*Алена*

— Я в тебя влюблен, — произносит Илай уверенно, не отводя взгляда. — Осознаю, что поступил как полное дерьмо с тобой и ты имеешь полное право меня не прощать, — он сглатывает. — Я буду просить о невозможном. Прости меня.

— Прощаю, — выдыхаю я еле слышно. — Но если ты поступишь так еще раз... — мой голос срывается.

Что тогда? Я точно не выживу и сто процентов никогда и никому из мужчин не смогу поверить. Сердце мое будет разбито.

— Этого не повторится, — Илай цепляет пальцами мой подбородок, его лоб упирается в мой. — Я не был счастлив без тебя. Это что-то другое. Я даже не могу объяснить, что именно. Но точно не счастье. Прости, я подвел нас обоих.

Мои пальцы приходят в движение, скользят по его груди, по мощным плечам. Я хочу касаться Илая, чтобы в который раз убедиться, что он мой.

— Она такая красивая, — вдруг говорю зачем-то.

— Красоты слишком мало для того, чтобы любить, — выдыхает. — Помимо внешней оболочки должно быть что-то внутри, Алена, — Илай обнимает мое лицо ладонями. — Ты очень красивая. Не думай, что ты можешь быть хуже кого-то. В моих глазах ты безумно привлекательна. Я тебя хочу и держусь из последних сил, веришь?

— Нет, — хлопаю растерянно ресницами.

— Нет? — он удивленно дергает бровью.

— Нет, — прикусываю губу, — Ой!

Не успеваю заметить, как оказываюсь распятой на диване. Илай прижимает меня собой, переплетая наши ладони в замок, заводит их за мою голову, смотрит пронзительно. С обжигающим желанием. Я чувствую его бедра между моих разведенных ног и как напряженный пах вжимается в меня, и начинаю стремительно гореть.

— А так? — сипит мне в губы.

— Так, кажется, да, — губы расплываются в стыдливой улыбке.

— Хорошо, — он касается своими губами моих.

Илай не налетает как ураган, не впивается в меня, а действует очень мягко и деликатно, словно знакомясь со мной заново. Прихватывает мою нижнюю губу, скользит языком по зубам, мягко толкается внутрь, чтобы углубить поцелуй. Я поддаюсь, потому что сама безумно хочу вспомнить его вкус. Глаза сами закрываются, стоит нашим языкам столкнуться. Мы осторожно касаемся друг друга, ласкаем. В груди все сжимается от невыносимости происходящего. Я ощущаю это снова — безумное желание быть его и безумный страх, что это когда-нибудь закончится. Не знаю, что нужно сделать со мной, чтобы я смогла избавиться от этих ощущений.

Может быть, со временем они пройдут?

— Я не могу оторваться от тебя, — продолжает целовать нежно, тягуче, сладко. Его губы соскальзывают на мою шею. Илай шумно втягивает мой аромат, — Ммм... Алена, — выдыхает с хриплым надрывом.

И мне кажется, что он чувствует сейчас на разрыв, как и я.

— Мы еще не договорили. — Илай резко выдыхает и смеется мне в шею. Снова садится, затягивает меня к себе на колени, заставляя оседлать. Мужские ладони забираются под футболку, ласкают спину, то и дело натыкаясь на лифчик. В таком положении весь мой здравый смысл куда-то улетучивается.

— Алена, — шепчет в мои губы.

— Да? — промаргиваюсь, словно очнувшись от гипноза.

— А что чувствуешь ты?

Его вопрос застает врасплох. Растерявшись, выдаю правду:

— Мне страшно, что все это не по-настоящему и вдруг может закончиться. — Сильно зажмуриваюсь. — Прости, я такая идиотка.

— Ты не идиотка, — он прижимает меня к себе и крепко обнимает. — Я чувствую то же самое.

Нам обоим придется заново научиться друг другу доверять. Я замираю у Илая на груди и просто дышу им. Пока я не готова к чему-то большему чем поцелуи. Слишком многое поставлено на кон. У нас дочь. Очень страшно что-то сделать не так.

Мы расходимся, Илай провожает меня до спальни. У двери еще раз зацеловывает, на этот раз более напористо. Падаю в постель с хмельной головой, улыбаюсь припухшими губами в темноту. Гоню от себя прочь все страхи и сомнения. Он открыт, сказал, что хочет быть со мной. И я верю ему.

Моего радужного настроения хватает ровно до момента, когда я сталкиваюсь с Агатой лицом к лицу. Это происходит неожиданно, и я не готова. Сегодня первая игра из серии, команда Илая будет играть с командой из Беларуси. Он уже отправился в раздевалку, а мы со Стешей пробираемся к своим местам. Мы идем между рядами пластиковых сидений, и я крепко держу дочку за руку.

Агата возникает прямо передо мной, преграждая нам дорогу. Вокруг словно из ниоткуда появляются журналисты и начинают щелкать фотокамеры. Я сразу понимаю, что это не просто так. Беру себя в руки и смело смотрю ей в глаза.

— Привет, Алена. — Агата складывает руки на груди. Сегодня она выглядит идеально: на ней обтягивающие кожаные штаны, расстегнутая короткая белая куртка с опушкой, волосы собраны в высокий хвост, на лице яркий макияж. Я же собиралась утром впопыхах, потому что мы со Стешей проспали. Волосы чистые, но уложены в небрежный пучок, из косметики лишь гигиеническая помада, чтобы не сохли губы. Быстро киваю и стараюсь пройти мимо.

— Ничего не хочешь мне сказать? — провоцирует она, задевая меня плечом.