Начиналось всё относительно красиво. Ласковая улыбка матери, которая как весеннее солнышко для любого ребёнка. Нежное прикосновение к голове.

— Айрис, ты так выросла! — улыбнулась Маргарет. — Я скучала, милая.

— Я тоже скучала, мама!

Девочка цеплялась за руку матери, хлюпая носом. А когда слёз стало слишком много, ткнулась носом в живот Маргарет.

Именно в этот момент я увидела, как та поморщилась.

Ей было неприятно, что дочь плачет и пачкает ей платье!

Кулаки сжались, но я молчала. Айрис так радуется… У меня не поднялась бы рука разрушить это.

А зря. Может, лучше было бы просто забрать мелкую.

Да, я была бы злодейкой в её глазах, но может, так для неё было бы проще?

— Айрис, ты ведёшь себя неприлично, — отрезала мать. — Леди не проявляют своих эмоций на публике.

— Простите, матушка, — тут же потупилась девочка.

— Что ж, хорошо. Я прикажу подать чай. Проходите.

Нельзя сказать, что дом тёти Вайолет был шикарным. Скорее небольшой дом аристократа средней руки, который предпочитает держать жильё на случай, если понадобится остановиться в этом городе.

Навскидку, здесь должно было быть от трёх до пяти спален, хозяйственные помещения, гостиная, небольшая библиотека, возможно, кабинет.

Балы здесь не устроишь, но жить с комфортом можно.

Собственно, это понимала не только я. Айрис смотрела на обстановку вокруг горящими глазами, уже представляя, как будет жить здесь вместе с мамой.

Я прикусила губу.

Хоть у меня и получилось добиться более высокого положения в замке Роуд, но я всё ещё была обслуживающим персоналом. И пусть у Айрис была своя небольшая комната, дать ей те условия, к которым она привыкла, я не могла.

— Ирэн, ты всё ещё носишь это платье? — недовольно протянула Маргарет, вырвав меня из собственных мыслей. — В нём ты похожа на прислугу.

— Это потому что я и есть прислуга.

Лицо матери на несколько секунд брезгливо скривилось, но потом она глянула на Айрис и поспешила поджать губы.

— Что ж, это… практично. Всё лучше, чем в аптеке торговать или лечить плебеев. Я волновалась о том, как ты справишься. Всё же я доверила тебе Айрис.

Доверила, как же! Бросила свою дочь. Ладно бы только старшую, но ведь и младшую тоже!

К сжатым кулакам прибавились сжатые зубы, но я по-прежнему сдерживала свои низменные порывы, повторяя, что бить людей плохо. Кусать, кстати, тоже. Даже если очень хочется.

— Ты стала очень ответственной, Ирэн. Трудности пошли тебе на пользу.

Я почувствовала, как начал дёргаться левый глаз.

— Хоть кому-то они на пользу пошли. Не все могут сделать выводы и стать лучше, — сказала я с такой же милой улыбкой, как и у Маргарет.

А что? Если обмениваться пассивной агрессией, то обоюдно. Нет уж, больше у этой особы не получится гнобить дочь.

— Мамочка, а мы теперь будем жить в этом доме? — спросила Айрис, которой было очень сложно усидеть на месте.

— Ты снова забываешь про манеры, милая, — напомнила ей мать.

Девочка поникла и села неподвижно, вытянувшись почти как идеальный солдат.

А у меня начал дёргаться уже и правый глаз.

— Нет, Айрис, боюсь, твоя тётя Вайолет будет против. Она и так согласилась одолжить мне этот дом, чтобы я была поближе к тебе. Привести тебя сюда без её ведома будет некрасиво.

— Н-наверное, — растерянно протянула девочка.

Большие детские глаза были полны обиды, а нижняя губа начала подозрительно подрагивать.

— И я вообще не понимаю, почему ты так упряма, моя милая. Джулиан был так мил, что пригласил вас с Ирэн погостить к себе.

— Погостить, как же, — фыркнула я.

— Не смей меня перебивать! — вспыхнула Маргарет.

Ненадолго же её хватило. Куда-то внезапно делось всё наигранное желание наладить отношения с дочерями.

Зато спесь вылезла так, что после визита к «маменьке» хотелось помыться.

— Айрис, думать только о себе очень эгоистично, — продолжила увещевать эта особа. — Ты ведь понимаешь, что могла бы помочь нам с папой?

— Как?

Сестрёнка хмурилась и опустила голову вниз, начав смотреть на мир настороженно.

— Он ведь не требует чего-то невероятного. Просто ему нужны твои способности. Ты ведь понимаешь, что можешь помочь кому-то.

Интересно, как? Айрис была ходячим антидепрессантом… точнее, транквилизатором.

Она могла воздействовать на разум живых существ, делая их спокойнее, покладистее, покорнее.

Учитывая, что Джулиан прилагает огромные усилия, чтобы жениться на ребенке, вряд ли Айрис нужна ему, чтобы какого-нибудь родственника буйного утихомирить.

Планы явно более глубокие. Я бы сказала, наполеоновские.

— Хватит, — прошипела я, понимая, что мать сейчас начнёт основательно давить на сестру.

— А ты не вмешивайся, Ирэн. Что за глупые капризы? Ты уже испортила Айрис своим поведением! Она совершенно забыла о манерах и не почитает родителей.

— Кажется, пять минут назад ты говорила, что я стала ответственной и ты не зря доверила мне Айрис.

— Это называется манеры, — поджала губы мать. — Не могла ведь я сказать, что ты позоришь семью, работая прислугой. Нужно во всём находить что-то хорошее.

— Я позорю семью? — удивилась я.

А потом поняла, что всё. Сил моих больше нет терпеть этот праздник тщеславия.

— Айрис, выйди.

— Почему ты выгоняешь мою дочь?

Девочка посмотрела на меня, на мать, подумала пару секунд, а потом действительно вышла за дверь.

— А теперь послушай меня, — процедила я. — Я была готова дать тебе шанс только потому, что Айрис тебя любит, а я не хочу разбивать её детские надежды на нормальную семью.

— Конечно, она меня любит! Я её мать!

— Ты об этом не вспоминала, когда бросила её.

— Не говори ерунды. Что мне было делать? У меня нет своего дома, нет средств к существованию. Куда бы я её отвела? Осталась бы ночевать на улице?

— То есть тот факт, что я оказалась ровно в такой же ситуации, никого не волнует? — спросила я. — Знаешь, не отвечай, на самом деле мне плевать. Плевать на твою эгоистичность, твоё лицемерие, твои планы выгодно продать дочь. Но ты должна знать, что я не позволю тебе это сделать. Костьми лягу, но Айрис защищу.

— От чего? От собственной матери?

— Если понадобится. Пусть я буду для неё злодейкой, которая не позволяет видеться с мамой. Но зато она будет в безопасности.

— Ты не можешь! Если понадобится, я до императора дойду!

— Вау, аж до императора! — присвистнула я. — Как много тебе пообещал Джулиан?

Маргарет поджала губы.

— Ты не понимаешь. У нас с отцом сейчас очень тяжёлое положение, а Айрис может помочь. С неё ведь не убудет, если она заключит помолвку с Джулианом.

— То есть тебя не смущает, что может сделать посторонний мужчина с очень сомнительными моральными принципами, если твоя дочь окажется в полной его власти?

— Он ведь аристократ, а не плебс какой-нибудь. А вот что она делает, пока ты прислуживаешь, ещё разобраться нужно.

Послышалось низкое рычание, и даже гадать не пришлось, кто здесь решил вообразить себя диким зверем. Ещё и бешеным, к тому же.

Нет уж, пора заканчивать. Если останусь здесь ещё на пять минут, я маман не только выскажу всё, что думаю, но и половины шевелюры лишу.

Лучше ей не знать, на что способны провизоры! Я с бомжами дралась, что мне какая-то хилая аристократка?

— В общем, можешь хоть к императору идти, хоть к богам взывать. Я не позволю тебе продать Айрис Джулиану. И тебе, кстати, придётся с этим смириться. Вместе с Айрис ты получишь долг, который повесили на меня. Хочешь?

— Нам его простят, — отмахнулась мать.

— Допустим. А с новыми как рассчитываться будите? Сколько дочерей у вас есть, чтобы ими за долги расплачиваться?

— Неблагодарная девчонка! Ты должна действовать во благо семьи!

— Я и действую. Только ты мне больше не семья. Моя семья — это я и Айрис. Она будет тебе писать, и ты уж постарайся отвечать на эти письма адекватно, иначе я наведаюсь и покажу тебе, на что способен очень злой и, что важно, обученный маг.

Маргарет что-то кричала мне вслед, но я уже не слушала. Эта женщина мне не соперник.

Она пренебрегала образованием и не развивала свой слабый магический дар. Так что единственное, что она может сделать — сдать меня и Айрис Джулиану. Но это в любом случае случиться, так что нечего паниковать.

У меня есть достаточно времени, чтобы выбраться из ловушки, в которую он меня загнал.

Так я думала… А потом жизнь внесла свои коррективы.