Каникулы закончились.

Мы собирались обратно долго. Очень долго. До последнего момента не хотелось уезжать — я стояла в своей комнате, смотрела на озеро и чувствовала, как внутри меня разрастается странная пустота. Два месяца свободы. Два месяца без правил. Два месяца жизни. И вот всё закончилось.

Вода была тёмной и спокойной, отражая серое утреннее небо. Где-то на другом берегу кричала птица. Ветер шевелил листву, и я слышала, как ветки скрипят в такт его движению. Я хотела запомнить этот момент — тишину, покой, ощущение, что я могу дышать. Потому что я знала: в Академии всё будет по-другому.

— Нам пора, — сказала Алиса, заглянув в дверь. Её голос был мягким, но я слышала в нём сожаление. — Если мы не выедем сейчас, не успеем до закрытия ворот.

— Я знаю, — сказала я. — Я просто... прощаюсь.

Она улыбнулась.

— Ты ещё вернёшься. Когда захочешь. Здесь всегда есть место для тебя.

Я кивнула. Собрала вещи. Посмотрела на комнату, где прожила два месяца, и вышла. Шашлык поднялся следом, его когти тихо стучали по деревянному полу.

Внизу меня ждали родители Алисы. Мать обняла меня так крепко, что я почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Отец пожал руку и посмотрел на меня с теплотой, которую я не часто видела в этом мире.

— Ты всегда можешь приехать, — сказал он. — Этот дом — твой дом.

Руфал парил рядом, его прозрачная фигура покачивалась в утреннем свете, как дым над остывающим костром. Он улыбнулся мне — не грустно, а скорее с лёгкой иронией, как будто знал что-то, чего я ещё не понимала.

— Возвращайся, — сказал он. — Здесь всегда рады тебя видеть. Даже если я не могу налить тебе чаю.

Я улыбнулась сквозь слёзы.

— Спасибо. За всё.

Мы сели в карету. Лошади тронулись с места, и поместье осталось позади. Я смотрела в окно, пока дом не исчез за поворотом, и чувствовала, как внутри меня нарастает странная тоска. Я знала, что вернусь. Но я не знала, когда.

--

Дорога была долгой. Мы почти не разговаривали — каждый думал о своём. Я думала о том, что ждёт нас в Академии. О новом семестре. О том, что Гаррет сказал про экзамен. Алиса думала о том же — я видела это по её лицу, по тому, как она смотрела в окно, не видя пейзажа.

Мы приехали почти в тот момент, когда начали закрываться ворота. Карета остановилась у входа, и мы выбежали наружу, хватая сумки. Шашлык выскочил следом — он тоже чувствовал спешку.

— Бежим! — крикнула Алиса.

Мы побежали. Сумки били по ногам, ветер свистел в ушах. Я споткнулась о камень, но удержалась, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Шашлык бежал рядом, его большие лапы стучали по земле, и я слышала его дыхание — ровное, спокойное, как всегда.

Мы почти добрались до входа в корпус, когда я увидела их.

Агенты Канцелярии.

Трое. В серых плащах. Они стояли у входа в корпус и смотрели на нас. Их лица были непроницаемыми, как каменные маски. Они не двигались. Они просто ждали.

Алиса затормозила так резко, что я чуть не врезалась в неё. Сумка упала на землю с глухим стуком.

— Что-то снова случилось, — выдохнула я. Воздух со свистом вырвался из лёгких.

— Нас здесь не было, — сказала Алиса тихо. — И это главное.

Я смотрела на агентов. Они стояли неподвижно, как статуи. Я чувствовала, как внутри меня нарастает тревога. Что-то случилось. Что-то плохое. Иначе они не были бы здесь.

Шашлык настороженно смотрел на агентов. Он зарычал — тихо, предупреждающе, так, что я чувствовала вибрацию в его груди, когда прикоснулась к его загривку. Я положила руку ему на загривок, чувствуя, как он напряжён.

Агенты двинулись к нам. Один из них — высокий, с холодными глазами — сделал шаг вперёд. Но другой остановил его жестом.

— Я сам, — сказал он.

Я узнала этот голос.

Крайд вышел из-за спины агентов. Он был без плаща, в обычной одежде — тёмной, простой, без знаков отличия. Но его серые глаза были такими же холодными, как я помнила. Он выглядел уставшим — тени под глазами, лёгкая небритость, плечи, которые опустились чуть ниже, чем в прошлый раз. Он словно нёс груз, который становился тяжелее с каждым днём.

Он подошёл к нам. Остановился на расстоянии вытянутой руки. Осмотрел меня. Осмотрел Алису. Перевёл взгляд на сумки, которые мы держали в руках, потом на Шашлыка, который стоял рядом со мной, готовый к прыжку.

— Вы откуда? — спросил он. В его голосе не было обвинения. Только вопрос. Холодный, деловой вопрос, который он задавал уже сотни раз.

— Из поместья, — сказала я. — Каникулы. Мы только что приехали.

— Из какого поместья?

— Семья Алисы пригласила меня на каникулы. Мы были там два месяца. Я не была в Академии всё это время.

Он кивнул. Я видела в его глазах усталость. Такую же, как в прошлый раз. Только глубже.

— Что случилось? — спросила я. — Зачем вы здесь?

Он посмотрел на меня. Потом на Алису. Потом снова на меня. Его взгляд задержался на моём лице чуть дольше, чем нужно, и я почувствовала, как внутри меня что-то дрогнуло.

— Два дня назад был убит студент, — сказал он. — Третьекурсник. Боевой маг. Огневик. Та же рука, тот же почерк, та же холодная, методичная жестокость.

Я почувствовала, как внутри меня всё обрывается. Тот же ритуал. Высасывание жизни. Снова.

— Его звали Тайлер, — сказал Крайд. — Вы его знали?

Я задумалась. Имя показалось знакомым, но я не могла сразу понять, откуда. Я переглянулась с Алисой — она тоже нахмурилась, её брови сошлись к переносице. Потом я вспомнила.

Тайлер. Тот самый задира, который постоянно лез на рожон. Местный хулиган, который портил жизнь окружающим. Его не любили. Он вечно влипал в драки, спорил с преподавателями, доводил сокурсников. Один из тех, кого все знали в лицо — и старались обходить стороной.

— Это тот, который… — начала я, но запнулась, не зная, как сказать.

— Да, — сказала Алиса. — Тайлер. Тот самый. Вечно лез не в своё дело. Его никто не любил. Даже его собственные сокурсники вздыхали с облегчением, когда он уходил. — Она помолчала. — Помнишь, он всегда носил этот дурацкий красный шарф, даже летом? И вечно громко смеялся — так, что все оборачивались. Я думала, он бессмертный.

— Вы его знали, — сказал Крайд. Это был не вопрос, а утверждение.

— Знали, — сказала я. — Но не близко. Он был из тех, с кем не хочешь иметь дело. Мы обменивались парой слов в столовой, но не более.

Крайд кивнул. Я видела, как он что-то отмечает в своём блокноте — мысленно, без жестов. Его глаза скользнули по моему лицу, по Шашлыку, по Алисе.

— Кто-то может подтвердить, что вы были в поместье?

— Вся семья Алисы, — сказала я. — И Руфал. Это их семейное привидение. Он знает, что мы приехали только сегодня.

Крайд слегка приподнял бровь, но не удивился. Он уже привык к странностям некромантов.

— Хорошо, — сказал он. — Если вы всё же вспомните что-то, что кажется вам неважным, — скажите мне. Лично. Не через агентов.

Он развернулся и пошёл обратно к агентам. Его серая фигура быстро скрылась за поворотом, и я смотрела ему вслед, чувствуя странную смесь облегчения и тревоги.

Я стояла и смотрела ему вслед. Шашлык сидел рядом, его янтарные глаза следили за уходящими агентами. Алиса стояла рядом со мной, тяжело дыша после бега.

— Тайлер, — сказала Алиса тихо. — Тот, кого все ненавидели. Его убили. Не потому что его не любили, а просто потому что он был здесь. В Академии. Как и все мы.

— Ренар был некромантом, — сказала я. — А Тайлер — огневик. Разные стихии. Разные курсы. Единственное, что их объединяет — они были здесь. Может быть, убийца выбирает случайных жертв. Может быть, он охотится на определённый тип магов. Может быть, это вообще не имеет значения. Мы не знаем. Пока не знаем.

Мы стояли у входа в корпус. Сумки лежали у наших ног. Ветер стих, и стало тихо. Только где-то вдалеке слышались голоса — другие студенты возвращались в Академию, смеялись, обсуждали каникулы. Они ещё не знали.

— Нас ждут, — сказала я. — Гаррет будет говорить.

Я подняла сумку и пошла к двери. Шашлык поднялся следом. Алиса — за мной.

--

Мы вошли в корпус. В гостиной уже собрались все — наши сокурсники и те, кто уже вернулся. Кто-то сидел на диванах, кто-то стоял у стен. В воздухе висело напряжение, как перед грозой. Гаррет стоял в центре комнаты. Он выглядел уставшим, как будто не спал несколько дней. Под глазами залегли тени, плечи были напряжены.

— Вы все слышали? — спросил он, когда мы вошли. — Третьекурсник убит. Ритуал. Тот же, что и у Ренара.

Я села на диван рядом с Зарой. Она была бледной, почти серой. Её красные глаза смотрели на Гаррета с затаённым ужасом. Артур стоял у стены, скрестив руки, но я видела — он тоже напряжён. Его волк сидел у его ног и смотрел на Гаррета с той же настороженностью.

Кто-то всхлипнул в углу. Девушка с тёмной косой прижала ладони к лицу, плечи её дрожали. Тим, который обычно всегда находил повод для шутки, стоял молча, глядя в пол, и его кулаки были сжаты так, что побелели костяшки. Все мы боялись. Все мы знали, что это мог быть любой из нас.

— Мы не знаем, кто это сделал, — продолжал Гаррет. — Канцелярия расследует. Но вы должны быть осторожны. Не ходите по одному. Не ходите в тёмное время. Если вы что-то заметите — сразу сообщите мне.

Он замолчал. Мы смотрели на него, чувствуя, как внутри нас нарастает страх. Тишина была плотной, давящей, как стены, которые смыкаются вокруг.

— Это не случайность, — сказал он наконец. — Кто-то убивает студентов Академии. Мы не знаем, зачем. Но мы должны быть готовы.

Он обвел нас взглядом.

— Вопросы?

— Кто был убит? — спросил Артур.

— Тайлер, — сказал Гаррет. — Третьекурсник. Огневик. Вы его знали.

Я видела, как кто-то из старшекурсников вздрогнул. Тайлера не любили, но он был одним из них. Это пугало больше, чем если бы убили хорошего человека. Если убийца не разбирает, кто перед ним — значит, никто не в безопасности.

— Его нашли на полигоне, — продолжал Гаррет. — Вечером. Он был один. Тренировался. Утром его нашли. Всё было так же, как с Ренаром — символы, следы ритуала, полное высасывание жизни.

— Значит, убийца всё ещё здесь, — сказала я.

Гаррет посмотрел на меня. Его глаза встретились с моими, и я увидела в них то же, что видела в глазах Крайда — усталость.

— Да. Поэтому вы должны быть осторожны. Мы не знаем, кто это. Мы не знаем, зачем он это делает. Но мы знаем, что он не остановился после первого раза. И он может не остановиться после второго.

Он вышел из комнаты. Мы остались сидеть в тишине.

--

Ночью я не могла уснуть.

Я сидела на кровати, смотрела в окно и думала о том, что случилось. Месяц назад я лежала на берегу озера и ничего не боялась. А теперь я сидела в своей комнате и боялась даже дышать.

Шашлык лежал у моих ног. Я гладила его шерсть и чувствовала, как он дышит. Ровно. Спокойно. Он не боялся. Он был рядом. И это помогало.

— Тайлер, — сказала я ему. — Тот, кого все ненавидели. Его убили. Не потому что он был плохим. Просто… он был здесь. В Академии. Как и все мы.

Шашлык лизнул мою руку.

— Ренар — некромант. Тайлер — огневик. Разные стихии. Разные курсы. Единственное, что их объединяет — они были здесь. В Академии. Но это ничего не значит. Может быть, убийца выбирает случайных жертв. Может быть, он охотится на студентов. Может быть, это вообще не связано. Я не знаю.

Я смотрела в тёмное окно. Где-то там, за стенами, был убийца. Кто-то, кто знал, как проводить ритуал. Кто-то, кто мог подойти к студенту и убить его. И никто не знал, кто это. Никто не знал, когда он ударит снова.

Я вспомнила, как Крайд смотрел на меня. Устало. Без надежды. Он не знал, кто убийца. Он не знал, зачем это делается. Он просто ждал, когда случится следующее убийство.

Или когда убийца ошибётся.

— Мы не знаем, почему он это делает, — сказала я тихо. — Может быть, он выбирает жертв случайно. Может быть, он охотится на определённый тип магов. Может быть, это вообще не имеет значения. Но он убивает. И он рядом.

Я закрыла глаза и попыталась уснуть. Шашлык придвинулся ближе, его тёплое тело успокаивало меня. Я чувствовала его дыхание, его спокойствие. Он не боялся. Он был рядом. И это помогало.

— Мы должны быть готовы, — сказала я. — Все вместе.

Я сжала кулаки и почувствовала, как в груди разливается холодная решимость. Я не знала, кто убийца. Я не знала, зачем он это делает. Но я знала одно — я не позволю ему уничтожить нас.

Завтра начнётся новый семестр. Завтра мы будем учиться дальше. Завтра мы будем жить.

Но сегодня я сидела в темноте и слушала дыхание Шашлыка. И знала — что бы ни случилось, я не одна.