назад. Если вы имеете в виду момент, когда вы сели на пол и уставились в одну точку.

— Именно его. — Подтвердил я, хотя сам этого момента не помнил.

Алмазы накопителей, встроенные в панель самолёта, были заряжены полностью. Я не стал экономить и использовал все, которые у меня были. Во-первых, руны, выполненные без прорисовки пурпурным золотом, расходовали магическую энергию очень неэкономично. Во-вторых, мало ли что со мной случится, пусть Степан гарантированно доведёт самолёт до твёрдой земли. Изготовить пурпурное золото я не планировал и до «подарка» Аберрации, а сейчас об этом не могло быть и речи.

— Бери его за второе крыло. — Распорядился я. — Перенесём самолёт на чистое место.

— Ты хочешь прямо здесь полетать? — Степан скептически осмотрел ангар. Он был большим. Для хранения флаеров. Но для полётов точно не приспособлен.

— Летать мы будем в другом месте. Сейчас только проверим несущую способность.

Мы передвинули самолёт, убрав его со стоек, на которые он опирался, и кое-как забрались внутрь. Степан залез первым. Я в это время придерживал самолёт, чтобы его не раскачивало, как вёрткий обласок на волнах. Потом аккуратно забрался сам.

— Тебя не укачивает? — На всякий случай уточнил я. — Морской болезнью не страдаешь?

— Не знаю. Я на кораблях не плавал.

— Если начнёт тошнить, сразу предупреждай.

Элементы управления мощностью были выведены на физические рычаги. За один из них я и потянул, подавая магическую энергию на опорные конструкты. Самолёт плавно поднялся почти на три метра от пола и завис, качнувшись пару раз. Я подёргался из стороны в сторону, смещая центр тяжести. Самолёт реагировал вяло, быстро возвращаясь в устойчивое положение. Расчёт конфигурации опорного поля оказался верным. За счёт его большой площади и слабой напряжённости можно было не бояться мелких неровностей опоры.

Рука сама тянулась к регулятору, создающему воздушный поток над крылом. Удержался. Хватит искать приключений. Сейчас надо живым домой попасть. Сбавив мощность до нуля, я скомандовал:

— Вылезаем, разбираем и несём его на улицу.

— Иван, я, вообще-то, поесть приготовил. И если мы сейчас не поспешим, то еда сгорит нафиг. Я на плите её оставил.

— Маруся, отправь киборга выключить плиту. — Распорядился я улыбаясь. — Вылезай.

— Нет, Иван, ты как хочешь, а я сначала поем. Тебе тоже не повредит. Совсем бледно выглядишь. — Упёрся Степан.

Его последние слова заставили меня сосредоточиться на своём самочувствии. Я и правда не ощущал прежней лёгкости. Активация сразу большого количества рунных цепочек не прошла бесследно. Может, действительно стоит передохнуть и перекусить.

— Уболтал красноречивый. Пошли пожрём. Основное мы выяснили. Даже если самолёт не летает, приспособим к нему парашют и пойдём под парусом.

— Ну вот. Ты уже бредить начал. Или слова путаешь. — Заметил Степан, начав вылезать из кабины.

— Ничего я не путаю. Марусю потом спросишь, как на парашюте можно под парусом ходить. — Ответил я.