Холодок исчез.

Я не знала, когда именно — может, через минуту, может, через час. Я просто сидела, прижавшись спиной к шершавому стволу, и смотрела в темноту, ожидая, что из неё выйдет ледяная тень с вопросом «Сдаёшься?». Но ничего не происходило. Тишина. Только дыхание саблезуба и шелест синих листьев над головой.

Крайд ушёл. Или отступил. Или просто затаился, чтобы наблюдать. Но его присутствие — этот ледяной давящий взгляд — больше не висел в воздухе.

— Ушёл, — прошептала я, не веря себе. — Реально ушёл. Может, у него там перерыв по расписанию? Ледяные агенты тоже имеют право на обед.

Саблезуб поднял голову. Его глаза следили за мной, в них всё ещё была настороженность, но уже меньше страха. Он принюхался, повёл ушами, потом снова опустил голову на лапы.

— Ну, хоть кто-то не хочет меня убить, — горько усмехнулась я. — Или просто сил нет. Понимаю. Я тоже на нуле.

Я посмотрела на зверя. Он лежал, тяжело дыша, его бок вздымался и опускался с каждым хриплым вдохом. Рана на боку выглядела ужасно — рваные края, воспалённая плоть, запёкшаяся кровь. Сломанная лапа была неестественно вывернута.

— Ты долго не протянешь, — сказала я тихо. — Если я не попробую что-то сделать. А я, знаешь ли, терпеть не могу, когда умирают те, кто мне даже не представился.

Зверь не ответил. Он просто смотрел на меня своими глазами, полными боли и усталости. В них не было злобы. Только беззащитность.

Я закрыла глаза. В голове мелькали обрывки воспоминаний Лиры — сложные ритуалы, формулы, заклинания. Но я не понимала их. Я была менеджером, а не магом. Я умела считать бюджеты и разруливать конфликты, а не вызывать демонов и лечить зверей.

— Ладно, — сказала я себе. — SWOT-анализ. Силы: я жива, у меня есть магия (какая-то), я не одна (саблезуб — хотя бы не угроза). Слабости: я ранена, голодна, не знаю местности, магия неконтролируема. Возможности: могу попытаться... — я задумалась, — могу попытаться исцелить его. Не убить. Исцелить. Угрозы: Крайд, демоны, голод, заражение, и тот факт, что я понятия не имею, что делаю.

Я открыла глаза и посмотрела на свои руки. Худые, бледные, с длинными пальцами. Руки Лиры. Руки, которые убивали.

— Только не сегодня, — прошептала я. — Сегодня они будут лечить. Или хотя бы пытаться. Это как собрать мебель из Икеи без инструкции — непонятно, но стараешься.

Я медленно поднялась. Каждое движение отдавалось болью в плече, но я заставила себя не обращать внимания. Саблезуб насторожился, зарычал предупреждающе.

— Тихо, тихо, — сказала я, поднимая руки. — Я не трону тебя. Я хочу помочь. Честно.

Я опустилась на колени рядом с ним — на расстоянии вытянутой руки, но достаточно близко, чтобы дотянуться до его раны. Он смотрел на меня с недоверием. Шерсть на загривке встала дыбом, но он не отполз. Сил не было.

— Хороший мальчик, — прошептала я. — Терпи. Я тоже терплю.

Я протянула руку к его ране. Не касаясь. Просто рядом.

— Я не знаю, как это делается, — призналась я. — Я никогда не лечила. Только ломала. — Я усмехнулась. — Ну, или случайно создавала зомби-воробьёв. Но это было не нарочно.

Я закрыла глаза. Сосредоточилась. Не на страхе. Не на панике. На чём-то тёплом. На чём-то спокойном.

«Представь, что это Мурзик, — сказала я себе. — Ты просто хочешь, чтобы ему стало лучше. Ты не хочешь его испортить или сломать. Ты хочешь облегчить боль.»

Я представила чистую воду. Прохладную, прозрачную, струящуюся по ране, смывающую грязь и воспаление. Представила, как края раны смыкаются, как ткани срастаются, как боль уходит.

Из моих пальцев вырвался слабый серебристый свет.

Не чёрный. Не зелёный. Серебристый, как лунный блик на воде. Он струился из рук, окутывая рану зверя мягким пульсирующим сиянием.

Зверь вздрогнул. Зарычал. Но не отпрянул. Его глаза расширились — не от страха, а от удивления.

— Тихо, тихо, — шептала я, чувствуя, как силы уходят. — Я не причиню тебе вреда.

Серебристый свет коснулся раны, и саблезуб издал низкий вибрирующий звук — не рычание, а что-то похожее на выдох облегчения. Его напряжённые мышцы расслабились. Я видела, как воспалённые края начали бледнеть, успокаиваться. Кровотечение замедлилось, почти остановилось.

— Работает? — изумилась я. — Чёрт возьми, работает! Я только что сделала то, чего не умею!

Зверь вздохнул — глубоко, протяжно. Его дыхание стало ровнее. Он закрыл глаза, и его голова медленно опустилась на мои колени. Тяжёлая. Тёплая. Живая.

— Эй, — сказала я. — Ты чего? Я не разрешала использовать мои колени в качестве подушки.

Но он не шевелился. Просто лежал, прижавшись головой к моим коленям, и тяжело дышал.

Я замерла. Потом медленно, осторожно, опустила руку на его шерсть. Грубая, густая, с жёстким подшёрстком. Он не дёрнулся. Не зарычал. Просто принял это.

— Ну надо же, — прошептала я. — Первый друг в этом мире. И тот — дикий раненый зверь. Так себе социальный круг, Елена. Надо работать над расширением.

Серебристый свет погас. Я убрала руку, чувствуя, как голова кружится от усталости. Рана зверя выглядела чуть лучше — не затянулась, но стала чище, меньше кровоточила. Этого было недостаточно, чтобы спасти его, но достаточно, чтобы дать ему ещё один шанс.

— Держись, пушистик, — сказала я, поглаживая его шею. — Завтра придумаем что-нибудь ещё.

Я огляделась. Лес был тёмным и чужим, но теперь я чувствовала себя не такой беспомощной. У меня была магия. У меня был саблезуб. У меня была цель — выжить.

— Но для начала, — сказала я, — надо найти еду. И воду. И понять, где я вообще нахожусь.

Я сунула руку в складки мантии — просто от нечего делать, просто чтобы занять дрожащие пальцы — и нащупала что-то твёрдое. Маленький кожаный мешочек, спрятанный во внутреннем кармане. Я развязала шнурок и заглянула внутрь.

Монеты.

Металлические, разного размера, с какими-то символами. Не много, но достаточно.

— Ого, — выдохнула я. — У Лиры были сбережения. Видимо, нежить неплохо платит. Или она просто грабила трупы. Вариантов два.

Я пересчитала монеты. Семь серебряных, двенадцать медных. Плюс один странный, золотистый, с изображением крылатой змеи.

— Не знаю, сколько это стоит в местной валюте, — пробормотала я, — но, надеюсь, хватит на еду. И карту. И, может, на комнату с дверью, которая запирается.

Я посмотрела на саблезуба. Он спал — или просто отдыхал, прижавшись к моим коленям. Его дыхание стало глубже, спокойнее.

— Слушай, — сказала я тихо, — я не могу оставаться здесь. Мне нужно найти город. Цивилизацию. Там есть еда. Вода. Люди. — Я задумалась. — Ну, я надеюсь, что там есть люди. А не просто демоны и ледяные маньяки с проблемами контроля гнева.

Саблезуб не ответил. Но он не ушёл. Он лежал, прижавшись ко мне, и его тепло согревало меня в холодной ночи.

— Если я уйду, — сказала я, — ты умрёшь. Без еды, без воды, без помощи. — Я вздохнула. — Но я не могу тебя нести. Ты слишком тяжёлый. И я слишком слабая. И у меня нет саблезубо-воза.

Я замолчала. Смотрела на лиловое небо, проступающее сквозь синие кроны. Две луны — коричневая Лигару с кольцами и зеленоватый Абей — медленно плыли над головой, освещая лес призрачным светом.

— Ладно, — сказала я наконец. — У меня есть план. План «Цивилизация». Я найду город, куплю еду, бинты, может, тележку или что-то, на чём тебя можно везти. И вернусь за тобой.

Я посмотрела на саблезуба. Он приоткрыл один глаз — усталый, но внимательный.

— Ты не против? — спросила я. — Если я тебя оставлю? Ненадолго. Обещаю.

Он закрыл глаз. Вздохнул. И, кажется, чуть заметно кивнул.

Я улыбнулась.

— Договорились. Только не вздумай здесь умереть. У меня на тебя планы. Большие.

Я осторожно высвободила колени из-под его головы. Он заскулил, но не пытался удержать меня. Я встала, чувствуя, как боль в плече снова напоминает о себе.

— Я вернусь, — сказала я, глядя на него. — Правда. Меня зовут Елена, менеджер по особым поручениям, и я всегда выполняю свои KPI. Даже если для этого нужно пройти через лес, полный демонов, и пережить встречу с ледяным психопатом.

Я повернулась и пошла в темноту леса. Ветви хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги.

Через десяток шагов я обернулась.

Саблезуб не смотрел мне вслед. Он опустил голову на лапы и закрыл глаза — то ли уснул, то ли просто экономил силы. Его бок мерно вздымался. Живой.

Я кивнула — то ли ему, то ли самой себе — и пошла дальше.

Потому что у меня был план. Потому что я не была Лирой. Потому что я не бросала своих.

И потому что где-то там, впереди, была цивилизация. С едой. Водой. И, возможно, нормальными людьми, которые не пытаются меня убить.

А если и пытаются... ну, я менеджер. Я умею разруливать конфликты. Даже с летающими тараканами.