Дни в избушке текли размеренно.

Я просыпалась, когда фиолетовое небо начинало светлеть. Шашлык к тому времени уже успевал сходить на ручей, поймать рыбу и вернуться с добычей, как заправский охотник. Я разводила огонь в печке, готовила завтрак, ела, умывалась и шла в деревню. Каждые два-три дня. За хлебом, за сыром, за салом. Иногда — за крупой.

Сегодня был как раз такой день.

— Я скоро, — сказала я Шашлыку, который развалился у печки с видом сытого короля. — Принесу что-нибудь вкусное.

Он зевнул и даже не пошевелился. Я восприняла это как «давай, иди, я пока посторожу дом».

Дорога до деревни стала привычной. Я уже знала каждое дерево, каждый поворот, каждый корень, о который спотыкалась. Идти было легко — даже с мешком за плечами. Я почти наслаждалась прогулкой. Ну, насколько можно наслаждаться прогулкой, когда ты в чужом теле, с чужими проблемами и с постоянным страхом, что кто-то узнает в тебе некромантку.

Деревня встретила меня привычным шумом. Люди ходили по своим делам, куры копались в пыли, собака лаяла на кого-то невидимого. Я опустила голову и направилась к лавке.

Торговец — тот самый дед с тремя курицами и одним зубом — уже ждал меня. Он даже начал узнавать. Кивнул, когда я подошла, и потянулся за хлебом.

— Обычный набор? — спросил он.

— Да, — сказала я. — Хлеб, сыр, сало. И соль, если есть.

— Есть, — кивнул он. — Свежая. Только вчера привезли.

Я протянула монеты. Серебро и медь. Он взял их и, как обычно, спрятал в карман.

Но сегодня он не спешил меня отпускать.

— Ты странная, — сказал он, глядя на меня с любопытством. — Приходишь, покупаешь, уходишь. Молчишь всё время. Не спрашиваешь ничего. Не жалуешься на цены. Как будто тебе всё равно.

— Мне нужно просто поесть, — сказала я, стараясь говорить ровно. — И всё.

Он хмыкнул.

— Ну-ну. — Он помолчал. — А ты слышала? Говорят, в Тенебрисе видели некромантку. Ту самую. Лиру.

У меня внутри всё сжалось.

— Нет, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Не слышала.

— Говорят, она прямо в лесу живёт, — продолжал он. — Демонов призывает. Мертвецов поднимает. — Он покачал головой. — Хорошо, что я далеко от леса. Не хотел бы я встретить её ночью.

— Да уж, — сказала я, чувствуя, как холодеют пальцы. — Не хотелось бы.

— Но ты не бойся, — сказал он вдруг. — Ты на неё не похожа. У неё, говорят, глаза жёлтые, как у змеи. А у тебя... — он прищурился, — а у тебя какие? Я и не разглядел ни разу. Ты всё время в землю смотришь.

— У меня глаза болят, — сказала я. — От света.

— Ну-ну, — повторил он. — Береги себя. Свет у нас тут и правда странный. Фиолетовый. Некоторые от него слепнут.

Я кивнула и уже собиралась уходить, когда вдруг решилась. Сама не знаю почему.

— Можно вопрос? — спросила я.

— Валяй.

Я вытащила из кармана золотую монету. Ту самую, с крылатой змеёй. И показала ему.

— Что это за символ?

Торговец замер. Его лицо на секунду окаменело — точно так же, как у лавочника в Гарме.

— Где ты это взяла? — спросил он тихо.

— Нашла, — сказала я. — В лесу.

Он смотрел на монету. Потом на меня. Потом снова на монету.

— Это эльдерландское золото, — сказал он. — Их чеканят за горами. В Восточном Королевстве. — Он помолчал. — Здесь такие не в ходу. Если у тебя есть такая монета, значит, ты либо была в Эльдерланде, либо... — он осёкся.

— Либо что?

— Либо кто-то дал её тебе, чтобы ты могла уйти туда, — сказал он. — Через границу. Без лишних вопросов.

Я молчала.

— Знаешь, — сказал он, — у нас тут многие мечтают уйти на восток. Там другие законы. Магия там не запрещена. Некромантов там не жгут. — Он усмехнулся. — Говорят, в Эльдерланде вообще странно. У них там драконы вместо лошадей. И города из белого камня. И королева, которая правит уже двести лет и не стареет. Но это, наверное, сказки.

— Наверное, — сказала я.

— Но золото настоящее, — сказал он, кивая на монету. — Спрячь. Не показывай никому. Здесь такие монеты — редкость. Если кто-то увидит, начнут задавать вопросы. А вопросы — это плохо. Особенно сейчас.

— Почему сейчас? — спросила я.

Он наклонился ближе и заговорил тише:

— Говорят, из столицы прислали агента. Какого-то важного. Ледяного мага. Он ищет кого-то в Тенебрисе. Уже несколько недель. — Он отодвинулся. — Не знаю, кого и зачем. Но если ты живёшь у леса, будь осторожна. Такие люди не задают вопросов дважды.

У меня внутри всё оборвалось.

Крайд. Он всё ещё здесь. Всё ещё ищет.

— Спасибо, — сказала я, убирая монету. — Я учту.

— Береги себя, — сказал он. — Ты вроде неплохая. Странная, но неплохая.

Я кивнула и вышла из лавки.

--

На обратном пути я думала. Много думала.

Эльдерланд. Восточное Королевство. Место, где магия не запрещена. Где некромантов не жгут. Где можно жить, не пряча глаз.

И золотая монета. Лира хранила её — значит, она тоже планировала побег. Или готовилась к нему. Или это был запасной план.

— Значит, — сказала я себе, шагая по тропе, — у нас есть направление. Восток. Эльдерланд.

Но Крайд всё ещё в Тенебрисе. Он ищет меня. И он не уйдёт, пока не найдёт — или пока не получит доказательств, что я мертва.

— Значит, надо уходить, — сказала я. — И чем быстрее, тем лучше. Пока он не вышел на мой след.

Я ускорила шаг.

--

Дома меня ждал Шашлык. Он сидел у печки и вылизывал лапу — ту самую, сломанную, которая уже почти зажила.

— У меня новости, — сказала я, садясь рядом. — Две. Хорошая и плохая. С какой начать?

Он посмотрел на меня янтарными глазами и фыркнул.

— Ладно, начну с хорошей. — Я вытащила монету и показала ему. — Это золото из Эльдерланда. Там магия не запрещена. Там некромантов не жгут. Представляешь?

Он моргнул.

— А теперь плохая. Крайд всё ещё здесь. Он ищет нас. И он методичный. Такой не сдаётся. Как квартальный отчёт — всегда возвращается.

Шашлык зарычал низко, утробно.

— Согласна, — сказала я. — Надо уходить.

Я посмотрела в окно. Фиолетовое небо темнело. Две луны только-только начинали подниматься над лесом.

— У нас есть направление, — сказала я. — Восток. Эльдерланд. У нас есть деньги. У нас есть карта. И у нас есть ты — мой личный рыболовный департамент. — Я улыбнулась. — Прорвёмся.

Шашлык ткнулся носом в мою руку. Я погладила его по голове.

— Скоро, — сказала я. — Скоро мы уйдём.

--

Вечером я сидела у печки и перебирала вещи. Хлеб. Сыр. Фляга. Карта. Нож. Мешочек с серебром и медью. И золотая монета — в отдельном кармане.

Эльдерланд.

Я не знала, что нас там ждёт. Не знала, правда ли там всё так хорошо, как говорят. Но это был шанс. Первый настоящий шанс с тех пор, как я попала в этот мир.

Я закрыла глаза и представила: белые города, драконы в небе, королева, которая не стареет. И некроманты, которые живут открыто. Без страха. Без листовок «особо опасна».

Может, это сказки. Может, нет.

Но я собиралась это проверить.