Я дошёл до того места, где из меня высыпалось содержимое пространственного кармана. Поворошил пакетики. Прикинул, стоит брать с собой гранаты или пусть лежат. Потом решил, что тяжесть небольшая, а карманов в комбинезоне хватает.
— Ты можешь объяснить, зачем засунул голову в эту штуковину? — Не выдержал моего молчания Степан. Аглая стояла у него за спиной и наблюдала, прислушиваясь к интонации нашего диалога.
— Любопытство. — Ответил коротко. — Я был уверен, что это безопасно, и надеялся… Даже не знаю на что.
— Судя по кислому лицу, любопытство вышло тебе боком.
— Посмотрим. — Вяло отмахнулся я, поднимая пустую энергоячейку. — Пока рано судить.
— Так что произошло? — Не пожелал отставать Степан.
— Дали по мозгам. Надеюсь, больше ничего не случилось.
— Надеешься? То есть, не уверен? Мы домой-то сможем попасть?
— Проверим, когда капитана вытащим из стазиса. Пока у нас вариант один: переть буром, по намеченному пути. Пошли отсюда. — Я первым вошёл в портал.
Аглая, наконец, успокоилась. Вроде бы никаких безумств Иван больше делать не собирался. Степан, которого она раньше принимала за мутанта, прочитал нотацию, от которой Иван лениво отбивался. Вялая перебранка закончилась, и они нырнули в портал. Аглая оглянулась на закрывшиеся створки, которые вели в пещеру с капсулами, и последовала за аборигенами.
Оказавшись на корабле, она никого не увидела. Ивана и Степана возле люка не было. Контейнер из-под энергетической ячейки стоял пустой. Оглянувшись назад, Аглая не увидела портала. Впрочем, это было ожидаемо. Сорвавшись с места, она влетела в пассажирский отсек. Он был пуст.
— Где аборигены? — Ворвавшись в рубку, спросила Аглая.
— Мы у тебя хотели узнать. — Удивлённо уставился на неё один из пилотов. — Ты вышла из портала, и он пропал. Всё. Больше никого не было.
— Ещё этого не хватало. Давай связь с Такаром.
— Что произошло? Где капитан? — Спросил второй пилот.
— Капитан в стазисе. КПА должна исчезнуть. — Мрачно ответила Аглая.
— Временно исполняющий обязанности капитана на связи. — Раздалось из громкоговорителей.
— Это Аглая. — Называть свою бывшую должность в экипаже она посчитала неуместным. — Такар, КПА исчезла?
— Исчезла, Аглая. — Вздохнул инженер. — Основные реакторы полностью работоспособны. Мы можем начинать отстрел аборигенов.
— Не торопись. Сначала запусти сканирование. При возвращении из стазис-комплекса через портал, пропал местный сумеречник со своим другом. Его надо найти.
— Пропал и пропал. Зачем на его поиски энергию тратить? — Меланхолично ответил инженер.
— Потому что, кроме него, вытащить капитана из стазиса никто не сможет!
— Родственники капитана наверняка отправят за ним корабль. — С преувеличенной уверенностью заявил инженер. — Для него не так много времени пройдёт.
— Перестань пороть чушь и запускай сканирование. — Прорычала Аглая. — Или я вернусь на корабль. Ты меня знаешь, а мои парни меня поддержат.
— Бунт на корабле? — Удивился инженер. — Ты не боишься…
— А ты не боишься, что капитан оставил чёткие указания в бортовом журнале? Что с тобой будет, если ты своим бездействием подвергаешь капитана опасности? Кто из нас бунт поднял?
— Ну хорошо. — Согласился инженер. — Запускаю поиск сумеречника, но знай, что по прилёте я проконсультируюсь с юристами и повешу возмещение этого расхода энергии на тебя. Согласна?
— Запускай, я сказала! — Снова рыкнула Аглая. Связь прервалась. — Отдыхайте пока, ребята. — Сказала она пилотам. — Будем надеяться, что их недалеко закинуло и хотя бы сумеречник выжил.
— Аглая, ну зачем ты нарываешься постоянно? — Усмехнулся один из пилотов. — Достаточно было сказать, что с аборигеном пропала энергоячейка. Инженер бы из-за неё полпланеты вручную перекопал.
Вместо чистых и светлых внутренностей бота, я выпал из портала в грязную яму. Вокруг стоял грохот взрывов и слышались редкие выстрелы. Пока пытался встать, сверху на меня приземлился Степан, вдавливая моё тело в жижу.
— Какого…
Договорить он не успел. Рядом раздался мощный взрыв, и на нас обрушился поток земли. Пришлось переходить в сумеречное состояние, вылезать из-под земли и вытаскивать с собой Степана. Вскакивать на ноги желания уже не было.
— Опять война. — Вздохнул Стёпа, отплёвываясь от земли. — И магии нет.
— А ты не лезь под пули и держись рядом. — Посоветовал я. — Не ранен? Взрыв рядом был. Тебя должно было контузить.
Степан только хмыкнул, вытирая лицо рукавом. Грязь лишь размазалась по щеке.
— Ну я всё же оборотень, хотя прямо сейчас сменить обличье не могу. — Спокойно ответил он. — Надо выбираться отсюда.
Я приподнялся на локтях, стараясь не высовываться, и осторожно выглянул за край засыпанного окопа. Дым от горевшей техники, стелился по низине, оставляя возможность видеть лишь фрагменты поля боя. Прямо перед нами, метрах в десяти, зияла свежая воронка. Земля вокруг неё дымилась. За воронкой тянулась неровная линия полузасыпанных окопов. Выходит, мы даже не на первой линии оказались, но нас и здесь чуть не достали.
— Видишь кого? — Спросил Степан, благоразумно не поднимая головы.
— Пока нет. Дым сплошной.
За линией окопов, в серой пелене угадывались смутные тени. То ли кусты, то ли люди. Разобрать было невозможно. Справа в идущем зигзагом окопе перед нами, мелькнула каска и тут же исчезла. Потом ещё одна. Непонятно чьи солдаты двигались, пригибаясь. Наверное, все же славяне. Европейцы обязательно добивали бы раненых.
Две тени вдали пришли в движение и рванули вперёд. Со стороны крадущихся наших бойцов ударила короткая очередь, пули взбили грязь, но в цель не попали.
— Кто там воюет? — Шёпотом поинтересовался Степан.
— Наши пытаются подстрелить европейцев, но, по-моему, это ерунда. Если европейцы эти позиции обработали артиллерией или миномётами, значит, скоро пойдут в атаку. — Военных знаний у меня было ноль, так что оставалось рассуждать логически. — Нам надо или свалить по-тихому, или начать сражаться. Боюсь, свалив, мы сделаем себе только хуже.
Степан недовольно вздохнул. Он прекрасно понимал, кто виноват в новых приключениях, но от упрёков воздержался.
— Тогда надо присоединиться к местным бойцам. Без поддержки мы много не навоюем. Хуже того, можем от своих же и отхватить. Наша одежда от местной формы сильно отличается.
— Я тебе больше скажу, если здесь попадутся те, кто видел киборгов, проблем у нас меньше не станет. А может, наоборот. — Вспомнил я боязнь местных по отношению к русским.
— Как, по-твоему, где мы оказались?
— К западу от базы. Причём сильно западнее. Здесь день только начинается.
— Эй, славяне! Живые есть? — Прилетел в нашу сторону крик от переднего окопа.
— Есть. — Крикнул в ответ. — Не пальните ненароком, а то одежда у нас не по форме. — Не стал я тянуть с ответом. — Степа, ползём вперёд.
— А ячейка? — Напомнил он шёпотом.
— Ей под землёй безопасней. Да и нам без неё тоже.
Как умели, мы по-пластунски поползли. На этот раз дым помог, прикрыв наше перемещение. Несколько раз застучал пулемёт со стороны славян, но, похоже, без особого толка. Самого пулемётчика я не видел, но видел бойца, наблюдающего за нашим «броском».
— Значит так, братишки. — Нацелив на меня автомат, заявил наблюдавший за нами боец, оказавшийся офицером. — Руки держим на виду и не совершаем резких движений.
Спустившись в окоп, мы оказались под прицелом двух стволов. В этом месте окоп был полного профиля и с целыми стенками, но мы всё равно сели на корточки. Солдаты были серьёзными и внимательно отслеживали наши движения.
Мне их угрожающий вид был по барабану. Стёпа вообще на ствол, наставленный на него, смотрел с улыбкой.
— Рассказывайте, кто такие и откуда в наших краях вы такие весёлые взялись.
— Считай, что мы с Луны свалились. — Перешёл я на серьёзный тон. — Всего знать тебе не стоит. В силу определённых обстоятельств, покинуть это место мы не можем. На нашу одежду не только ты подозрительно смотришь. Европейцам её видеть тоже не следует. Нам нужна другая одежда. Любая.
— Здесь тебе не универмаг. Чем твоя одежда тебе не нравится? — Спросил меня второй солдат, державший на прицеле Степана.
— Она очень похожа на одежду русских. — Понял, командовавший до этого, солдат. — Так вы русские? — Он опустил ствол.
— Не думаю, что сейчас стоит обсуждать эту тему. — Уклончиво ответил я. — Надо решить вопрос с одеждой.
— Князь, никак мы её не решим. На меня здесь точно ничего не налезет. — Влез Степан. Уверен, меня «князем» он тоже не просто так назвал. — Давай лучше грязью обмажемся и будем как все. — Он кивнул на солдат, которые в грязи были по уши. — Нам осталось только на спине поваляться.
— Степан, давай ты шутки отложишь на потом. — Обернулся я к нему. — И так проблем дохренища. — Я повернулся к офицеру, который, похоже, здесь был за главного. В погонах и званиях я так и не научился разбираться. — Расскажи обстановку. Что здесь творится?
— Европейцы наступают. Наши оставили позицию, чтобы выровнять фронт.
— А вы, чего здесь забыли? — Не понял я.
— Уходим! — Из-за поворота траншеи выскочил боец с лёгким пулемётом наперевес, прерывая наш разговор. По габаритам он превосходил остальных солдат. — Европейцы отходят. Сейчас опять долбить начнут.
— Идите вперёд. Мы с вами ещё не закончили. — Махнул стволом офицер. — Быстрей.
Я не стал спорить и первым двинулся по окопу в указанном направлении, стараясь не поднимать голову. Попасть под снаряд или мину мне не хотелось. Степан топал следом, то и дело оглядываясь.
Нормальный окоп кончился. Дальше шёл осыпавшийся участок. Пришлось двигаться на четвереньках. Мы добрались до неповреждённого окопа, который продолжал понижаться и закончился капитально построенным бетонным бункером.
В этот момент раздался свист, и через мгновение рядом разорвалась мина. Взрывная волна ударила по ушам, осыпала землёй. Я оглянулся. Степан уже подхватил двоих, пулемётчика и солдата, который в него целился. Пришлось вжаться в стенку, пропуская его в бункер. Потом я подхватил остальных и последовал за ним.
Славян порядочно контузило. У двоих из ушей шла кровь. Все четверо находились в бессознательном состоянии. Бункер имел противовзрывной зигзаг. Внутри он был просторным и имел двери, ведущие дальше.
— Что будем делать? — Спросил Степан. — Я их оружием воевать не умею. Если только врукопашную.
— Врукопашную тебя быстрей пристрелят. От одного ты ещё сможешь увернуться, но толпой тебя точно изрешетят. Поэтому стрелять буду я, а ты будешь кидаться гранатами. Вопрос: как далеко и как точно ты сможешь кинуть гранату? Другой вопрос: где их взять? — Наверху опять раздался взрыв, но уже дальше. Или я ошибся из-за толщины стен. — Гранаты знаешь, как выглядят? — Степан кивнул. — Тогда обыщи бункер и у мужиков посмотри. На тебе две для начала. — Протянул ему те, что выпали из пространственного кармана. — Я, пока идёт обстрел, поищу наверху, среди убитых.
— Ты смотри поаккуратней. Магии нет, а сколько без неё ты сможешь бестелесным быть, неизвестно. — Предупредил Степан.
— Не каркай. — Я нырнул в коридор, ведущий наружу.
— Вызов с корабля. — Предупредил первый пилот, включая связь.
— Где эта припадочная? — Раздался недовольный голос Такара.
— Здесь я. А за припадочную ты ответишь. Но потом. — Предвкушающе улыбнулась Аглая. — Ты нашёл сумеречника?
— Нашёл. Если вы не поспешите, то его могут убить. Судя по всему, его выкинуло прямо на поле боя, и он попал под обстрел тяжёлыми снарядами. — Ехидно закончил инженер. — Удачи!
— Постой, придурок! — Успела остановить его Аглая. — Я бы тебе тоже советовала не сидеть сложа руки. У сумеречника пустая энергетическая ячейка из стазис-комплекса. Если будешь тянуть, её разобьют снарядами…
— Он уже отключился. — Остановил Аглаю пилот. — Как раз после упоминания ячейки. Куда летим?
— Координаты он скинул? Тогда летим на максимальной к месту, где обнаружился сумеречник. — Распорядилась Аглая.
Искать гранаты под обстрелом оказалось тем ещё приключением. Взрывы в сумеречном состоянии мне были не страшны, но искать убитых бойцов под слоями земли не самое интересное занятие. У европейцев явно был корректировщик. Мины довольно кучно ложились вокруг меня. Приходилось бегать, чтобы между разрывами успевать обыскивать покойников.
Один из таких покойников неожиданно застонал. Пришлось хватать мужика на руки, нырять в окоп и перемещаться в сторону бункера по возможности скрытно.
Степана внутри не оказалось. Снаружи я его не видел, значит, шарится в других помещениях. Положил мужика на пол и начал осматривать на предмет ранений.
— Смотри, что нашёл! — Радостно пробасил Степан, появившийся в проходе ведущем вглубь бункера. — Как раз по мне штука. Гранат не нашёл. — Добавил он, видя мой недовольный взгляд.
— Долго ты из него сможешь стрелять, если по тебе откроют прицельный огонь? — Кивнул я на крупнокалиберный пулемёт в его руках. — Клади его в сторону. Надо как-то мужиков в чувство приводить, пока обстрел не кончился. Может, они, что-нибудь насчёт гранат подскажут. Я вот ещё одного контуженного нашёл. И чёрт его знает, что с ними делать.
В этот момент земля у нас под ногами начала ходить ходуном. Я стоял на коленях над раненым, поэтому удержался, а Степан завалился вместе с найденным пулемётом. Так же как и началась, тряска кончилась.
— Это землетрясение? — Прозвучал вопрос Степана в наступившей тишине.
— Думаю, это привет от наших иноземных друзей. Долбанули чем-то убойным по позициям европейцев. — Я поднялся. — Бери пулемёт, пошли проверим.
— А его нахрена? Лучше мужиков давай возьмём. Пусть подлечат или до больницы докинут.
— Успеем. Пошли посмотрим сначала, кто прилетел.
Аглая была в бешенстве. Сумеречник Иван вместо того, чтобы спокойно зайти со своим другом на бот и улететь, зачем-то потащил внутрь полудохлых аборигенов. И ведь мало того, что ему не объяснишь, так и подзатыльник не поставишь. Она хорошо помнила, как этот Иван лёгким хлопком проломил стену. Аглая потом специально смотрела. Никакой заготовкой с предварительным ослаблением стены там не пахло.
Новый цирк начался, когда сумеречник со своим другом попытались объяснить с помощью пантомимы, что нужны лекарства для аборигенов. Аглая же хотела выяснить судьбу энергетической ячейки. У неё жесты получились более простыми и доходчивыми. Сумеречник понял, чего от него хотят и принёс ячейку. Всю в грязи, но вроде бы целую.
Убедившись, что ячейка на месте, Аглая взяла со стены автодоктора и поочерёдно приложила его к груди каждого раненого. Сумеречник посмотрел на неё осуждающим взглядом, потом махнул рукой и сел в кресло.
— Можно возвращаться. — Аглая заглянула в рубку.
— Зачем ты этот спектакль разыграла? — Спросил пилот. — Сумеречник, когда тебя лечил, никаких условий не ставил. Просто вылечил, хотя ты перед этим пыталась на него напасть.
— Только не надо из меня последнюю стерву делать. — Фыркнула Аглая. — Как будто я контуженых раньше не видела. Им стимулятор из аптечки активности максимум на полчаса добавит. Так что летите быстрее парни. Не хочу я их на себе таскать.
Мужики пришли в себя в течение пяти минут и удивлённо начали крутить головами. Умней всего поступил тот, кого я нашёл на поле боя. Осмотревшись, он блаженно улыбнулся и снова потерял сознание.
— Где мы? — Громко спросил парень, который совсем недавно целился в Степана.
Барабанные перепонки у него вряд ли зажили, поэтому я просто ткнул пальцем в обзорный экран. Четверо бойцов сфокусировали взгляд на изображении и начали молча переглядываться. Картина уходящей вниз земли говорила сама за себя.