*Илай*

Алена больше не та девчонка, которую я помню. В ее взгляде на меня не осталось ни капли нежности. Сейчас там презрение и злость. От нее буквально фонит этими эмоциями.

Но мне кажется это слишком. Три года прошло, у нее ребенок от другого мужчины. Разве не должна была обида утихнуть?

А она реагирует так, будто рана совсем свежая.

Перебираю в памяти воспоминания о нашем коротком романе — я не обещал Алене долго и счастливо. Просто не мог этого сделать, потому что уезжал. Алена оставалась учиться. У нас было ярко и вкусно. Я оторвать не мог. В какие-то моменты ловил себя на том, что слишком сильно погружаюсь в наши отношения.

Но мне нужно было сделать выбор. Слишком много сил в мое будущее было вложено. Я и сам видел — что был хорош. И я обошел всех. Выстрелил. И уехал.

Это было разумно, результат оправдал жертвы.

Где-то в это же время в моей жизни появилась Агата — яркая, своенравная, безумно красивая и сумасшедшая. Она была светской львицей, топ-моделью. Королевой, ради которой мужчины готовы были на любые безумства. Но досталась она мне и это опьяняло. Казалось в один миг я получил все, о чем может мечтать любой мужчина. Успех, деньги, красивейшую из женщин.

И где мое счастье, а?

Почему именно тогда, когда получаешь все и добираешься до вершины, сильнее всего волком выть хочется?

Какого черта я сейчас бывшую звал со мной поболтать в ресторане?

На что рассчитывал?

К мэру еду загруженный. По инерции слушаю очередную порцию лести, даю интервью для местного канала, потом играю в покер в кругу наших шишек. Мысли при этом постоянно утекают куда-то в сторону. Я все думаю о малышке на льду. Стефания. Мне отчаянно хочется увидеть ее лицо. Чтобы что? Чтобы удостовериться, что она точно не моя?

Нонсенс!

Будь это так, я бы давно узнал.

С игрой заканчиваем поздно, и я остаюсь в городе. Снимаю номер в гостинице в самом центре. Буравлю в темноте потолок взглядом. Мужики поехали дальше отдыхать с эскортницами. Мой отказ приняли как само собой разумеющееся. При такой жене на другую женщину смотреть преступление.

И вот я лежу и о жене пытаюсь думать. Внутри кроме пустоты ничего нет. Меня не трогают ее очередные манипуляции с молчанием. Я не хочу мириться. Я с ней вообще ничего не хочу.

Я устал.

За время брака я хорошо сумел рассмотреть ее суть — избалованная, инфантильная. Ее интересует она сама, ее соцсети, где она царица, показы дорогих шмоток, бренды и вечеринки.

Я поздно понял, что для нее я такой же трофей, как и она для меня.

Звоню среди ночи своему юристу. Я столько ему плачу, что мне даже не стыдно.

— Арестовали? — Сонно хрипит в трубку.

— Нет, — усмехаюсь. Хороший Иван мужик, из любого дерьма вытащить может.

— Тогда что? — Вздыхает, — приехать смогу только часа через три. Я за городом.

На фоне слышу недовольный женский голос. Отвлек значит от романтики.

— Иван, сколько мне будет стоить развод? На вскидку, — Спрашиваю без расшаркиваний.

— Кхм, до-фи-га, — откашливается.

— А если в цифрах?

— Завтра могу прикинуть по имуществу и счетам, но… — Он вздыхает, — у вас семь совместных рекламных контрактов. И еще три я сейчас читаю. Ты уверен?

— Думаю да, — зажмуриваюсь.

— Тебе лучше быть на сто процентов уверенным, Илай.

— Пришли мне завтра цифры, я посмотрю. Спокойно ночи.

— Уснешь теперь тут, — он ворчит и отключается.

В нашем с Агатой случае развод может стать крахом. Причем, обоюдным.

И еще грязным скандалом. По тихому Агата мне свободу не даст.

На следующий день я перерезаю ленточку на осенней ярмарке города. Опять местное телевидение, мэр с администрацией, целая площадь зевак.

— На кой черт им хоккеист на ярмарке, а? — Спрашиваю у старшего брата. Он выбрался с семьей провести время со мной. На плечах младшая дочь, рядом беременная жена. Живота не видно, но Кира все время прикладывает к нему ладони и поглаживает. Лицо при этом каждый раз какое-то одухотворенное.

Хотел ли я увидеть жену беременной? Хотел. Но Агата не готова была жертвовать своим телом и карьерой. Предложила вариант с суррогатным материнством. Я отказался.

— Ты звезда, — отвечает Тимур сдержанно, — надолго приехал?

— На неделю, — улыбаюсь стайке молоденьких девочек. Они снимают меня на камеру и восторженно машут. Если не уйти, осмелеют и попросят сфотографироваться вместе. А я устал от камер. Любых.

Тесню брата дальше в толпу мимо длинных прилавков. Он ходит рядом со мной без особого энтузиазма. Так и не простил, что я занял его место. И как нам переступить через это я не понимаю.

— А почему Агата не приехала? Хотя бы на день или два. Тимур баню сложил и дом уже достроен. Могли бы у нас остановится, — Кира бесхитростно улыбается. Добрая она, во всех только хорошее видит.

— Не поедет она к нам, у нас от силы три звезды, а ей минимум пять подавай, — Тимур закатывает глаза.

— У нас хорошо, — Кира морщит носик.

— У вас отлично, даже не думай, Кира. Тимур шутит про звезды, Агата просто работает… — мой взгляд соскальзывает с жены брата на знакомую фигуру в толпе. Бежевое пальто, светлые волосы в беспорядке. Алена. У нее на руках дочка, рядом Оля и кажется их отец, — я отойду.

— Куда? — Тимур сжимает мой локоть. По направлению его взгляда понимаю, что он Алену с семьей тоже увидел.

— Хочу поздороваться, — дергаю локоть из захвата и иду вперед.

— Не надо, Илай подожди, — брат увязывается следом.

— Пап, мне быстро, — хнычет Лерочка у него на плечах.

— Тима! Ей быстро, — Возмущается Кира.

Они своей перебранкой привлекают внимание.

Аленка вскидывает голову и встречается взглядом со мной. На ее лице тут же появляется замешательство. Она что-то быстро говорит отцу. Разворачивается и уходит в противоположную сторону.

Да что такое?

Не съем я ее с дочкой!

Я только посмотреть хочу.

— Привет, — дохожу до Оли, — здравствуйте, Петр Станиславович. А куда Алена пошла, я хочу с ней поговорить.

— Домой, — он цедит недобро, — чего тебе надо от нее, Басов?

— Просто поговорить, — складываю руки на груди.

— Не приближайся к ним, — Петр агрессивно раздувает ноздри, — Оля, пошли!

К ним?

То есть к Алене и Стефании?

— Илай, да что ты устраиваешь? Чего ты от них хочешь? — Со спины подходит брат.

— Какого черта здесь происходит?! — Шиплю.