Письмо для Маргарет сочиняли долго и упорно. В свои шесть лет Айрис умела читать и писать, но строчки выходили ещё слегка корявыми.

Так что она потребовала от меня, чтобы я переписала её сочинение набело. Я вздыхала, но переписывала.

И понимала, что ответное письмо матери тоже нужно будет переписывать. Или вообще сочинить заново. Только почерк изменить.

А вообще, глядя на кривые строчки Айрис, я осознавала, что нужно начинать с ней заниматься всерьёз.

Я старалась выделить хотя бы пару часов в день, чтобы почитать с ней, объяснить основы математики, биологии и всё, что помнила из программы начальных классов. Но этого было катастрофически мало.

По-хорошему нужен учитель, чтобы ребенок и хорошие манеры знал, этикет, танцы, музыку, возможно, иностранные языки.

Вот так и начнёшь понимать тех загнанных, как ломовые лошади матерей, которые своих детей таскают по всем кружкам и «развивашкам».

А как иначе? Тут хочешь не хочешь, а лишние часы в сутках нужно находить.

Выглянув из окна библиотеки, я увидела Риту, и вопреки своим же мыслям о том, что нужно больше работать, подхватила книгу и поспешила к ней.

Как раз обеденное время, никто отвлекать не будет. Мадам Крыс усвоила урок и во время законного перерыва не подходила больше на всякий случай ни к кому.

— Рита! — крикнула я, пытаясь догнать девушку. — Фух, не угонишься. Ты куда так спешишь?

— Там пионы распустились, — сказала она.

— Правда? Замечательно. Как раз об этом я и хотела поговорить.

— О пионах?

— Не совсем, — хмыкнула я, протягивая ей книгу. — Держи.

— Что?

Рита уставилась благоговейным взглядом на обложку, на которой было написано: «Искусство анфлеража, секреты алембика, смолы и фиксаторы».

— Здесь описаны основные техники изготовления духов. Хотя секретов восточного Аматсу нет, но всё же тебе может быть полезно.

— Где ты её достала? В городской библиотеке такого не сыщешь!

— Увидела здесь и взяла под свою ответственность. Не переживай, с лордом всё согласовано, тебя никто ни в чём не обвинит. Главное обращайся аккуратно.

Рита активно закивала, прижав к себе книгу так, словно та была сокровищем.

Такие профильные издания гильдии старались не выпускать из своих рук. Нет, теоретически купить книги можно было, но стоили они очень приличных денег. Особенно те, которые могут дать старт в какой-то карьере.

Образование здесь было ценностью, и никто не видел ничего плохого в том, что беднякам, да и обычным людям, оно не по карману.

— Конечно! — активно закивала девушка. — Буду хранить как зеницу ока! И отдам как можно скорее!

Создавалось ощущение, что она в рекордные сроки не просто прочитает, а перепишет от руки всю книгу. Впрочем, я бы на её месте так же поступила.

Это у меня здесь положение привилегированное и карт-бланш на поиск информации. Я могу пользоваться библиотекой, как захочу, и никто слова не скажет.

А если кто-то из слуг решит себе такое позволить, то быстро вылетит отсюда.

Библиотека — это хозяйское помещение, и пользоваться ей было бы примерно такой же наглостью, как принимать ванну в покоях Натаниэля.

— Я быстро отнесу книгу, чтобы ничего не случилось, и вернусь. Подожди меня, — прощебетала Рита и скрылась.

Как я поняла, походу к пионам всё же быть. Впрочем, я была не против, цветы мне нравились так же, как и всем девушкам.

Но явно не так, как Рите. Она когда видела цветы, напоминала то ли ребёнка, то ли человека после лоботомии. Слюну пусть из уголка рта и будет завершённый образ.

И действительно. Вернувшись, подруга потащила меня вглубь сада.

— Знаешь, что мне не даёт покоя, — просила я, когда мне надоело наблюдать за её причитаниями о красоте и аромате пионов. — Ты столько духов скупила, а я ни разу не слышала, чтобы от тебя ими пахло.

— Это ты просто в моей комнате не была, — хихикнула девушка. — Пытаюсь ноты определить. Иногда смешиваю разные ароматы.

— И как? Получается что-то?

— Не-а, — призналась она. — Но я не теряю надежды. Ты ещё на ярмарку пойдёшь?

— Придётся. Нужно платья забрать, которые заказывала.

— И с мамой увидеться, наверное. Не знала, что она у тебя в Родвиле живёт. Ты для этого выходной взяла? Устроишь день рождения Аси большой компанией?

— Нет! — заорала я так, что Рита шарахнулась в сторону.

— Чего кричишь?

— Ничего, просто… Не поднимай тему семьи, пожалуйста.

— А-а, — протянула Рита, сделав какие-то свои выводы. — Как скажешь.

Я оглянулась, пытаясь определить, нет ли кого-нибудь поблизости. Эх, и чего этот сад такой густой? Находка для шпиона, а не прогулочный парк.

— И при Асе не говори о моей матери.

— Без проблем. Сразу бы сказала, что тема неприятная.

— Да как-то… не принято о таком распространяться.

— Тоже верно, — вздохнула Рита. — Если вдруг какая-то помощь понадобится, ты говори. Я не понаслышке знаю, как тяжело бывает с родственниками.

Девушка моментально переключилась и начала рассказывать про своего дядю, который её то сватает кому-то из своих друзей, то поучать пытается, то ещё что.

В конце концов, у каждого есть свои родственники, о которых не получается вспомнить ничего хорошего.

***

— Теперь вы не отвертитесь! — сказала я, потирая руки.

— У тебя слишком довольный голос для того, кто только что вломился в кабинет своего непосредственного начальства, — вздохнул Натаниэль.

— А у вас рабочий день уже закончился, так что я решила вас подловить.

— С чего ты взяла, что он закончился?

— За окном уже темно!

— Правда? А я и не видел, — пожал плечами Натаниэль.

— Не смешно, — закатила я глаза. — У вас, кстати, и в кабинете темно. Половина светильников под замену.

В этом кабинете магические лампы зажигались, как и в коридорах — по расписанию. Проблема была в том, что этот дракон в своё «святая святых» мало кого пускал.

— Похоже, чтобы меня сильно заботило недостаточно освещение?

— Так и знала, что вы ужасный эгоист, — вздохнула я. — И вообще, хватит этих прелюдий, дайте мне нормально вас осмотреть.

Началась самая нелюбимая процедура Натаниэля. А именно необходимость снова предстать передо мной без повязки.

— Что ты там пытаешься найти? — покачал он головой.

— Понимаете, эти шрамы — единственное, что осталось после несчастного случая. Я думаю, они напрямую связаны с вашими аномальными клетками. И отслеживать ваше состояние мне нужно не только по крови, но и по ним.

— Давай только быстрее, — протянул он недовольно, и всё же подошёл ко мне, сняв повязку.

Немного размяв пальцы, я прикоснулась к его лицу, чтобы повернуть к свету. А потом почему-то замерла, пытаясь вспомнить, как дышать. Очень захотелось провести подушечкой пальца по щеке.

И не мне одной. Увидев, как дёрнулся кадык, я поняла, что нужно заканчивать.

— Знаете, я в такой обстановке ничего не разгляжу, — сказала я.

— Тогда осмотр откладывается, — повеселел Натаниэль.

— Вот уж нет! Подождите минутку.

Выбежав в коридор, я отковыряла пару магических светильников, которые крепились к стенам, и поспешила назад.

— А теперь стойте и не вертитесь, — приказала я.

Но на всякий случай взяла Натаниэля за плечо, вспоминая золотое правило, что хорошо зафиксированный пациент в анестезии не нуждается, и зажгла магический светильник в другой руке.

Вспышка, треск и хлопок были настолько неожиданными, что на несколько секунд оглушили, и я не сразу поняла, что произошло.

Только когда начала чувствовать боль в руке, дошло, что прямо у меня в пальцах взорвался тот самый светильник, который я пыталась активировать магическим импульсом.

— Странно. Я что, слишком много энергии использовала? Вроде бы как обычно, — сказала я задумчиво. — Хорошо, что поднять руку не успела, а то вас бы осколки задели.

Подняв кисть, я начала рассматривать порезы, думая о том, сразу можно их заживить или сначала нужно очистить.

А потом увидела, как в глубине глаз Натаниэля разгорается что-то, чему там совсем не место. Не колдовской огонь, а словно два тлеющих угля.

Сам же он находился словно в каком-то странном трансе.

Всё это длилось не больше пары секунд, а потом он закрыл веки и схватился за голову, отшатнувшись от меня. Послышался тихий стон.

— Что? Где-то болит? Вас задело?

— Нет. Не знаю… Я… Кажется, я что-то видел.