Глава 17

Первые недели нового года выдались для меня несколько ленивыми. Заказов было еще мало, и я частенько просиживала в библиотеке или помогала дяде и Су с их изысканиями. Для мистера Дейли же началось самое напряженное время.

Уже с утра первого марта дядя с тетей Су увели его в лабораторию, обратили в кинжал и детально рассмотрели плетения. За пару дней они решили проблему с одеждой. После оборота мистер Дейли начал оставался в том, в чем был до превращения. Артефакты только нельзя было с собой взять. Поэтому мистер Дейли оставался без своих очков.

Остальное время отводилось поиску решения двух проблем – как сделать так, чтобы мистер Дейли мог сам обернуться в человека, и как суметь вообще отвязать его от этого артефакта. И если по первому вопросу подвижки были, то вторым больше занимался сам мистер Дейли, расшифровывая криво нарисованные лейтенантом Греймом руны, и пытаясь понять, как провернуть обратный ритуал. И решения пока не находил.

Не просто все было и с паническими атаками мистера Дейли. Ежедневные обороты выматывали его. Первые пару дней были тяжелыми, как и в первый раз. Потом он начал носить на руке резинку. Он щелкал ею себя по запястью, чтобы быстрее прийти в себя. И в совершенстве освоил несколько дыхательных техник для успокоения. Меня беспокоило то, что мистер Дейли старался скрыть, как тяжело даются ему исследования дяди, но всегда с готовностью на них шел.

А еще все свободное время он начал проводить на веранде, тренируясь. Поэтому мы мало виделись, как люди. Но я проводила массу времени, разглядывая кинжал.

- Знаете, что самое любопытное, - рассказывал мистеру Дейли дядя на второй день, - Вы тогда перенеслись к Элеоноре. Но в ваших плетениях нет пространственной магии, позволяющей вам куда-либо переноситься. Су предполагает, - он кинул влюбленный взгляд на тетю Су, - Что, когда вы в артефакте, увеличиваются не только ваши обычные способности, но и спящие.

- Вторая искра? – с сомнением спросил мистер Дейли.

Он сидел за лабораторным столом с чашкой чая и все никак не мог отогреться после недавнего оборота.

- Скорее всего, это спящая кровь, - сказала Су, - То есть вы можете передать этот дар детям. У вас вторая искра уже не откроется, возраст не тот. Но когда вы артефакт, все ваши способности используются по максиму, ведь артефакт не ведает усталости, сомнений, ему не нужно дозировать силу, потому что надорваться он тоже не может. И если вы о каких-то особенностях, спящих в вашей крови, не знаете, не умеете использовать, потому у нас не существует таких техник и знаний, то артефакт просто выжимает из ваших возможностей все возможное. Скорее всего этой капли дара и хватит только на то, чтобы переносить небольшой кинжал.

Мистер Дейли потер лицо, вид у него был весьма ошарашенный.

- Через пару недель уже отвяжем вас от этого дома, - сказал дядя Вилсон, - Но вряд ли простимся. Нужно разобраться как разорвать вашу связь с артефактом.

- А как вы будете разрывать связь с домом? – спросил мистер Дейли.

- Ну смотрите, - дядя с готовностью развернул проекцию плетений кинжала, - Вот эти все нити для связи вас с возможным хозяином. Они заработают только если кинжал испробует крови.

Мистер Дейли поднял бровь.

- И вы должны быть согласны, - невозмутимо продолжал дядя, - А вот эти несколько не особо сильные, кровной завязки не требуют. Они больше для гармонизации вашего энергетического поля с полем хозяина. За них я вас и привязал. Я их просто отсоединю и подвяжу к вашему резерву, как и было. Как вот только завести внутрь пространственного искажения, где находится ваше тело, ментальную связку? И ее еще надо хорошенько продумать. Не обычная задачка, но мы ее решим. Тогда и сможете превращаться сам туда-сюда. А теперь давайте сделаем слепок вашей ауры, чтобы попытаться понять, какой именно ритуал провели с вами.

В первый день нового года вечером я вернулась домой. Там меня ожидало два шикарных букета от мистера Харрисона.

«Поздравляю с Новым годом! Загадал желание, чтобы в следующем году мы его встречали вместе!» - гласила записка на одном из букетов.

- Хм, это тот красавчик с прошлого бала? - услышала я над ухом голос Элизабет, - Быстрый какой.

Я сунула записку в карман и щелкнула сестрицу по любопытному носу. Она хихикнула.

- Он, кстати, сегодня звонил, - сказала она.

- Откуда у него наш номер? – удивилась я.

Элизабет пожала плечами.

- От бабушки? – предположила она.

Затем эта чертовка сделала пируэт, изящно взмахнув своим длинными пшеничными волосами в воздухе, и ускакала наверх, мурлыкая под нос свадебный вальс.

Я не перезвонила. Весь вечер заряжала и чистила пылесборники по всему дому. Но признаться честно, я и не хотела звонить. Надо собраться с мыслями и что-то наконец решить. Мистер Харрисон мне в целом симпатичен, хотя наше свидание показало его, как человека незрелого. Злости я на него не держала. Он не виноват, что я заболела. Но он должен был предупредить меня, чтобы я банально правильно оделась.

Мистер Дейли мне нравится больше - его спокойный характер, тактичность, эта его скрытая сила, которая дарит чувство безопасности рядом с ним, то, как он идет дальше, не погружаясь в меланхолию из-за ударов судьбы. Мне даже нравится его не кричащая, но очень приятная внешность. И если поначалу мне просто нравилось с ним общаться, то в тот момент, когда я во время болезни проснулась ночью, и увидела его рядом задремавшего в кресле, что-то в моем сердце переменилось. Но разобраться интересна я ему, или мистер Дейли просто тянется за общением к ближайшему не отталкивающему его человеку, я до конца не смогла. Он ни на что никогда не намекал, не позволял себе ничего лишнего. Но что-то между нами явно происходило. Моя рациональная часть напоминала, что у мистера Дейли слишком много проблем в жизни, и решатся ли они когда-нибудь – неизвестно. Вряд ли ему сейчас до отношений.

Мистер Харрисон тоже должен когда-то повзрослеть. Он мне по-своему симпатичен, богат и красив, да и к тому же явно выказывает заинтересованность во мне. Не думаю, что такие мужчины ждут меня на каждом балу. Мне нужно было испытать его, чтобы разобраться точно ли он тот, с кем можно связать жизнь. Поэтому, когда он позвонил следующим вечером, я пригласила его на ужин к нам в воскресенье. Но почему у меня такое ощущение, что ничего уже не поменяется?

И всю субботу мы приводили наш дом в приемлемый вид. В воскресенье готовили ужин, и снова убирались. К тому же близнецы тайком, пока папа отсыпается после ночной смены, принесли в дом щенка. Обнаружили его довольно скоро по разбитой вазе. Лужи мальчишки успевали убирать, а лай каким-то образом умудрились скрыть магией. Отец устроил строгий суд, в результате которого Роб, как назвали щенка, остался жить у нас, но только в пределах веранды и двора.

К вечеру я уже немного ненавидела мистера Харрисона. Ни сил, ни желания что-либо делать с волосами у меня не было. Поэтому я просто провела артефактом для сияющих спиралек и сделала привычный пучок. Долго вертела в руках заколку мистера Дейли. И все-таки воткнула ее в прическу.

Когда я спустилась, мистер Харрисон уже сидел внизу с родителями. Такой же идеальный, как всегда – прическа волосок к волоску, великолепный темно-серый костюм, дорогой шейный платок, тонкий парфюм, который все имели возможность оценить. Там же наблюдались и любопытные Паола с близнецами. Элизабет встретилась мне наверху с Артуром на руках. Она подмигнула и показала большой палец, явно одобряя жениха.

Мистер Харрисон встал при моем появлении и удивленно уставился на мои кудряшки.

- А вы полны сюрпризов, - сказал он пораженно.

Он еще не знаком со всеми моими сюрпризами. На минуту стало даже как-то неприятно. Как будто я обманываю хорошего человека. Он до сих пор ничего не знает о моем ментальном даре, я не испытываю к нему никаких глубоких чувств. И в целом вся история наших отношений – один большой фарс. Он даже меня с моей обычной прической сегодня первый раз увидел.

Отец подозрительно покосился на меня.

- Давайте пройдем за стол, - предложил он.

Мистер Харрисон выдвинул мне стул под внимательными взглядами моей семьи.

- Вас познакомила моя мать, миссис Вилсон? – спросила мама.

- Да, - с готовностью откликнулся мистер Харрисон, - На праздничном ужине в честь моего приезда.

- И вы сразу влюбились? – непосредственно спросила четырнадцатилетняя Паолина.

Матушка на нее зашикала. У мистера Харрисона порозовели щеки, но своего смущения он больше никак не выдал.

- Мисс Картер умеет быть запоминающейся, - сказал он с усмешкой.

Я бросила острый взгляд в мистера Харрисона, он ответил милой улыбкой.

Мама посмотрела на меня с сомнением. В ее взгляде читался вопрос: «Что ты такое вычудила, чтобы тебя запомнили?»

- Я всегда думала, что Элинор самая скромная и тихая из моих дочерей, - сказала она.

Один из близнецов – Роберт – хихикнул. Отец отстраненно наблюдал за всем этим.

Мистер Харрисон расплылся в улыбке.

- Так и есть, - сказал он, - Но внутри нее скрывается более эмоциональный и интересный человек, чем она хочет показать.

Все посмотрели на меня с сомнением.

- А после вашего свидания Нора болела! - воинственно сказала семилетняя Хелена.

- Вы простудились? – удивленно обернулся мистер Харрисон ко мне.

- Все уже в порядке, - ответила я.

- Весь праздник проболела у дяди с бабушкой, - доложила Хелена.

- Это я виноват, - сказал мистер Харрисон, - В следующий раз я все предусмотрю.

Мой отец подложил Хелене куриную запеченную ножку и спросил у мистера Харрисона:

- А чем вы занимаетесь?

Хелена обижено выпятила нижнюю губу, но принялась за еду.

- Я боевой маг, отбываю обязательную службу на севере.

Дальше ужин проходил по обычному сценарию. Мистера Харрисона расспрашивали о его карьерных целях, о родителях, о…

- Какие у вас намерения по отношению к моей дочери? – спросил отец, вид у него при этом был как у заправского прокурора.

- Папа! Мы пока просто знакомимся, - сказала я смущенно.

- Серьезные, - ответил мистер Харрисон.

Мой отец удовлетворенно кивнул.

- Хорошо, - сказал он, - Только не торопитесь, «познакомьтесь» получше. Вы как относитесь в менталистам?

Мистер Харрисон замер. Он был посвящен, в то, что мой отец - менталист. Значит к подобному вопросу должен быть готов.

- Нормально. Мы проходили теорию магии, и я знаю, что менталисты очень ограничены в возможностях применения своих сил.

Отец нахмурился, ответ ему не понравился.

- Если у вас серьезные намерения к моей дочери, то вы должны знать нюансы взаимоотношений с менталистами, - сказал он строго, - Может закон нам и запрещает читать человека или воздействовать на него без разрешения, но эмоции для нас как открытая книга. Быть с менталистом сможет только очень искренний человек.

За столом воцарилась тишина. Казалось, я прям видела, как до мистера Харрисона не сразу, но доходит.

- Правильно ли я понял, что вы тоже менталист? – спросил он у меня.

Я кивнула.

- Вторая искра, -сказала я.

Мистер Харрисон немного ослабил шейным платок под нашими настороженными взглядами.

- Женщин же не обучают ментальной магии? – спросил он наконец.

- Не обучают, - подтвердил отец.

- Тогда вторую искру остается только заблокировать? – еще раз уточнил мистер Харрисон.

Отец пожал плечами.

- Может быть, - сказал он неопределенно, - Необученные маги ничего не умеют. Но эмпатия – врожденная способность любого менталиста.

Мистер Харрисон задумался.

- Вы еще подумайте о ваших намерениях, - посоветовал отец.

Мне было неловко от этого разговора, но он был необходим. И стало чуточку легче, что мой дар больше не тайна.

В целом ужин прошел хорошо. Никто больше не задавал мистеру Харрисону неудобных вопросов. Он быстро оправился от новости о моем даре. Правда беседа вышла довольно светской – о погоде и природе, ну и на сладкое близнецы рассказали о собаке. Тогда мы все сместились на веранду, чтобы полюбоваться, как трепет большие мягкие уши серого пса мистер Харрисон.

Перед уходом мистер Харрисон поцеловал мне руку и сказал:

- Ментальный дар – тяжкая ноша. Сейчас легко блокируют вторую искру. Ваша стихийная магия не пострадает.

Я натянуто улыбнулась и ответила:

- Да, я об этом еще подумаю.

Вот и не пришлось ничего решать. Думаю, что мистер Харрисон больше не вернется.