18 июня (вечер после прорыва)

Находясь в своей временной резиденции, Лорд Пакур Аурига отложил на стол сводку из Информационного Бюро. Документ не официальный. Его составил один старый должник, работающий в столичном филиале империи Колоссус. Если отсеять опасения информатора и попытки спрятаться за строками текста, то вывод получался довольно грустный.

«Вчера маркграфство Валентайн и город Ностромо перестали выходить на связь».

Такой исход возможен только в одном случае: крепость преемника Пакура быстро захватили. Затем закрыли город и вырезали весь офис Информационного Бюро. После чего стали грабить дома немногочисленной оставшейся знати.

[Прав оказался Олень. Сведения из того прогноза, что оставил на столе Белый Дьявол, начинают сбываться. Хаоситы нанесли первый серьёзный удар по империи Колоссус.]

Пакур сам понимал, что он в первую очередь Лорд и уже потом адепт. Потому следил за происходящим вокруг, смотря с позиции дворянина. А посмотреть есть на что!

Несмотря на неожиданный успех с Колуном, Пакур пребывал в довольно шатком положении. Прошёл месяц с Инцидента. Белый Дьявол исчез, а вместе с тем и то покровительство, которое он давал Лорду Аурига.

В первые недели к Пакуру никто с вопросами не приходил. Лорд был занят похоронами и строительством Невервинтера. Слишком много всего требовалось сделать в те дни.

Дабы сохранить свой вес в обществе аристократов Директората, тигролюд попросил Оленя побывать на паре званых вечеров и получить заказы на формации. Пока только в виде устной договорённости.

Само наличие адепта Зарождения Души [4+] в кругу союзников уже становилось живой бронёй Пакура.

[Серьёзный зверь оценивает возможную добычу с точки зрения ещё и ответного удара. Если ранят ЕГО, он сам потом может стать чьей-нибудь добычей.]

Герцоги и графы два раза подумают, прежде чем с кем-то начинать войну за влияние. Потому Олень самим своим присутствием в землях Аурига отпугивал крупных хищников.

У Пакура уже есть недоброжелатели. Земли Лорду Аурига выделили против воли двух соседей-баронов. Правители Директората немного отгрызли у одного, затем у другого. Им плевать на то, что решение вынесено неспроста. Оба носителя дворянских фамилий на проблемном участке выполняли свою работу из рук вон плохо. Твари с Болот Сильфов частенько забредали на территорию Директората.

[У них отняли землю! Ни один аристократ так просто это не забудет. Рано или поздно они ко мне придут качать права,] — думал про себя Пакур.

Ещё у наших соседей есть личные войска, наёмники и договорённости с местными бандитами. Потому Пакур прекрасно понимал одну истину:

[Как только весть о пропаже Белого Дьявола разнесётся, на земли Аурига пожалуют незваные гости.]

Потому Густав «Гусар» натаскивает ополченцев на борьбу с людьми, а не чудовищами. По этой же причине отвечающий за стражу капитан Моралле переобучает стражников, делая акцент «на противостоянии с внутренними врагами, а не внешними».

Ровно по этой же причине Пакур попросил Колуна и Бяку заняться обороной со стороны ущелья и Болот Сильфов. Так Лорд выиграл время на исследование СВОЕЙ территории. Прошедшего месяца хватило на то, чтобы разведчики и дозорные расставили посты вдоль границы. Причём как в ущелье, так и внутри Директората.

Некий Абеней, лидер группы «Волчья Пасть» из числа ополченцев, смог отличиться. Он составил наиболее вероятные маршруты проникновения в маркграфство со стороны соседей. Читая отчёт и приложенную карту, Пакур невольно фыркнул.

Гусар — опытный боец! Потому в личной записке к отчёту капитан дописал:

«Абеней и „Волчья Пасть“ первыми нас предадут. Их людей видели в соседнем баронстве. Когда настанет время, враг использует их для скрытого проникновения».

Держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Гусар открыл свой трактир, соединив вместе три шатра. Затем под предлогом закупки спиртного и еды наведался к соседям. Так ушлый капитан собирал информацию о настроениях, царящих у соседей. Скорее всего, Абеней где-то засветился, и Гусару об этом намекнули.

Гномы из клана Глыба, получив свою землю, сразу разместили дорожные камни на границе с надписями: «Убьём любого, кто сунется на наши земли без разрешения. Лорд сам дал такое право».

Помогло!

Причём сразу. Охотники на дичь, зайдя всего раз на территорию гномов, потом пришли с жалобой к Обенелю. Заместитель показал на карте, куда простым смертным лучше не соваться.

…

На третью неделю с Инцидента к Пакуру пришли аристократы с вежливыми вопросами.

Через месяц страх перед Белым Дьяволом практически сошёл на нет. Тот, кто наводил ужас на все Секты, сотрудничающие с Директоратом, вдруг пропал. Это запустило очередную цепочку изменений в политической обстановке внутри страны. Притихшие хищники снова обнажили клыки на земли Аурига.

Потому прорыв Колуна на стадию Зарождения Души стал тем спасительным канатом, за который Пакур ухватился обеими руками. Лорду требовалось укрепить своё влияние в кругах Директората. Для начала построить город для СВОИХ людей. Затем подготовиться к действительно большой войне, а не подковёрной возне, устраиваемой дворянами.

[Идиоты, погрязшие в мирной жизни!] — думал про себя Пакур. — [Я провёл больше дуэлей, чем половина местного дворянства, вместе взятая. Долгих пять лет я поднимал с колен разорённое маркграфство. И, о чудо! Сейчас я владею куда более ценной информацией, чем эти остолопы.]

Почти всё случившееся вплоть до сегодняшнего дня Пакур считал следствием верно принятых ИМ решений. Сейчас именно он лучше всех в Директорате понимал, к чему надо готовиться на самом деле.

Ещё на землях Пакура хранился козырь, о котором мало кто подозревал. Почти весь минувший месяц он спал в вип-палате больницы. О том, что Маркус Скабре всё это время находился в Ностромо, — а потом и в Невервинтере, — практически никому не было известно.

Своим людям Лорд приказал молчать. Парня до сих пор ищут наёмники и разгневанные Секты. Пленников Лорд обязал дать клятву о неразглашении. Все несогласные примерили на шею петли. Нападение на Ностромо ничем другим караться не могло.

[Осталось узнать, на кого же всё-таки работал золотозубый.]

Едва очнувшись, Маркус продемонстрировал ровно то, чего Пакур ждал: непоседливость, непредсказуемость и умение заводить союзников в самых неожиданных местах.

[Так было с верным мне Обенелем в день нападения на орков. Затем с дочерью из семейства Манимарко. Потом клан гномов и Олень… Немыслимый союз между далеко не равными по положению адептами.]

Строптивый и недалёкий орк вдруг превратился в интеллектуала-шутника. Потом вдруг прорвался с полпинка! Всё это произошло без невероятно редких превосходных кристаллов, поддержки Сект, Весов Ашары и Тетрархии Кобо. Здесь, на пока ещё пыльных задворках Директората, родился ещё один адепт на стадии Зарождения Души [4+].

Кто-то скажет: Колуну просто повезло.

[Неопытные глупцы!] — подумал про себя Пакур. — [У сильного адепта нет такой вещи, как везение или удача. Есть неизмеримые факторы влияния на судьбы. Один из них сейчас прямо в Невервинтере. И носит имя Маркус.]

Читая сводки о делах на материке, Пакур заодно думал, где и на чём можно заработать. Казна пуста. Заём Гильдии Фермеров надо отдавать. Олень тоже сидит без дела из-за недостатка инструментов.

[Защита территории, запасы еды, жильё… Так много надо сделать до начала первых холодов и большой войны.] — Сидя в кресле, зверолюд-правитель начал погружаться в дрёму. — [Дьявол! Я тоже хочу прорваться… Вот только я скорее удавлюсь, чем сам попрошу Маркуса о подобном!]

Осталось уговорить прорвавшегося Колуна погостить в маркграфстве. Хотя бы полгодика! Тогда у Лорда Аурига соберётся достаточно сил, чтобы противостоять недовольству двух баронов и угрозам Болот Сильфов.

[Хотя бы половину… чёртового года,] — подумал про себя Пакур и прямо в рабочем кресле провалился в сон.

День у Лорда выдался тяжёлым. Руки до сих пор покалывало от с трудом пережитого Треволнения Небес.

…

Михаил Войд (Гринч)

19 июня (19 дней до отправления)

На следующий день после удачного прорыва Колуна случилось то, чего я никак не ожидал. Прямо в мою палату пришла гостья.

— Йоу! Привет жителям Нью-Йорка, — с порога произнесла Номер Семь и только потом заметила сидевшего на полу орка. Тот с подозрением смотрел на девушку, до сих пор не отойдя от прорыва.

— Эта чви-чви-чви… Без стука… Чви-чви… Ещё и выглядит незнакомо… Запах необычный⁈ Маркус, давай я её…

— Спокойно, Колун. — Выхожу из-за ширмы, где переодевался перед выходом на завтрак. — Запомни её запах, если хочешь. Это Номер Семь, и она же Вивьен Тадлер. Мы с ней оба из одного города и мира в Пограничной Зоне.

— Вот-вот, зеленокожий! — девица, набравшись храбрости, шагнула к орку. — Я Маркуса знаю побольше твоего. Ещё мы оба с Белым Дьяволом знакомы…

Вивьен повернулась ко мне.

— … Он о тебе столько спрашивал, что я только на второй неделе поняла, в чём дело. Ты заключал с ним сделки?

Заметив заминку в моём ответе, Номер Семь прищурилась.

— … Понятно. Вам ведь нельзя говорить о сделках… Можешь теперь смело считать меня умной! Я сама во всём разобралась.

— И тебе привет. — Оглядываюсь по сторонам, но теперь и сам замечаю запах. — Погоди! Вивьен, от тебя ведь ванилью пахнет?

Номер Семь стянула с себя тяжеленный рюкзак.

— Ванилин, корица, коричневый сахар… Забрала с кухни всё, что успела, до прихода Сект. Слушай, Маркус… Можно я снова у тебя поживу? Меня опять из дома выгнали.

Из дальнейшего рассказа Вивьен Тадлер выяснилась довольно интересная картина. Номер Семь на Турнире Континента попросила у Неба в награду отправку к Белому Дьяволу. «Зачем, почему» — тут девушка отводила глазки, не желая отвечать.

Так я выяснил, что посредник Неба сразу после нашего последнего памятного разговора в Нью-Йорке оказался в Директорате Морду. Он развил тут бурную деятельность, запугав местное правительство и Секты. Как итог, Белый Дьявол работал, с кем сам захочет. В то же время он не брал заказы у членов Сект, аристократов, чиновников и членов их семей.

[Произошло разделение сфер влияния, которое устраивало всех.]

Первый месяц после Турнира Виви жила в гостевых апартаментах при кафе, в котором обосновался Белый Дьявол. Номер Семь не хотела возвращаться к жизни члена ополчения. Рисков много, а условия по оплате так себе. Поэтому девушка стала организовывать кулинарные вечеринки для богатой молодёжи.

Посредник Неба оказался тем ещё придирчивым эстетом. В облюбованном кафе он создал основу для таких мероприятий. Десерты, изысканные сорта вин, правильно приготовленное мясо! Даже нормальные вилки и салфетки! Вивьен приоткрыла завесу его личной кухни для гурманов Директората.

Номер Семь успела провести всего два приёма для гостей. Затем Белый Дьявол пропал, и начались проблемы. Обозлённые члены Сект искали, на ком бы отыграться. Виви поняла, что пора уносить ноги. К счастью, случилось нечто невозможное — и Лорд Пакур вместе со своим городом стал частью Директората. Номер Семь догадалась, где именно ей стоит поискать временное убежище.

Уже здесь, в Невервинтере, девушка пообщалась с духами. Те подсказали, что в больнице есть некто, кого все зовут Маркусом. По меркам Поднебесья, имя довольно редкое.

— Короче, — подвёл я итог, — тебе так пить и есть хочется, что переночевать негде. Всё, как в прошлый раз?

Виви оглядела мою вип-палату и сидящего на полу орка.

— Так и есть. Только с тобой в одной комнате я точно спать не буду!

— Занято-чви! — Колун недовольно фыркнул. — Поищи себе другую тёплую пещеру.

Виви захлопала глазами от удивления. Затем перевела взгляд на меня.

— Смотрю, твои вкусы стали ещё специфичнее.

— Поверь, Виви. Когда увидишь второго телохранителя, скажешь так же. Кстати, он уже секунд десять стоит за твоей спиной.

Девушка резко развернулась и увидела Бяку. Индус с гастрономическим любопытством поглядывал на рюкзак Виви, не обращая на неё саму никакого внимания. Затем вдруг начал свой необычный танец. Причём двигался абсолютно бесшумно.

Глаза у Номер Семь в очередной раз полезли на лоб.

— Признаю… Такого я увидеть никак не ожидала.

— Бяка говорит: «Пахнет вкусно. Ты теперь для всех нас готовить будешь?»

— Вот ещё! — Номер Семь упёрла руки в бока и задрала свой красивый носик. — Я буду главным поставщиком специй в Невервинтер! Эмм, Маркус… Может, подсобишь? Духи упоминали, что к тебе сюда пару раз сам Лорд заходил. Говорят, он жутко сильный и все его боятся.

Бяка и Колун, не сговариваясь, тихо фыркнули. Им обоим стало ясно: Номер Семь до сих пор не научилась чувствовать силу адептов, находящихся рядом с ней.

Тем же вечером Вивьен устроили работать в крепость правителя земель Аурига. Пока в роли помощницы Обенеля, а там она сама определится.

…

Днём выдалась возможность, наконец, сходить в Информационное Бюро. После почти месяца бюрократических проволочек Невервинтеру разрешили открыть его филиал.

Написал родителям сообщение в империю Кингдомс на север материка. Сейчас от нас до них не так уж далеко.

«Пока восьмёрка. Нашёл учителя с большой четвёркой по тому, в чём хорош отец. Если однажды появится адепт с шерстью и рогами и скажет, что от меня, не удивляйтесь. Он надёжный. Сейчас мы в Директорате. Помог старый друг из Нью-Йорка. Вы знакомы. Чужая сделка. Скоро поеду по делу второго братца».

Всё тот же Венчик ДеНуло принял мой текст с письмом и сам пробежался по строчкам сообщения.

— М-да. С шифрованием у тебя всё плохо. — Работник Информационного Бюро подмигнул мне. — Спокойно, Скабре! Я тебе, вообще-то, жизнью обязан. И прекрасно об этом помню! Отправлю твоё письмо от себя этому Раддо Каэмрону. Потом приноси свои записки мне. Я сам найду, как их доставить до получателя, не повторяясь.

— Расскажешь о письмах Лорду и Оленю?

Венчик тяжело вздохнул и затем воровато оглянулся.

— В этот раз не расскажу, — парень помахал перед собой листком с моей запиской. — Я же не первый месяц работаю в Бюро! Ты это письмо родне отправить хочешь. Причём никому никогда о ней не говорил. Это я тоже знаю! У меня приказ от Лорда: «Предупредить, если на Маркуса кто-то выйдет». Наш правитель… Да будут дни его правления долгими… Переживает, что враги о тебе прознают из-за твоих же ошибок. Поэтому про все личные письма я, так и быть, «забуду». Считай это личным делом.

Подумав и так и эдак, я принял предложение ДеНуло. Сейчас о том, что моя семья в Кингдомс, не знает даже учитель.

— Спасибо, — протягиваю парню руку. — Занесу тебе потом подарок. Услуга за услугу, как говорится. Не люблю оставаться должным.

— Замётано! — Венчик с радостью ответил на рукопожатие.

…

Тем же вечером и на том же самом месте, недалеко от земель клана Глыба, я помог Лорду Аурига совершить прорыв на третью ступень Золотого Ядра [3−3].

Как и говорил учитель, маркграф был давно готов к переходу на следующий этап. Оттого это случилось буднично. Мы не пустили в ход даже треть энергии, собранной в Формации Сбора.

Выйдя из магической печати, Пакур дрожал от напряжения. Однако спину держал ровно. Трясущейся рукой Лорд достал из сумки крохотный стеклянный флакон с пилюлей.

— Вот мой п-пропуск на пик Золотого Ядра! — довольно скалясь, Пакур потряс флакон, показывая мне. — Это Алый Багрянец. П-подарок от Дьявола за то, что нашёл тебя. Настанет время, и я встану в один ряд с Оленем.

— Поздравляю, — спокойно киваю Лорду. — Скажу как целитель. Не торопитесь. Вам надо минимум три месяца себя готовить до приёма этого препарата. В нынешнем состоянии ваше духовное тело не справится с нагрузкой.

Пакур, довольно скалясь, убрал флакон обратно в сумку.

— Ты ничего не понял, ученик Оленя. За эту пилюлю другие адепты Золотого Ядра убьют без малейших сомнений. Она практически гарантирует прорыв на следующий этап… Я д-двенадцать лет не мог совершить переход с первого этапа на второй. Сегодня смог прорваться на третий. Теперь с Алым Багрянцем могу думать о четвёртом. Три месяца⁈

Лорд покачал головой.

— … Даже десять лет не срок. Главное, что у меня есть возможность стать таким же могущественным, как и твой учитель.

Разговор неожиданно свернул на необычную тему. Потому я спросил:

— Тоже хотите попасть во Второй Пояс?

— Все хотят, — Пакур тихо фыркнул. — Там в десять раз больше энергии, чем здесь. Начинающие адепты к двадцати годам имеют все шансы прорваться на стадию Заложения Основ [2+]. Там нет нулёвок, прибывающих из Пограничной Зоны. Все местные жители — это переселенцы из Первого Пояса и их потомки. У них совсем другая жизнь, Маркус.

Услышанное напоминало историю Соединённых Штатов — страны, построенной переселенцами. Видимо, Второй Пояс — это похожее место, только во много-много раз больше. Тот же Новый Свет, только в Поднебесье.

— Там всё и правда настолько сильно по-другому?

Пакур с удивлением глянул на меня.

— Ты точно ученик Оленя? Или с ним об этом не говорили?

— Второе.

Лорд прикрыл глаза и, подумав, произнёс:

— Все, кто мечтает о Втором Поясе, не хотят, оказавшись там, стать «ещё одним переселенцем». Могущество — это наша личная защита. Когда-нибудь и я отправлюсь вслед за твоим учителем. Мне тоже интересно, куда ушла леди Сильвания.

Понятия не имею почему, но Лорд показался мне в этот миг необычно грустным. О том, что Пакур вообще знал о наставнице Оленя, мне только сейчас стало известно.

Со стороны Формации Сбора раздался свист. Стоявший там Колун замахал руками.

— Рогатый чви уже внутри Обратного Барьера. Говорит, можем продолжать, если ты нам ещё духовной энергии соберёшь.

— Пусть начинают. Я скоро присоединюсь.

Ни я, ни учитель не забыли о просьбе Молоха. Патриарх Глыба хотел пройти тестирование, чтобы узнать, какие у него есть скрытые проблемы с прорывом на стадию Зарождения Души.

…

Через час выяснилось, что с гномом фокус не пройдёт. Тот же объём энергии, моя помощь в переполнении Ядра и «Пилюля Парного Чутья» от Оленя — ничего не помогало.

Мы дважды пытались раскачать Молоха для прорыва, но чего-то не хватало. Энергоканалы гнома начали работать под перегрузкой. Третья попытка станет последней при любом исходе теста.

[Проблем в меридианах не выявлено,] — делаю заметки на листке бумаги для Оленя. — [Нет ни слабых мест, ни значительных утолщений. Ядро тоже в полном порядке. При соблюдении тех же условий, что и в случае Колуна, прорыва не случилось. Остаётся единственная причина: внутренние противоречия в разуме адепта.]

— Чви-чви-чви-чви!

Говоря что-то на повышенных тонах, мой зеленокожий телохранитель зашёл внутрь Формации Сбора. Затем дошагал до Обратного Барьера и вошёл внутрь. Олень орал так, что даже с блокировкой звука стало ясно: учитель в ярости от выходки орка.

Остановив причитания Оленя, здоровяк сел прямо перед гномом. Как и в случае зверолюдей, я не смог прочитать по губам. «Мохреш» ещё не научился распознавать мимику орков в полном объёме.

Молох и Колун о чём-то говорили. Олень один раз закатил глаза. В другой — наоборот, кивнул, подтверждая слова орка.

[Дьявол! Два представителя стадии Зарождения Души и тот, кто хочет к ним присоединиться… О чём они там говорят? Мне ведь тоже интересно!]

Прошло десять минут, затем ещё столько же. Молох ругался с орком, что-то объяснял. Тот продолжал отвечать, причём делал это как-то необычно. Ни криков, ни рычания, ни чви-чви… Скорее урок от более опытного коллеги. Не знаю, что именно произошло внутри Обратного Барьера, но Молох согласился на третью попытку.

Духовная энергия в Формации Сбора как раз успела снова накопиться. Как и в прошлые разы, учитель поделился Духовным Чутьём и вибрациями четвёртой стадии. Я помог создать необходимое давление внутри Ядра.

Вз-з-з!

Вдруг появилась дрожь, сотрясающая весь мир вокруг. Духовная энергия в теле гнома стала разбиваться на вибрации разных стадий и затем соединяться, образуя четвёртую… Ту самую энергию, образцом которой Олень делился всё это время.

Тридцать минут спустя вибрации слились в знакомое звучание, и оболочка Ядра гнома лопнула. В тот же миг Бяка швырнул меня назад и рассёк собою ударную волну, пробившуюся сквозь Обратный Барьер.

Бабах!

Приземлившись на ноги, я сразу рванул к Обратному Барьеру и без промедлений зашёл внутрь. Патриарха Глыбу сильно потрепал прорыв. В отличие от орка, он совершил переход только с третьей попытки. Меридианы здорово перегрузились ещё до прорыва.

[Два крупных разрыва энергоканала. Один — в груди, второй — в районе головы.] — На ходу делаю диагностику пациента. — [Больше сотни микроразрывов.]

— Как он? — поинтересовался учитель.

— Плохо, — закидываю Молоху в рот свой последний флакон «Пилюль Лечения». — Разрывы меридиан я залечу, на ноги поставлю, но вот Треволнение он сам не потянет. Могу сказать это абсолютно точно! Всю следующую неделю ему даже ходить будет тяжело, не говоря уже о нагрузках.

Колун довольно захохотал.

— Я говорил тебе, рогатый чви! У коротышки всё дело было в голове.

— Мне любопытно, — говорю на ходу, не отрываясь от лечения. — Что вы такого сказали Молоху⁈ Кстати, учитель. Вот заметки, которые вы просили. Есть закономерности между числом попыток прорыва и объёмом повреждений энергосистемы. Вы прорвались с куда меньшими последствиями.

Учитель молча взял мои заметки и карту с отметкой о меридианах. На мой вопрос ответил Колун:

— Чви-и-и-и… Я спросил у коротышки то же, что и ты, чви-ловек. «Какой совет к прорыву даст Молох Глыба, который уже достиг стадии Зарождения Души?» Затем рогатый-чви спросил иначе.

Не отрываясь от чтения заметок, Олень скучающим тоном произнёс:

— … «Представь, что через десять лет твоя жизнь никак не изменилась. Ты ходишь на ту же работу. Живёшь с той же женщиной и в том же доме. Всё то же самое, только ты станешь старше… Разве тебя такое будущее не пугает? Что надо сделать, чтобы жизнь изменилась и стала лучше?»… Уйдя с головой и телом в дела клана, Молох напрочь забыл о самом себе. Старый правитель вредит молодняку, сидя на троне. Общество должно меняться. Он сам… Я о Молохе… Тоже должен измениться.

Учитель протянул мне листок обратно.

— Судя по твоим заметкам, вывод тот же. Главный затык крылся в голове. Молох застрял умом на пике Золотого Ядра [3–4]. А мы с Колуном напомнили ему о его истинных мечтах.

…

На лечение Молоха ушло восемь часов. Всё это время небо над нами сверкало, намекая на то, что присутствие сразу ТРЁХ адептов стадии Зарождения Души [4+] оно прекрасно видит. Стоит ожидать запредельно мощного Треволнения.

Олень, поглядывая в облака, произнёс с улыбкой:

— На будущее, ученик. Все тестирования адептов будем проводить внутри магической печати с защитой от Треволнения Небес. Я готов сжечь все свои заготовки, лишь бы так не подставляться.

— Чви-и-и, — Колун кивнул, тоже хмуро поглядывая в небо. — Я тоже чую, что сегодня придётся поставить жизнь на кон. Небо гневается за то, что мы вдвоём помогли коротышке.

Учитель кивнул:

— Это оно ещё Маркуса не разглядело.

Молох попытался подняться на ноги, но тут же упал. Опёрся руками на землю и снова грохнулся на пятую точку.

— Не мешай, — Олень придержал плечо гнома, не давая тому подняться. — В этот раз справимся без тебя. Проставишься потом нам по бутылке. Слышал, ты хорошую коллекцию спиртного у себя собрал.

— Я… я… я…

Молох находился не в себе. Аура с трудом подчинялась его воле.

— Начинаем, — Олень отключил Обратный Барьер.

Как и вчера, Колун вытряхнул из колец-хранилищ кучу металла. Секундой позже меня первым классом отправили в полёт до границы воронки. Там Бяка поймал живой снаряд и нырнул в давно вырытый бункер.

Бабах!

Почву тряхнуло ещё в тот момент, когда мы только летели по шахте вниз. Тысячи призрачных насекомых ринулись вверх по стенкам, принимая на себя скользнувшие по земле разряды молний.

Бабах!

Второй удар Треволнения смёл несколько метров в верхней части шахты. Почти всех призванных насекомых уничтожило разрядом. Индус создал «Призматический Барьер», укрыв нас обоих. Сфера, состоящая из полупрозрачных шестигранных секций, упёрлась в дно.

Аура Бяки превратилась в рой жуков, закупоривающих собой ствол шахты. Эти необычные насекомые сразу впитывают в себя эссенцию из окружающего фона. Так их сопротивление к проявлению стихии вырастает во много раз.

Бабах!

Третий удар Треволнения заставил землю дрожать под ногами. Насекомых Бяки смело. Они попросту не успели адаптироваться под стихию молний.

Бабах!

Шахта обвалилась. Посыпавшаяся сверху земля накрыла собой «Призматический Барьер» индуса. Тот не стал сразу откидывать почву телекинезом. Всё же она хорошо гасит разряды молний.

Мы подождали ещё пять секунд, но пятого удара не последовало.

— Наверх! — рявкнул я, вырываясь из хватки телохранителя. — Если они живы, то им срочно нужна помощь… Да, уверен! Бяка, хорош тянуть время. Такое Треволнение не могло пройти без последствий.

Сразу три адепта на стадии Зарождения Души в одном месте — это перебор. Небо прекрасно понимало, кто именно помог Молоху прорваться.

Размеры кратера выросли в три раза. От флагов Формации Сбора не осталось и следа. Сам воздух искрился от безумной концентрации эссенции молний.

— «Пилюли Лечения»! — протягиваю руку Бяке. — Давай всё, что есть. В городе сочтёмся. Я последние потратил на лечение гнома.

Потерявший сознание Колун держал над собой обуглившиеся руки. Плоть кое-где выгорела до костей. Состояние энергосистемы… Проще сказать, где есть неповреждённые участки. На месте Обратного Барьера сохранился пятачок земли. А вокруг него — целая лужа из кипящего металла.

— Чёртов придурок! — орал я, закидывая в рот зеленокожего телохранителя «Пилюли Лечения», взятые у индуса. — Я тебе помогал прорваться, чтобы ты потом пальцы совал в розетку⁈ Раз такой умный, чего колонны из металла в землю не увёл? Провёл бы заземление.

Колун не ответил. Его сознание занято тем, что борется за жизнь. Лечение пришлось начать именно с орка. У Оленя от едва выросших рогов остались два подпалённых огрызка. Вторичный узор каналов принял на себя основной удар от перегрузки. Плюс рука с тростью, которой учитель прикрывался.

[Видимо, четвёртое Треволнение Небес они с орком приняли уже на тело. «Доспех духа», защита от домена, внешние барьеры… Небо смело всё за три предыдущих удара.]

Так и не успевший прийти в себя Молох снова отключился. Травм минимум — Олень и Колун приняли на себя основную нагрузку.

— Главное, что живы. — Смотрю на Бяку. — Я подлечу здоровяка. Потом берём всех троих и тащим в Невервинтер. Мне не хватит запаса сил и «Пилюль Лечения», чтобы тут справиться со всем.

…

Следующие сутки я лечил, лечил… Матерился и снова лечил. Слава богам магии! Пакур выделил своего личного целителя Пиклона в помощь. Мы вдвоём пахали ещё трое суток без остановки. Руки Колуна, вторичный узор Оленя…

Первым в себя пришёл Молох, которого фактически протащили на стадию Зарождения Души [4+]. Первый день гном провалялся, таращась в потолок палаты. Его родня замучила всех врачей и целителей, пытаясь хоть кому-то из них дать взятки.

За эти три дня Пакур всего раз заходил нас повидать. Подойдя к койке с Милошем, он посмотрел на него секунду, а потом произнёс спокойно:

— И снова невозможное стало возможным, — обратился он ко мне. — Сразу три адепта на стадии Зарождения Души собрались в маркграфстве Аурига… Поправляйтесь.

Сказано это было спокойно, но сердцебиение Пакура сказало за него:

[Лорд сильно переживал за друга.]

Стороживший больницу Бяка теперь с какой-то обидой поглядывал то на спавшего Оленя, то на орка. Они хоть и дрыхли, но оба выглядели до безумия довольными собой.

Настолько большой объём повреждений мне ещё лечить никогда не приходилось. Потому сам находился на пределе все трое суток… Но, чёрт возьми! Пакур прав. Мы провернули нечто грандиозное! А я помог всем троим прорваться. Это невероятно… От одного лишь воспоминания о Треволнении кровь закипает в жилах.

[Интересно, а я смогу обладать такой же мощью⁈]