Открыла глаза я уже в собственной спальне. Удивительно, но провалов в памяти не было. Я отлично помнила все события, которые предшествовали моему позорному обмороку.

Подумать только! Фармацевт со стажем, опытный провизор, и тут такое! Стыдно, товарищи.

Только пошевелившись, я поняла, что дышать как-то подозрительно больно.

Но эти мысли почти сразу же вылетели у меня из головы, потому что у своей кровати я обнаружила своего пациента, а по совместительству нанимателя.

Натаниэль сидел на стуле, закинув ногу на ногу и, откинув голову на спинку, кажется, спал.

Попытавшись подняться, что поняла, что мне не показалось. Дышать и правда тяжело. А всё потому, что рёбра сдавлены так, словно на меня корсет надели.

Что здесь происходит? Откуда взялся корсет и почему лорд-дракон с огромным количеством труднопроизносимых титулов сидит у постели своей служанки?

Ладно, помощницы, но это не сильно меняет ситуацию.

Это что, мои сны при температуре 39?

Пока раздумывала, пациент очнулся. Или пациент теперь я?

Господи, почему ж всё так болит?

— Очнулась? — спросил Натаниэль слегка хриплым со сна голосом. — Не вставай.

— Почему? — выдавила я.

У меня, кстати, голос был не лучше. Скрипучий, ломкий, срывающийся.

— Тебя ранили, вообще-то.

— Что?

— У тебя ножевое ранение в боку, тупица, — вздохнул Натаниэль. — Как можно было этого не почувствовать?

— Не знаю.

— Вот и я не знаю. Интересно, сколько бы ты ещё бегала с ранением, если бы от кровопотери не свалилась?

— Давно я без сознания?

Натаниэль скривился, а потом подал мне стакан воды. Удивительно, но после нескольких глотков стало заметно легче.

— Давно, — ответил он. — Крови ты потеряла много, а ещё на тебя, как оказалось, отвратительно действует целительная магия.

— Правда? Удивительно. Я когда себе порезы залечивала ничего такого не заметила.

С кряхтением я начала подниматься на локтях, и Натаниэль через секунду оказался рядом, подоткнув подушку мне под спину и придержав, позволяя устроиться удобнее.

— Ч-что? Что вы делаете?

Нет, всё же определённо сон. Почему Верховный дракон поправляет мне подушки?

Я очутилась в какой-то параллельной вселенной?

— Ты слишком раздражающе кряхтишь, — нашёлся Натаниэль, оправдав свои действия. — Приходится помогать, чтобы самому не мучиться. Но не переживай, я всё записываю, потом обязательно отыграюсь.

— Ага, — кивнула я с приоткрытым ртом.

— Муха залетит, — предупредил меня дракон.

И как понял, что у меня челюсть где-то на полу валяется? Он настолько хорошо ориентируется с помощью магии?

— Это будет меньшая из моих проблем. Я тут, кажется, с ума сошла.

— По моим наблюдениям уже давно, — подтвердил Натаниэль.

— А как будто бы недавно. Ну это если судить по ощущениям.

— Я бы на твоём месте не полагался на ощущения сумасшедшей.

— И то верно, — кивнула я. — Так, ладно, о теории параллельных вселенных я потом подумаю. Лучше скажите мне, лорд, что было после того, как меня неожиданно ранили, и я позорно потеряла сознание…

Пока говорила, в голову пришло, что в комнате больной не видно ещё одного очень важного действующего персонажа.

Где мой ребёнок?!

— Ай… Где моя дочь?

— Да не вскакивай ты, — зарычал Натаниэль. — Всё с ней в порядке.

— Где она?

— Сейчас, думаю, на занятии музыкой.

Повисла почти зловещая тишина. Хотя зловещей она казалась только мне. Натаниэль выглядел практически безмятежным.

— Где?

— Я слышу нотки недоумения в твоём голосе.

— Правда? Гениальная дедукция! И что же меня выдало? — спросила я, пытаясь сдержать подступающую истерику. — Моя дочь не занимается музыкой.

— Теперь занимается.

— Что вы сделали, Ваше Сиятельство?

— А что? — слегка смутился Натаниэль, поджав губы. — Я не знал, что с ней делать, и нанял гувернантку.

Я выдохнула. Медленно, через нос. Пытаясь осознать, что высокопоставленный дракон, которого мне хотелось придушить большую часть времени, не только спас меня от бандитов, подосланной моей матерью, но и об Айрис позаботился.

— Вы не должны были, — прошептала я.

— Глупости, — отмахнулся Натаниэль. — Я ведь должен заботиться о своём ценном сотруднике.

— Хм…

— Ты обещала меня вылечить, помнишь?

— Вообще-то, именно этого я вам не обещала. Я говорила, что попробую что-нибудь придумать.

— Мелочи, — поморщился он. — Главное, что у меня на тебя есть планы.

— И это немного пугает.

— А теперь ещё и загадка твоего происхождения…

— Какая ещё загадка? Никакой загадки нет. Отец и мать известны, а если вам интересно, как именно я на свет появилась, то я, так и быть, проведу вам лекцию про пестики и тычинки. Видите ли, когда мама с папой очень любят друг друга…

— Ирэн, прекращай этот цирк, ты прекрасно поняла, что я имею в виду. Почему тебя преследовали наёмники? Почему на тебя почти не действует целительная магия? И… другие вопросы тоже имеются.

— Наёмники не за мной приходили, — сказала я, а потом поняла, что слишком много рассказывать не стоит, и попыталась свернуть разговор. — Просто случайно наткнулась. Не повезло. А про остальное я вообще ничего не знаю. Обещаю подумать.

— Я вот тоже решил подумать, — кивнул Натаниэль.

— И как? Получается?

— Уволить бы тебя за оскорбление начальства, — вздохнул он.

— Увольнять больного человека вообще не этично. Вы и так на гувернантку для моей дочери потратились, а потом я вас ещё и засужу за нарушение трудового законодательства. Оно вам нужно? Разоритесь ведь!

— Твоя трепетная забота умиляет, — улыбнулся Натаниэль.

— Знаю, я вообще само олицетворение доброты и кроткости.

— И скромности ещё, — поддакнул Натаниэль. — А ты права, уволить тебя — это слишком просто. Вместо этого… Когда поправишься, мы с тобой прогуляемся в столицу.

— Какая столица? Вы в своём уме? У нас здесь работы непочатый край!

— Подождёт.

— То есть мы никак не собираемся обсуждать тот факт, что вы внезапно превратились в машину для убийства, отрастили меч из собственной крови, впали в странный транс и даже, кажется, прозрели ненадолго.

— Именно. Не собираемся.

Я вздохнула. А этот сонный паралич всё страннее и страннее.

— С этим можно и после столицы разобраться, — добавил Натаниэль.

— Зачем вам в столицу? Тем более в моей компании.

— Пусть это будет сюрпризом. Есть у меня одна теория, но она настолько нереалистичная, что озвучивать её преждевременно.

— Эта теория как-то связана с моим происхождением?

— Возможно.

— Вы что, эксперименты на мне собрались ставить в отместку? Предупреждаю: я не дамся.

— Не беспокойся, пока ты не поправишься, я к тебе пальцем не прикоснусь.

— А потом собираетесь, что ли? Вы забыли, что я замужем?

Натаниэль оскалился, словно моё напоминание доставило его огромное удовольствие.

— О, я помню, Ирэн.

И сказано это было таким тоном, что я сразу поняла: здесь что-то не так. Этот драконище явно задумал какую-то игру… Причём вряд ли она мне понравится.