От лица Крайда.

Четыре дня.

Мы топтались на месте. Я поднимал все дела Теона, перебирал его связи, изучал логику его работы в Канцелярии. Он ударил не только по репутации ведомства. Он был боевым магом. Законником. Отступником. И это делало его вдвойне опаснее — он знал систему изнутри. Он знал, как мы думаем. Как нас обмануть.

Мы обыскивали подвалы. Заброшенные дома. Тюрьмы. Имения. Вскрывали дело за делом. Ничего. Только пустота и ложные следы. Он играл с нами, уводя в стороны, пока время уходило.

Родственники студентов, которые отправились с ним, подняли шум. Аристократы требовали справедливости, кричали, что их дети не могли такого сделать. Я обрывал их жёстко. Их детки давно уже не детки. Они — преступники, и понесут наказание, достойное их деяниям. Если они ещё живы.

Я почти не спал. Только вода и чёрный кофе, который Войлад приносил каждое утро. Я смотрел на карты, на дела, на списки имён, и чувствовал, как внутри разрастается холодная пустота. Я не знал, где она. Где они. И каждый час приближал её к смерти. Их всех к смерти.

Я перебирал все известные мне места. Все, где Теон мог спрятаться. Все, где он мог провести ритуал. Его привычки. Его логику. Его слабости. Он был бывшим агентом, но он всегда доводил дела до конца. И всегда возвращался на места своих прежних побед.

Имение Торна.

Я вспомнил его на третью ночь. Старое, заброшенное имение в горах. Там, где Теон сорок лет назад поймал одного из самых опасных отступников своего времени. Там, где он провёл свой последний ритуал. Там, где он, возможно, спрятал то, что могло пригодиться ему сейчас.

Но Гас всё ещё не вернулся. Я не мог рисковать. Я должен был ждать.

--

На четвёртый день я сидел в кабинете, глядя на карту. Имение Торна было отмечено красным кружком. Я смотрел на него и чувствовал холодную уверенность. Это было там. Но я не мог двинуться без подтверждения.

И в этот момент я услышал его.

Хлопанье крыльев. Я поднял голову. Гас сидел на подоконнике — чёрный, неподвижный, как вырезанный из ночи. Его глаза смотрели на меня. Он ждал. Он вернулся.

Я медленно встал. Четыре дня я ждал этого момента. Боялся, что он не вернётся. Что Теон убил его. Что я никогда не узнаю, где они.

— Ты знаешь, где они? — спросил я, и голос дрогнул.

Гас нахохлился, взъерошив чёрные перья. Он смотрел на меня с тем особым вороньим высокомерием, которое я уже изучил. Он знал, что он — единственная ниточка. И давал мне это понять.

А потом каркнул — коротко, отрывисто. И вылетел в окно.

Я не стал ждать. Выбежал из кабинета, крича Войладу:

— Поднимай всех. Гас вернулся. Он знает, где они.

--

Мы собрались за пять минут. Я не помнил, как одевался, как седлал лошадь. Я просто двигался, как машина. Но внутри всё кипело. Ярость. Страх. Надежда.

Мы выехали из Академии. Гас летел впереди — чёрный, стремительный, как тень. Он не сбавлял скорости. Он знал, что время уходит. Я чувствовал это кожей.

Мы скакали весь день. Через поля, леса, реки. Я не чувствовал усталости. Не чувствовал холода. Только одно: она там. Они там. И я должен успеть.

— Сколько ещё? — крикнул Войлад, перекрывая шум ветра.

— Гас знает, — ответил я. — Мы не отстанем.

Гас летел над лесом, иногда скрываясь за кронами, иногда поднимаясь выше. Он не колебался. Он вёл нас к ним.

К ночи мы подъехали к старому имению. Оно стояло в низине, окружённое густым лесом. Тёмное, молчаливое, почти сливающееся с ночью. Окна заколочены, двери заперты, сад зарос.

Я узнал это место. Имение Торна. Бывшего агента, которого когда-то ловил сам Теон. Того, кто стал отступником. Того, кто выбрал тёмный путь. Теперь его имение служило убежищем для его бывшего преследователя.

Я остановил лошадь. Отряд замер. Гас сел на крышу — чёрный, неподвижный, как статуя. Он смотрел на меня. Он ждал.

— Там, — сказал я, глядя на тёмные окна. — Они там.

— Ты уверен? — спросил Войлад.

— Гас привёл нас сюда. Он не ошибётся.

Я смотрел на тёмное здание. Оно стояло передо мной, молчаливое и враждебное. Я чувствовал магию, витающую вокруг — тёмную, тягучую, старую. Она пропитала стены, землю, воздух.

— Он знает, что мы придём, — сказал Войлад.

— Да. Он ждёт нас.

Я спешился. Ноги коснулись земли, и я почувствовал, как магия течёт под ногами. Защитные заклинания. Старые, сильные. Но не те, которые я не мог сломать.

— Войлад, — сказал я, не оборачиваясь. — Разбей отряд. Одна группа обходит имение с тыла. Вторая остаётся здесь, прикрывает нас. Третья идёт со мной.

— Прямой штурм?

— Да. Времени нет. Рассвет уже близко.

Я посмотрел на Гаса. Он сидел на крыше и ждал.

— Мы входим, — сказал я. — Найдём их. Вытащим оттуда. Живыми.

--

Я подошёл к воротам. Они были заперты. Я приложил ладонь к металлу и почувствовал магию Теона. Тёмную, старую, уверенную. Он подготовился.

— Ломаем, — сказал я. — Всё.

Я выстроил пентаграмму в сознании. Ударная волна. Самая сильная, на которую был способен. Я выпустил её. Ворота содрогнулись, но устояли.

— Ещё раз, — сказал я.

Войлад и Давид встали рядом. Мы ударили вместе. Ворота рухнули с грохотом, разлетаясь на куски.

— Внутрь, — сказал я. — Ищем подвал. Ищем алтарь. Ищем их.

Мы ворвались в дом. Внутри темно и пусто. Мебель накрыта простынями, на полу слой пыли. Запах старой пыли, сырости и смерти. И магия — тёмная, тягучая, та, что я чувствовал в кабинете Теона. Она витала в воздухе, как призрак. Как напоминание, что мы почти опоздали.

— Подвал, — сказал я. — Там.

Мы спустились. Каменные ступени скользили под ногами. В подвале темно, сыро, пахнет землёй и металлом. Я зажёг свет.

Решётка. Тяжёлая, металлическая, покрытая рунами. За ней — темнота. Я не видел их. Но знал — они там. Чувствовал их присутствие. Слабое, почти угасающее, но живое.

— Они там, — сказал я. — За этой решёткой.

Я подошёл. Решётка заперта. Тяжёлый замок с рунами. Я прикоснулся к нему и почувствовал магию Теона. Он знал, что мы придём.

— Мы не можем войти, — сказал Войлад. — Замок слишком сильный.

— Я знаю, — сказал я. — Но мы найдём способ.

Я повернулся к нему.

— Обыщите дом. Найдите Рокса. Найдите ключи. Всё, что поможет открыть эту дверь.

— А если Теон вернётся?

Я посмотрел в тёмный потолок подвала.

— Тогда встретим его. И остановим.

Я повернулся к решётке. К ним. К ней.

— У нас есть время до рассвета. Используем его с умом.

Войлад кивнул и исчез. Я остался у решётки.

--

Я смотрел в темноту. Я не видел её. Но знал — она там. Они там.

Я опустился на колени перед решёткой. Пальцы коснулись холодного металла. Я чувствовал магию, держащую её закрытой. Тёмную, старую, уверенную.

Я закрыл глаза и начал работать. Медленно, терпеливо, как учили семьдесят лет назад. Не ломал защиту. Обходил её, как вода обходит камень. Чувствовал, как магия отступает, как поддаётся мне.

Время уходило. Но я знал — я успею. Я должен успеть.

--

За окнами начинался рассвет. Гас сидел на крыше — чёрный, неподвижный. Он смотрел на восток. Он ждал.

Время уходило. Но надежда ещё была.