Я проснулась от тишины.

Не от звука — от её отсутствия. В Академии всегда было шумно: шаги в коридорах, голоса за стенами, дыхание сотен студентов, скрип половиц, звон посуды из столовой, смех, споры, крики. А здесь — ничего. Только моё дыхание и ровное, спокойное дыхание Шашлыка.

Я открыла глаза и не поняла сначала, где я.

Комната была чужой. Не моей. Не студенческой. Высокий потолок, тёмные стены, тяжёлые шторы, которые не пропускали свет. Мебель из тёмного дерева, строгая, без украшений. На столе — стопка бумаг, чернильница, перо. Никаких лишних вещей. Никаких следов жизни. Как будто здесь никто не жил.

И запах. Холодный, чистый, с лёгкой ноткой озона. Запах Крайда.

Я в его комнате.

Потом я вспомнила. Погоня. Нож. Кровь на плече. Шашлык, вцепившийся в руку нападавшего. Я бежала по коридору, стучала в двери, кричала, умоляла открыть. Я ворвалась к нему. Я упала на пол. Я смотрела на него снизу вверх, и в его глазах не было холода. Только удивление. И что-то ещё. Что-то, чего я не могла понять.

Он перевязывал мою рану. Я помнила его руки — холодные, уверенные, профессиональные. И я помнила, как смотрела на них и не могла понять, почему он не выгнал меня. Почему он не отдал меня Канцелярии. Почему он просто молча делал свою работу, как будто это было самое обычное дело в мире.

Я шевельнула плечом — и прострелила боль. Острая, жгучая. Я зашипела сквозь зубы. Шашлык поднял голову, лизнул мою руку и снова уткнулся носом в мои колени. Он был спокоен. Он не боялся. Значит, мне тоже нечего бояться.

Я села на кушетке. Посмотрела на перевязку. Аккуратная, ровная. Он сделал это. Пока я спала.

Я подняла глаза и увидела его.

Крайд сидел в кресле у стола. Он смотрел на меня. Без улыбки. Без эмоций. Просто смотрел. Его глаза были уставшими — тени под ними, лёгкая небритость. Он не спал всю ночь. Он сидел в этом кресле и ждал. Пока я сплю. Пока я прихожу в себя.

— Ты долго спала, — сказал он. Голос был ровным, без эмоций. Но я заметила тени под его глазами. Он действительно не спал. Всю ночь он сидел в кресле и ждал.

— Спасибо, — сказала я. Голос был хриплым, горло саднило. — За то, что не выгнал меня.

— Я не мог выгнать тебя, — сказал он. — Ты была в крови. Ты бы не дошла до своей комнаты.

— Я не об этом, — сказала я. — Ты мог отдать меня Канцелярии. Но ты не сделал этого.

Он посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то — я не знала, что. Может быть, удивление. Может быть, уважение.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — спросил он. — Например, о «Молоте тьмы».

Я села ровнее. Шашлык поднял голову, посмотрел на меня, потом на Крайда. Он не рычал. Он просто ждал.

— Что именно ты хочешь знать? — спросила я. — Как я научилась использовать «Молот тьмы»? Или зачем я его использовала?

— И то, и другое, — сказал он.

Я глубоко вздохнула. Потом, стараясь говорить спокойно, я посмотрела ему в глаза.

— Я хотела научиться защищать себя. В этой Академии меня пытались убить дважды. В первый раз я бежала. Во второй — я использовала «Молот тьмы». И я выжила. Если бы я не знала это заклинание, меня бы уже не было.

Он смотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то — может быть, понимание. Может быть, одобрение.

— И где ты взяла эту книгу?

— В библиотеке, — сказала я. — На общей полке. Я не знала, что она не для некромантов.

Я солгала. Я не могла сказать правду. Не сейчас. Я не знала, что будет, если он узнает о запретной секции. Я не была готова рисковать.

Он смотрел на меня. Я видела, как он обдумывает мои слова. Как он принимает решение.

— Твои преследователи пойманы, — сказал он. — Их отправили в казематы Канцелярии.

Я замерла. Я не ожидала этого. Я думала, они сбежали. Я думала, они скрылись. Я думала, что мне придётся снова бояться.

— Они признались? — спросила я.

— Достаточно, — сказал он. — Остальные убийства — тоже их рук дело.

Я выдохнула. Я не знала, что чувствовать. Облегчение? Радость? Или просто пустоту.

— Значит, всё кончено, — сказала я.

— Да, — сказал он. — На сегодня ты освобождена от занятий. Зайди в медпункт, получишь освобождение, пока плечо не заживёт. Наставники извещены.

Я быстро вскочила — и снова зашипела от боли в плече. Но я не остановилась. Я чувствовала, как внутри меня поднимается что-то тёплое, живое. Свобода. Я схватила Шашлыка за ошейник и пошла к двери.

— Елена, — сказал он.

Я остановилась. Обернулась.

Он смотрел на меня. Я не знала, что он хотел сказать. Он открыл рот, потом закрыл. Потом сказал:

— Ты уверена, что это было случайное нападение?

Я замерла. Я не думала об этом. Я думала, что это просто кто-то хотел ограбить меня. Или запугать. Или убить. Я не думала, что я могла быть целью.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я.

— Ты была одна. В библиотеке. Поздно ночью. Они ждали тебя. Они знали, что ты будешь там.

Я смотрела на него. Я чувствовала, как внутри меня поднимается холод. Он был прав. Они ждали меня. Они знали, где я буду. Они знали, когда я приду.

— Я не знаю, — сказала я. — Я не знаю, почему они выбрали меня.

— Подумай об этом, — сказал он. — И будь осторожна.

Я кивнула. Я вышла из комнаты. Но его слова остались со мной. Они ждали меня. Они знали, где я буду. Кто-то сказал им. Кто-то знал, что я буду в библиотеке. Кто-то знал, когда я приду.

Я не знала, кто это был. Но я знала, что это не случайность.

--

Я бежала по коридору. Шашлык бежал рядом. Я чувствовала, как ветер бьёт в лицо, как сердце колотится в груди. Я могла вернуться в свою комнату. Я могла лечь в свою кровать. Я могла чувствовать себя в безопасности.

Я ворвалась в общагу, взлетела по лестнице, открыла дверь своей комнаты. Внутри было пусто. Я упала на кровать и засмеялась. Шашлык запрыгнул рядом.

— Мы живы, — сказала я ему. — Мы живы.

Я лежала на кровати и смотрела в потолок. Я чувствовала, как боль пульсирует в плече, но я не обращала на неё внимания. Я была жива. Я выдохнула. Всё позади. И это было главное.

Но в глубине души я знала — это не конец. Это только начало.

--

Я вышла в гостиную через час.

Я надела чистую одежду, перевязала плечо, привела себя в порядок. Шашлык шёл рядом. Я чувствовала себя почти нормальной. Почти как прежде.

В гостиной уже собрались все — Зара, Артур, Алиса, Лира, остальные. Они сидели на диванах, переговаривались, пили чай. Увидев меня, они замолчали.

— Вот она, — сказал Артур. — Вернулась. Живая и здоровая.

Я улыбнулась.

— Как видите.

Зара подскочила ко мне и обняла — так крепко, что я зашипела от боли в плече. Она отпрянула.

— Ой, прости! Я забыла. Там же рана. — Она заглянула мне в глаза. — Рассказывай, что случилось? Вся Академия гудит, а мы узнаём первые.

Я смотрела на неё. На Артура. На Алису. На Лиру. Они ждали. Я чувствовала их любопытство, их тревогу, их желание знать.

— Пойдёмте в столовую, — сказала я. — Там и поговорим.

Мы пошли в столовую. Я чувствовала себя почти как прежде. Почти как до этой ночи. Но я знала — я уже не та, что была раньше.

--

В столовой мы сели за наш обычный стол. Я рассказала им всё. О том, как я готовила реферат в библиотеке. О том, как на меня напали двое в масках. О том, как я бежала. О том, как я ворвалась в комнату Крайда.

— Так ты ночевала у самого Крайда? — спросил Артур, поднимая бровь. — В его личных покоях?

Я почувствовала, как щёки начинают гореть. Я не хотела, чтобы это звучало так, как звучало.

— Это было вынужденно, — сказала я. — Я ворвалась к нему в комнату, потому что за мной гнались. Если бы я побежала в общагу, они бы догнали меня. Я не знала, куда бежать. Я просто стучала в первую попавшуюся дверь.

— И он не выставил тебя за дверь? — удивилась Алиса. — Он же не пускает к себе никого. Даже преподаватели говорят, что он редко кого-то впускает.

— Нет, — сказала я. — Он перевязал мне рану и дал отвар. Он сказал, что я могу остаться до утра.

— Впечатляет, — сказала Лира, присвистнув. — Некоторые студенты годами пытаются попасть в его комнату, а ты просто влетела туда, как ураган.

Я улыбнулась. Но внутри меня что-то кольнуло. Они не знали, что Крайд задал мне вопрос, который я не могла забыть. Они не знали, что я не просто «ночевала у него». Я была там, потому что кто-то хотел меня убить.

— Ну ничего себе, — сказала Алиса. — Ты прямо мастер попадать в неоднозначные ситуации. Но радует, что всё закончилось.

— Да, — сказала я. — Радует.

Артур посмотрел на меня внимательнее.

— Ты уверена, что они были одни? — спросил он. — Может быть, у них были сообщники?

Я замерла. Я не думала об этом. Я думала, что это просто двое. Но что, если их было больше? Что, если кто-то ждал их снаружи? Что, если кто-то знал, где я буду?

— Я не знаю, — сказала я. — Я не видела никого больше.

— Просто будь осторожна, — сказал он. — Если они были не одни, они могут попытаться снова.

Я кивнула. Я не рассказывала о «Молоте тьмы». Не рассказывала о закрытой секции. Некоторые вещи должны оставаться при мне.

Мы сидели в столовой и говорили о том, что случилось. Я чувствовала, как страх уходит, как его сменяет усталость. И странное спокойствие.

--

В этот день я не пошла в закрытую секцию. Собственно, как и на этой неделе. Мало ли. Я подожду недельку, пока всё уляжется. Пока преступники будут сидеть в казематах и никому не расскажут о том, что я делала в библиотеке. Пока Канцелярия не успокоится. Пока я не буду уверена, что за мной не следят.

Я вернулась в свою комнату. Шашлык устроился рядом. Я лежала на кровати и смотрела в потолок.

Я была жива. Я была свободна. Я могла дышать. И это было главное.

Но в глубине души я знала — это не конец. Это только начало.

--

Вечером я сидела на подоконнике и смотрела на закат. Фиолетовое небо, две луны, которые уже начинали светиться. Шашлык лежал у моих ног, его дыхание было ровным и спокойным.

Я думала о том, что сказал Крайд. «Твои преследователи пойманы». «Остальные убийства — тоже их рук дело». Ренар и Тайлер были убиты теми же людьми. Теперь они в казематах. Они не смогут никому рассказать о том, что я делала в библиотеке.

Но я думала и о другом. О том, что он спросил. «Ты уверена, что это было случайное нападение?» Я не была уверена. Я думала, что это случайность. Но теперь я знала, что это не так. Они ждали меня. Они знали, где я буду. Кто-то сказал им.

Кто-то знал, что я буду в библиотеке. Кто-то знал, когда я приду. Кто-то следил за мной. Кто-то хотел, чтобы меня убили.

Я не знала, кто это был. Но я знала, что я должна быть осторожна. Что я не могу доверять никому. Что даже мои друзья могут быть не теми, кем кажутся.

Я смотрела на закат и чувствовала, как внутри меня поднимается странное спокойствие. Я была жива. Я была свободна. Но я знала, что это только начало. Что завтра будет новый день. И что я должна быть готова ко всему.

Шашлык поднял голову и посмотрел на меня. В его янтарных глазах я прочитала вопрос: «Ты в порядке?»

— Да, — сказала я. — Я в порядке. Я просто думаю.

Он лизнул мою руку. Я улыбнулась.

— Я не знаю, что будет завтра, — сказала я. — Но я знаю, что я справлюсь. Как всегда.

Я смотрела на закат и чувствовала, как внутри меня растёт решимость. Я не позволю им победить. Я не позволю им запугать меня. Я буду бороться. За свою жизнь. За свою свободу. За свой дом.

Я закрыла глаза. Шашлык придвинулся ближе. Я чувствовала его тепло, его дыхание, его спокойствие. И я знала, что что бы ни случилось, я не одна.

Где-то в коридоре слышались голоса. Студенты смеялись, обсуждали свои дела. Жизнь шла своим чередом. А я сидела на подоконнике и смотрела на закат, зная, что завтра всё изменится.

Но сегодня я была свободна. И это было главное.